- -
- 100%
- +
В наше время происходят события, которые начисто опровергают сложившуюся у нас судебную практику. Если только на полном серьезе считать, что у нас есть эта самая судебная практика.
Так уж сложилось, и, наверное, это правильно в большинстве случаев, что следователи, прокуроры и судьи склонны к тому, что показания потерпевших принимаются как аксиома. В большинстве случаев. Но далеко не всегда. В то же время показания и доводы обвиняемых теми же следователями, прокурорами и судьями оцениваются как данные и приведенные с целью уклонения от ответственности за содеянное. В 99,9 случаев из 100 это законно и справедливо. И все-таки имеется хоть и небольшое количество таких уголовных дел, где показаниям обвиняемых нужно верить.
Жизнь наша многогранна. И иногда (имеется в виду именно тот единственный случай, не вошедший в общую систему доказательств) случается так, что правым выходит именно обвиняемый. Естественно с помощью защитника.
По разным причинам потерпевшие, если говорить помягче, чтобы никого не обидеть, обманывают. А, если говорить юридическим языком, то дают ложные показания. Это очень плохо.
Но, еще хуже, когда в результате этого страдают невиновные люди. А виновные, наоборот, уходят от ответственности за содеянное.
Тут главное не кидаться из одной крайности в другую. Нужно занимать ответственную и отвечающую всем требованиям законодательства позицию. Не поддаваться эмоциям. А твердо следовать букве закона.
Есть преступления, на первый взгляд не выбивающиеся из череды других похожих на них, совершенных ранее и тех, которые будут еще совершены в будущем. Но при расследовании уголовных дел, возбужденных по фактам таких «некоторых» преступлений выявляются обстоятельства, свидетельствующие о больших прорехах или брешей в проведении предварительного следствия и даже в судопроизводстве.
Об одном таком преступлении, его расследовании, рассмотрении в суде и последствиях пойдет речь в этом повествовании.
Следует отметить, что описываемое преступление, его раскрытие, предварительное следствие и судебные заседания имели место быть на самом деле. Но по этическим соображениям изменены имена буквально всех действительных героев, их истории, место и время описываемых событий.
***
Небольшая, но уютная кухонька в одном из домов одного из белорусских городов. Назовем его, ну, допустим, Борисовглебск. Название города не имеет никакого значения к тем событиям, которые описаны в этом повествовании. Такое могло случиться, а, впрочем, иногда и происходит, в любом городе.
На кухне знакомые нам по другим моих рассказам два отставных начальника следственных подразделений. Адам Александрович и Иван Николаевич. Фамилии их также не имеют значения к событиям, описанным в рассказе. Хотя такие начальники следствия фактически жили и работали на самом деле.
За «рюмочкой» водочки они в основном вспоминают случаи из собственной практики. Но иногда обсуждают и те уголовные дела, которые возбуждались уже после того, как они вышли на заслуженный отдых.
Слово «рюмочкой» взято в кавычки не по ошибке. Читатель сам понимает, что ветераны не могут обойтись одной рюмочкой. Но еще не было такого случая, чтобы они перебрали свою норму и напились, как … (не будем даже говорить, кто конкретно).
Давайте лучше послушаем, о чем они говорят и что обсуждают в этот раз.
На правах хозяина этого небольшого, но такого уютного для обоих помещения, начал разговор Адам Александрович.
– Ты знаешь. Чего только не бывает в этой жизни. Бывает такое, во что не сразу поверишь. Если поверишь вообще.
– Бывает, конечно, дружище, – согласился Иван Николаевич. – Намедни мне сын рассказал, что один их следователь возбудил уголовное дело против бомжа, который во время выездной торговли у Дома культуры по случаю ярмарки со стола, где были выложены разные прысмаки, украл батон вареной колбасы. При чем, как этот следователь указал в постановлении о возбуждении уголовного дела, хищение произошло дерзко и открыто, на глазах у десятков гостей. И квалифицировал это, как грабеж. Так – то вот.
– Погоди. Но квалификация – то правильная. Хищение совершено открыто на глазах свидетелей и очевидцев.
– Да, но за батон колбасы, даже не копченой, а вареной, что стоит копейки, он не только возбудил дело, но и представил задержанного прокурору на арест.
– Нет, ну, конечно, арест – это уже перебор.
– Ты удивишься. Но прокурор арестовал этого бедолагу. Бомжа. Который просто хотел пожрать, как человек при таком изобилии всего на ярмарке.
– Да. Чудны твои боженька дела, – вздохнул Адам Александрович.
– Только ведь это не его дела. Это дела людей, которые при исполнении. Лучше бы без исполнения.
– При исполнении, говоришь. А вот послушай историю, которая произошла в нашем городе в 2000 – х. Тут нет бомжей. Тут все образованные. При деле. Не бедствуют. А некоторые из них даже шикуют. А в результате беда случилась с одним парнем. Беда с зелеными глазами.
– А при чем здесь глаза, да еще зеленые?
– А вот послушай и поймешь. Эти зеленые глаза имеют прямое отношение к моему рассказу.
Глава первая. Нападение.
– Солнце в тот последний августовский день уже давно перевалило за свой зенит, – начал свой рассказ ветеран. – День шел на убыль. Не спеша, но уверенно. Обыкновенный на первый взгляд летний день. Казалось так ничего и не произойдет такого, что может перевернуть судьбы не одного человека, а сразу нескольких людей. Но давай по порядку, не спеша, чтобы что – ни будь не упустить.
***
– Девочки, я ушел за машиной. А когда вернусь, то вы уже должны быть готовы. Все ясно?
– Да, иди ты уже, командир наш любимый. Сам не задерживайся. А то знаю я, встретишь в своих гаражах кого-нибудь из однополчан и проторчишь там вечность.
– Так. Значит, ты такого не совсем лестного обо мне мнения? Понятно. Тогда все, развод и девичья фамилия.
– Да, иди ты уже, баламут. Не мешай собираться. А то действительно прособираемся до вечера. Опять же будешь ворчать, как дед старый.
Эта веселая перебранка явно любящих друг друга молодых людей происходила в уютной трехкомнатной квартире на четвертом этаже девятиэтажного дома. Стоит он и сейчас там же на окраине уютного города, назовем его Борисоглебск.
Проживала в квартире дружная семья предпринимателя Жукова Сергея Сергеевича, его жены, как и положено жены предпринимателя не работающей домохозяйки Екатерины Владимировны, и их общей любимицы десятилетней дочери Вероники. Девочка была не по годам развита. Но до сих пор все пряталась за свою маму. И никогда не перечила ей.
Погода за окном, несмотря на то, что была осень, стояла чудесная. И, похоже, семья собралась в поездку на отдых. Последний рабочий день на излете. А впереди два дня отдыха на даче!
Эх! И хорошее же это дело! Дача! Лес! Воздух!
– Так я ушел.
Тем временем его «девочки» каждая в своей комнате занимались сбором вещей в походные сумки.
Не прошло и пяти минут после ухода хозяина квартиры, как раздалась мелодичная трель дверного звонка.
– Это ж надо так быстро управился, – проговорила Катерина, направляясь в прихожую открывать двери квартиры. – Как метеор! Может же, когда нужно.
При этом она и не подумала посмотреть в дверной глазок, чтобы убедиться, кто именно стоит на лестничной площадке. Она была твердо уверена, что это ее Сережа.
Но ведь эти «глазки» специально для этого и устанавливаются в дверях. И скольких хозяев своих квартир и домов они спасли от беды! Естественно, если смотреть в них, прежде, чем откроешь двери.
Распахнув двери, Катерина не сразу сообразила что происходит.
Перед дверями стояли трое крепко сбитых крупных, судя по их фигурам, мужчин. Это, то есть то, что это мужчины, она догадалась сразу по их внешнему виду. Хотя головы, и, понятное дело, лица у них были закрыты черными вязаными шапочками с прорезью только для глаз, которые в народе называют «балаклавами».
***
– Ты же знаешь, что такое «Балаклава»? – Прервал свой рассказ Адам Александрович.
– Балаклава? Балаклава?
Иван Николаевич переспросил не потому, что не понял вопроса. Он тянул время, так как не знал точного ответа на этот на первый взгляд такой простой вопрос.
– Балаклава? А! Это же город в Крыму. Если не ошибаюсь, он расположен не очень далеко от Севастополя. А почему ты спрашиваешь?
– Темнота ты, вот кто. Хотя думаешь в правильном направлении. Действительно это название связано с городом Балаклава. Еще во времена Крымской войны в девятнадцатом веке близ этого города англичане, которые воевали тогда с русскими, столкнулись с непривычным для них холодом. Такого у них на туманном Альбионе не было. Кроме Шотландии, конечно. Вот от него они стали спасаться специально связанными шапочками с прорезями для глаз и рта. Их еще называли тогда «Вязаными шлемами». Потом эти самые «балаклавы» стали использовать спортсмены, военные разных родов войск, пожарные. И называли их уже «лыжные маски», «подшлемники» и так далее.
– Так ведь те, кто ломился в квартиру Жуковых, не были ни спортсменами, ни военными. Да и было это, как ты сам говорил, летом. А! – Только сейчас ветерана осенило. – Это они скрывали свои лица!
– Фу-у! Наконец – то дошло на пятые сутки.
– Но при мне такого не было. Разное бывало. Но в масках не было ни одного случая.
– Это у тебя на районе. А у нас в городе и в наше время такое случалось. Ты не встречался с такими бандитами. Вот и все. Возможно, тогда и шапочки эти называли по – иному. Скажу больше. У этих троих были «балаклавы», как у тех же ниндзя. Про них – то ты слышал?
– Вот про них да. Недавно внучок уговорил посмотреть с ним мультик про них. Помню, что эти япошки были в масках черного цвета, которые полностью скрывали их лица, за исключением глаз.
– Правильно. Вот и у этих троих были такие же «балаклавы».
– Теперь все встало на свои места. А то «балаклавы», «балаклавы». Сказал бы по простому. Я бы сразу и понял. Что дальше – то было?
– Что было? – Переспросил Адам Александрович. – Слушай.
***
Хозяйка не успела даже испугаться. Но инстинктивно отступила на шаг вглубь прихожей, как бы молча приглашая гостей в квартиру. Хотя на самом деле приглашать их к себе у нее не было никакого желания. Это она действовала автоматически из чувства самосохранения.
Ближайший к ней мужчина шагнул в квартиру и, приблизившись к хозяйке квартиры, левой рукой жестко обхватил ее затылок, а правой зажал рот и нос. Не очень сильно, но сжал свои руки – тиски так, что жертве стало больно. Дыхание перехватило. Женщина начинала задыхаться. Но от страха даже не дергалась, чтобы освободиться.
– Молчи! – Скорее прошипел, чем проговорил нападавший. – Будешь молчать, останешься живой. Понятно? Если поняла, то моргни глазками.
Катя, ошарашенно глядя прямо в глаза своего палача, еще толком ничего не понимая, моргнула.
– Вот и чудненько! – Даже как-то весело прошептал мужчина, подталкивая свою жертву дальше вглубь прихожей.
Следом за ним в квартиру быстренько вошли двое его «товарищей».
Один из них осторожно закрыл за собой дверь.
Другой вытащил, откуда – то, Катя даже не заметила конкретно, откуда, нож. Даже не нож, а самый настоящий тесак, значительно больший, чем обычные кухонные ножи. По крайней мере, ей в тот момент так показалось.
При этом бандит, а она уже догадалась, что это бандиты,
не просто демонстрировал нож, а направил острием в ее сторону.
От этого его жеста ей стало совсем страшно. Ноги подкашивались. Она из последних сил старалась удержаться и не упасть прямо под ноги этих страшилищ.
Теперь они уже вчетвером стояли в прихожей. Но не долго.
Как раз в это момент из своей комнаты в коридор, который соединял комнаты с прихожей, вышла Вероника. Она, вероятно, собралась куда – то идти. Или услышав непонятный шум, выглянула из своей комнаты. Но остановилась и замерла, увидев незнакомцев с мамой в прихожей. Да еще в таких непонятных позах.
– Опаньки! Явление дитя народу! Значит, так, – приблизив свое лицо в маске к лицу Кати, с нескрываемым надрывом проговорил мужчина. – Скажи своей дочурке молчать. Иначе ляжете здесь обе! Если поняла, моргни.
Это, видно, у него было, как присказка: «Моргни!»
Екатерина, уже догадываясь, что ничего хорошего дальше не будет, моргнула.
Нападавший разжал руки, как лапы, и отпустил ее.
Освободившись от нападавшего, Катя повернулась к дочери.
– Верунчик! Доченька, не бойся. Все будет хорошо. Дяди не сделают нам ничего плохого. Это игра такая у взрослых. Только не кричи, пожалуйста,– умоляющим голосом попросила она дочку.
Но девочка и не успела бы фактически закричать. В этот самый момент мужчина, стоявший до этого за спиной первого нападавшего, сделал два быстрых размашистых шага и оказался сзади девочки. При этом он одной рукой обнял ее, а другой – закрыл рот.
Первый мужчина – главарь, как понимала Екатерина, тоже шагнул в сторону Вероники. Наклонившись, он внимательно посмотрел ей в глаза.
– Ну – ка, обратно в комнату.
Девочка взглянула на мать, как бы спрашивая, что ей делать.
– Доченька, иди к себе, поиграй.
Удерживающий ее грабитель разжал руки.
Воспользовавшись этим, девочка скрылась за дверью.
В этот момент главарь выпрямился во весь свой богатырский рост и все также спокойно, даже буднично пробормотал как бы для себя:
– Вот и ладненько. Займемся делом.
Затем уставился своим стеклянным взглядом из прорезей в «балаклаве» на хозяйку квартиры и скомандовал:
– А теперь медленно похромала в комнату.
– Что? – Не сразу поняла Катя.
– Шевели поршнями в комнату, курица! – Главарь, как назвала его про себя хозяйка квартиры, начал сердиться.
– А! Понятно. Уже иду.
Она первая вошла в соседнюю комнату, которая оказалась залом.
После того, как грабители вошли туда вслед за Катериной, руководитель этой банды оглядел комнату и спросил:
– Больше никого в квартире нет?
– Нет.
– Хорошо. Тогда приступим к делу. Как говорится, время – деньги. Вот о них и разговор. Давай скоренько денежки и золотишко. Только все. Если мы найдем что-нибудь сами, дорого заплатишь за это.
– Да. Я отдам все. Только не трогайте нас с дочкой. Пожалуйста, – взмолилась та.
– Посмотри на него, – незнакомец кивнул в сторону одного из напарников с ножом в руке. – Он хоть и молчит, но действует быстро. Не успеешь глазом моргнуть, как останешься без такой красивой головки. А потом наступит очередь твоей дочурки. Поняла, курица?
Она инстинктивно кивнула в знак того, что поняла все, о чем он только что сказал. Очень даже хорошо поняла.
И это при том, что в голове у нее все перемешалось. Кате сейчас больше всего хотела, чтобы это был сон. Вот сейчас она проснется. Эти мужланы исчезнут. И все будет как прежде, спокойно и весело.
Но этот противный жесткий даже грубый голос привел ее в чувство настоящего.
– Вот и ладненько. Все теперь будет зависеть от тебя. Давай, давай, шевели поршнями!
– Но для этого нужно пройти в спальню.
– Так, пошли. Чего ждешь?
Все четверо прошли в дальнюю комнату.
Там Катя, подойдя к комоду, стоявшему справа от входа, выдвинула верхний ящик и достала три довольно приличные пачки денег. Протянула их мужчине.
– Сколько здесь?
– Там должно быть двадцать тысяч долларов и почти девять тысяч белорусских рублей. Точно не скажу, потому что муж сегодня должен был взять с собой немного в дорогу. Но сколько он взял я не знаю.
– Это все? – Мужчина недоверчиво посмотрел на свою жертву.
– Все.
– А золотишко?
– Извините, забыла.
Катя, как зомби подошла к небольшому столику, который стоял у стены, на которой крепилось большое овальное зеркало. Взяла со стола шкатулку и, не раскрывая ее, протянула грабителю.
Мужчина взял шкатулку, открыл ее и заглянул во внутрь. Хмыкнул себе под нос и вместе с деньгами протянул своему напарнику, который стоял рядом с большой полотняной сумкой. На одной стороне сумки Катя машинально заметила рисунок с рекламой какой-то косметики. Надпись была на английском.
Она и не успела прочитать ее, как раздался следующий вопрос:
– Это все?
– Да. Больше у нас ничего ценного нет.
Мужчина наклонился к ней с высоты своего большого роста и опять же спокойно начал перечислять:
– А завушницы? А колечки на пальчиках? А карточки банковские? А мобилы? Или этого у тебя нет?
– Извините. Вы же не говорили про это. Сейчас все отдам.
Катя начала лихорадочно снимать с пальцев золотые кольца. Несколько замялась с обручальным кольцом, которое ей подарил на свадьбе Сергей. Взглянула на главаря бандитов, как бы прося оставить ей хоть это кольцо.
Но мужчина молча уставился на нее своим пронзительным взглядом глаз с зелеными зрачками. И на безмолвную просьбу жертвы оставить ей хотя бы это кольцо, не реагировал.
Катя поняла, что просить его о чем – то бесполезно. Резко до боли в пальце сдернула и обручальное кольцо. Все эти ценности передала грабителю, стоявшему за главарем.
Тот небрежно бросил все это в бездонную сумку.
Главарь взглядом указал Кате на уши и кивнул головой, давая понять, что настало время расставаться и с серьгами, также золотыми.
Катя молча сняла их. При этом она так торопилась, что нечаянно поцарапала одно ухо. Но даже не вскрикнула от боли, опасаясь негативной реакции этих верзил.
– Ну?!
– Что? А! – Вспомнила она перечень того, что должна отдать этим иродам. – Карточка и мобильный телефон в косметичке. А она в прихожей на тумбочке.
Главарь молча повернул голову, в сторону стоявшего с ножом в руке «товарища» и кивнул в сторону прихожей.
Тот резво исполнил приказ шефа и метнулся в прихожую.
Через несколько секунд косметичка хозяйки квартиры оказалась в руках главаря.
Тот не торопясь раскрыл ее. Посмотрел внутри. Удовлетворенно хмыкнул себе под нос. О чем – то подумал. И передал стоявшему сзади него подельнику с сумкой.
После этого он все также неторопливо, как – то по – деловому приказал:
– Девочку сюда.
– Зачем Вам дочка? – Катя попробовала отговорить главаря от присутствия дочери на этой «встрече». – Она ведь еще совсем маленькая. Не надо ее пугать. Прошу Вас.
– А я и не собираюсь ее пугать. Пусть делает то, что я скажу, и все будет нормалёк.
Он снова повернулся к подельнику с ножом.
Тот с полуслова понял, что нужно делать.
Открыл дверь детской и вошел в нее.
Через несколько секунд вывел из комнаты и привел в зал Веронику.
Та шла и удивленно смотрела на незнакомого дядьку, который за руку тащил ее в зал.
Но ничего не спрашивала и не плакала.
Главарь осмотрел девочку с ног до головы.
Мать попыталась успокоить дочку.
– Не волнуйся, Верунчик. Дяди тебя не обидят. Ты только не капризничай и делай все, что они скажут.
– А мы и не страшные звери, какие. Но меня интересуют ее завушницы. – Голос его звучал довольно тихо и спокойно. Как будто все это происходило на сцене захолустного театра, а не в реальной жизни.
От этого голоса Катя побледнела. Она испугалась за дочь.
«Только не кричи, дорогая! Только не кричи и не сопротивляйся!» – Мысленно умоляла она дочь.
– Да, да. Я сейчас.
Она подошла к дочери.
– Ничего не бойся, моя ты девочка! Все будет хорошо.
И снимая с ее ушей золотые сережки, она тихо продолжила:
– Все будет хорошо. Не бойся. Мы с папой тебе другие купим. А эти нужно отдать этим вот дядям.
Вероника стояла и молча смотрела на этот спектакль. Она не совсем еще понимала, что именно происходит вокруг нее. Но к ней медленно стало доходить, что их попросту грабят. Что, что, но она знала, что это означает. Не маленькая же!
Девочка внимательно рассматривала бандитов. Не испуганно. Нет. А именно внимательно. Даже скорее изучающе. Как будто хотела по – лучше запомнить все, что происходило на ее глазах.
– Что ты там шепчешь? Говори, если хочешь, так, чтобы я слышал, – неожиданно гаркнул главарь и подозрительно посмотрел на Катю.
– Я сказала дочери, чтобы она ничего не боялась. Вы ведь ничего нам не сделаете?
– Смотря на твое и ее поведение.
Мужчина принял от Кати сережки девочки и передал их напарнику.
И они исчезли в сумке.
Затем главарь приблизился к Веронике. Наклонился к ней. И внимательно всматривался своими зелеными глазами в ее лицо. Он был так близко, что на нее пахнуло зловонным запахом из его рта. Вероятно, он и понятия не знал, что такое чистить зубы. Запах усилился, как только он заговорил:
– Ты зенки – то не таращь! Не надо! А то ведь могут выкатиться. Без них останешься!
В его голосе звучала неприкрытая угроза.
Услышав такое, Катя встала между мужчиной и дочерью.
– Не трогайте ее, пожалуйста. Она ведь еще совсем ребенок. Она не понимает Вашего сленга. Маленькая еще. Вы же обещали не трогать нас, если я все отдам. Я отдала все. Что еще Вам нужно?!
Налетчик выпрямился и исподлобья посмотрел на свою жертву.
– Раз обещал, то так и будет, – голос его был уже спокойный.
И вообще, как заметила Катя, он очень быстро взрывался. И также быстро отходил. – Какого банка карточка твоя? И какой Пин – код?
– Белинвестбанк. А Пин – код я сейчас напишу.
Она взяла из комода тетрадь и ручку. Вырвала листок, на котором быстро написала Пин – код своей банковской карточки.
Тут грабитель обратил внимание на часы, которые красовались на ее левой руке. Красивые такие часики. Швейцарские. С камушками драгоценными. Точного хода. Они нравились Катерине. Это Сергей подарил ей на день рождения. Часы были дороги ей не только по цене, но в связи с тем, что это был подарок любящего человека.
– Котлы сымай! – Скомандовал он.
Вначале Катя не поняла, что еще требует от нее этот мужлан. И собралась уже уточнить его требование. Но потом заметила, на что он уставился. Она, молча быстрыми движениями, сняла свои швейцарские часы с руки и передала их ему.
– Вроде все? – Главарь обратился к своим подельникам.
Один из них приставил руку к уху, как будто слушал телефон. И кивнул на девочку.
– А! Совсем забыл. Мобилу пацанки! – И взглянул на Катю.
– Мы еще только собирались ей купить телефон. Но не успели.
Обращаясь к своим напарникам, главарь скомандовал:
– Посмотрите, что еще можно прихватить. А я с голубками побуду здесь.
Мужчины разошлись по комнатам и стали шарить там.
Катя стояла, ни жива, ни мертва и прижимала к себе дочь. Чтобы не злить бандита, и отвлечь дочку от всего происходящего, она повернула ее лицом к себе.
Через несколько минут, которые для Кати показались вечностью, появились оба бандита, рыскавшие по квартире.
Один из них в руках держал ноутбук. Другой показал главарю две хрустальные вазы. Пахан молча кивнул обоим. И вещи хозяев квартиры оказались в объемистой сумке бандитов.
Довольно потерев руки, главарь даже как-то миролюбиво сказал, обращаясь к Кате и ее дочери:
– Ну, что ж. Хотелось бы пообщаться с вами еще. Но знаете, дела, дела. Да и меру нужно знать.
И повернувшись к двум другим налетчикам, коротко, но твердо скомандовал:
– Вяжите их!
Двое его подручных также молча, как и до этого, по – деловому и сноровисто, видно не первый раз приходилось выполнять такое поручение, уложили обеих потерпевших на пол. Связали им ноги и руки припасенными веревками. При чем, связали женщину так, что, лежа на животе, она оказались в изогнутом положении, поскольку ноги были согнуты в коленях и подвернуты к связанным за спиной рукам. Это так называемая «ласточка». Почему именно так назывался такой прием связывания жертв, ни они, ни сами жертвы тем более не знали. И девочку не пожалели, изверги! Только в отношении нее обошлись связыванием отдельно рук и ног.
Когда все было закончено, главарь, как бы издеваясь над двумя беззащитными существами, спокойным деловым голосом сказал:
– Что ж, пора прощаться. Лежите и никуда не уходите. Если будете кричать, вернемся и будет очень даже плохо. Для вас, конечно же. Договорились?
Катя кивнула головой.
– Вот и ладненько! Будет лучше, если вы обе про нас ментам особо не будете распыляться. Скажите, что мол, пришли, ограбили и ушли. Вы нас не запомнили. Хотя, уверен, вы и так никого не опознаете. Но все – таки лучше сказать так, как я говорю. Чтобы потом чего не вышло! Прощайте!
После этого они втроем вышли из зала.
Услышав стук закрываемой за бандитами двери, Катя перевалилась на бок и стала пытаться освободить от веревки руки. Но ей это не удавалось сделать.