Живой алмаз Шаданакара

Мама с папой очень любили друг друга, по крайней мере, так всегда говорила бабушка. Каждый из них без остатка отдавался своему делу, но они всегда находили время побыть вместе. Часто уезжая на несколько дней, отдыхали на полную. К сожалению, отдых без спиртного и наркотиков не обходился. Это и привело, в конечном счете, к трагическим обстоятельствам их гибели. Родители разбились в горах Италии. Их ярко красная Феррари, сбив дорожные ограждения, улетела в глубокую пропасть. Сотрудники полиции объявили, что тормозного пути не было. Что там случилось – никто не знает, да теперь, наверное, и не узнает. Тела обгорели от взрыва настолько, что опознать их было практически не возможно. Лишь генетическая экспертиза дала утвердительный ответ – да, это были Дарая и Стив Хопгинсы мама и папа Девиса.

Хотя мальчику было всего 4 года, это страшное известие осталось в памяти ужасным черным пятном. Черным, не потому что он осознавал потерю, нет. Черным, потому что те воспоминания на протяжении всей дальнейшей жизни, горькой болью напоминали о случившемся. Девис запомнил тот день до мелочей. Яркие солнечные лучи, играющие насыщенной зеленой травой, мокрой после дождя. Громкую, навязчивую музыку. Множество людей в черных одеждах. Бледную, совершенно разбитую бабушку и одинокого деда в стороне. Он смотрел отрешенным взглядом куда – то вдаль, и никого к себе не подпускал.

Кроме этого случая ничего плохого ни в детской, ни в отроческой памяти не осталось. Любовь родителей была заменена стопроцентной заботой и любовью бабушки и деда. Он жил по-настоящему счастливо, легко и беззаботно. Учеба казалась игрой – талантливые и высокооплачиваемые педагоги всегда прекрасно справлялись с обязанностями. В силу лидерских качеств и личного обаяния, ребята в элитных школах относились к нему искренне. Даже с девчонками проблем не было.

Осознание, что он отличается от остальных по уровню важности или значимости своей семьи, пришло довольно поздно. Не у всех, но у многих учащихся, к которым Девис приезжал в гости, были большие дома и усадьбы. Шикарные машины и дорогая мелочевка не казались роскошью. Нет, здесь было что – то другое. Налет легкой зависти, или иной формы раболепия. Впервые он почувствовал это лет в 13 – 14. Где – бы он не появился, везде чувствовал на себе чужие завистливые взгляды. Мальчик привык, смирился. К тому же очень скоро для него начала открываться еще одна тайная сторона жизни. Много читая, а в доме деда находилась огромная библиотека с бесценными фолиантами, юноша все чаще выбирал книги, связанные с потусторонними эзотерическими учениями и различными религиозными писаниями. Книги, повествующие о судьбах древности. Любимая бабушка , очень приветствующая чтение вообще, все что касается такой литературы категорически отрицала. Здесь молодому человеку приходилось хитрить и изворачиваться, чтоб не быть застуканным с подобным произведением в руках.

Особенно ему понравилась книга о Розекрейцерском ордене. Девис и сейчас, спустя четверть века отчетливо помнил, как она выглядела, как пахла. По – сути, описанные там принципы-задачи явились для него путеводными направлениями. Даже в настоящее время, будучи давно взрослым, он вновь и вновь возвращается к ней время от времени. А тогда повествование о древнейшем ордене полностью обратило его в свою веру. Засыпая, мальчик видел сны о бесстрашных могучих рыцарях, спасающих мир. Бодрствуя, изучал их традиции и обряды, мастерство владения мечем, конными спортивными дисциплинами. Здесь бабушка разделяла его увлечение, да и дед был доволен. Он рассказывал ему о других тайных организациях, потихоньку давал нужную литературу.

Время шло, знания ширились. Изучив доктрины тайных обществ, Девис принялся за религиозные течения. До того момента понятие Бога присутствовало в его жизни полутенью. Ни бабушка, ни дед никогда не рассказывали о нем. Величие этого бесконечного понятия он осознал после изучения и сопоставления древних доктрин. Кроме того, Девис явно чувствовал причастность своей семьи к одной из таких доктрин. Он потратил довольно много времени, чтобы окончательно определиться к какой. Затем последовал откровенный разговор с главой семейства. К тому моменту молодому человеку исполнилось 16, и мистер Родинтроп ввел его в начальную ложу нижнего ранга.

О, это чудесное слепое время бурной юности. Озаренный идеалами справедливости и братства, вместе с сокурсниками по университету, Девис воодушевленно бродил в тумане таинственности. Он писал стихи, сочинял музыку, верно исполнял обеты. Очень много читал. Между очередными попойками анализировал и думал о планах достижения будущего идеального общества. Мир вокруг казался вечной весной – свежей, надеющейся, рвущейся вперед. С переменным успехом такое восприятие действительности продолжалось вплоть до окончания университета. К тому моменту, всего за несколько лет, молодой человек достиг уже 9 уровня, и должен был вот – вот пройти новую инициацию для перехода в следущий круг. Этот момент послужил решающим толчком в перемене его отношения к действительности.

На улице была зима. Грациозные снежинки, невесомыми танцовщицами, кружились в воздухе. Девис мчался на запланированную встречу ордена в приподнятом настроении, с предчувствием, что скоро коснется неведомой истины. В зале приветствий его встретили совершенно незнакомые люди. С некоторыми он, конечно, пересекался в обществе, но совершенно поверхностно, никого из бывших наставников, никого из лиц магистрата рядом не было. Девиса проводили в зал с плотно затянутыми окнами, бордовой подсветкой по периметру, и такой же бордовой, светящейся шестиконечной звездой на полу. Когда он был поставлен в центр, остальные шестеро заняли места по вершинам остроконечных лучей, а трое оставшихся подошли совсем близко. С первыми словами тайного обращения и положенного на плечо тяжелого меча, Девис почувствовал отталкивающий эффект. Но отступать было некуда. Он так долго шел к этому переходу. Затем зазвучала музыка – могущественная, грациозная и очень красивая. Молодому человеку завязали глаза и поднесли к губам полную чашу довольно крепкого и неплохого на вкус, напитка. Выпив его, через несколько минут он совершенно потерял ориентацию в пространстве. Красные пузырчатые круги, плывущие перед глазами, стали огромными, мерцающими в темноте сферами. Одна из них захватила Девиса внутрь и покатилась с ним так быстро, что от бешеного вращения он как-будто отслоился сам от себя и оказался вдруг, в совершенно другом месте.

Это была гора – вершина огромной отвесной скалы, нависшей над пропастью. Он чувствовал свежий пронизывающий ветер, влажность стелющегося под ногами тумана, он видел мир, лежащий где – то там, внизу, замкнутый, с непрерывным движением, как муравейник. И он слышал голос – такой огромный, всеохватывающий, будто один и был, все что есть вокруг.

Голос спросил Девиса:

– Зачем пришел ко мне?

Девис немного подумав, сказал, что его привела судьба. Голос рассмеялся и спросил еще раз:

– Чего ты хочешь?

Девис ответил:

– Служить миру!

Голос рассмеялся сильнее, и с удивлением переспросил:

– Ты хочешь служить этим безумцам, копошащимся внизу словно муравьи? Девис не знал, что ответить, и молча смотрел вниз. Тогда мир стал разрастаться, приближаясь к нему, то одной, то другой своей частью, одновременно показывая реальные картинки происходящего.

Вот летящая машина сбила на пешеходном переходе седую старушку и даже не остановившись, скрылась за поворотом. Вот величественная молодая львица в красивом прыжке, сломала хребет юной, мчавшейся на всех парах антилопе, и довольная, вальяжной походкой, потащила добычу, оставляя кровавый след на траве. Вот орущие в джунглях солдаты, расстреливают небольшой отряд повстанцев с женщинами и детьми. Вот изможденный, уже похожий на собственный труп наркоман, делает сам себе укол, и тихо засыпает со страшной улыбкой смерти. Дальше – больше, еще, еще, еще! Картинки росли, как снежный ком, покрывая друг друга, пока Девис не закричал в отчаянии:

– Хватит, пожалуйста, хватит!

Картинки исчезли. Мир снова оказался внизу, а появившийся голос спросил:

– Ты хочешь служить этому миру? Молодой человек молчал, не зная что ответить.

– Что ж, смотри дальше – прогремел голос. Перед глазами вновь возникли знакомые картинки, только теперь события развивались совсем по другому сценарию. Старушка осталась жива, машина в нескольких сантиметрах пролетела рядом, но через три недели она мучительно умирала на больничной койке хосписа, и каждую минуту просила Бога о смерти. Вьетнамские партизаны не были расстреляны, но через несколько дней, они сами напали на базу морской пехоты и уничтожили всех до одного. Полуживой наркоман остался жив, сел в невменяемом состоянии за руль, и устроил на скоростном шоссе грандиозную аварию с несколькими жертвами. Даже бедная антилопа, чудом увернувшаяся от львицы, разделила участь остальных. Сломав ногу не крутом переходе в горах, она безмерно страдала, умирая от жажды и голода на раскаленных камнях.

– Так кому ты хочешь служить, миру или тому, кто управляет им – прогремело голос. Девис не успел ничего ответить, он вернулся назад в свое тело, лежащее на полу.

Руки были связаны, сердце бешено билось, зубы подпрыгивали ему в такт. Добравшись до входной двери комнаты, он попытался их открыть, но не тут – то было. Двери стояли как вкопанные. Тогда Девис стал кричать, – ответа не последовало.

– Что делать, что делать – теперь уже в такт с зубами, звучало в голове. Не добившись ничего от двери, Девис обреченно последовал к тому месту, где очнулся. Он только сейчас рассмотрел, что очнулся в гробу. Нет, не в гробу. Это было что – то ритуальное, что – то среднее между гробом и жертвенным настилом. Мягкий бархат и кружева не согревали. Девис лег, свернувшись калачиком, и продолжал трястись, медленно обводя взглядом черно – бурые силуэты залы, пока не наткнулся на небольшое, чуть поблескивающее пятно. Чаша – мелькнула в голове догадка! Через секунду он был у нее! Еще через секунду, он осушил чашу до дна. А еще через мгновенье почувствовал себя вполне нормальным человеком. Дрожь ушла, ушла вместе со страхами. И в теле, и в душевном состоянии появилась необъяснимая легкость. Голова закружилась, потянулась к бархату настила.

Первым, что он увидел, были глаза матери. Настоящими он их не помнил, только по фотографии. Но сейчас, они смотрели на него улыбаясь! Такие добрые, такие красивые! Затем мама появилась вся. Она обняла, нежно поцеловала и растворилась в темноте, оставив звучащий голос: «Я тебя люблю!». Девис хотел было расстроиться, но не успел. Внимание его привлекла вспыхнувшая белая точка, очень быстро увеличивающаяся в размерах. Точка превратилась в огромный, горящий голубым огнем, камень. Девис растворился в нем и стал лучем, пронизывающим мироздание. Он видел свет и был светом! Он пел песню света! А потом синий бриллиант превратился в планету. Девис видел ее сразу с двух ракурсов, и сверху, и изнутри. Видел, как голубой, укрытый облаками шарик, раскачивается и раскрывается лотообразным цветком. Видел, как его лепестки убегают в космос, так далеко, что их бесконечные ауры касаются солнечного ореола! Голубая горошинка физического мира, была лишь маленькой сердцевиной чудесного сверкающего лотоса. Девис ощутил великое единство его лепестков, рассмотрел, как пересекаясь между собой, они образуют живое сияющее пространство. Так хорошо! Так красиво! Будто бесконечное счастье наполнило его сущность и осталось навсегда внутри!

Когда Девис открыл глаза, комната была по-прежнему пуста, но окна раскрыты. Солнечный свет наполнил ее своей легкостью и чистотой. Молодой человек направился к дверям, которые при приближении его шагов, сами собой раскрылись. Перед ним стояло семеро. Они громко приветствовали его словами древнего гимна, а затем расступились, делая проход для двух других в шелковых мантиях. Приблизившись к этой паре, Девис увидел, что каждый из них держит в руках накрытую тканью книгу, и протягивает ее ему. Он услышал короткое:

– Выбор за тобой. Ты должен взять только одну.

Рука Девиса потянулась было к левой, и почти коснулась, но вдруг, передумав, он твердо взял правую книгу, и поднес к груди. Стоявшие переглянувшись, молча преклонили перед ним колено. Затем раскрылись двери уже другой комнаты, и Девис услышал глухой голос, приглашающий его войти в следующую залу.

– Поскорее бы все закончилось – про себя подумал молодой человек, входя в распахнутые двери, но за ними, к своему удивлению, он увидел множество знакомых людей, окружавших его семью с самого детства – Стефан, Константин, Мидельтон, Мисс Бавух, да все, все тут. Во главе встречающих стоял не кто – нибудь, а его дед! Его родной дед, в черной мантии и других обязательных атрибутах ордена.

– Мальчик мой, ты не просто прошел испытание, ты прошел его блестяще! Об этом свидетельствует наше лото, и выбранный тобой путь. Поздравляю, такое происходит очень редко. Ты избран сразу в высший круг, на двадцать пятый уровень. Теперь ты полноценно с нами, еще не ровня, но уже один из немногих, стоящих рядом! Я искренне горжусь тобой, мой друг!

После приветствия все поднялись на второй этаж. Девис был препровожден в большой, залитый солнечным светом зал. Роскошь интерьерного убранства, простор, пронизанность воздухом и светом, все говорило о торжественно – церемониальном предназначении данного помещения. Девису указали на круглый стол, где уже устроились все остальные. Мест было тринадцать. Тринадцатое кресло было пустым, и молодой человек направился было к нему, но старый Родинтроп остановил его жестом.

– Присаживайся, мой дорогой, напротив. Это место специально приготовлено для тебя. Что ж, начнем!

Присутствующие встали и хором проговорили знакомую клятву.

– Я отдаю себя вечной силе, вечному знанию, вечной науке в непоколебимости, верности и подчинении Ордену. Клянусь служить ему всей своей сущностью, всеми дарами, рожденными и приобретенными. Тот, кто стоит на пути, должен уйти. Все что мешает свету, является законной добычей тьмы!». Все сели, остался стоять лишь дед. Он, соответствующим торжественному моменту голосом, произнес: «Сегодня ночью ты прошел первое серьезное испытание. Прошел достойно, поэтому и избран сразу в высший круг. Не многим удается сохранить спокойное состояние во время видений! Вечность касается каждого по – разному. Некоторых едва удается вернуть. Ты же обошелся без ужаса и страха, вел себя достойно, можно сказать благодушно! Кровь все же играет огромную роль. Рожденный в числе избранных, ты утвержден в своем праве! Надеюсь, будущее будет благосклонно к тебе, и тот, кто все видит, узаконит свой выбор!

Старик присел во главе стола и продолжил уже менее торжественно.

– Очень давно, на заре рождения человечества, наш мир посетило племя вечных странников, огромных и могучих, наделенных великой силой – знанием! Странники применили генную инженерию, скрестив свои гены с первобытными человекоподобными существами, зародив тем самым, первую человеческую расу. Полученные люди являлись для них не более, чем скотом, орудием труда, с помощью которых они проводили необходимые для себя изменения на планете. И только один, с чистой и доброй душой полюбил полученных людей. Полюбил искренне, и взбунтовавшись от бесчинства остальных странников, решил передать людям самое драгоценное, что имел – знание! Ибо знание – свет, сила, и бесконечность бытия! За непокорность он был проклят отрядом высших, низвергнут из мира правящих. Они и те, кто несут нить из учения и поныне, сделали все, чтобы очернить его образ, подменить местами содеянное. Они на веки превратили его имя во зло, от которого земной человек должен бежать, как от огня. Но имя его осталось в веках и само говорит за себя. Ибо знание – свет, сила и бессмертие! Тот, кто его принес – зовется Люцифером, Светонесущим, осветляющим путь! Мы его помощники, молекулы, наделенные великой силой вечного бытия! Мы золотой нитью проложили свой путь от цивилизации к цивилизации. Мы всеми силами пытаемся воплотить в реальность его учение, чтобы те, для кого оно было создано, достигли совершенства! Деятельность ордена направлена на совершенство общества. Мы приведем мир к новому порядку, независимому от идеологии и религий! Современность нравственно несостоятельна и социально неприспособленна. В таких условиях могут процветать только голод, война, терроризм. Орден восстановит утраченное! Счастье для всех – цель независимая от расс и религий. Со временем ты поймешь важность и грандиозность этого постулата!

Родинтроп и команда говорили еще долго, по очереди передавая право голоса каждому сидящему за столом. И пока наш Девис внимательно слушал выступающих, мы попробуем разобраться в хитросплетениях мировой элиты.

Прежде всего, каждый должен запомнить главное – ничто из сердца не уходит бесследно! Оно оставляет свой след в рождении, учении, генетическом комбинировании. Древние легенды всех континентов утверждают наличие (Шумер, Вавилон, Мексика, Австралия, Китай и т.д.) сверхъестественных сущностей, обладающих могучим знанием и силой, которые естественно в сравнении с возможностями обычного человека казались неземными. Учения древности описывают их, как богов, пришедших из вне. Пришедших, чтобы создать и упорядочить мир людей. Их состав, как состав любого общества не был однороден, что также прослеживается во многих древних культах. Существа, наделенные справедливостью, любовью и силой света, всегда относились к высшему пантеону. Низшие же, умножающие в человеке алчные, злобные, эгоистичные проявления всегда находились внизу своеобразной пирамиды. Как бытам ни было, но тайные знания и мудрость образующие эту пирамиду, не канула безвозвратно в лета. Они живы и сейчас, и тайно передаются теми, кто несет их из поколения в поколение. Тайных организаций много. Они переплетены между собой и запутаны настолько, что для того чтобы описать кто, откуда, из кого и зачем, потребовалась бы отдельная книга. Не в этом суть. Суть в следующем.

Массоны, тамплиеры, иллюминаты, и все прочие – нечто иное, как ручейки единого потока, в который когда – то попали знания, принесенные извне. Повторюсь, ничто единожды сущее не уходит безвозвратно. Оно оставляет свой след. Факт присутствия на Земле великих «пришельцев» не оспорим. Они проявляли себя и в человекоподобной форме, и в ином виде. В основном рептилоидном (змей, дракон) или более высшей – пернатой (форме птиц). Что тоже объяснимо, поскольку птицы напрямую унаследовали геном популяции ящеров и динозавров. У многих народов, «пришельцы» являлись богами мудрыми и всесильными, за небольшим исключением. У некоторых наоборот, пантеон отличался беспощадной кровожадностью, требующей постоянных жертвоприношений, как например, в Шумере человеческими детьми. Да, они были и, безусловно, оставили свой след, вернее сказать внесли в сущность человеческую часть себя, свое «Эйцехоре». Внесли в само сотворение и рождение тела. Сперматозоид, бегущий к яйцеклетке, – первое тому подтверждение. Человек был задуман Единым Богом несколько другим, без греховной составляющей, как Адам и Ева в Райских кущах. Но змею искусителю удалось внести свой яд!

Христианское учение относится к ним, как к силе внеземного зла. Вместе с ядом пришли знания, позволяющие стоять над основной массой. Позволяющие управлять, направлять, собирать и разъединять. Черные маги Атлантиды, мудрецы древней Шамбалы, жрецы Шумера, Ассирии, Египта, и все кто идет далее, вплоть до представителей современных тайных обществ – звенья одной цепи.

Девис внимательно слушал, но даже в момент его торжественного восхождения, что-то неладное, укусом маленького комара, шевельнулось в душе. Что – то не так! Что? Почему, откуда сомнения? Что не совпадает? Не то, чтобы его напугало или оттолкнуло имя Люцифера, нет, не то. Девис был увлечен эзотерикой, историю тайных обществ знал наизусть. Прекрасно знаком был и с этой ветвью. Немного неожиданно, что как – бы исподволь, орден все же влился в общий поток. Или он его и создал?

Мысли молодого человека путались и наскакивали одна на другую. Домой он возвращался один. С водителем не обмолвился ни словом. Сидел, рассматривая жизнь за окном. И вдруг, понял, что случилось! Исчезла непогрешимая, благородная бравада, которой, как туманом, были окутаны первые годы его подвижничества. Как– то сразу, в один момент, розовая пелена упала с глаз, и мир, тот же самый мир, который вчера еще воодушевлял на новые свершения, стал предсказуемым и заурядным. Можно сказать неинтересным, словно крылья ему подрезали.

С того момента прошло много лет, но отношение к миру не изменилось. Оно зацементировалось именно в том виде. Оно не просто преувалировало над остальным, но к сожалению, с каждым годом сгущалось, затмевая собою свет божественной благодати вокруг.

Много путешествуя по миру, Девис все больше собирал в своих руках нити мировой бизнес паутины. Он стал не просто правой рукой деда, а настоящим гуру в вопросах мировой политики и экономики. Мир вокруг стремительно менялся. Технологии, глобализация, управляемые кризисы и подготавливаемые взлеты, ничего нового, как обычно, по кругу, вернее по спирали.

Девис женился. Естественно, спутницей жизни молодого магната могла стать только та леди, которую одобрит высший круг ордена. Только из своих, только благородных кровей, и еще не менее сорока условий! К счастью, не смотря на сложность выбор, такая женщина нашлась и оказалась к тому же очень добродушным, веселым и подозрительно счастливым человеком. Девис искренне влюбился, да и Клер, так звали его будущую жену, ответила взаимностью. Появились дети, один за другим, два веснушчатых сорванца Ник и Майкл.

Жизнь, по-прежнему мчалась вперед. Деятельность ордена набирала обороты так быстро, как лавина в горах. Теперь его и орденом нельзя было назвать. Это империя, единая мировая империя! Основная задача – создание мирового пространства во главе с наднациональным правительством, не являлась уже отдаленной легендой. Что разъединяет людей – границы, они должны быть устранены, в крайнем случаи, остаться номинальными. Религии – они должны быть уничтожены, и на их месте воссияет Могучая ветвь славы Люцифера! Это возможно совсем скоро. Несколько десятков фильмов, книг, культурных вливаний с зомбирующей технологией, где зло одевает маску Бога, а добро ассоциируется с темной силой (внешне очень красивой, притягательной, но с обязательным присутствием знаковых атрибутов, например рога), и вечные понятия на самом деле поменяются местами! Уже сейчас, в руках правящих контроль почти над всеми основными державами. Избранные «народом», «свободой и демократией» правители – всего лишь куклы в кукольном театре. Сделает и скажет именно то, что подсказывает кукловод. Не более, чем менеджеры топ звена, поставленные свыше. Да и что там правители! Реальный контроль установлен за всем населением Земли. Средства управления массовым сознанием – генеральное открытие 20 века.

Но Девиса пугало одно. Если прежние правители привели к возникновению двух мировых войн. Что же могут натворить современные. Народ всегда был управляем. Но сейчас, население – биомасса, которая как волна в искусственном водоеме, будет там, где нужно. К такому состоянию мир готовился несколько веков! Сейчас, он созрел, как плод на ветке. Но даже себе Девис боялся признаться, что где – то глубоко внутри, он совершенно не желает срывать этот плод. Хочется просто жить – наслаждаться дыханием, красотой природы, гармонией музыки, света, движения! И уж абсолютно точно, чего он не хотел, так это стать таким, какими были его старшие товарищи, во главе с дедом!

Аримойя

Керол, Лиза и Йола, так же как и Мерлин, очнувшись в летающих покрывалах, пролетели сквозь звездную залу и оказались каждая в своем пределе. Пределы единого храма Мира служили входными воротами в обширное внутреннее пространство. Само пространство напоминало многомерный, многоярусный пирог, наполненный разнообразным светом и разным смысловым содержанием. Сияющие далеко – далеко вверху купола, просвечивали сквозь себя, одновременно свет трех солнц, благословляющих этот мир, и свет еще миллионов звезд, таких же солнц, сияющих далеко, далеко! Свет этот преломляясь и умножаясь в куполах, силою своею растворял тебя в себе. Наверное, материя из которой было сотворено все это пространство, так же как в звездной зале, обладало качеством увеличивающей лупы.

Красоту изливающихся серебристо – огненных потоков, описать невозможно. Как мираж все дышало и струилось. Свет спускался парящими волнами, многоярусными, чуть присобранными, словно французская штора.

Повторяя строение храмов земного Энрофа, в благодатных божественных центрах Аримойи, существовало три основных предела, посвященных Верховным Ипостасям Пресвятой Троицы. Только располагались они не в единой плоскости, а на разных уровнях идеально круглого пространства.

На самом верху, во внутреннем сиянии куполов, словно корона величавшая весь храм находился величественный образ Бога Отца – первой ипостаси Пречистой Иерархии Триединого Бога. Бог Отец – основа, живительный свет, вдохновенный источник творящей силы – все то благословенное, святое и великое, которое в высшем смысле, мы называем Отцом, и которое дает нам вечную жизнь. Бог Отец для христиан, Аллах для мусульман, Пуруша для буддистов, родитель пречистых Божественных сущностей – Брахмы, Шивы, Вишну и многих многих других. Его прекрасный облик трудно передать чем – то еще, кроме символа. Символом этим являлось Солнце – многокрылое, объединяющее в себе миллиарды других солнечных звезд – парящее и лучистое, как сама вечная жизнь. Символ огромный, многомерный, повторяющий в самом себе свое строение великое множество раз до единой точки. Световая вселенная, световой поток, как бы сужающийся или наоборот, расширяющийся из нее. Льющийся из куполов свет, проходя через блистающий символ, создавал вокруг него живой, более насыщенный золотом ореол. И когда молящиеся, взлетая вверх, попадали в его границы, они словно оказывались в невидимых, но так явственно ощущаемых Божественных руках. Пространство само держало, качая небесной волною в ливне звездно – золотого огня. И так было благословенно хорошо, так сладостно качаться ближе и ближе придвигаясь к источнику, что вместе со словами молитвы, очищающие слезы любви и веры, падали и падали из глаз вошедших.