Сборник фантастики. Самвел Лазарев

Глава первая

Анонимное письмо

Я думаю, что наш разум – это программа, в то время как мозг – аналог компьютера. Теоретически возможно скопировать содержимое мозга на компьютер и таким образом создать форму вечной жизни. Сегодня, однако, это не в наших силах.

Стивен Хокинг

Префект Крейн стоял у окна и отрешённым взглядом наблюдал, как багровое светило Артаджана медленно уходило в закат, растворяясь в поднявшейся на горизонте песчаной буре. Расползаясь над безжизненной пустыней тёмными тучами, закручиваясь спиралью, гигантские вихри ползли по поверхности планеты, вздымая в атмосферу тонны осадочной породы. Стекло подрагивало, а со стороны щербатых дюн приближался нарастающий гул. Привкус сирибона в воздухе усиливался. Сметая всё на своём пути, погружая мир в хаос, стена песка, глины и пустынного камня надвигалась с огромной скоростью, росла, накапливая энергию. По спине Оскара Крейна пробежала лёгкая дрожь. Префект сжимал кулаки, разгоняя кровь по холодеющим пальцам.

Взгляд, упрямо искавший просвет в непроглядной тьме, соскользнул с панорамного окна на письмо, лежащее на столе. Сделав глубокий вдох, от которого сдавило грудь, он подошёл к рабочему месту и прислушался. Из-за приоткрытой двери, ведущей в соседнюю с кабинетом комнату, доносился нежный голос его помощницы, а по совместительству начальника службы безопасности Шарлотты. Она рассказывала его дочке сказку на ночь, имитируя голоса героев. Получалось смешно, но невероятно мило. Девочка боялась темноты, а из-за вечно царящей на Артаджане жары и болезни, тяжело засыпала и плохо спала. По ночам её мучили кошмары, и лишь присутствие Шарлотты помогало ей чувствовать себя лучше.

«Как мне быть? Что ответить Гидеону?» Помедлив пару секунд, Крейн взял в руку послание. Он перечитывал его сотню раз, но постоянно останавливался на одном и том же месте, так и не дочитав до конца:

Дорогой Оскар…

Недавно мне сообщили досадную новость. Из достоверных источников я узнал, что твоя дочь смертельно больна. Поразивший Милену вирус изменяет нервную систему и разрушает мозг. Увы, купировать заразу до сих пор не научились, и неизвестно, как скоро учёные изобретут вакцину. Господь заберёт её у тебя. Это лишь вопрос времени. Пишу к тебе не с искренним соболезнованием, а с великой радостью! Прошу, разреши мне помочь. Много лет я совершенствовал искусственный интеллект, изучал нейробионику, пытался найти способ перенести сознание в другое тело. И… Недавно у меня получилось! Испытание прошло успешно. Оскар, я тот, кто может спасти твою дочь! Для этого мне придётся много работать: провести с Миленой немало времени, узнать её самые яркие воспоминания, понять, как она думает, что чувствует, о чём мечтает. Затем я оцифрую полученные данные и перенесу файлы на чип, который мы поместим в андроида…

«Похоже, Гидеон совсем спятил! Что он мне предлагает? Неужели решил, что я пойду на такое?!»

Из соседней комнаты вышла Шарлотта.

– Девочка уснула почти сразу. Надеюсь, ей приснится хороший сон, – она улыбнулась.

Крейн не ответил.

– Что-то не так, сэр? – в её голосе прозвучали нотки нескрываемой тревоги, – на вас лица нет.

– Всё не так! – резко ответил он, сжимая в руке лист, исписанный кривым почерком. – Утром, прислали почту…

– Помню. Я лично передала вам. Признаться честно, было странно видеть стоящий у ворот летоплан почтальона. На конверте отсутствовала информация об отправителе, значился только получатель. В целях безопасности я приказала просветить и проверить его на наличие смертоносных бактерий и вирусов, но ничего подозрительного мы не нашли. Это послание вас расстроило? Могу я узнать, от кого оно?

Погружённый в мысли Крейн молчал.

Песчаная буря обрушилась на виллу, заставив дом содрогнуться. Вспышки молний отразились от белых стен, наполнив кабинет неестественным золотым светом.

– Судя по тому, что письмо доставил обычный курьер, это не депеша из дворца императора. Смею предположить, написавший вам живёт на самом краю спирального рукава галактики, где напрочь отсутствует связь и коммуникации, в какой-нибудь тёмной пылевой туманности. Ну, или оно от очередной охотницы за вашими миллиардами, сэр. Если моя последняя догадка верна, могу с твёрдостью утверждать, что на этот раз вами заинтересовалась довольно креативная особа.

Крейн встрепенулся.

– Послание не от тайной воздыхательницы! Всё куда серьёзнее. Хочу, чтобы ты послушала и высказала своё мнение, – он стоял напротив неё и нервно покусывал нижнюю губу.

– Моё мнение? – всегда уверенная в себе Шарлотта показалась ему не на шутку обескураженной.

– Почему нет? В самом деле не с Парветой же мне советоваться. У этой чокнутой девицы в голове только насилие, секс и желание поскорее женить меня на себе. Она не любит Милену, терпит из-за меня. В отличие от неё ты умна, рассудительна, всегда на чеку, к тому же у тебя чутьё на неприятности. Тебе я могу доверять, как самому себе. А главное, Милена тебя обожает! Думаю, ты и сама об этом знаешь, – он замялся, – после смерти моей жены девочке не хватает любви и ласки, в какой-то мере ты заменяешь ей мать.

Улыбка скользнула по лицу Шарлотты.

– Спасибо за комплимент, – щёки его помощницы слегка порозовели. – Конечно, вам виднее, сэр, но боюсь вы ошибаетесь… Скорее Парвета терпит вас и делает это исключительно ради ваших денег, – она отвела взгляд, – простите, я не вправе обсуждать вашу личную жизнь. Я не хотела…

– Довольно об этом! Мы отвлеклись, – Крейн поднёс письмо к глазам. – Слушай внимательно!

Его голос дрожал, но на этот раз он нашёл в себе силы прочесть послание профессора до конца:

– …Мы поместим чип в андроида – точную копию Милены. Поверь, не будь я уверен в положительном результате, не стал бы тебе предлагать подобное. Ты знаешь, много лет назад я лишился супруги, которую любил больше жизни. Уверен, ты хорошо помнишь Стейси, так что мне прекрасно знакомы твои переживания. Понимаю, всё, что я написал, звучит кощунственно не только по отношению к Милене и твоим отцовским чувствам, но и к науке. Ты можешь считать меня полным безумцем, но у меня нет никакого права не предложить тебе помощь! Обдумай всё хорошо и прими решение. Помни, с каждым днём времени остаётся всё меньше!

P.S. Я свяжусь с тобой в ближайшее время. Твой друг Гидеон.

– Друг… Губы Крейна тронула кривая ухмылка. По худощавой бледной щеке скатилась скупая мужская слеза.

Он аккуратно сложил письмо и посмотрел Шарлотте в глаза.

– Что скажешь?

Она подошла к нему и почти шёпотом произнесла:

– И вы ещё сомневаетесь? Это подарок судьбы и никак иначе, сэр!

Шарлотта смотрела на него ласковыми глазами так, как смотрит любящая женщина.

– Будь я на вашем месте, не думала и уж точно не спрашивала ни у кого совета, а сразу бы согласилась. Друг предлагает подарить Милене новую жизнь. Мне не знаком профессор Гидеон, но если в его словах есть хоть доля правды и появился шанс спасти девочку… – в голосе Шарлотты появилась лёгкая дрожь, – ведь нет другого способа?

Крейн схватил её за плечи.

– Это будет не моя дочь! Ведро с болтами, обтянутое заменителем кожи! Силиконовая кукла, начинённая проводами и микросхемами! Ты это понимаешь? Понимаешь?!

– Вы делаете мне больно, сэр! – она попыталась высвободиться.

Крейн медленно убрал руки. От ощущения безысходности ему хотелось кричать до разрыва голосовых связок. Но он не мог… Слова застревали в горле.

Шарлотта приблизилась к нему, обняла, коснулась ладонью его волос, погладила по голове, будто ребёнка.

– Это вы не понимаете. Не надо сравнивать андроида Милену с бездушными роботами, которые корпорации штампуют миллионами. Хоть они в точности похожи на нас и выглядят, как живые, для них прописаны простейшие команды. Чип сохранит память Милены, сознание, душу. Называйте, как хотите. Ничего не изменится. Когда андройда пробудят, это будет не просто синтетический человек, а ваша родная дочь! Она узнает вас, меня, этот дом. Девочка будет помнить родную мать, каждый свой день рождения, каждый день своей жизни! Не будьте глупцом. Соглашайтесь! Соглашайтесь, пока ещё есть время не потерять её навсегда! Вам следует заглушить голос разума и довериться сердцу. Вы хотели знать моё мнение? Вот оно!

Буря закончилась так же внезапно, как и началась. Пыль и песок улеглись, на чистом ночном небе замерцали бесчисленные звёзды – на них можно было смотреть бесконечно. Шарлотта распахнула окно, чтобы впустить в помещение немного свежего воздуха. Вокруг виллы царила абсолютная гнетущая тишина. Прохладный ветерок ворвался в комнату, взъерошив Крейну волосы.

– Видите, сэр, сама природа подаёт вам знак. Если позволите, я пойду: нужно проверить систему безопасности. Стихия могла повредить солнечные батареи и защитное поле. Не мне вам рассказывать, как опасны электромагнитные импульсы, – она собиралась уходить.

За их спинами послышался милый голосок:

– Папа, мне страшно. Почему ты кричал? – у приоткрытой двери детской, стояла и потирала глазки маленькими кулачками Милена, одетая в ночную рубашку. Дочка смотрела не него. Её детский чистый взгляд проник Крейну в душу, сдавил сердце. Несмотря на свой юный возраст, она словно чувствовала его боль. Ей не говорили правду. Милена не знала, не могла знать о своей страшной болезни, и всё же предчувствие чего-то нехорошего всё время будто клубилось над ней. Потому и начались эти постоянные кошмары…

Крейна как громом поразило. Что-то сломалось в нём. Неожиданно для себя он понял, что повёл себя по отношению к собственной дочери, как предатель! Хотел лишить её единственного шанса! До этого самого момента Крейн словно не осознавал всю глубину катастрофы. Если он не примет от Гидеона помощь, спустя месяц, возможно, полгода, больше не увидит свою дочь. Никогда! Простит ли он себя за то, что не воспользовался уникальной возможностью?!

Крейн опустился на пол и протянул к ней руки. Милена кинулась ему на шею. Он обнял её, как будто в последний раз, аккуратно поправил растрёпанные светлые волосы, нежно поцеловал в горячий лоб.

– Тебе приснилось, милая. Это гудела песчаная буря. Ступай к себе, ложись в кровать. Мы сейчас подойдём, – он украдкой посмотрел на свою помощницу. Уголки глаз Шарлотты чуть намокли, на лице застыл умоляющий взгляд.

Крейн незаметно кивнул ей. Теперь он знал наверняка. Оставалось сообщить другу о своём решении.

Глава вторая

Опасное задание

Мелодия проникала в сон, возвращая Стелс в реальность. Не открывая глаз, она потянулась к коммуникатору. «Ну кем надо быть, чтобы так бесцеремонно звонить среди ночи?» Стелс знала кем!

Палец коснулся экрана, но отпечаток не считался, и назойливая мелодия продолжилась. Выругавшись и сев на кровати, она схватила устройство. Сигнал прервался, на дисплее высветился номер звонившего.

На том конце ответили почти мгновенно. Тихий голос оказался знакомым…

– Вы?…

– Я…

Прошёл почти год, как Гидеон бесследно исчез. Никто не знал, куда делся профессор. Стелс долго искала его, но он словно растворился, пропал без вести. В итоге она решила, что горе учёного убили представители космического отребья, с которыми он частенько сотрудничал, пытаясь приобрести контрабандным путём так необходимые ему ресурсы. Или Гидеона задержали власти за незаконные исследования и эксперименты. Арестовали, отправив отбывать срок на одну из заброшенных планет. И вот… стоило ей похоронить профессора в своих мыслях, как он вдруг нашёлся, объявился без предупреждения, набрав Стелс среди ночи.

В груди заклокотал гнев.

– Что вам нужно? Вы столько времени не выходили на связь, неужели не могли подождать до утра? Видели, который час? Я сплю давно, – Стелс ответила резко, грубо, хоть в глубине души была рада, что он наконец-то нашёлся.

– Не ври, Стейси, ты наверняка ещё не ложилась, – голос в динамике стал громче, казался отвратительно бодрым и взволнованным. Похоже, слова Стелс его ничуть не смутили. – Неужели ты не рада меня слышать?

Она поморщилась. То ли от того, как глупо звучало со стороны её полное имя, то ли от призрачного привкуса горечи пластика на языке.

– Рада! Вот что, профессор… Наберите завтра, и мы с вами обязательно поболтаем, – сухо ответила она, чувствуя закипающую холодную злость, готовую вырваться из неё извержением вулкана. Захотелось наговорить кучу неприличных слов и скинуть звонок.

– Стейси, у меня к тебе дело. Скажем… на пятьдесят миллионов кредитов.

Названная сумма моментально прочистила сознание, прогнав остатки тягучего сна.

– Расскажу при встрече, – голос профессора вдруг стал глуше, будто он обернулся и посмотрел по сторонам. – Жду тебя в лайотском ресторане, через дорогу. Даю на сборы пять минут.

– В ресторане? – удивлённо переспросила Стелс, но ответа не последовало. Она посмотрела на коммуникатор: снизу мигал красный огонёк, сообщая, что звонок окончен. – Бред какой-то… – Как вышло, что напротив её дома находился лайотский ресторан, а она почему-то не знала о нём, учитывая, что острая кухня восточной части галактики её любимая?!

– Ладно… выдохнула она, вставая с кровати, растягивая одеревеневшие мышцы. Тело будто сто лет не двигалось, а вот постельное белье с виду совсем свежее, хотя уже и не вспомнить, когда оно менялось.

Стелс не засиживалась на одном месте. Её образ жизни не позволял иметь собственное жильё, вынуждая мотаться по галактике и съёмным квартирам. Чтобы платить за крышу над головой, приходилось хвататься за любую работу, которой в последнее время почти не было. Звонок Гидеона пришёлся как никогда кстати. «Апартаменты», которые она снимала на Тритоне, представляли собой крохотную комнатку. Кухня отсутствовала, но наличие туалета и душевой повышали стоимость аренды в разы. Почти всё место занимали кровать с прикроватной тумбой, на которой валялись кредитка и напульсник. Рядом стоял стул со сложенным на нём новеньким чёрным латексным комбинезоном. У входной двери красовалась ярко-красная пара спортивной обуви на мягкой, плоской подошве.

Стелс быстро оделась, сунула в карман коммуникатор, карту, застегнула на запястье напульсник с блокиратором входной двери, дождалась, пока щёлкнет замок, и вышла в коридор. «Профессор сказал пять минут – осталось три». Оба лифта не работали. Пришлось спускаться по лестнице.

– Пятнадцатый уровень, Гидеон! Это между прочим целых триста метров над поверхностью Тритона. «Если к тому моменту, как я вернусь, ни один лифт не починят, и мне придётся подниматься назад пешком…! Надеюсь, вы не подшутили надо мной и не солгали, а иначе…!» Кулаки её сжались!

Спускаясь, она пыталась предположить, что это за работа такая? С какой стати клиент готов платить целое состояние? Внутреннее чутьё, ни разу не подводившее Стелс, подсказывало, что стоило вернуться домой и не ввязываться в дурацкую авантюру.

Она вышла на улицу и не поверила своим глазам. Во-первых, напротив, её дома действительно находился ресторан, который в самом деле оказался лайотским. Над входом маячил огромный неоновый билборд с названием. Ну, а во-вторых, было очень странно не заметить такой огромный и яркий рекламный щит раньше.

Стелс перешла на другую сторону улицы и шагнула за раздвижные двери. Огромный холл встретил её гигантскими картинами с изображёнными на них редчайшими, а ныне исчезнувшими представителями местной фауны. Всё, что осталось от величественных созданий, некогда живших на планете – это холсты нереальных размеров с намалёванными на них животными. Судя по интерьеру, хозяева угрохали в это место уйму кредитов, что совершенно не укладывалось в голове. Из-за постоянных приливов и отливов все здания на Тритоне строились на сваях. Даже в период засухи, когда обнажались зеленые от тины и ракушек основания, в домах неизменно царил запах стоячей воды. В отличии от остальных местных забегаловок здесь пахло цветами и сладкой грушей, единственным и весьма редким фруктом, растущим на Тритоне. Несмотря на систему кондиционирования влажный и душный воздух будто бы лип к коже.

Из космоса Тритон казался сине-голубым шаром. Планету давно открыли, но не колонизировали, так как всю её поверхность занимал океан. Лишь несколько тысяч лет назад климат здесь изменился. Местами вода отступила, и на образовавшейся суше, покрытой болотами и торфяниками, жители галактики основали несколько городов и заводов. Колонистов Тритона прозвали лайотами. Никто не знал, откуда взялось такое название, да и история об этом умалчивала.

После освоения новая планета притягивала к себе жителей всего галактического содружества. Самый огромный и красивый водный заповедник с невероятными обитателями глубин принимал до октиллиона туристов в год. Но стоило исследователям обнаружить на дне океана залежи сирибона – основного материала для постройки космических кораблей, как все предприниматели и промышленники готовы были драться за право вложить сюда свои средства. С каждым новым туристом, переселенцем, старателем Тритон терял свою магию. Воды загрязнялись, живность вымирала. Недра быстро опустели, сирибон закончился, а планета пришла в запустение, стала огромным сырым хостелом для отщепенцев, таких как Стелс.

Пока она размышляла, не заметила, как подошла к стойке администратора. Стелс отмахнулась от мыслей и представилась, спросила, не ожидают ли её. Симпатичная лайотка, стоявшая на ресепшене, проверила информацию по базе данных и, кивнув, просила следовать за ней.

Зал ресторана оказался почти пуст. Другого Стелс и не ожидала. Нынче туристы и предприниматели ехали сюда не очень охотно. Так ради кого лайоты построили здесь такое сокровище?

– Кретины…

Возле двери сидела и о чём-то живо беседовала парочка варианцев. В центре устроился плечистый габрианец, уплетающий копчёную рыбу, исходившую жиром. Профессор ожидал Стелс в самом дальнем углу. Свет туда почти не попадал, так что она не сразу его разглядела. На этом список посетителей ресторана заканчивался.

Гидеон нервно отбивал странную мелодию по стеклянному столику. Костюм белого цвета сидел на нём как влитой, чёрный галстук стягивал накрахмаленный воротник сиреневой рубашки, отчего зеленоватое лицо профессора покрылось испариной. Вместо второй руки висел пустой рукав, заправленный в карман.

– Чего это вы на ночь глядя и при параде? – Стелс присела напротив, вытягивая ноги.

– На симпозиуме был, – он рассеянно улыбнулся.

– Ну да, если под симпозиумом понимать переговоры с контрабандистами по поводу какой-нибудь очередной редкой дряни, которая поможет вам изменить судьбы всех обитателей галактики, – она ухмыльнулась.

– Не иронизируй, Стелс.

– Куда вы пропали?! Почему не отвечали? Могли бы хоть раз весточку прислать, сообщить, что живы. Я места себе не находила. И вот вы объявляетесь посреди ночи, предлагаете какую-то странную работу за нереальное количество кредитов. Как всё это понимать?

– Прости, Стейси. Это долгая история. Позже у нас будет время поговорить об этом, – он стыдливо опустил глаза. – Да, чуть не забыл. Я заказал тебе твои любимые черенки и шарики в маринаде. Гидеон кивнул подошедшему официанту, высокому бледному лайоту, и тот, открыв клошер, поставил на стол большое блюдо, от которого шёл лиловый дымок.

– Ха! Знаете, чем задобрить! – подцепив на вилку один кругляш в соусе, она отправила деликатес прямиком в рот. Гортань тут же обожгло. О да, тот самый вкус! Его Стелс не спутала бы ни с каким другим. Местные повара готовили божественно и порции накладывали от души.

Снова появился официант, на этот раз с графином, и подал гостям стаканы с темной оранжевой жидкостью. Чай у лайотов прекрасен!

– Так что за дело, профессор? – Стелс задала вопрос, когда официант ушёл. – Серьёзно? Пятьдесят миллионов кредитов? – прошептала она, округлив глаза не в силах сдержать улыбку на лице.

Гидеон кивнул.

– Серьёзнее некуда! И дело проще жареной грефы!

– Вот как? Часом, не банк содружества надо ограбить?

– Нет, куда там… – профессор облизнул губы, с интересом изучая собственные пальцы.

– Шпионаж?

Гидеон поморщился. Теперь улыбнулся он.

– Ты перепила вчера, что ли? Какой шпионаж?

– Не томите! – Стелс не терпелось узнать, за что заказчик готов заплатить ей внешний долг планеты Проксима.

Профессор поднёс стакан к губам и сделал глоток. Он решался.

– Тебе такая мелочь на зубок! Нужно кое-что выкрасть и доставить нанимателю.

– За мелочь пятьдесят миллионов? Надеюсь, это не грудной ребёнок императора?

– Не смешно, Стелс. Говорю же, это вещь! Обычная микросхема, но для него ценная, поэтому он готов хорошо заплатить. Тебе этих денег на несколько жизней хватит! Помнишь, как ты хотела? Осесть в тихом живописном месте где-то на Амброзии, купить маленький домик с фруктовым садом, выйти замуж, родить ребёнка наконец!

Это был укол в самое больное. Профессор отлично знал, на что надавить, знал её сокровенные мечты. Внутри моментально проснулось волнение и в то же время далёкая, очень хрупкая мысль о том, каково это будет – держать на руках маленького человека, плоть от плоти твоей, такого беззащитного, нуждающегося в тебе. Стелс чуть тряхнула головой, отгоняя набежавшее видение.

– Чушь! Юлите, профессор! Микросхема не может стоить как небольшая звёздная система со всеми её планетами, ресурсами и обитателями, если таковые имеются. Спрошу в последний раз… Не ответите, я поворачиваюсь и ухожу! – она достала из кармана карту, готовая рассчитаться за ужин.

– Итак… В чём подвох, профессор?!

Стелс знала наверняка. Подвох был всегда, в любом деле. Но то, о чём её просили сейчас… Чем дольше Гидеон молчал, тем очевиднее становилось, что подвох этот был неслабый.

Профессор сдёрнул с носа очки в менисковой оправе, дунул на них и, положив на столик, принялся протирать их своей единственной рукой, водя по запотевшим стёклам кончиком галстука.

– Ладно, признаю. Подвох в том, что украсть придётся у префекта планеты Артаджан.

– Что? Да вы умом тронулись!

– Не думай, наниматель не псих, он эту операцию давно планирует… – его зелёные пальцы забарабанили по столу. Гидеон нервничал и очень сильно. – Вот увидишь – всё получится! Уж мне-то ты можешь доверять!

– Украсть что-то у префекта Артаджана?! Вы серьёзно? Да всех сенаторов галактики так не охраняют, как Оскара Крейна!

– Вот именно! Никому бы и в голову не пришло красть у него, ведь это кажется невозможным. Поэтому ты и сделаешь это! У дома префекта дежурит человек. Он наблюдает за объектом уже месяц. Не хватает только толкового исполнителя, который вскроет сейф, возьмёт микросхему и выйдет незамеченным. Лучше тебя никто не справится! Ты способна взломать любой замок!

Стелс нахмурилась.

– Сами-то поняли, что сказали? Уйти незамеченной? Сначала в дом-крепость нужно войти! Там камер больше, чем иголок на спине у дикобраза. Да это подстава чистой воды! Думаете, у меня хватит дерзости решиться на такое, но недостаточно ума просчитать риски?

– Кто заказчик, Гидеон?

Поёрзав на стуле, он процедил сквозь зубы:

– Цинт Ари.

– Ах! Ну как же я сразу не догадалась? Обворовать человека, самого богатого и охраняемого после императора? Кому бы такое пришло в голову, как не самому матёрому преступнику и контрабандисту? Вполне себе логично… – она иронично улыбнулась.

– Желаю удачи! Уж простите, я ухожу! На кой чёрт мне деньги, если я не смогу их потратить?

– Стейси…!

– Что? Ну вот что?! – Стелс поморщилась, – вы руку потеряли из-за дел с Цинтом Ари! Вам мало? Хотите без головы остаться? Ещё и меня решили подписать на это самоубийственное дело? Его компаньонов находят без глаз, с отрезанными гениталиями где-то на задворках галактики и то, если повезёт…

– Стейси, притормози…

– Нет уж, не в этот раз, профессор. Не обессудьте! Моя шкура мне ещё дорога, и влезать между префектом и этим сумасшедшим маньяком – последнее, чего бы мне хотелось. Ни один здравомыслящий житель галактики на такое не подпишется! С чего вы взяли, что я исключение?

– Стелс! – голос Гидеона дрогнул, почти срываясь на хрип. – Он убьёт меня!

– Правда? Ну тогда, примите мои соболезнования. Да как вам в голову пришло опять с ним связаться?

Гидеон грустно усмехнулся.

– Не говори глупости. Ты ведь знаешь… После неудачного эксперимента с телепортацией в другую галактику… Не осталось планет, где я мог бы появиться под своим настоящим именем. Даже ищейкам императора было не под силу найти меня… Цинт Ари явился ко мне в лабораторию со своими головорезами. Понятия не имею, как ему удалось разыскать моё убежище, но это случилось! И теперь моя жизнь висит на волоске! Она всецело в твоих руках… – Гидеон говорил, и его голос дрожал от волнения, в нём слышалась мольба о помощи.