- -
- 100%
- +
В один момент, пылающий черный луч, почти достиг своей цели и пронзил насквозь транзитный поток. Он пролетел так близко от лица Мерлин, что несколько прядей ее волос потемнели и задымились. Он пролетел мимо длинного фрака Фредборга, и едва коснулся кольчуги Дугласа. Замыкание в сознании последнего сработало моментально. Зрение, слух и способность воспринимать происходящее вернулись сразу. Вот только сделать он ничего не мог, хотя очень хотел и пытался помочь ангелам. Увидев еще один, направленный в их сторону, теперь уже огненный поток, он попытался закрыть Мер собою, но не смог совершить ни единого движения. Тогда, совершенно отчаявшись, он закричал так сильно, что был услышан. Ближайший из ангелов направил на него свой сияющий меч. Дуглас тут же оказался в его световом ореоле, и сумел преградить путь пылающей стреле. Удар был огромной силы, восходящий поток содрогнулся, затрепетал, но тут же, наполнившись внутренним светом, вспыхнул с удвоенной интенсивностью.
Демоны стали исчезать, оставляя за собой прожженные, затягивающиеся на глазах пятна. От страшного удара Дуглас совершенно поник, будто потерял сознание, но ангелы подоспели вовремя. Поддерживаемый их лучами, он смог долететь до Аримои, где уже ждала исцеляющая помощь.
Восхождение было закончено. Странники вступили в границы благословенной, великой, объединяющей страны. В момент их появления, солнце стояло там в самом зените, а в небесах, вместе с ним, то ли отражением, то ли световым преломлением, сияло еще два солнца, точные копии первого, только чуть уменьшенные в размерах. Поэтому количество света, наполняющего этот мир, было беспрецедентным. Все блистало, горело, светилось в ласковых, радужных, призывающих лучах. Это была земля торжественного единого счастья – затомис общечеловеческой метакультуры.
Аримоя возникла в момент зарождения в Энрофе всеобъединяющей интеррелигии. Процессы становления и развития общей внутри и надгосударственной системы человеческого общежития на Земле шли параллельно с расширением и укреплением ее материальности. Поэтому раскрывающийся мир неуловимо точно напоминал нашим героиням то место, откуда началось их путешествие.
Великие храмы Солнца Мира, разбросанные золотой россыпью в Энрофе, здесь в мире Аримои, имели свое духовное небесное отождествление. И как бы ни была красива и щедра роскошь их убранств на Земле, тут она сияла в тысячи раз сильнее и благодатнее. Те же четыре основных входа ( по числу ведущих религий) и двенадцать дополнительных ( по три между каждым). В святилищах Аримои они выглядели подножным круглым ожерельем, искусно подобранных переливающихся сфер – ведущих в единый Храм.
Все пришедшие из Энрофа, могли видеть былое разнообразие, могли окунуться в специфику первых религий и мировых систем. Остальное общее пространство храма было настолько божественно – целым и родным, что достигшие Аримои души, мгновенно ощущали себя вернувшимися в отчий дом.
Природные ландшафты Земли будущего здесь также передавались до мельчайших подробностей. Бесконечные цветущие сады – копии земных облагороженных садов. Эфирные реки, рощи, леса и поля – отражение разноцветных природных кладовых Энрофа. Даже сосредоточения великих культурно – человеческих центров, безусловно, совпадало с могучим блеском метагородов Аримои. И если природа и миры остальных затомисов, выглядели какими – то сказочно – легендарными, то мир единой обетованной Аримои – просто родным, домашним, поднятым божественным великолепием на новую духовную высоту.
Мерлин открыла глаза. Она ощущала себя находящейся в покое. Свежий сквозной воздух чувствовался всем телом. Легчайшие бело – прозрачные покрывала раздувались его дуновением, как паруса. И сама Мер, то ли лежащая, то ли висящая в их нежных, качающих объятиях, медленно летала, поднимаясь и опускаясь без усилий легко. Вместе с ней летали запахи – весенние, поющие, очень похожие на земные. Те самые, из далекого детства, когда перед тобой вся жизнь, и она кажется нескончаемым праздником. Мер осторожно попробовала приподняться, но тут – же очутилась в вертикальном положении. Свободно – дышащие покрывала моментально исчезли.
Она оказалась в большой, объемно – круглой, залитой светом зале, увенчанной прозрачным куполом. Купол этот состоял из какого – то вещества, огромной лупой, увеличивающего свет звезд. Мощные серебристые потоки заливали пространство вокруг. Они отражались, делились на тончайшие серебряные нити, проникающие сквозь тело и одежду. Круглые стены казались туманно – зеркальными. Пола не существовало совсем, вернее одна точка, соответствующая ему, находилась глубоко внизу. Мерлин подумала, что висит в середине огромного наполненного серебристыми потоками шара. Она чувствовала, что – то опять творится с ее внутренним устройством и внешним видом.
Дело в том, что наши героини проходили посмертное путешествие гораздо – более быстрыми темпами, чем остальные. А переход в каждый слой требовал своей, необходимой для него трансформы. Только первый (из Энрофа в Олирну) использовал смерть – то – есть полное освобождение от физического тесного кокона. Далее резких, сужающихся до единого атома, проходов не существовало. Тело поднималось из мира в мир, благодаря постепенным, внутренне – духовным изменениям, происходящим в нем. Человеческая монада как бы созревала, наливаясь божественный благостью и силой. Женщины же сейчас были тут только гостьями. Поэтому оказываемая им помощь была на самом деле очень своевременной и нужной.
Мерлин заметив свое отражение в серебряно – зеркальном тумане, заметила, что она стала еще более нежной, совсем невесомой. Отдельных видимых телесных изменений в глаза не бросалось, может быть только глубина глаз наполнилась блистающим звездным огнем, и в волосах, прямо над теменной частью, засияла эфирная серебристо – брильянтовая диадема, как источник внутренней духовной силы.
Туманность стен вокруг, неожиданно поднялась собранным театральным занавесом и Мери увидела ожидающих ее друзей. Огнекрылые ангелы приветливо улыбались. Мистер Фредборг, сменивший смешные одежды на парчовое одеяние средневекового принца, с распростертыми руками бросился на встречу. В его воздушно – курчавых волосах, там же где и у нее, горела внутренним источником небольшая корона.
– О, мы все тут короли и королевы – улыбаясь, пошутила Мер. Но ангелы спокойно и обстоятельно объяснили, что благословенную Аримою достигают только те человеческие сущности, которые сумели раскрыть в глубине своей души и тела неиссякаемый божественный источник, соединяющий с Великим Единым. Это он сияет проявленной силой и указывает на высшую связь.
– Где же Дуглас, почему его нет с вами? – поинтересовалась женщина.
– Дугласу необходим более продолжительный отдых и помощь. Он будет немного позднее.
– Почему, что случилось?
– Ничего страшного. На нашем пути произошли определенные события и Дуглас, по странному стечению обстоятельств, оказался более всех вас затронут ими. Сейчас он отдыхает, набирается новых сил, и очень скоро сможет присоединиться к нам. А вас ждет долгожданная встреча с теми, кого вы считаете самыми близкими друзьями.
Анна 2014
В глухом оцепенении, медленно раскачиваясь и держа мальчика на руках, Серафима Петровна просидела часа два, не меньше. Голос автоматически напевал монотонную колыбельную. Димка дремал, но часто вздрагивал и начинал плакать.
– Что делать, что делать, что делать! Одна и та же мысль продолжала звучать в голове. Тело ее внутренне дрожало, так как бывает после сильного испуга, ноги были ватные, руки в одном положении совсем онемели, но встать с места женщина не могла. Никак не могла себя заставить, никак! А вдруг кто опять придет? Лешку, наверное, сразу убьют, а вот над Анечкой могут и издеваться. Нет, надо идти, срочно вынимать их оттуда, лучше здесь, в доме где – нибудь спрятать. Положив мальчика на диван, Серафима встала, и чуть пошатываясь, направилась к выходу.
–Отче наш, иже еси на небеси! Да святится Имя Твое! Да прийдет Царствие Твое! Да будет Воля Твоя! Яко же на небеси и на земли! – слова молитвы лились сами собой. Они звучали внутри, но как – будто эхом разносились по комнатам.
– Господи помоги! Помоги вызволить их, не погуби донюшку мою, не погуби этого мальчишку! Они же совсем дети! Еще и пожить не успели, сохрани их, Господи! Помилуй!
Нащупав ключ в кармане, она легко открыла старый врезной замочек, свет выключила и включать не стала. Спускалась в темноте, чуть подсвечивая, предусмотрительно взятой из дома зажигалкой. Анечка сидела не двигаясь, оперевшись спиной о беленную стену. Глаза ее были закрыты, голова чуть запрокинута набок. Серафима Петровна очень испугалась и принялась неистово трясти дочь со словами:
– Аня, Анечка, что с тобой?
От сбившегося дыхания, огонек зажигалки погас, но тут взволнованная мать услышала родной голос:
– Ма, ты че? Ма, хватит! Чувствовалось, что она говорит спросонья, видно оказавшись в полной темноте, организм после пережитого стресса, дал команду к отбою.
– Мам, да все нормально со мной, не тряси, хватит. Посвети лучше, что с Лешкой. Он так и не пришел в себя. То хоть мычал что – то, а теперь совсем молчит. Вдруг он умер, мам? Я так боюсь! После нескольких щелчков, огонек снова вспыхнул, и заплясал дрожащей тенью на стене.
– Не переживай, живой, горит только – Серафима петровна положила руку на лоб белокурого парня – горит сильно, надо что – то делать. Ты поднимайся наверх, сейчас что – нибудь придумаем.
Анна не возражала и послушно поднялась по ступенькам. Войдя в дом, они прошли на кухню. На столе осталось все так, как было при непрошенных гостях – сковородка, стаканчики, ложки.
– Ты когда там в подполе была, гости к нам заходили – ответила на немой вопрос дочери мать.
– Эти правда нормальные, тока один поганый, ну ниче, ему старшой рот прикрыл. Я как раз к вам залезть хотела, а тут они сволочи, не знаю, как Бог отвел. Два часа потом не решалась вернуться. Ой, что ж было бы доча, если бы они вас нашли!
– Не знаю, ма, только Лешку спасать надо. Я его не брошу. Ты от гостей не слышала, они у нас остановились или до Латного дошли?
– Не знаю, вроде не дошли. Старый говорил тут дня три будут, потом дальше.
– Мам, я его на тележке повезу, прямо сейчас. До Латного или до Донецка по полям километра четыре будет, дойду.
– Нет, доча, я тебя не пущу, слаба ты еще, нет силы бабьей. А уж если поймают тебя с раненным ополченцем – живьем замучают твари! Нет, я тебя не пущу, сама пойду! А ты сиди тихо, смотри за Димкой, один он остался, совсем один!
– Нет мам, я сама.
– Мать слушай, пойду я. Я сильнее, даже если поймают, скажу сына раненного везу в медчасть. Ты доча меня не мучай, я тут без тебя не выдержу, с ума сойду, слышишь, я пойду! Ты только укол ему сделай, чтоб жар ушел, да и боль тоже. Чтоб не проснулся, пока по селу бежать будем.
Анна возражать больше не стала. Видя состояние матери, она молча прошла в комнату и набрала в шприц лекарство. Укол был сделан быстро. Перед университетом, Аня закончила медучилище, поэтому уколы ставила профессионально. Да и парня они подняли на удивление легко. Серафима Петровна на улицу выходить не стала. Она крепко обняла дочь, перекрестила ее, поцеловала, и направилась с тележкой огородами, через задний двор.
Тележка то и дело срывалась одним колесом в рытвины по бокам, но испуганная женщина упрямо продолжала намеченный путь. Село не спало, нет, оно орало пьяными криками, песнями и автоматными очередями. Анна не пыталась даже заснуть. До самого утра она лежала рядом с Димкой под теплым ватным одеялом и тряслась, дрожала как осиновый листочек на холодном, рваном ветру. А когда серо-синий предрассветный туман начал понемногу рассеиваться, дрожь ушла вместе с ним, уступив место непонятно откуда взявшейся уверенности. – Нет, я ждать не буду. Я тут больше не останусь, за ними пойду, так же огородами, может пронесет!
Схватив сонного мальчика на руки, Анна метнулась через комнату в спальню, чтобы достать из шифоньера простынь. Сделав из нее подобие гамака, она положила туда Димку, а концы связала на плечах. Нести так ребенка было гораздо удобнее, чем перед собой. Больше не раздумывая, девушка еще раз окинула взглядом родной дом и решительно двинулась в путь.
Выйдя на улицу, Анна вдохнула полной грудью, будто до этого тонула, и захлебываясь не могла дышать. Внутри стоял горячий ком, разливающийся кипятком по всему телу. Но сердце успокоилось. Оно уже не рвалось из груди – устало. Голова, наоборот, пульсировала нудной болью схожей с зубной. Димка спал спокойно, не вздрагивал. Аня постояла минуты три, прислушиваясь к неясному грохоту. Звук был глухим, но недалеким, словно били чем – то громадно-тяжелым по земле. Били размеренно, с определенным интервалом.
– Ну что, Димуля, с богом – прошептала она чуть дыша, и тихонечко закрыла за собою калитку заднего выхода. Сначала девушка просто шла быстрым, но осторожным шагом, останавливаясь от любого подозрительного звука. А затем, выйдя в поле – побежала что было сил. Она не боялась упасть, не боялась споткнуться. Ноги стали крыльями и несли вперед. Сердце не думало, не вспоминало ни о чем, наслаждаясь бегом. Впадины и неровности исчезли, не видела их Анна, не замечала, хотя под ногами была обычная грунтовая дорога. Димка, проснувшись от такой тряски, попытался выпутаться из держащей его повязки и захныкал. Анна ласково погладила его по голове, и перейдя на быстрый шаг, шепотом запела колыбельную. Справа шумело поле – темно-желтое и живое, а слева шелестела листва в длиннющей, нескончаемой посадке. Природа жила своей жизнью. Где – то ухала сова, короткими трелями заливалась незнакомая птица, ветер широкой ладонью подгонял в спину.. Все так – же, как всегда, все обычно, кроме этого монотонного звука, размеренно бьющего по голове.
Тайра 2014
Тайра пришла на встречу первой. Алекс появился минут через семь, с маленьким букетом полевых цветов. На экране в кафе показывали тот самый репортаж, монтаж которого она с коллегами завершала утром. Рвались петарды, летели бутылки с зажигательной смесью, антиглобалисты в дыму горящих автомобилей, убегали от полиции.
– Вы становитесь знаменитой – подошедший Алекс, поцеловал ей руку и преподнес цветы. Голос его был на удивление спокойным и даже счастливым. – Что случилось? Вы расстроены?
– Я расстроена, нет, я схожу с ума! Мир, в котором мы живем, катится в пропасть на глазах. А все вокруг молчат, не видят, не замечают ничего. Я должна, мы должны разбудить его! Помогите мне, Алекс! Как донести людям правду, если они не хотят слышать. Столько фактов, столько разоблачений … тишина! Тишина! Я боюсь, что мирной жизни осталось совсем немного. Пропасть близко, видно не вооруженным взглядом. А они продолжают идти вперед, как ни в чем ни бывало. Нужно остановить, нужно выдать такое, что взорвет умы, что потрясет мир и заставит изменить реальность!
– Тайра, милая, успокойтесь. Я понимаю ваше состояние – голос Алекса по-прежнему излучал невиданную лучезарность.
– Я сам несколько раз переживал подобные критические моменты. Безысходность не дает шансов, она их съедает. Здесь не поможет ничто, кроме веры! Да, да, не смотрите так, ничто кроме веры! Все равно, какого вы вероисповедания. Присутствие в человеческой сущности этого вечного огня, подобно лучу света, спасает от тьмы. С ней человек всегда чувствует себя защищенным, что – бы не случилось в его жизни. А по поводу сенсаций, я не против. Думаю, время пришло! Но теперь это должны быть не разовые обжигающие речи команданте Маркуса, ни методический слив компромата от Викиликс. Мы должны создать систему, конвейер – серию фильмов и передач с точным обоснованием происходящего. Прямо называть имена и фамилии. Четко указывать истинную стоимость и порядок вещей. Я предоставлю уникальную информацию, срез самой сердцевины, но начать нужно с простого, с того, что в современном мире касается каждого и обуславливает уровень жизни. Экономика и деньги касаются всех. Если сбросить завуалированные покровы, и показать миру истинное лицо экономического монстра, который своей ненасытностью убивает не только людей, но и все живое, саму планету. Это, по крайней мере, заставит задуматься любое нерешительное большинство. Человечество имеет право знать, что за мозг им управляет, как он выглядит, и куда он его ведет. Обязательно свяжите с историческими моментами. Необходимо доходчиво объяснить смысл всех мировых войн, включая современную. И главное – полную совместимость воздействия климата, политики и экономики. Заявить так громко, что бы услышали. Обязательно чем-то красочным привлечь внимание! Все в ваших руках Тайра, все в ваших руках! Не играйте по чужим правилам, создавайте свои. Чем сильнее они будут отличаться от установленных, тем большее внимание привлекут. Мы же постараемся обеспечить защиту ваших интересов, да и вашу личную защиту.
– Прочтите – Тайра подала Алексу мелко исписанный лист бумаги.
– Здесь план построения будущего общества. Звучит, конечно, смешно, но с данным документом ко мне обратился один замечательный человек. Я обещала не называть его имени. Могу лишь сказать, что ореол его жизнедеятельности, находится довольно высоко. Он не понаслышке знаком с теми, о ком мы пытаемся донести людям. Вернее, имеет к ним непосредственное, прямое отношение.
Мужчина увлекся чтением, а Тайра наблюдала , как за окном, в чистом, голубом небе, плывут красивые перистые облака, похожие на распотрошенную перину.
Заглавие листка гласило: Концепция противодействия или план построения общемировой общественной системы.
Никаких войн и революций, в привычном понимании данных понятий. Всемирное противодействие любой агрессии. Для достижения духовного братства и справедливости должна быть взята за основу, уже сформировавшаяся в границах современных государств, система мироустройства.
Качественное и количественное ее переформатирование должно быть сведено к разумному и добровольному использованию несправедливо накопленных капиталов элиты. Основные ценности мира должны быть распределены согласно утвержденному плану общемирового хозяйства.
Использование новой модели информационной системы, с качественной заменой транслируемых ценностей. Именно это приведет к разрушению единого рационально – потребительского типа сознания. Агрессия, эгоизм, цинизм, порнография, и все остальные понятия, выхолащивающие человеческую сущность, должны быть плавно и опосредованно растворены в потоке духовных идеалов.
Восстановление традиционного сознания и вертикальных связей поколений, хранящее как межнациональное, так и общечеловеческое понимание мира.
Любовь во всех, особенно в высших проявлениях. Вера и всебожественное проникновение мира. Подвижничество и осмысление человеческой жизни, как духовного полета к вершинам бытия. Божественная вездесущность, Его безграничная мудрость и добро должны быть объяснены с детства, восприняты, а затем ощущаемы каждым индивидом.
Повсеместное воспитание человека облагороженного образа, включающее в себя, как существующий обширный комплекс знаний разноматериальной природы, так и все его совершенства в будущем.
Медитационное, межрелигиозное, морально-этическое образование, должно быть укомплектовано в единую общеобразовательную систему, цементирующим составом которой, выступит бережно отношение к нашей планете Земля, как к Единой Материнской силе. Отношение к миру, как к неиссякаемому и всесторонне поддерживаемому источнику жизни, сгладит разногласия и объединит государственные образования в справедливом и честном сотрудничестве.
Построение общеэкокномического пространства, обеспечивающего одинаковый, высокодоходный уровень жизни граждан различных гособразований, равноправных условиях развития и нано – технологической поддержки.
Все страны в рамках своих национально – территориальных границ, должны входить в состав единого общемирового сообщества, обеспечивающего равные права и возможности для всех членов сообщества.
Запрет на военные действия должен быть непререкаемым условием совместного существования. Ни одна страна не должна ущемляться ни в развитии, ни в уровне жизни, ни в экономическом сотрудничестве. Возникшие разногласия решаются только мирным путем, согласно совместной целесообразности.
Каждая религия благоговейно развивается в пределах исторически – сложившегося ореола существования. Каждая религия – дорога к вершине божественной бесконечности того, кого мы называем Творцом нашим, Богом нашим, нашим Отцом. У каждой дороги своя сторона горы. Природа северной стороны, отличается от природы южной. Мифы запада не схожи с мифами востока. Солнечные лучи, преломляясь, по разному высвечивают духовный ландшафт. Но все дороги великой горы ведут к одной единственной вершине, где только Он …и мы, наполненные бесконечным счастьем. Процессы построения и развития должны быть пронизаны духовной красотой.
– План ничем не хуже других – прочитав, произнес Алекс. Его вполне можно цитировать без изменений, только вот в жизнь претворить безумно тяжело. Но я надеюсь, что наши труды все же будут вознаграждены. Вот флешка, здесь основные документы и источники для будущих трансляций. Прекрасный день! Улыбнитесь же, Вам так идет улыбка! И вспомните, все дороги ведут к Богу, все! Значит мы рано или поздно достигнем вершины, так что жизнь, не смотря ни на что удивительно прекрасна. Желаю удачи, Тайра, до встречи!
Сергей 2014
– Микол, сейчас направо, а затем, да вот туда, налево, к морю. Нет, не этот заезд, следующий. Угу, именно сюда.
После недолгого проезда, по утопающему в цветах и тени старинных деревьев садику, ребятам открылся, поражающий своей грандиозность, новый фешенебельный отель. У отеля была собственная береговая линия довольно внушительных размеров.
– Ни чего себе, Серег, мы же обычно на мелкоте залегаем, а здесь прямо таки дворец! Ты как это решился! Чисто, проверял?
– Чисто, не переживай – ответил Сергей, выгружая из багажника авто пару чемоданов.
– Это мой отель.
– Как твой, когда ты все успеваешь? Тебя здесь знают?
– Нет, говорю не переживай! Меня никто и никогда не видел. Все организовано через третьи лица. Они же занимаются управлением. Визуально я незнакомец, но знаю обо всем, что здесь происходит до мелочей. Отчеты поступают регулярно. По сети не проследят, все предусмотрено, все законно – Диас постарался. Сейчас для нас этот отель – одно из самых безопасных мест в мире. На его территории есть корпус, хорошо охраняемый, скрытый от посторонних глаз, с подземным бункером и туннелем, выводящим в несколько мест за два километра отсюда. Даже в море выход есть!
– Так что, место наше? Не засвечено! Можем отдыхать! А ребят позовешь?
– Да здесь они уже, пошли! Подбежавший гарсон, погрузил на тележку чемоданы, а Серый и Микола, вступив за раскрывшиеся зеркальные двери, окунулись в омут прохладного спокойного, шуршащего каскадом водопадов, муравейника отдыхающих.
– Что молчал про наших? – недовольно пробурчал Микола, заглядываясь на светловолосую девушку, тщетно пытающуюся объяснить что – то консьержу.
– Сюрприз! – одернул его Сергей.
– Пошли, мы здесь по тем же паспортам, что и прилетели. Туристы! Анкету заполняй! Микол, слышишь, отвлекись! Да увидишь ты еще ее, куда она отсюда денется.
Минут через десять, пройдя по открытым террасам, и кружевным, увитым зеленью мосткам, друзья очутились у нескольких лифтов, каждый из которых, доставлял их в собственный номер.
– Два часа на отдых. В пять тридцать встречаемся наверху. Этим же лифтом, этаж. Ребята знают, так что готовься ко встрече. Поехали!
Каждый вошел в свой лифт. Изнутри они были совершенно прозрачны, а снаружи затемнены так, что рассмотреть что – то определенное было невозможно. Подъемные механизмы тронулись одновременно. Кабинки синхронно полетели ввысь, открывая стоявшим внутри, несравненный вид на море, окутанное легкой дымчатой вуалью. Солнце клонилось к горизонту, заставляя своими лучами, дымку эту блистать и переливаться. Если бы кто – то увидел ребят со стороны, он бы улыбнулся. Мужчины стояли в одинаковых позах и смотрели одинаковым взглядом на чарующий лазурный вид. Мысли, и те у них были одинаковые. Каждый думал о женщине. Николай о светлоликой красавице в холле, с ужасным английским. А Сергей об Аталии. Ее огромные карие глаза были с ним всегда и повсюду. Чем ближе ощущалась встреча, тем сильнее стучало сердце в груди.
Девис 2014г
Девис родился жаркой августовской ночью, в момент мощнейшего звездопада, когда перегретые светила словно огненные искры – лучи расчерчивают собою небо. Воспитывался он у бабушки и дедушки, вернее сказать, что основным человеком в его жизни была бабушка, мамина мама – супруга старого Родинтропа, мисс Элеонора Родинтроп. С младенчества родители Девиса уделяли ему совсем немного своего личного времени. Отец занимался музыкой. Он организовал молодежную группу, подобие популярных тогда квартетов, и отдавался этому занятию полностью. Мама была художницей. Прекрасно образованная, баснословно богатая дочь Родинтропа, владела двумя знаменитыми художественными галереями. Она часто устраивала выставки начинающих авторов, где и сама выставляла свои работы. Молодая женщина раскрыла таким образом двери в будущее многим знаменитостям.