Марта. За северным ветром

– Как давно ты живешь, Глеб?

– Марта.., – с болью в голосе прошептал он.

– Только не говори, что ты вообще бессмертный. Я сейчас этого не перенесу.

– Нет! Инсайдеры не бессмертны, но живут дольше обычных людей. Мы почти не болеем и убить нас не просто. Ну про силу и выносливость ты уже знаешь, – тихо ответил Глеб. Он посматривал на меня со смесью тревоги и страха.

– Почему ты не рассказывал мне об этом?

– Я собирался. Через некоторое время.

– Хорошо, – мой голос предательски задрожал и я закусила губу. Глеб протянул было ко мне руку, но я сделала предостерегающее движение и он понимающе кивнув, сразу её убрал.

– Свой сорокалетний юбилей я уже отмечал, Марта. Несколько раз… Я родился ещё до второй мировой, в мае 1935 года. Где-то после тридцати лет процесс старения у таких как я замедляется. И дальше у нас идёт примерно год за десять. То есть, за десять лет мой организм постареет всего лишь на один год. Но всё очень индивидуально, точных цифр нет. Самому старому из ныне живущих инсайдеров сейчас около двухсот сорока лет, а выглядит он чуть старше пятидесяти. Чтобы не вызывать подозрений нам приходится периодически добывать себе новые документы, менять место жительства, а иногда вести и вовсе нелегальный образ жизни. Все, кого мы любим, умирают раньше нас или просто уходят, когда узнают правду… Даша, с которой ты недавно познакомилась в галерее, была моей женой много лет назад… Мне удавалось некоторе время скрывать от неё свою опасную сущность. Когда же она узнала обо мне всё, то не испугалась и мужественно приняла обрушившуюся на неё реальность. Но сразу предупредила, что не останется стареть рядом со мной. Мы безумно любили друг друга, это было сильное взаимное чувство и я изо всех сил старался верить в наше общее счастливое будущее. Но через десять лет она ушла, как и обещала, не смотря на мои мольбы и отчаянные протесты. Я стараюсь не вспоминать тот страшный период, я погрузился тогда в полную тьму… А Даше потом удалось наладить свою жизнь и она снова вышла замуж, сейчас у неё двое взрослых внуков, я искренне рад за неё. Сам же я больше никогда не искал серьезных отношений… Марта, твоё появление в моей кошмарной судьбе я считаю незаслуженным подарком небес. Но я пойму, если ты захочешь идти своей дорогой. Большинство инсайдеров со временем всё равно становятся одиночками. Увы, таков наш печальный удел… Тебе нужно время, чтобы осмыслить то, что я сказал. Наверное лучше мне сейчас уйти…

Глеб замолчал, потом встал с дивана и вышел в коридор. Оставаясь в гостиной, я слышала как он снял с вешалки свою куртку, со слишком громким щелчком открыл замок входной двери и затем прикрыл дверь за собой. Не помню сколько ещё я так просидела. Всё пыталась в уме вычесть из нынешнего года год рождения Глеба, и ни о чем другом думать не могла. Когда у меня всё же получилось справиться с цифрами, я слезла с дивана, на автопилоте сходила в душ и прямо с мокрыми волосами рухнула в постель.

В час дня меня разбудил пиликающий звук смски. С трудом разлепив глаза, я попыталась сообразить сколько времени я проспала. Подушка моя промокла от невысушенных волос, а то, что у меня теперь творилось на голове даже представить было страшно. Кое-как я выбралась из кровати и взяла свой телефон. Это была смска от Лео, он написал, что они с Настей придут часам к пяти и спрашивал, успеем ли мы с Глебом вернуться с прогулки к этому времени. Я некоторое время смотрела на экран, потом напечатала: «Я буду дома одна». Лео тактично не стал ничего уточнять и ограничился присланным мне в ответ улыбающимся смайликом. Побродив по дому, как неприкаянное приведение, я сделала себе не крепкий кофе и осторожно подошла к зеркалу. Оттуда на меня взглянуло абсолютно растерянное женское лицо, с жутким спутанным вороньим гнездом вместо причёски и с опухшими покрасневшими глазами. Наверное во сне я плакала. Подушка и так влажная, сейчас и не разберёшь от чего. В сознании у меня в режиме нон-стоп всплывали отрывки из нашего вчерашнего разговора. Вспомнилась мне и искренняя жалость во взгляде Дарьи в тот самый вечер в галерее. Теперь понятно, почему я вызвала у неё такие чувства – бывшая жена Глеба увидела во мне печальный призрак своих собственных ошибок. Но получается, что Глеб не рассказал ей обо мне всю правду, иначе бы Дарья знала о моих будущих способностях и вполне реальных шансах жить долго, а стареть медленно. Если, конечно, какой-нибудь обозлившийся инсайдер не грохнет меня. А вот интересно, как вообще можно убить человека с такими феноменальными возможностями?

Я выпила кофе и снова пошла в душ. Надо привести себя в порядок хотя бы внешне. Вооружившись этой мыслью, я тщательно высушила феном волосы, переоделась и накрасила ресницы. Спустя полчаса пришла ещё одна смска, в этот раз от Глеба. Он написал, что подъехал к моему дому, и что, если я не хочу его видеть, то мне достаточно просто об этом написать и он исчезнет. Вот это фатальное «исчезнет» до ужаса перепугало меня и окончательно отрезвило. Я мгновенно пришла в себя. Как я вообще собираюсь жить без Глеба? Что это я тут развела за сопли и слюни? Да всё у меня идеально – Глеб здоров как бык, невероятно силён и будет жить ещё лет двести или сколько там, не знаю, они живут. А в скором временем и я присоединюсь к нему. И совсем не страшно, что ему в следующем месяце исполнится восемьдесят семь лет. Я и сама иногда ощущаю себя лет на сто. Чёрт, он старше моих родителей на двадцать лет…

Глеб стоял у двери уже через минуту после моей ответной смски. С пышным букетом белых махровых тюльпанов.

– Я знал, что ты слишком любопытна, для того чтобы не захотеть меня больше видеть, – широкая белозубая улыбка придавала Глебу какой-то озорной мальчишеский вид и уж точно не соответствовала его солидному возрасту. Я заулыбалась в ответ, а про себя подумала: «Просто я не смогу теперь жить, если не буду тебя видеть»

Не по сезону тёплая и солнечная весна ускорила открытие летних веранд в московских ресторанах и кафе. Публика с удовольствием занимала столики на свежем воздухе, греясь днём под ласковым солнышком, а вечером уютно закутываясь в пёстрые пледы, заботливо предложенные заведением. Вдоволь нагулявшись по извилистым старым улочкам и проголодавшись, мы с Глебом заметили кафе с очень милой открытой верандой и решили там пообедать. В центре каждого столика красовался пузатый горшочек с цветущими гиацинтами. Яркие пятна розовых, фиолетовых и синих оттенков делали веранду похожей на сказочную цветочную полянку.

– Ты сегодня не задала мне ни одного вопроса. А я уверен, что у тебя их теперь масса, – заметил Глеб, после того как мы сделали заказ.

– Да, ты прав. Вопросов миллион, – утвердительно кивнула я головой.

– И? Я готов отвечать на них, Марта.

– За готовность спасибо. Но я тут пару часов назад решила, что не хочу пока узнавать ничего нового. Не в состоянии.

– Понимаю.

– Кстати, я сказала Лео, что сегодня останусь дома и вечером буду одна, когда они придут с Настей, – сменила я тему разговора. – Надо наверное его предупредить, что я вернусь с тобой.

– Ты утром совсем не хотела меня видеть? – грустно спросил Глеб.

– Утром я спала. С не высушенными волосами и на мокрой подушке, – коротко ответила я.

Глеб покосился на мою причёску, но ничего не сказал. Официантка принесла нам заказанные салаты и два бокала мартини. Пожалуй, никогда ещё я так часто не пила спиртные напитки, как за последний месяц. А учитывая стремительную скорость, с которой развиваются события вокруг меня, то и спиться будет не сложно. Хотя, с моими микродозами вряд ли стоит опасаться этого всерьёз. Я сделала глоток сладкого ароматного вермута и достала свой телефон, чтобы написать брату.

– Не сообщай Лео, что мы вернёмся вместе. Напиши, что одна придёшь, – попросил Глеб.

– Зачем? – удивилась я.

– Посмотрим на реакцию Насти, – невозмутимо ответил он.

– Ты всё-таки подозреваешь её, да?

– Пока я просто собираю информацию, – Глеб подмигнул мне, и зажмурив глаза, подставил своё лицо солнечным лучам.

Я с завистью посмотрела на его спокойную расслабленную позу. Сама же я сразу начала думать про Настю и беспокоиться о возможных негативных последствиях для Лео. А что, если это и правда она? Как тогда всё объяснять моему несчастному брату? Правда, они уже столько раз заканчивали свои отношения, что вряд ли очередное расставание станет для него большой трагедией. А если станет?

По дороге домой, в машине, Глеб давал мне четкие указания, как себя вести при встрече с Настей. Самое главное – я не должна была подать и вида, что меня чем-то озадачило или напугало её поведение. Для нас было очень важно, чтобы наниматель Насти продолжал считать, что у него всё по-прежнему под контролем. Если это вообще, конечно, была Настя. Но я уже почему-то полностью поверила в эту версию. Ну не Аида Львовна же за мной шпионит, в самом деле! Хотя, кто её знает, я ни в ком сейчас не была уверена. Кроме Глеба.

Машину мы припарковали у соседнего дома, во дворе. Угольно-чёрная и вызывающе блестящая Ауди сразу бросалась в глаза на фоне остальных более скромных автомобилей. На свой этаж я поднялась одна, Глеб по нашему сценарию отставал от меня на несколько минут. Открыла дверь своими ключами и громко сообщив в пустое пространство, что я пришла, стала медленно расшнуровывать свои кроссовки. В коридоре тут же появился Лео с обеспокоенным выражением лица, но увидев моё приподнятое настроение и улыбку, сразу расслабился. А вот и Настя. Ну не может быть, чтобы она…

– Привет, хорошо, что ты не осталась сидеть дома в такую шикарную погоду, – Лео чмокнул меня в лоб и подошёл к Насте.

– Марта, привет, – сказала Настя с дежурной улыбкой и быстро окинула меня взглядом. Я закончила возиться со шнурками и теперь с черепашьей скоростью переобувалась в домашние тапочки. Ну где уже он?

– Глеб не зайдёт сегодня? – поинтересовался у меня Лео. И в этот момент распахнулась, предусмотрительно не закрытая мной на ключ, входная дверь.

Основной задачей нашего плана являлась внезапность. Именно эффект неожиданности, как объяснял мне в машине Глеб, должен был стать проверкой для Насти. Если наши подозрения оказались верными, то ей уже дали строгие рекомендации избегать Глеба, дабы он не внушил ей чего ненароком и не вывел на чистую воду. А так как я заверила Лео, что вернусь домой в гордом одиночестве, то Настя и не могла ожидать никакой опасности.

– Всем привет! Машину пришлось долго парковать, мест не было, – радостно сообщил Глеб, улыбаясь самым обаятельным образом. Но его чёрные глазища при этом впились в тот угол, где стояла Настя.

– О, рад видеть! А я подумал, ты не зайдёшь, – Лео с готовностью протянул свою руку для приветствия. – Кстати, познакомься, это Настя… А где она? Настя!

– Она вернулась в гостиную, кажется, – ответила я и аккуратно покосилась на Глеба. Он расстегивал свой пиджак и с наивным видом смотрел на моего брата. Через несколько секунд в коридоре снова появилась Настя.

– Ой, извините, мне только что написали… Срочный вызов к клиенту. Надо ехать… Извините, – сбиваясь и не поднимая головы от экрана своего телефона, пробормотала она.

– Ну вот, – недовольно протянул Лео.

– Рада была познакомиться! Марта, пока! – не глядя на Глеба, протараторила Настя. Быстро поцеловала Лео, буквально впрыгнула в свои ботинки и исчезла за входной дверью.

Настя. Это она…

Глеб уже стёр со своего лица искусственный налёт дурацкой наивности и тяжело вздохнув, направился на кухню. Мы с братом пошли за ним.

– Лео! Ты вообще не разбираешься в женщинах, – я со стоном опустилась на табуретку.

– В каком смысле? А что произошло-то такого, собственно? – спросил Лео в полном недоумении. Глеб бросил на меня многозначительный взгляд, но я уже не могла остановиться.

– Настя тебя вовсю использует для своих целей, а ты ни сном, ни духом! – воскликнула я.

– Ты что, с мамой недавно разговаривала? – с подозрением спросил Лео.

– Нет! Мама здесь вообще ни при чем. Но даже она смогла догадаться, что здесь дело не чисто!

– Марта, давай не будем при Глебе обсуждать мою личную жизнь. Я тебе не узнаю! Что с тобой такое?

– Твоей личной жизни здесь нет. И не было, судя по всему, – я горестно вздохнула.

Глеб всё это время молча сидевший на широком кухонном подоконнике, спрыгнул на пол и вопросительно посмотрел на меня. Я утвердительно кивнула ему в ответ.

– Лео, дружище, взгляни-ка на меня, – начал он будничным тоном, а я встала и вышла из кухни.

Этот момент мы с Глебом тоже заранее обсудили в машине. Правда, я заставила его торжественно поклясться, что такое внушение не опасно для здоровья и психики моего брата. Мы решили, что пока не стоит втягивать Лео в эту темную во всех смыслах историю, да и Настя пусть остаётся уверенной в моей полной не осведомлённости. Но раз я сейчас не сдержалась и дала волю своим эмоциям, то придётся Глебу немного поправить положение. Мне было так жалко брата, но что я могла поделать? Теперь я уже и сама начала догадываться, что их знакомство с бросающейся под велосипед Настей тоже скорее всего было тщательно спланировано. И редких встреч со мной ей вполне хватало, ведь недостающую информацию она запросто могла получить у добродушного Лео – у самого ближайшего ко мне человека. Всё сразу же стало понятно, логично и как пазлы само собой сложилось в завершенную идеальную картинку. Мой маленький Лео… Не повезло ему с сестрой.

Я ещё немного посидела в своей комнате и только окончательно успокоившись, вернулась на кухню. Глеб, прислонившись к холодильнику, что-то рассказывал моему брату про свою машину, тот с интересом слушал и одновременно колдовал над замороженными креветками. Я и забыла, что Лео собирался сегодня удивить нас каким-то новым блюдом из них. Заметив как я вошла, брат подмигнул мне и пренебрежительно махнул рукой на дальнюю от него табуретку. Дескать, тут творит шеф-повар, так что не путайся под ногами. Я усмехнулась, немного поворчала для порядка, но послушно отошла в противоположный конец кухни. Вдруг в коридоре послышался шорох и чьи-то осторожные шаги. Глеб за одну секунду оказался возле меня, полностью загородив широкой спиной. Я увидела как напряглись его мышцы, а руки сжались в страшные кулаки. Вот чёрт, неужели всё настолько плохо?

– Леонас? – требовательно позвали из коридора.

Полным именем моего брата называет только наша соседка Аида Львовна. Вот её нам сегодня, конечно, не хватало.

– Деточки, ну что же вы дверь не закрываете? Разве в наше время так можно? Марта, здравствуй, моя дорогая, – с учительской интонацией проговорила Аида Львовна и поверх очков строго посмотрела на удивленного Глеба. С полминуты она его пристально изучала, потом перевела взгляд на меня и хитро улыбнулась. Одетая в модную розовую толстовку, узкие брючки в горошек и с тощим ярко-рыжим пучком на макушке, эта совсем немолодая уже женщина производила сильное впечатление.

– Добрый вечер, Аида Львовна! – хором, как ученики начальных классов, ответили мы с Лео.

А дверь-то наверное после стремительного ухода Насти мы просто забыли закрыть. Не до того было.

Я познакомила Глеба с нашей соседкой, обреченно подумав про себя, что уже через пару часов родители будут самым подробным образом проинформированы об изменениях в моей личной жизни. Сама я пока ничего не рассказывала маме, и попросила Лео тоже не болтать лишнего. Конечно, от Аиды Львовны подобной молчаливости ждать не приходилось. Она, как давняя и близкая подруга моей мамы, выложит ей вечером абсолютно всё, что сможет выведать о моем новом поклоннике.

Пока Лео возился с мобильным телефоном нашей любопытной соседки, устанавливая какое-то новое приложение, она с пристрастием выпытывала у Глеба чем он занимается, какое образование получил и почему, собственно, предпочитает жить за городом. Каверзные вопросы сыпались один за другим, но с каждым ответом Аида Львовна постепенно смягчалась и добрела. В конце концов, она погладила слегка ошалевшего от такого напора Глеба по руке, и ласково ему улыбнулась. Ну что ж, зато теперь можно быть уверенными в её непричастности к истории про коварных наблюдателей. В отличие от Насти, которая умчалась, не поднимая глаз, Аида Львовна прилипла к Глебу намертво. Если бы она только знала, что на самом деле этот высокий широкоплечий красавчик с жгучим взглядом старше её лет на десять…

Когда поздно вечером все разошлись и мы остались с Лео вдвоём, он глубоко вздохнул и с тоской сказал мне:

– Ну вот, весь мой отпуск в Питере насмарку. Мама не слезет с меня живьём, пока не вытянет все подробности про ваши отношения.

– А ты ей поведай о своих возобновившихся встречах с Настей. Глядишь, и смените тему, – ехидно посоветовала я. Лео показал мне язык и с независимым видом гордо удалился в свою комнату.