Затишье перед бурей

© Максим Лазутин, 2024

ISBN 978-5-0064-2486-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Барон Брейв проклинал про себя тот момент, когда его кто-то потянул за язык высказаться на собрании лордов Вудлендса. Он был владельцем мелкого лена в центре королевства, единственным бедствием которого мог быть неурожай или нападение шайки бандитов. От Брейва не ждали никаких активных действий, все думали, что он, как обычно, подстроится к обстановке. Но он решил поразить всех, высказался решительно и жестко.

– Итак, – устало произнес король Генри, – вы, милорды, хотите сказать, что положение Долины в мире восстанавливается после того, что устроили там наши союзники?

– Именно так, ваше величество, – ответил один из лордов, – деревни потихоньку отстаиваются, дружина пополняется. Уже через пару лун положение может прийти к первоначальным показателям. В лучшем случае.

– Немыслимо, – вскинул брови третий лорд, – Наши кузнецы-оружейники и бронники работают почти на износ, но все стараются покупать оружие и броню у Долины. Если так и будет продолжаться, наша сталь станет дешевле морского песка.

– Хуже, лорд Блейд, – сказал король, – это почти обесценит наши роялы. Нужно что-то делать с этой Долиной.

– Нужно убедить остальных в том, что Долина не способна справиться с собственными проблемами. Это отвернет возможных покупателей и союзников.

– И у вас есть идеи, барон? – удивился король.

Брейв сник, но отступать было некуда – если он сейчас откажется от своего же предложения, это окончательно обрушит его положение среди знати.

– Кажется, да, ваше величество, – начал он неуверенно, – как я помню, наш союзник, придворный маг тамошнего князя, все еще жив, хоть и находится в ссылке. Если удастся с ним выйти на связь, мы сможем нанести удар по Долине, что ослабит ее.

– Один маг против целой дружины? – изумился лорд Блейд, – Безумие.

– Не совсем так, ваша милость, – ответил барон, – помимо него в местности, под названием Могильник находится так называемая «Черная дружина» – ссыльные воины и каторжники, которых не могут содержать в темнице, но и не могут казнить. Они вынуждены искупать вину кровью, сражаясь с местными чудовищами.

– И, кажется, все они ненавидят князя, – полу-утвердительно сказал король.

– Да, ваше величество.

– Отлично, барон. Вот вы этим и займетесь. Собрание окончено.

«И вот теперь я вынужден тащиться, боги знают куда, – ворчал мысленно барон, – чтобы встретиться в этом проклятом месте, кишащем злобными тварями, с магом, который мог десять раз погибнуть или сойти с ума. А ведь мог бы спокойно следить за леном, подстроившись под общее направление собрания»

Рядом с ним шагало сопровождение, состоящее из воинов в чешуйчатых доспехах с алым плащом на спине. У каждого из них на поясе висел корд, а в левой руке находился стальной щит с тремя саблями на алом поле – гербом королевства. Вокруг всей процессии тянулся бескрайний заснеженный распадок, протянувшийся между двух рядов высоких холмов. Слева холмы почти закончились, частично обнажив то, что когда-то могло быть редколесьем. Сейчас же из снега торчали только голые стволы деревьев. Барон пытался представить, как в мае – августе эти деревья покрываются густой листвой, но вспомнив то, что он слышал про эту местность, решил, что вряд ли в ближайшее время эти края покроются зеленью.

«Скорее всего, – подумал Брейв, – даже в теплое время года эти деревья так и останутся тут торчать, словно скелеты висельников, надгробья – живое напоминание того, что ждет каждого человека».

Тем временем, небо уже стемнело. Даже днем оно было хмурым, сейчас же над северной окраиной Могильника сгустился почти непроглядный мрак.

– Привал, – скомандовал он сопровождающим его воинам, – найдите место, где можно разбить лагерь. И добудьте кто-нибудь хворост. А то мы тут замерзнем.

Воины начали расчищать сугробы по бокам от тропы, одни искали более или менее ровное место, где можно установить палатки, другие – разгребали снег в поисках хвороста, чтобы развести костер. Сам же барон смотрел вдаль, размышляя о предстоящем пути.

«Согласно имеющейся информации, – размышлял он, – маг должен жить где-то в глубине, в одной из пещер. Обычно „Черную дружину“ не выпускают за пределы Могильника. Его же, видимо, поселили так глубоко, чтобы вовсе исключить вероятность побега».

– Ваша милость, – доложил рослый сержант, – все готово. Осталось только развести костер.

– Отлично, – выдохнул Брейв, – хоть отдохну после этого перехода через все Долину.

Когда барон в сопровождении сержанта дошли до разбитого лагеря, Брейв увидел, что костра нет, и негодующе воззрился на солдата.

– Где костер? – подошел барон вплотную к сержанту, – Я спрашиваю: где костер, воин?!

– Я послал одного из солдат за хворостом ваша милость, – ответил тот невозмутимо, выдержав взгляд, – здесь не так много деревьев, из-под которых можно было бы набрать хворост. Скоро должен вернуться.

– Надеюсь, – проворчал барон, немного успокоившись, – это в твоих же интересах, сержант. Если что-то пойдет наперекосяк, по возвращению в столицу, ты отправишься охранять городские ворота. В лучшем случае.

Воин лишь молча, приложил сжатую в кулак ладонь к левой стороне нагрудника, не сказав ни слова, развернулся и пошел к своим солдатам. Однако, пробыл он там не долго. Вскоре он быстрым шагом подошел к Брейву в сопровождении бледного, как простыня, солдата. У бойца бегали из стороны в сторону глаза, а на лбу выступила испарина. К тому же, сам солдат выглядел так, будто вот-вот рухнет без чувств или растечется бесформенной лужей по снегу. Барон хмуро посмотрел на сержанта.

– Ваша милость, – ответил тот на взгляд Брейва, – это солдат, которого я посылал за хворостом.

– Боги, вид у него такой, словно за ним гнались демоны со всего Андерелма. Что тебя так напугало, солдат?

– В-ваша м-милость… с-сэр, – начал боец, заикаясь, – я иск-кал хв-ворост и р-разгребая снег на-ашел с-сухие ветки.

– И что? – озабоченность барона сменилась раздражением, – Они напали на тебя?

– Нет, сэр, – боец немного успокоился, однако, все еще часто дышал. – Я поднял их, а под ними оказалась яма.

– Подумать только, – закатил глаза Брейв, – мы испугались какой-то ямы. Откуда ты пришел в армию, боец?

– Северные нагорья, сэр.

– Я думал, там и не такое видели. Сержант, бойцу выдать эля, чтобы успокоился, выстави дежурство, и объявляй отбой.

– Хорошо, ваша милость.

Когда барон подошел к палатке, он лишь раздраженно фыркнул.

«Экий впечатлительный солдат, – подумал он, – испугался обычной ямы. Вот если бы он увидел упыря или духа… Надо будет его по возвращении перевести в писари. А то еще, чего доброго, в бою упадет от вида крови».

Брейв не придал этому значения, и это было его большой ошибкой.

Путь до пещеры, где, по слухам обитал маг, занял еще почти пять дней. На рассвете шестого дня барон и сопровождающие его солдаты наконец пришли к пещере. Едва зайдя внутрь, Брейв увидел несколько очагов. Один из них горел вполне обычным желтым пламенем, а вот в еще двух или трех было полупрозрачное лиловое. От одного его вида барону стало не по себе – он не мог представить себе, что могло бы дать такой оттенок. На стенах и своде пещеры светилось нечто точно такого же цвета, доводя жуть до предела возможного. Самым жутким было то, что находилось в центре пещеры – на каменном столе лежало тело.

«Даже думать не хочу, что за дела здесь делает этот маг, – оторопело подумал барон».

Войдя еще немного вглубь, Брейв вежливо прокашлялся, привлекая внимание. Навстречу ему вышел старик, возраст которого невозможно было определить, на нем была старая и, судя по всему, давно не менявшаяся мантия, на лице старика росла всклокоченная борода, по клиновидной форме которой можно было предположить, что некогда она была достаточно ухоженной.

– Кто вы? – напряженным голосом спросил хозяин пещеры.

– Я – барон Брейв из Вудлендса, – ответил барон, – имею ли я честь разговаривать со Световидом?

– Я уже несколько лун не слышал этого имени, – проскрипел старик.

– По нашим сведениям он должен жить в этой пещере. Если он умер, то я пойду на выход из этого проклятого богами места.

– Он перед вами, – рассмеялся хозяин.

– Великолепно, – сказал Брейв, – тогда слушай внимательно, маг. Его величество король Генри дает тебе второй шанс. Нужно всего лишь сделать то, что у тебя не получилось три месяца назад. В случае, если преуспеешь, попробуем тебя вытащить.

– А если нет? – прищурил глаза Световид.

– Лучше не думай об этом, – отрезал барон.

– Подведете под казнь? – не сдавался волхв, – Тогда вынужден вас огорчить. У вас не хватит доказательств, чтобы представить все так, будто я собирался разрушить саму общину. Да и вряд ли казнь может быть страшнее осознания того, что когда твои силы иссякнут, одна из местных тварей убьет тебя.

– Ты слишком высокого мнения о себе, маг, – рассмеялся Брейв, – ты персона не того уровня, чтобы на тебя тратили время, собирая доказательства и согласуя действия с местными тайными службами. Подобных тебе лиц ждет быстрая и бесславная смерть от кинжала.

– Намек понял, – буркнул старик, – У вас все?

– Да, – ответил барон.

– Тогда прошу не отвлекать меня от работы.

– Всенепременно, – обозначил кивок головы Брейв, – помни, маг, провалишься – и за твоей головой прибавится охотников.

– Не пугай меня, барон, – процедил Световид, – прежде, чем ваши охотники за головами получат мою, им нужно будет до нее добраться. Я бы посмотрел, сколько ваших убийц проберется через полчища злобных духов и восставших из могил мертвецов. Нечисть – не люди, если не знать, как с ней бороться, можно жестоко поплатиться за самоуверенность.

– Мы следим за тобой, маг, – елейным тоном проговорил барон, после чего удалился из пещеры вместе с сопровождавшими его воинами.

Едва гости ушли, колдун вернулся к каменному столу, на котором лежал принесенный несколько месяцев назад воин. Когда ратники тайными тропами доставили несчастного в пещеру, тот был в плохом состоянии – кисть на правой руке почти отсутствовала, а сам воин часто впадал в забытье, зависнув где-то на середине Калинова Моста, разделяющего мир живых с миром мертвых.

Световиду удалось немного перетянуть дух обратно в тело, но часть души, хранящая воспоминания, так и осталась по ту сторону Смородины. Обряд, проведенный волхвом, сказался и на внешности воина. И без того бледная от потери крови кожа стало пепельно-серой, жилы в глазах лопнули от напряжения, превратив глаза в два кровяных шарика, а зрачки заняли всю радужку, сделав ее черной. Пострадавшую кисть пришлось заменить, прирастив с помощью чар латную перчатку, предварительно очищенную от грязи и черной крови упырей. Дыхание воина выровнялось, хоть и было не очень глубоким. Снадобья из трав сделали свое дело – тело перестало увядать, хотя прежнюю форму ему вернуть не удалось. Оставался последний мазок кисти – срастить тело и остатки духа.

Волхв произнес заклинание, и вся пещера озарилась лиловым светом. Лежащий на столе воин застонал, это значило, что срастить удалось, но связь по-прежнему была не прочной. Произнеся еще одно заклинание, Световид добавил в тело дополнительный, но слабый, разум. Он был способен лишь управлять мышцами и прочими жизненно важными частями тела. Но была у этого разума потайная лазейка, которую чародей, намеренно или нет, добавил туда – в случае, если разум начнет отклоняться от заложенного пути, «телесный» разум перехватит управление, отрезав дух от тела.

– По крайней мере, – проговорил Световид, – это не позволит ему напасть на меня или пойти против меня другим способом. Но об этом позже. Подопытный стонет все чаще и скоро должен прийти в себя.

Глава 1

– Так и запишем, – послышался голос, звучавший будто бы в пустоте, – дыхание выровнялось, картина дыхания положительная. Подопытный перенес все пробы и должен скоро прийти в себя.

Мечислав с трудом разлепил глаза и огляделся. Вокруг была полутемная пещера, стены ее заросли какой-то дрянью. Кое-где стояли чаши, в которых горел странный полупрозрачный лиловый огонь, отчего обстановка в пещере выглядела какой-то потусторонней. Юноша попытался сесть. Удалось это ему не сразу. Приподнявшись на локтях, он ощутил тепло. Оглядевшись в поисках его источника, он обнаружил небольшой очаг недалеко от того места где он лежал. Оторвав руки от лежанки, он попробовал пошевелить пальцами. Те послушались, но у Мечислава пробежали по спине мурашки, когда он услышал скрежет стали. Он снова сжал и разжал кулаки – скрежет повторился. Мечислав решил оглядеть свои руки: левая была его собственной, а вот на правой оказалась латная перчатка.

«Не припомню, чтобы в том сражении носил латы, – пронеслась в голове воина мысль».

Первое, что пришло Мечиславу на ум – от пальцев правой руки осталась только кровавая мясокостная каша, которая присохла к перчатке изнутри. Приготовившись к нестерпимой боли, юноша попробовал стянуть перчатку с руки.

– Я бы не советовал тебе этого делать, – раздался чуть дребезжащий голос неподалеку.

Мечислав замер, затем поднял голову и спросил:

– Кто ты?

– Тот, кто вытащил тебя и когтей смерти.

Раздались шаги, вскоре пред ним предстал пожилой мужчина в серой мантии и довольно длинным – в рост человека – посохом, увенчанным разомкнутым кольцом, в котором горел такой же лиловый полупрозрачный, как в чашах, огонек.

Мечислав оглядел хозяина пещеры. На вид ему было лет шестьдесят-семьдесят, голова не носила каких-либо признаков шевелюры. Глаза, белки которых покрывала тонкая, но частая сетка сосудов, были сине-зеленые, словно болото или «цветущее» озеро. Борода, когда-то, судя по всему ухоженная и уложенная в какой-никакой порядок, была всклокочена, и бесформенная. Глаза бегали, точно цепной пес, увидевший подошедшего к дому чужака.

– Меня зовут Ведомир, – наконец представился хозяин, – я отшельник, хотя живу здесь всего несколько лун.

– Здесь есть чистая вода? – спросил Мечислав.

– Хочешь попить? – спросил Ведомир.

– Хочу взглянуть на свое отражение.

– Это несложно.

Отшельник взял светлый поднос, провел перед ним рукой, и пыльный, уже тронутый ржавчиной поднос засиял, словно только что начищенный. Стало ясно, что отшельник был еще и чародеем.

Ведомир протянул юноше поднос. Мечилав подошел к ближайшей горящей лучине, посмотрел в поднос и оторопел.

«Я бы побледнел как смерть, если бы не был уже такого цвета, – подумал воин».

Лицо Мечислава действительно было смертельно бледным, вернее сказать – пепельно-серым. Всю нижнюю челюсть покрывала щетина. Но самым страшным были глаза. Если глаза хозяина пещеры можно было сравнить с глазами постоянно недосыпающего человека, то у него самого они выглядели так, словно он не спал самое меньшее пару недель. Они были темно-красными, и напоминали два кровяных шарика. Цвет своих глаз юноша не помнил, но теперь, каким бы он ни был, угадать его было совершенно невозможно – всю радужку занял разъехавшийся зрачок, словно икринка внутри кровяного шарика.

– Давно я здесь? – спросил воин, оторвав глаза от подноса.

– Уже три месяца.

– Говоришь, ты вырвал меня из когтей смерти? – Мечислав внимательно посмотрел на отшельника.

– Да, именно так, – Ведомир выдержал взгляд, – Мои люди нашли тебя почти без сил на окраине Лихолесья. Ты почти лишился правой руки и пребывал на грани беспамятства, изредка приходя в себя. Тебя доставили сюда, в мою пещеру, где три месяца удерживал тебя в мире живых, не давая отойти в Навь.

– Тогда я благодарен тебе, – наклонил голову юноша, – почту своим долгом рассчитаться с тобой за спасенную жизнь.

– Рад слышать, – слабо улыбнулся отшельник, – У тебя будет шанс отдать долг, но сперва поведай мне, что ты помнишь.

– Последнее, что я помню, были два человека, склонившиеся надо мной и уложившие на волокушу.

– Это были мои люди, – кивнул Ведомир, – а помнишь ли ты, что было до этого.

– Я и еще четверо воинов шли по границе Лихолесья. На нас напали чудовища. Один из воинов, со светлыми волосами сказал мне остаться, а сам повел остальных вглубь леса. Чудища навалились на меня и я не смог им противостоять.

– Любопытно, – потеребил всклокоченную бороду отшельник, – похоже, либо ты храбро вызвался прикрыть отход соратников, или они попросту избавились от тебя, оставив на растерзание тварям. Вспомни, ты вызвался остаться сам?

Мечислав на какое-то время задумался, вспоминая, затем ответил:

– Нет, тот светловолосый сказал мне остаться.

– Кажется, мне все ясно, – кивнул после короткого молчания Ведомир, – этот светловолосый просо бросил тебя умирать. Похоже, тебя предали. Но это потом. А пока… ты, кажется, говорил о том, что хочешь рассчитаться со мной?

– Да, – ответил воин, – как я могу помочь тебе?

– Видишь ли, – задумчиво произнес отшельник, – меня когда-то тоже предали и я тоже ищу случай вернуть им должок. Поэтому я собираю небольшое, но способное войско. Пока в моем распоряжении только воины Могильника, которые не могут покинуть эти края. Вот если бы у меня была поддержка в Долине…

– Что надо? – тут же задал вопрос Мечислав.

– Найди мне тех, кто позволит моему войску покинуть Могильник, и будем считать, что квиты.

– Мне нужно подумать.

– Само собой, – кивнул Ведомир, – размышляй, сколько сочтешь необходимым, но не советую тебе пока что покидать эти края. В таком виде тебя могут принять за упыря и убить.

– Приму к сведению.

Сказав это, Мечислав вышел из пещеры.

Примерно в дне пути от Приграничья юноша обнаружил изодранные тела в кольчугах и алых плащах, а рядом с ними – тело странного существа, отдаленно похожего на человека. Перевернув его клинком, Мечислав увидел бледное лицо, на которое ниспадала копна спутанных волос. Все еще осторожно орудуя концом меча, воин откинул напоминающие паклю волосы и увидел бледную, почти белую, кожу. Из-под белых одежд выглядывала рука с непомерно длинными, напоминающими когти, ногтями. На ногтях виднелась запекшаяся кровь. Продолжая держать острие у шеи существа, Мечислав наклонился и осмотрел зубы существа. Когда-то они видимо были человеческими. Теперь же клыки сильно увеличены, а передние зубы изменили форму и не сильно отличались от клыков. Приподняв веко, юноша увидел, что они не отличаются от его собственных: те же кровяные шарики белков, те же черные икринки зрачков. Единственное отличие состояло в том, что белки были цвета запекшейся крови, а зрачки утратили блеск и были мутными.

«Неужели я теперь стал таким же, как это существо? – подумал воин».

Короткое промедление едва не стоило Мечиславу жизни. Мутный зрачок прошел сначала в одну сторону, затем в другую. Наконец, он остановился, захватив в поле зрения Мечислава. С глухим рыком существо дернулось, пытаясь задеть когтями юношу. Неизвестно, каким образом, он успел отскочить, и когти рассекли воздух. Существо, наконец, встало на ноги и ринулось на юношу. Закрывшись щитом, Мечислав отразил удар и тут же нанес твари колющий удар. Не дожидаясь, пока тварь сделает ответный выпад, воин размахнулся и снес голову существу. Лишившись головы, тварь опрокинулась на спину.

Пройдя по следам ожившего мертвеца, Мечислав обнаружил расчищенное от снега место со следами костра. Кроме кострища о присутствии здесь некогда человека свидетельствовали многочисленные следы сапог и дырки от кольев, коими, по-видимому, крепили палатки.

«Так, – подумал юноша, – похоже, здесь разбивали лагерь».

От лагеря шла цепочка следов, ведущая к такому же расчищенному от снега месту. Взгляд уперся в снежный завал. Мечислав взял щит и стал разгребать его. Когда передняя часть завала была расчищена, воин увидел ямку, в которую и ссыпался снег. Продолжив расчистку, Мечислав нашел старый еловый лапник, пожухший, уже частично осыпавшийся.

«Все ясно, – кивнул мысленно юноша, – кто-то разгреб курган заложного покойника. Странно. Ни один житель Долины не вскроет такую могилу. Все еще помнят историю, когда упыри почти целиком вырезали воинов из Стража почти сто лет назад. Значит, иностранец. Ладно, отметим это на будущее. Пока что надо поскорее развязаться с этим Ведомиром. Такие долги нужно отдавать скорее, пока не выросли».

Тем временем, назвавшийся Ведомиром чародей подошел к чану с водой, стоящему на огне и сделал движение рукой. Отражение старика дрогнуло, подернулось рябью, и вскоре сменилось мордой ящера. Она была покрыта черной чешуей и черными шипами, а над горящими желтым огнем глазами рослее два внушительных рога.

– Зачем ты тревожишь меня, колдун? – пророкотало чудище.

– Мне нужна твоя помощь, Змей, – ответил ему «Ведомир».

– Что тебе нужно? – донеслось из воды. Отшельник, впрочем, не был уверен, что этот голос не звучит у него в голове.

– Твои колдовские познания, какой-нибудь способ поддержания сил. Хоть что-нибудь. Моих сил едва хватает на отгоняющие местных тварей чары, а оживление этого юноши отняло еще одну изрядную долю от них.

– Может быть, незачем было его оживлять? – в рокочущем голосе существа появились ехидные нотки.

– Он может мне пригодиться, – стоял на своем назвавшийся Ведомиром, – Я понимаю твой намек насчет оживления этого юноши. Ты, конечно же, предпочел бы заполучить его душу еще три месяца назад. Но у меня есть к тебе предложение. Что если взамен одной души ты получишь, по меньшей мере, сотни?

– Ты знаешь, как это устроить? – в рокоте прорезалось любопытство.

– Знаю, – ответил колдун, – и для этого мне нужен этот воин и твоя помощь. Твой ответ?

Существо на какое-то время замолчало. Ведомиру уже показалось, что его предложение отвергнуто, и изображение воде пропадет, сменившись его собственным отражением. Однако, через короткое время существо ответило:

– Хорошо, будет тебе помощь. Но помни, если моих усилий окажется значительно больше, чем твоих, если это был обман или ты перестанешь справляться, я заберу свою поддержку, душу этого полумертвого воина, а заодно – твою.

– По рукам, – отшельник чуть было не протянул руку, но спохватился и лишь коротко кивнул.

– Протяни руки над чаном, – велело чудовище.

Колдун выполнил приказ, не сомневаясь, что это именно приказ, а не просьба или совет. Вода в чане окрасилась в лиловый цвет, и нити лилового тумана, поднявшегося с поверхности воды, коснулись пальцев чародея. Ведомир почувствовал мощный прилив сил. Странный туман словно наполнял его, мысли прояснялись, а усталость сменилась необычайной бодростью. Колдун чувствовал, что может сдвинуть горы или заставить расцвести подснежники одной только мыслью об этом. Так началось осуществление его плана.

Вернувшись из отлучки, Мечислав увидел, что возле пещеры отшельника уже стоят около десятка воинов в кольчугах и латах. Доспехи их, как и мечи, отливали едва заметным красноватым оттенком. Как юноша помнил по службе в дружине, такой оттенок образуется, только если рядом с железной рудой, которая идет на оружейную сталь залегает медная. В Долине таких месторождений нет, значит, сталь привезли откуда-то извне.

«Отряд воинов с гербом Вудлендса на окраине Могильника и иноземная сталь, – подумал воин, – любопытно. Впрочем, лучше решать задачи по мере их поступления. А первая задача – расплатиться с Ведомиром».

Войдя в пещеру, Мечислав увидел, как волхв снаряжает и вооружает последнего бойца. Полностью снаряженный воин вышел из пещеры, бросив на юношу лишь беглый взгляд. Сам же колдун склонился над столом, пристально разглядывая то, что на нем лежит.

– Я принял решение, – сказал Мечислав.

– И что ты решил? – повернулся к нему отшельник.

– Я помогу тебе. В счет погашения долга.

– Правильное решение, – кивнул чародей, – Я был уверен, что ты решишь именно так.

– Почему же? – приподнял бровь юноша.

– Потому что ты мне показался честным человеком. А честный человек решил бы сначала вернуть долги, и только потом – решать личные вопросы.

У воина сложилось ощущение, что отшельник что-то недоговаривает. Вроде бы и доводы приемлемые, но уверенность в правильном, по мнению Ведомира, решении их несколько размывала.

– Впрочем, об этом поговорим позже, – задумчиво произнес чародей, словно прочитав мысли юноши, – сейчас важнее, чтобы твое лицо не было видно. Вот, надень эту маску, она позволит тебе скрывать его. А теперь отправляйся в Долину. Мне же надо продолжить работу.