Узлы памяти

Глава 1

В огне память становится золой,

Но прах хранит истину, которую боятся живые.

– Из «Книги Пламени», утерянного гримуара Хранителей

Лекционный зал университета

– И на этом наша лекция закончилась, – Лина Северова улыбнулась всем в аудитории, – Главное, будущие финансисты, помните, что дебет справа, кредит слева, – студенты разразились смехом, и в ту минуту же прозвенел звонок.

– Извините, пожалуйста, а вы можете быть моим научным руководителем? – среди сбегающих студентов, одна девушка подошла к Лине, и прижимая тетради к груди, пыталась заглянуть ей в глаза.

– Я могу, конечно, – Лина посмотрела на студентку, которую видела очень редко, и желания учить прогульщиков и богатых дамочек у нее точно не было, – но я люблю когда дипломные проекты пишутся на базе реальных данных и практическом опыте, если вы не передумаете, то я уточню у себя в фирме, могу ли взять вас практикантом, и тогда да, стану вас курировать, но в противном случае вам лучше найти другого преподавателя, – девушка явно помрачнела, кивнула головой, – тогда, 3 октября, – смотря в календарь в телефоне, Лина записала имя студентки, – мы с вами еще раз обсудим все детали, хорошо?

Студенка кивала молча. Вдруг у Лины в висках запульсировала боль, руками она начала массировать их

– До скорой встречи, – кивнула она в сторону уходящей девушки и, сжав зубы от боли, опустилась на пол, прижимаясь спиной к столу. Перед глазами начались вспышки света, такое и раньше бывало, но не так сильно, как сейчас.

– Черт, – руки дрожали, Лина стянула с кресла сумку и дрожащими руками достала бутылек с таблетками, – черт, как больно, – баночка выпала из рук, Лина сжала голову, ее темно-карие глаза открылись сами по себе, и налились красной дымкой, полностью закрыв зрачки.

В голове картинки мелькали так явно, словно она жила в них: женщина в странном плаще стояла внутри круга, насыпанного из белого вещества, по контуру круга были расположены четыре свечи разных цветов, у ее ног была чаша, со струящимся дымом, она подняла голову, произнося странные слова, капюшон спал с ее головы. Красные глаза смотрели в душу Лины, пространство вокруг содрогалось, тело начало содрогаться. Лина моргнула, и на мгновение лекционный зал растворился: вместо скучных стен с проектором и рядов столов с ноутбуками она стояла на лесной поляне, лунный свет опутывал ее образ, пахло дымом и полынью. Она чувствовала жар костра на коже, но не могла пошевелиться, словно наблюдала глазами кого-то другого. Кого-то, кто носил её лицо, но жил столетия назад.

Женщина с её лицом произносила слова на языке, который Лина понимала, но не могла вспомнить, где его изучала. Этот язык был древнее всех, о которых она могла знать.

«Вспомни, кто ты», – шептал голос в её голове. – «Вспомни…»

– Профессор Северова? Вам плохо?

Мир снова стал привычным. Лина моргнула и увидела обеспокоенное лицо уборщицы. Её колени подкашивались, а в висках стучало.

– Простите, – её голос звучал хрипло, быстро собрав рассыпанные таблетки, Лина встала, – все хорошо, – наспех собрал несколько таблеток с пола, что были недалеко от нее, она спешно засунула их в рот и вышла с аудитории.

Офис "Кронос Технологии"

Рабочий день давно закончился, но Алекс Вайт сидел в полутёмном кабинете, казалось, что тут технологии сплетались с чем-то неощутимым, невиданным и волшебным. На одной из стен – панель из матового стекла, исписанная алгоритмами машинного обучения, на другой – выцветшие руны, нанесённые вручную давно забытым языком. Лёгкое гудение квантового компьютера нарушало почти гробовую тишину. На столе перед Алексом лежал серебряный амулет, тускло поблёскивающий в свете экранов. Этот предмет хранил в себе загадку, на разгадку которой Алекс положил месяцы своей жизни.

Пальцы учёного нервно скользили по интерфейсу, вводя последние команды. Алекс руками откинул назад волосы со лба, вникая в анализ задачи, которую начал компьютер. На мониторе замелькали незнакомые знаки, складываясь в узоры, которые человеческий разум едва мог осмыслить. Внезапно воздух в комнате стал гуще, словно пропитался невидимой энергией. Свет ламп замигал.

– Алекс, – дверь тихо открылась, вошла ассистентка Алекса, Алекс часто сидел в кабинете и ночами, проводя странные опыты, все привыкли к его страстной работе. Её взгляд скользнул по странной обстановке, и она уже хотела заговорить, как амулет на столе затрясся, будто в судорогах, и мгновенно раскалился до ярко-белого свечения. Алекс приблизился к нему, и прежде чем он успел отдёрнуть руку, металл вжёгся в его кожу. Мужчина вскрикнул от боли – на ладони проступил странный символ, словно метка или клеймо. На мгновение воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь треском электричества в воздухе.

На минуту тьма воцарилась в кабинете. Но это был не конец. В тот же миг квантовый компьютер начал работать сам по себе. По экранам поползли незнакомые коды, а динамики выдали звук, напоминающий нечто среднее между шёпотом и звериным рёвом. Ассистентка попятилась к двери, а Алекс, сжимающий обожжённую руку, понял: ритуал вышел из-под контроля. Его глаза фанатично поглощали данные с компьютера, но девушка прервала тишину, но знала этот взгляд, фанатичный и импульсивный.

– Мы получили сообщение от Верховных Серебряного Круга, – сказала она, – Они требуют, чтобы вы…

Алекс словно пришел в себя, кинул мельком на нее взгляд. Воздух в помещении был наэлектризован, и странный запах озона смешивался с запахом паленой плоти.

– Что случилось с вашей рукой? – спросила ассистент, заметив, что Алекс быстро убирает что-то в ящик стола..

Он поморщился, разглядывая ожог на ладони. Идеальная форма странного символа, словно выжженная изнутри.

– Ничего страшного. Небольшая авария с прототипом.

На экране компьютера продолжали мелькать странные символы, похожие одновременно на код программы и на какие-то древние письмена. Алекс быстро свернул окно на рабочем столе монитора.

– Что Совет? – спросил он, натягивая рукав пиджака, чтобы скрыть ожог.

– Они говорят, что засекли всплеск энергии в городе. Кто-то из Хранителей Пламени пробудился. Впервые за пятьдесят лет.

После того как ассистентка, сбивчиво извинившись, покинула кабинет, в помещении воцарилась тишина. Алекс, всё ещё ощущая пульсирующую боль в обожжённой руке, не торопился выключать компьютер – символы на экране продолжали меняться, будто сами вплетались в реальность. Казалось, в воздухе застыл незримый наблюдатель.

Он встал, подошёл к металлическому сейфу в углу кабинета и ввёл длинный, многослойный код. Замок щёлкнул. Из глубины сейфа он извлёк то, что хранил годами и не осмеливался раскрыть – тяжёлый, обитый кожей фолиант с потемневшими металлическими углами. На корешке – выцветшая надпись на латыни, которую Алекс мысленно перевёл как *"Пламя и Тьма: последние ключи вечности."

Сдув пыль и ощутив холод древних страниц, он осторожно открыл книгу. Бумага скрипнула, как будто сама книга недовольно проснулась от долгого сна. Алекс начал листать страницы, на которых тексты переплетались с ужасающими иллюстрациями – демонические фигуры, горящие города, ритуальные круги. Его сердце забилось сильнее, когда он наткнулся на главу, озаглавленную "Пророчество О Возвращении Последней Из Рода Пламени."

Строчки текста были пропитаны древней угрозой. Пророчество говорило о женщине, наследнице исчезнувшего клана, чьё появление ознаменует начало Великого Преображения – события, которое расколет границы между мирами и вернёт забытую магию, погрузив человечество в хаос выбора.

Сколько раз он открывал этот фолиант. Его всегда поражали не строки пророчества, а заметки, оставленные прямо на полях. Почерк был резким, почти нервным – он знал его. Это была рука его деда, Николаса Вайта, человека, о котором в семье предпочитали не говорить. Николас сошёл с ума в конце своих дней, бормоча о ведьмах, древних заговорах и «ключах к истинной реальности».

"Я близок. Последняя из рода Пламени жива. Я найду её… любой ценой." – гласила последняя пометка.

Алекс провёл пальцами по выцветшим словам. Мысли закружились. Ожог на ладони начал гореть ещё сильнее, словно реагируя на упоминание ведьмы. Он осознал: этот ритуал был только началом. Дед знал больше, чем рассказывал семье. И теперь, спустя десятилетия, тайны, к разгадкам которой он стремился прикоснуться, вновь открывает свои врата.

Алекс отправился на пульт охраны, это были не программисты, но наблюдательные и физически крепкие люди, которые следили за всем городом с помощью новейших технологий. Верховный был там и смотрел на один из мониторов

– Господин профессор, – Алекс подошел к нему, – Мы уверены, что это она? Может быть, это просто аномалия?

– Нет никаких сомнений, – Кронос провёл пальцем по монитору, обводя университетский корпус. – Характер энергетического всплеска полностью соответствует описаниям в древних текстах. Мы нашли последнюю из рода Пламени. Он подошёл к стене, где висела старинная гравюра. На ней была изображена женщина, стоящая в центре огненного вихря. Вокруг неё распростёрлись фигуры других женщин, образуя странный узор, напоминающий созвездие. – Когда она полностью пробудится, остальные узы тоже падут, – прошептал Кронос. – и это может стать концом всего человечества, либо возвысить наш мир в новой реальности, – На его запястье тускло мерцала татуировка в форме символа бесконечности, разорванного посередине, – мы сможем контролировать исход и направлять в нашу пользу.

– Подготовьте группу, – сказал он, не отрывая взгляда от гравюры. – Мы должны действовать быстро, пока Орден Пустоты и Дочери Тени не опередили нас.

Лина

– Мне кажется, что приступы становятся чаще? – доктор Миллер уже много лет принимал ее без записи по первому звонку.

– Да, головные боли точно становятся все сильнее, хорошо, что я пока успеваю сесть на пол, чтобы не разбиться при падении, – Лина скрывала от него, что видения становятся всё ярче и реалистичнее, боясь, что её упекут в клинику, но таблетки хоть как-то снимали больше и поддерживали ее.

– Лина, – доктор смотрел на нее поверх очков, – я вам как-то говорил, что к 30 годам мы должны пережить эти момент уже, но вы так и не можете отпустить свою детскую травму, или не хотите?

– Дайте рецепт, и все будет хорошо, – она встала с дивана, – тем более мне еще 27, за пару лет справимся

– Я настоятельно рекомендую вам отпуск, – он протянул ей бумажку, каждый раз одни и те же рекомендации: меньше нервничать или вообще сменить профессию, легко сказать – сменить. Легко сказать «отдохни» и «забудь», когда у тебя ипотека, обязательства, да и в целом работа ей нравилась.

Лина ехала в трамвае, молча смотря в окно, с тех пор как в возрасте 7 лет потеряла родителей в странной автокатастрофе – машина внезапно загорелась на пустынной дороге, сложно было отпустить ситуацию и забыть про все, но для доктора она старалась не показывать этого. Как она выжила чудом, выбравшись из горящего автомобиля без единого ожога, так и осталось тайной. После этого её воспитывала тётя Марина – холодная, сдержанная женщина, которая никогда не говорила о прошлом семьи и строго контролировала жизнь девочки.

С подросткового возраста ее начали мучить странные сны и видения, в которых она проживала жизни других женщин, похожих на неё – в разные исторические эпохи, но всегда связанных с огнём. В 16 лет, после особенно яркого эпизода, когда она в трансе предсказала смерть школьного учителя, тётя отправила её к психиатру.

Следующие несколько лет Лина провела между больницами и различными специалистами по ментальным расстройствам. Ей ставили диагнозы от шизофрении до диссоциативного расстройства личности. Лекарства помогали лишь частично, но Лина научилась скрывать свои состояния и контролировать их с помощью строгих ментальных упражнений.

Несмотря на проблемы с психическим здоровьем, она была блестящей студенткой. В 27 лет получила должность профессора в престижном университете и работала в свободно время в небольшой фирме, чтобы заполнить всю пустоту своей жизни. Именно тогда видения начали возвращаться с новой силой, несмотря на лекарства и терапию, на что доктор Миллер и отвечал, что ей нужно отдохнуть, так как она сильно перегружена, ее мозг не справляется.

Но проводить бесцельные вечера за просмотром фильмов ей было не интересно, ей казалось, что ей вполне хватает выходных и праздников. Поднимаясь пешком на третий этаж, Лина остановилась в пролете от своей двери и увидела сверток на пороге. В наше время опасно получать такие посылки, тем более что и не предвиделось сюрпризов.

– Что за… – пробормотала она, аккуратно подняла сверток и прислушалась к нему, понюхав посылку, решилась открыть двери и войти в квартиру. Пакет был тяжелым, и внутри явно находилась книга или шкатулка, нечто прмоугольное. Лина на мгновение задумалась о том, не стоит ли вызвать полицию – слишком много странностей для одного дня. Но любопытство победило.

–Привет, Белка, – кошка терлась о ноги хозяйки, – сейчас покормим котика, ждала меня?

Лина потрепала голову кошки, положила посылку на тумбу у входа и пошла раздеваться. Конечно, как любой кошатник, Лина сначала покормила животинку свою, а уже потом погрузилась в мысли о ужине. Вынося их кухни пакет с мусором к порогу Лина остановилась глазами на пакете.

–Ну что ж, Белка, пошли смотреть, – на кухонном столе она развернула пакет, – ого! -перед ней лежала странная книга без подписи, и адреса, ни имени отправителя, только её собственное имя, написанное странным витиеватым почерком, будто сошедшим со страниц средневековой рукописи.

Она аккуратно развернула упаковку. Внутри оказался тяжелый том в переплете из потемневшей от времени кожи. По краям обложки вились узоры, похожие на языки пламени, а в центре был выжжен символ – перекрещенные линии, образующие сложную геометрическую фигуру, напоминающую одновременно звезду и цветок с восемью лепестками

Лина достала с сумки таблетки, так как заметно начала волноваться, запив таблетку водой, она открыла ее и замерла: на первой странице был точный рисунок женщины из своих видений – и это её собственное лицо. Она приблизила лицо к книге, чтобы убедиться, что зрение не обманывает. И в этот момент в её двери кто-то настойчиво постучал.

За дверью стояла та самая студентка, Лина посмотрела в глазок, и увидев назойливую девушку глубоко выдохнула и открыла дверь

– Извините, что поздно, я думала, что может быть в неформальной обстановке, мы как-то договоримся о дипломе?

–Уважаемая, я даже не понимаю, кто дал вам мой адрес, и еще раз говорю, что я буду работать только с теми, кто ответственно работает, и почему вы именно ко мне хотите, я искренне не понимаю.

– Вы самая молодая профессор в университете, я с вашим именем на дипломе точно устроюсь работать в престижную компанию, вы мой путь к высокопоставленным должностям, – щебетала девушка

– Так, – Лина начала нервничать, – я вам еще раз настойчиво говорю НЕТ!! – раздался взрыв, откидывая ее на лестничный проем, коридор вокруг Лины в мгновение был объят огнем, языки пламени быстро заплясали по старым обоям, девушек откинуло в стену подъезда. Лина схватила за руку студентку и бегом кинулась бежать из старого панельного дома с газовыми плитами. За спиной раздался второй взрыв, Лина упала лицом в лужу от взрывной волны, рядом упала книга..

Через несколько минут она уже сидела в машине скорой помощи, еще не до конца придя в чувства, наблюдала как пожарные тушили огонь, полиция уводила зевак и разводили по медикам потерпевших, ее замотали в плед, студентки пропал и след, а Лина прижимала к груди книгу.

– Лина, пойдемте с нами, мы вам предоставим номер в гостинице, до выяснения всех обстоятельств, – она посмотрела на людей в черных костюмах.

– Я может сама справлюсь?

– Ну что вы, мы не можем вас оставить без присмотра.

– Я подозреваемая? – Лина оглядела людей вокруг, и люди в черном стояли только рядом с ней, – Вы думаете, что я подожгла квартиру?

– Ну что вы, но у нас есть протокол, сначала уладим все дела и потом вы сами решите все свои дела, – за деревом явно стоял кто-то еще и пристально смотрел на Лину.

Что с этим делать? Назойливая студентка, тень за деревом и полиция предлагает услуги гостиницы, она даже в фильмах такого не видела. Но выбор был невелик, люди похожие на полицейских вызывали больше доверия, учитывая пристальный взгляд незнакомца, которого невозможно было разглядеть.

Экологический протест

Соня Лесная стояла в первых рядах протестующих, крепко сжимая в руках самодельный плакат. Её лицо пылало от негодования, в груди кипела смесь гнева и отчаяния. Перед ней возвышались холодные металлические заборы и равнодушные лица полицейских в полной экипировке. За их спинами – вырубленный участок когда-то живого, зелёного парка, где в детстве она бегала босиком по траве и пряталась в тени дубов.

–Нет стройке! Оставьте будущим поколениям парк!

– Просим вас разойтись, – Команды в мегафон становились всё резче. Крики протестующих смешивались с резким топотом полицейских сапог. Ситуация накалялась. Когда первые стражи порядка начали теснить толпу, Соня ощутила, как что-то в ней словно лопнуло. Гнев, страх, желание защитить последние клочки природы – всё это взорвалось внутри.

– Оставьте парк, – слова стали перерастать в набор непонятных звуков. Она закричала, даже не осознавая слов.

Земля задрожала под её ногами. Деревья, казавшиеся засохшими и обречёнными, вдруг ожили. Их стволы начали стремительно утолщаться и тянуться вверх, как будто сама природа откликнулась на зов Сони. Корни, толстые и мощные, прорвали асфальт, как нож сквозь ткань. Они взвились в воздух, переплелись и образовали нечто вроде естественного купола вокруг протестующих. Листва замкнулась, заслоняя людей от агрессивных действий полиции, словно древний лес встал на их защиту.

Полицейские в смятении отступили. Толпа замерла, не веря глазам. Шёпот пробежал по рядам протестующих, но никто не понимал, что происходит. Никто – кроме одной фигуры.

У обочины, прислонившись к дорожному знаку, стояла пожилая женщина в длинном выцветшем пальто. Её глаза были странного оттенка – глубокого, густого зелёного, цвета мха после дождя. Она смотрела не на деревья и не на полицейских. Она смотрела прямо на Соню, и на её морщинистых губах скользнула тонкая, понимающая улыбка. Женщина едва заметно кивнула, как будто подтверждая то, что только она знала: этот миг древняя сила проснулась – и исходила она именно от Сони.

Полицейский схватил Соню за руку, и что-то внутри неё лопнуло. Горячая волна ярости растеклась по телу, и на мгновение мир замер. Она почувствовала, как под ногами дрожит земля. Не как при землетрясении – иначе. Словно что-то древнее и могучее просыпалось от долгого сна.

– Не трогай её! – крикнул кто-то, но было поздно.

Асфальт вздыбился с оглушительным треском. Корни старого дуба, который рос здесь задолго до появления города, прорвались на поверхность, извиваясь как живые существа. Один из них обвился вокруг лодыжки полицейского, заставив его отпустить девушку и отступить.

Вокруг царила паника. Люди кричали, камеры телефонов фиксировали происходящее. Соня стояла в центре хаоса, ощущая странный покой. Внутри неё что-то изменилось безвозвратно.

Пока протестующие радостно обнимались в тени чудесного барьера, а полиция, растерявшись, вызывала подкрепление, пожилая женщина исчезла так же тихо, как и появилась. Но внутри Сони впервые раздался странный зов – чувство, что это было только началом чего-то гораздо большего.

Парк опустел, протестующие давно разошлись, оставив после себя сломанные плакаты и странный купол из сплетённых корней, который так и не исчез. Соня долго стояла перед ним, пытаясь осмыслить случившееся, но в конце концов усталость взяла своё. Она пошла домой, не замечая, что за её спиной на границе парка появляется та самая пожилая женщина.

Соня возвращалась через пустынный сквер. Её мысли метались, сердце никак не могло успокоиться. В голове эхом звучал шёпот – не её собственный, не чей-то из толпы. Словно голос самой земли, древний и зовущий.

Вдруг где-то сбоку что-то шевельнулось. Из-за сплетения кустов вышла она – женщина с глазами цвета мха.

– Ты слишком долго спала, сестра, – её голос был тихим, но резал тишину как нож.

Соня отшатнулась, инстинктивно обхватив себя руками.

– Кто вы такая? Что это всё значит? Что случилось там, в парке? – вырвалось у неё.

Старуха сделала шаг вперёд. Лунный свет выхватил из тени морщинистое лицо, но глаза её были живыми, пугающе осознанными.

– Моё имя для тебя не важно. Но я – Хранительница Рода Диких Сестер. Я наблюдала за твоей семьёй дольше, чем ты можешь себе представить. И сегодня… ты впервые разбудила Силу.

Соня замерла.

– Силу?.. Я просто злилась… Я не управляла ничем!

Хранительница покачала головой.

– Ты носишь в себе кровь древнего рода. Того самого, что когда-то держал баланс между природой и жизнью. Ты – сестра, которая должна провести хранителя пламени к исполнению пророчества. Великие Преображения начнутся с твоего пробуждения. Сегодня это были корни и листья. Завтра – стихии и судьбы.

Соня сделала шаг назад, чувствуя, как в груди нарастает паника.

– Я не ведьма! Это ошибка…

– Это не ошибка, ты не ведьма, ты – одна из Диких Сестёр, чья сила была связана узами много поколений назад, но теперь, когда Хранительница Пламени пробуждается, древние узы ослабевают, – перебила Хранительница. – Это наследие.

Старуха подошла ближе и осторожно взяла Соню за руку. Прикосновение было лёгким, но мгновенно в голове девушки вспыхнули образы – деревья, реки, ритуалы, лица женщин, таких же, как она, стоящих среди бушующего ветра, воды, земли. Среди них мелькнуло лицо седовласого мужчины, держащего в руках странный серебряный амулет.

Соня вырвала руку, ошеломлённая.

– Вы хотите сказать, что я… часть всего этого? – прошептала она.

Хранительница улыбнулась, исчезая в сгущающемся тумане:

– Не хочешь – не верь. Но мир не будет спрашивать. Ты уже проснулась. Когда будешь готова, приходи в деревню Хантер Виладж, в лесу за городом, где обитают другие Сёстры.

И только её голос, уносимый ветром, остался в ночи.

Серый, затянутый облаками город будто притих после событий вчерашней ночи.

Соня сидела в маленькой кофейне у окна, задумчиво помешивая остывший чай. Она почти не спала. В голове всё ещё звучали слова Хранительницы: "Ты уже проснулась."

Пальцы сами собой вычерчивали на салфетке странные завитки – те самые, что она видела во сне. Сны были тревожные: ветер, вода лес, амулет… и лицо мужчины, которого она никогда раньше не встречала.

Звон колокольчика на двери заставил её вздрогнуть. В кофейню вошёл Алекс Вайт. Тёмное пальто, быстрый взгляд – он выглядел чужим в этой уютной, почти домашней обстановке. Он словно что-то искал. Его обожжённая рука была туго перебинтована.

Алекс огляделся, и его взгляд упал на Соню. Он остановился – глаза сузились. Это была та же девушка, которую он видел на кадрах с дронов, снимающих протест. Девушка, вокруг которой деревья встали стеной. Её энергия была не просто живой – она была древней.

Соня почувствовала его взгляд и невольно насторожилась. Незнакомец подошёл.

– Прости, – начал он, голос ровный, но в нём чувствовалась внутренняя напряжённость. – Я Алекс Вайт. Мы… кажется, должны поговорить.

Соня нахмурилась.

– Почему? Вы тоже были на том протесте?

Алекс усмехнулся, но это была усталая, тяжёлая усмешка.

– Нет. Но ты… скажем так, оказалась в центре интереса.

Он достал телефон, показал ей стоп-кадр с записи: Соня в момент, когда корни взрывают асфальт. Её лицо искажено гневом, но в глазах – нечто большее.

Соня побледнела.

– Вы что, следите за мной?

Алекс поднял руки, словно прося не паниковать.

– Послушай. Я занимаюсь… древними артефактами. Магией, если хочешь. И ты – не обычная активистка. Я думаю… нет, я «уверен», что ты связана с родом Пламени, возможно ты страж.

Соня застыла. Это слово – «Пламя» – снова вспыхнуло в её сознании, как спусковой крючок. Она отодвинула чашку, в её глазах мелькнуло что-то дикое.

– Если вы думаете, что я какая-то… ведьма или инструмент для ваших игр – вы ошибаетесь.

Алекс внимательно посмотрел на неё.

– Потому что мой дед всю жизнь искал избранную твоего рода. Он верил, что она – ключ. Я думал, что это безумие… до вчерашнего дня.

Он показал ей на бинтованную руку.

– Артефакт, который сжёг меня, отреагировал именно тогда, когда ты освободила деревья.