Предпринимательское и коммерческое право

1.3. Предмет правового регулирования как системообразующий фактор в системе права

Изучая процессы образования и функционирования системы права и системы законодательства, юридическая наука разработала учение о предмете и методе правового регулирования. Каждая отрасль права обладает своим предметом и своим методом или методами. Только благодаря наличию своего предмета и собственного правового метода группа правовых институтов обособляется от других правовых институтов и правовых норм и конституируется в наиболее объемную подсистему объективного права – самостоятельную(!) отрасль права. Из двух названных критериев – предмета и метода – ведущая роль принадлежит предмету, поскольку его особенностями определяются особенности метода.

Предмет – это те общественные отношения, которые подвергаются правовому регулированию в целях обеспечения определенного порядка отношений в обществе, защиты прав и интересов участвующих в отношениях лиц. Выступающие в качестве предмета правового регулирования общественные отношения неоднородны с точки зрения присущих им признаков. Но для правового регулирования значение имеют далеко не все свойства и аспекты общественных отношений, а лишь те из них, в которых отражается процесс существования и развития отношений в пространстве и времени в соотношении с общим порядком социальных связей, существующим в данном государстве. Свойства или признаки общественных отношений, приобретающие юридическое значение и учитываемые в правовом регулировании, можно было бы назвать конструктивными элементами регулируемых общественных отношений.[8]

К таким конструктивным элементам относятся: субъектный состав, т. е. лица, участвующие в отношении; объекты – материальные и нематериальные блага, по поводу которых субъекты вступают в отношения друг с другом и благодаря которым обеспечивается удовлетворение их интересов и потребностей; основания возникновения отношений и мотивы, побуждающие людей к вступлению в отношения с другими лицами; содержание отношений, под которым в аспекте фактических обстоятельств (пока еще не в юридическом аспекте) следует понимать совершаемые (действия) или несовершаемые (бездействие) поступки участвующих в отношениях лиц; структура отношения, т. е. соотношение правового положения участвующих в отношениях лиц относительно друг друга.

Общественные отношения, имеющие общие признаки всех конструктивных элементов, являются в силу совпадения этих признаков, однородными отношениями. Принято считать, что однородные отношения составляют предмет одной отрасли права, а неоднородные (разнородные) отношения не могут входить в предмет дной самостоятельной отрасли права. В отраслевых юридических науках ведутся исследования общественных отношений, рассматриваемых как предмет правового регулирования, выявляются их характерные черты и особенности, что в конечном итоге позволяет определить границы отраслей права и ориентировать на эти границы законодателя.

Например, исследуя особенности предмета гражданского права, профессор Н. Д. Егоров пришел к выводу о том, что для общественных отношений, которые входят в предмет гражданского права, характерен взаимооценочный характер, поэтому «предмет гражданского права можно определить как взаимооценочные общественные отношения в виде имущественных – стоимостных и личных неимущественных отношений».[9] Естественно, существуют и другие научные позиции относительно общих признаков и особенностей предмета гражданского права, как и других отраслей права, которые нашли отражение в научных работах и учебной литературе.

В современном российском законодательстве учение о предмете правового регулирования, несомненно, учитывается; особенно это проявляется в кодифицированных законодательных актах – кодексах, в которых предмет отрасли очерчивается на основе господствующей в данной отраслевой юридической науке теоретической доктрины. В каждом российском кодексе, действующем в настоящее время, дается характеристика общественных отношений, которые регулируются соответствующей отраслью права. Так, ст. 2 Гражданского кодекса РФ, «Отношения, регулируемые гражданским законодательством», посвящена предмету и методу гражданского права и отграничению гражданского права от других отраслей права. В ст. 2 Налогового кодекса РФ характеризуются отношения, регулируемые законодательством о налогах и сборах, т. е. являющиеся с точки зрения законодателя предметом налогового права. Предмет бюджетного права охарактеризован в ст. 1 Бюджетного кодекса РФ. В ст. 1 Трудового кодекса РФ называются трудовые отношения и непосредственно связанные с ними иные отношения, регулируемые трудовым законодательством[10]. И так далее.

Но даже законодательные положения, определяющие круг отношений, регулируемых той или иной отраслью права, не устраняют дискуссии относительно системы права и не исключают колебаний в квалификации спорных отношений в правоприменительной практике. В качестве примера различного понимания вопроса в юридической литературе можно привести проблему самостоятельности семейного права и его соотношения с гражданским правом. Опираясь на одни и те же положения Семейного кодекса РФ, главным образом, на ст. 4 и 5, некоторые ученые приходят к выводу о том, что семейное право является самостоятельной отраслью системы российского права,[11] другие ученые – к выводу о том, что «семейные отношения являются разновидностью отношений, регулируемых гражданским правом, обладающей, однако, рядом специфических особенностей».[12] Колебания в квалификации спорных отношений в связи с определением предмета правового регулирования могут быть проиллюстрированы возникающими иногда в практике ошибками в разграничении трудового договора и гражданско-правовых договоров подряда, поручения, простого товарищества, ошибками, допускаемыми в установлении подведомственности ряда категорий экономических споров, охватываемых общим процессуальным понятием «гражданские дела», судам общей юрисдикции или арбитражным судам и т. п.

В составе общественных отношений, выступающих в качестве предмета определенной отрасли права, выделяются виды и подвиды (разновидности) отношений, которым помимо общих конструктивных признаков (элементов), обеспечивающих их однородность, присущи какие-либо специфические дополнительные признаки. Правовые нормы, отражающие дополнительные признаки видов и подвидов отраслевых отношений, группируются в подсистемы разного порядка – внутренние структурные подразделения отрасли. Другими словами, внутренняя структура отрасли, иерархия ее составных частей определяется составом однородных общественных отношений, являющихся предметом данной отрасли. Предметный признак лежит в основе внутренней структуры отрасли.

Все это позволяет сделать предварительный вывод о том, что консолидация правовых норм и правовых институтов ведется в юридической науке и правотворчестве по видам общественных отношений, которые являются предметом правового регулирования, с учетом применяемых методов правового регулирования.

Это постулируемое в юридической науке положение опирается на понимание общественных отношений, или – просто «отношений», как абстрактного универсального понятия, которым могут быть охвачены любые проявления жизнедеятельности людей. Для характеристики предмета правового регулирования и разграничения отраслей права друг от друга понятие отношения используется в неподвижном статическом виде, чем обедняется его смысловое значение. Критикуя традиционные подходы к понятию отношения и правового отношения, профессор Ю. И. Гревцов обращает внимание на абстрактный характер понятия юридического отношения, поскольку это понятие «отрывалось от интересов и устремлений сторон таких отношений – живых людей. Место и роль последних в самом возникновении правовых отношений подменялись то материальными отношениями, то нормой права, то юридическими фактами. Само же правовое отношение оставалось и, увы, продолжает оставаться во многом не понятым и не объясненным».[13] Опираясь на труды Г. В. Плеханова, Ю. И. Гревцов подчеркивает взаимосвязь между общественными отношениями и деятельностью людей: «они не могут ни существовать, ни изменяться независимо от человеческой деятельности. Это – важная характеристика общественного отношения, имеющая принципиальное значение для понимания и правовых отношений».[14]

Представляется, что как предмет правового регулирования общественные отношения выступают в динамике, т. е. в процессе возникновения и развития, а этот процесс есть не что иное как деятельность людей. Реальные отношения неразрывно связаны с деятельностью. Поэтому предмет правового регулирования – это не только сами по себе общественные отношения, взятые в их статичном положении, но и деятельность, обусловливающая динамику отношений. Другими словами, в предмете правового регулирования отношения и деятельность выступают во взаимосвязи.

Многие правовые нормы сформулированы таким образом, что они содержат правовую информацию не о признаках регулируемых общественных отношений, а о признаках определенных видов деятельности.

Например, в Федеральных законах «О банках и банковской деятельности» и «Об организации страхового дела в Российской Федерации» называются операции и сделки, которые вправе осуществлять кредитные организации и, соответственно, страховые организации, и перечисляются виды деятельности, которыми запрещено заниматься кредитным организациям: производственная, торговая и страховая деятельности (ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»), и страховым организациям: производственная, торгово-посредническая и банковская деятельности (ст. 6 Федерального закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации»). Правовое регулирование многих видов договорных отношений направлено на урегулирование деятельности исполнителя в договорном обязательстве: по энергоснабжению (ст. 539–548 ГК РФ), строительству (ст. 740–757 ГК РФ), оказанию услуг (ст. 779–783 ГК РФ), перевозкам (ст. 784–800 ГК РФ), поручению (ст. 971–979 ГК РФ) и др.

Составы уголовно наказуемых деяний сформулированы в Уголовном кодексе РФ как различные виды незаконных действий или незаконной деятельности, например, «Незаконное предпринимательство» (ст. 171), «Незаконная банковская деятельность» (ст. 172), «Заведомо ложная реклама» (ст. 182), «Изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг» (ст. 186), «Контрабанда» (ст. 188) и т. д.

Казалось бы, наличие в источниках права многочисленных правовых норм, несущих информацию о тех или иных видах деятельности, бесспорно означает, что не только общественные отношения, но и деятельность людей также является предметом правового регулирования. Тем не менее, поставленный вопрос не актуализируется в современной юриспруденции. Систематизация правовых институтов по отраслям права традиционно ведется в юридической науке по видам общественных отношений, которые признаются единственным предметом правового регулирования, с учетом применяемых методов правового регулирования. Согласно общепринятой точки зрения виды деятельности не могут рассматриваться в качестве критериев, имеющих системообразующее значение для построения системы права. Так, профессор О. С. Иоффе, исследуя структуру хозяйственного законодательства, писал в 1979 г.: «Если система норм, регулирующих один и тот же вид общественных отношений, где бы они ни возникали, есть отрасль права, то система норм, регулирующих один и тот же вид общественной деятельности, какие бы отношения ею ни порождались, есть отрасль законодательства».[15] В этом ставшем хрестоматийным положении необходимо подчеркнуть три момента. Во-первых, иерархическая система законодательства – законы → указы Президента РФ → постановления Правительства РФ → ведомственные и межведомственные нормативные правовые акты – может строиться и действительно строится с учетом видов деятельности, например, адвокатской, архитектурной, аудиторской, банковской, космической, лизинговой, оценочной, риэлтерской, страховой, охранной и т. д. Это подтверждается практикой законотворчества в современный период. За последние годы принято значительное число федеральных законов, не говоря уже о подзаконных нормативных правовых актах, посвященных регулированию различных видов деятельности. Некоторые из федеральных законов этой группы еще подлежат принятию.

Во-вторых, следует уточнить, что понятие отрасли законодательства соотносится не только с понятием системы правовых норм, но и с понятием системы нормативных правовых актов, из которых состоит вся система законодательства, включающая в себя отдельные отрасли законодательства.

В-третьих, говоря о системе норм, «регулирующих один и тот же вид общественной деятельности», О. С. Иоффе фактически признает, что предметом правового регулирования являются не только различные виды общественных отношений, но и различные виды деятельности.

Методологическое значение приведенного положения О. С. Иоффе состоит в том, что оно ориентирует на исследование вопроса о соотношении деятельности с общественными отношениями в предмете правового регулирования. Установление взаимосвязи деятельности с общественными отношениями позволяет уточнить критерии разграничения отраслей права в системе права и критерии систематизации действующего законодательства.

Как уже указывалось выше, в предмете правового регулирования общественные отношения и виды деятельности связаны между собой. Взаимосвязи между ними проявляются в следующем:

1. Определяя виды деятельности, которые вообще запрещены, и виды деятельности, которые подлежат лицензированию, государство тем самым закладывает основы правового регулирования общественных отношений в зависимости от того, возникают они в связи с осуществлением законного или незаконного вида деятельности. Так, совершаемые частными лицами сделки по купле-продаже наркотиков или изъятых из оборота редкоземельных элементов[16] являются недействительными, ничтожными сделками с применением конфискационных последствий, предусмотренных ст. 169 ГК РФ, поскольку деятельность по свободной реализации наркотиков, драгоценных и редкоземельных металлов запрещена[17].

2. Право на осуществление не запрещенных видов деятельности относится к числу конституционных прав и свобод граждан и организаций даже в том случае, если какой-либо вид общественно полезной, т. е. социальной, деятельности прямо не назван в Конституции РФ.

Как правовой феномен право на осуществление общественно полезной деятельности является элементом гражданской правоспособности граждан, организаций, муниципальных образований и государства. Осуществление или занятие общественно полезной деятельностью является, следовательно, реализацией признаваемой законом гражданской правоспособности перечисленных лиц.

3. Осуществляя тот или иной вид общественно полезной деятельности, лицо вступает в два вида общественных отношений, подвергаемых правовому регулированию и принимающих вследствие этого правовую форму – абсолютные и относительные.

В абсолютных отношениях (правоотношениях) лицу, осуществляющему общественно полезную деятельность, противостоят все остальные лица, которые по отношению к действующему лицу являются обязанными лицами. Обязанность их состоит в том, что все они и каждое из них не вправе препятствовать действующему лицу осуществлять общественно полезную деятельность и не вправе вмешиваться в его деятельность. В относительных отношениях (правоотношениях) лицу, осуществляющему общественно полезную деятельность, противостоят те лица, которые оказывают ему необходимую помощь, услуги, либо лица, потребляющие услуги действующего лица.

4. Правовое регулирование абсолютных и относительных отношений осуществляется различными правовыми средствами. Абсолютные отношения регулируются путем установления общих и равных для всех дозволений и запретов. Так, на лиц, занимающихся какой-либо общественно полезной деятельностью, возлагается общая обязанность действовать добросовестно, не нарушать общественные интересы, не причинять вред другим лицам, не злоупотреблять своим правом иным образом. Относительные отношения регулируются путем установления корреспондирующих друг другу прав и обязанностей участвующих в отношениях лиц относительно объектов – материальных и нематериальных благ, по поводу которых возникают отношения.

5. Любые виды общественно полезной деятельности находятся в государстве под тем или иным контролем со стороны государственных органов исполнительной власти. При проведении проверок и ревизий, предоставлении бухгалтерской отчетности, налоговых и таможенных деклараций, статистических данных возникают относительные отношения (правоотношения) между действующими лицами и компетентными государственными органами.

6. Деятельность как таковая представляет собой совокупность последовательно совершаемых отдельных действий, в том числе производственного характера. В этом аспекте деятельность является технологическим процессом, именно технологическим, т. е. протекающим во времени и пространстве, а не только техническим процессом.

Как процесс, деятельность может подвергаться не только правовому регулированию, но при наличии необходимости – техническому нормированию путем установления специальных требований технического, производственного, экологического, экономического и другого порядка. Такие специальные требования являются техническими либо технико-экономическими нормами и нормативами. Они содержатся в технических инструкциях, стандартах, СНИПах (строительных нормах и правилах) и иных нормативных документах пруденциального и технического характера.

Правовое регулирование общественно полезной деятельности в аспекте технологического процесса состоит в том, что правовыми нормами на лиц, осуществляющих определенные виды деятельности, возлагаются обязанности по соблюдению технических норм и нормативов, а государственные органы исполнительной власти наделяются правомочиями по осуществлению контроля за лицами, осуществляющими эту деятельность. Такие правовые нормы содержатся в целом ряде федеральных законов, входящих в различные блоки законодательства: «О стандартизации», «О сертификации продукции и услуг», «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», «Об отходах производства и потребления», «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и др.

Все изложенное позволяет сделать вывод о том, что как общественные отношения между лицами, так и их социальная (общественно полезная) деятельность являются предметом правового регулирования. Следовательно, при характеристике предмета регулирования и определении границ отраслей права общественные отношения и виды деятельности не должны отрываться друг от друга и тем более противопоставляться друг другу.

Соотношение общественных отношений и видов деятельности в предмете правового регулирования может быть двояким.

В одних случаях конструктивные элементы (признаки) общественных отношений, являющиеся основанием дифференциации правового регулирования, могут не реагировать на особенности видов социальной деятельности, которые опосредуются этими общественными отношениями, быть индифферентными к ним. В таких случаях предмет отрасли права определяется только по виду регулируемых общественных отношений без учета опосредуемых ими видов социальной деятельности. Примером такой отрасли права является трудовое право, основные нормы и институты которого регулируют трудовые отношения безотносительно к тому, во взаимосвязи с какими видами социальной деятельности возникают трудовые отношения.[18]

В других случаях в особенностях конструктивных элементов (признаков) общественных отношений отражаются особенности опосредуемых этими отношениями видов социальной деятельности. Более того, сами общественные отношения могут подвергаться правовому регулированию лишь постольку, поскольку они порождаются и индивидуализируются осуществлением определенной социальной деятельности. В таких случаях общественные отношения и опосредуемые ими виды деятельности в своей неразрывной взаимосвязи образуют единый предмет правового регулирования определенной отрасли права.

Взаимосвязь отношений и деятельности в предмете правового регулирования получила яркое воплощение в действующем Гражданском кодексе РФ. Характеристика регулируемых отношений дается в ст. 2 «Отношения, регулируемые гражданским законодательством». Из контекста и содержания статьи ясно, что в ней определяются предмет и метод российского гражданского права.

Как следует из содержания п. 1 ст. 2 Кодекса, отношения, включенные в предмет гражданского права, характеризуются тем, что они основываются «на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников». В составе таких отношений выделены отношения двух видов: имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения.

Кроме того, оговорено, что гражданское «законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность или с их участием…».

Отсюда видно, что характеристика одной из групп отношений, отнесенных к отношениям, регулируемым гражданским законодательством (или, что то же самое – включенных в предмет гражданского права) дается законодателем с использованием в качестве критерия вида деятельности, опосредуемого данными отношениями.

Хотя позиция законодателя с точки зрения теоретического обоснования системы права далеко не бесспорна, положения, содержащиеся в п. 1 ст. 2 ГК РФ, подтверждают наш тезис о неразрывной и диалектической взаимосвязи видов отношений и видов деятельности в предмете правового регулирования.

Диалектическая взаимосвязь видов регулируемых общественных отношений и опосредуемых ими видов деятельности имеет самое непосредственное значение для определения места предпринимательского и коммерческого права в системе права и системе законодательства.

1.4. Метод правового регулирования как системообразующий фактор в системе права

Исследуя проблемы системы права, ученые юристы пришли к выводу о том, что одного критерия – вида и характера общественных отношений как предмета регулирования – явно недостаточно для признания отраслевой самостоятельности группировок правовых норм и для разграничения отраслей права друг от друга. В связи с этим в научный оборот было введено понятие метода отрасли права и стало общепризнанным положением, что наряду с предметом метод так же является критерием выделения отраслей права и разграничения их друг от друга.