Хозяйка странного дома

Глава 1. Предложение, от которого невозможно отказаться

Винный магазинчик с покосившейся вывеской как раз находился напротив.

Через дорогу.

Яна спустилась по ступенькам, сунула в сумку свидетельство о разводе и решительно направилась к переходу. По пути ее чуть не снесла многолюдная свадьба. Поток нарядных гостей подхватил и поволок обратно, к дверям загса. Какой-то мужчина в клетчатом костюме взял под локоть, перепутав с подружкой невесты, потащил фотографироваться.

– Простите, но я не с вами.

Яна вытянула руку из цепких пальцев радостного незнакомца. Ускорила шаг.

На переходе кинулась на желтый сигнал светофора и чуть не угодила под колеса автобуса.

Добравшись до кривенького крыльца «Озорного градуса», она позволила себе оглянуться.

Со стоянки перед загсом отъезжал автомобиль Руслана. Девушка на переднем пассажирском сиденье улыбалась и поправляла прическу, глядя в зеркало заднего вида. Руслан лихо выкручивал руль одной рукой, второй стряхивал пепел с сигареты в приоткрытое окно.

Нечего на него смотреть. Это прошлое…

Яна зашла в магазин, побродила между стеллажами с вином и, взяв бутылку красного полусладкого и упаковку с нарезанным колбасным ассорти, отправилась на кассу. Рассчитавшись и загрузив покупки в пакет, она дошла до сквера. Там села на скамеечку рядом с фонтаном. Каменные голубки и кольца, венчающие его чашу, символизировали радости брака…

…которого у Яны больше не было.

Оглядевшись по сторонам и удостоверившись, что людей рядом нет, она наконец позволила себе расплакаться. На какое-то время Яна забылась, полностью отдавшись рыданиям и собственному горю. В себя пришла, когда в телефоне булькнуло сообщение мессенджера.

Оказалось, от мужа.

В смысле – от бывшего мужа.

«Через три дня, как договаривались. Я жду», – написал Руслан.

Мог бы сказать лично…

Новые рыдания подступили к горлу склизким комком, но Яна справилась. Слезы не помогут, надо собраться и подумать, как жить дальше. В пакете, который она задела ногой, одобрительно звякнула бутылка с вином.

Закрыв диалог с Русланом, Яна стала просматривать список подруг. К кому можно прийти за поддержкой так, чтобы это не выглядело слишком навязчиво? Многодетная Ира всегда при муже. Он у нее на дому часто работает и к тому же друг Руслана. Излить душу на негодного бывшего вряд ли получится. Надя на работе. Саша в командировке. Аня вот…

Недолго думая, Яна написала ей: «Привет. Ты дома?»

В ответ пришло стремительное: «Ага. Ты развелась уже?»

«Да», – призналась Яна.

«Приезжай. У меня баранина есть, шашлык замутим».

На душе сразу стало легче.

Яна прыгнула в синий автобус, идущий к дачам у песчаных карьеров. Пикнула картой о терминал, забилась на заднее сиденье, вклинившись между детской коляской и немецкой овчаркой в кожаном наморднике. За окном потянулась длинная Тополиная улица. Она уперлась в завод железобетонных конструкций. Дорога круто вильнула, попетляла по Старому Константинову и нырнула в искусственные лесопосадки стройных сосен, за которыми густо пестрели крыши стареньких дач.

Овчарка с хозяйкой вышли на «Первом мая». Коляску со спящим малышом выкатили на «Узкоколейной». Потом прошли кондуктора, проверили оплачен ли проезд. Автобус качнулся на крутом повороте, снизил скорость и остановился возле старого металлического навеса с полустертой надписью «СНТ Отрада».

От Отрады до Аниного участка в лесу было минут двадцать пешком между дачами и карьером. Этих двадцати минут Яне хватило, чтобы еще раз как следует прореветься и обругать мужа вслух. Громко. Так громко, что оглянулись на нее, бредущую по тропинке и рыдающую, стоящие на крутом берегу рыбаки. Яне отчего-то стало стыдно: в глазах рыбаков ей почудился молчаливый укор. Она спрятала лицо за капюшоном толстовки и ускорила шаг.

Над проселочной дорогой облаком стояла взбитая машинами пыль. Караван отдыхающих тянулся в сторону песчаной косы. День только начинался и обещал быть ясным, хоть и не жарким.

Чтобы немного отвлечься, Яна стала читать объявления, развешанные вдоль дороги на деревьях. «Строим и ремонтируем. Славяне», – гласила надпись на куске оргалита, криво прибитого к молодой березе. Мысленному взору тут же представились дружинники в кольчугах, возводящие на шести сотках резной терем. «Навоз коровий. Высший сорт», – кокетливо сообщала соседняя вывеска с красиво нарисованной коровой с алым бантиком. «Продается дом. Деревня Остров. Всего сто тысяч. Почти даром!» – буквально кричало малюсенькое объявление, потрепанное ветром и изрядно промокшее от дождя.

Чем-то оно Яну зацепило. Своей сиротливостью, наверное. И нереалистичной, как в сказке, ценой. Синими кляксами вокруг так старомодно выведенных красивым почерком букв.

Крылось в нем что-то волшебное.

Рука сама потянулась к нарезке с номером телефона. Спустя секунду клочок бумаги с расплывшимися циферками исчез в кармане джинсов…

За дачами прятался поворот на деревню Домнино. Если пойти от поворота наискосок, прямо через кусты, попадешь на участок подруги.

Яна так и сделала. Звякая бутылкой, перепрыгнула через канаву с водой, влезла на песчаный вал и сползла с него неуклюже в Анин лесной огород. Год назад подруга сначала арендовала, а потом выкупила кусок сельскохозяйственного леса для тепличного бизнеса. Теплиц пока не было, но на участке и под открытым небом уже вовсю зрели желтые кабачки японской селекции и синел развешенный лозами на соснах морозостойкий виноград.

Над поросшей мхом крышей летней кухни плясал сизый дымок.

– Приехала? Молодец, – встретила гостью Аня, отерла руки о камуфляжную куртку, поправила вязаную шапочку. – Похолодало. На вот, накинь, а то замерзнешь. – Она сняла со вбитого в стенку гвоздя старую кожанку и протянула гостье. – Я шашлыки уже поставила, чтобы к твоему приходу приготовились… Ты как сама-то?

Яна соврала:

– Нормально.

Аня не поверила:

– Ревела, вижу… Обидно, больно, понимаю… Ты только обратно к нему не возвращайся.

– Не буду, – фыркнула Яна. – Скажешь тоже! – Боль сменилась гневом. Никогда! Никогда она не простит и не вернется. – Он мне такого наговорил… Такого натворил…

В груди поднялось цунами ярости. И ясно, будто это случилось пять минут назад, всплыл в памяти тот вечер, когда она сдуру заглянула в телефон Руслана и случайно открыла сообщения от какого-то Жени. Женя Петров – бывший одноклассник мужа, с которым тот иногда вместе ходит в качалку. Про него Яна первым делом и подумала.

Но сообщения были не от Петрова.

Они пришли от юной и прекрасной, как весенняя роза, шатенки с томным взглядом. Ее фото в кружевном бюстье и чулках с поясом нашлось там же в переписке рядом с игривым: «Твоя малышка соскучилась и прикупила новую красоту. Мне идет, правда? Вживую тебе понравится еще больше». И ответ мужа: «Сладкая девочка! Вспоминаю прошлые выходные. Жду не дождусь. Купи еще что-нибудь, побалуй себя, ты заслужила. Деньги скину».

Яна сперва глазам не поверила. Ошибка?

Нет.

Руслан сидел за компьютером. Кажется, работал.

– Принеси чай, – привычно потребовал у жены. – Холодным не забудь разбавить. Сахара четыре ложки, а не три. Запомни уже.

Яну, как оглушенную рыбу, течением привычки поволокло на кухню. Руки на автомате потянулись к полке с чашками, но звук закипевшего чайника привел в себя. Она вихрем ворвалась в комнату и гневно сунула смартфон под нос супругу:

– Это что?

– Ничего. – Руслан грубо вырвал гаджет у жены, положил на стол экраном вниз.

– Объяснись, будь так добр, – дрогнувшим голосом потребовала Яна.

– Я оправдываться перед тобой должен? – зло бросил муж. – С какой стати?

– С той, что я твоя законная жена. Много лет уже.

– И что с того? – холодно ответил Руслан.

Яна не договорила, ахнула, схватилась за грудь. Бешено дернулось сердце, как птица, которую затянула петля силка. Дышать стало тяжело, и перед глазами пошли круги. Захотелось немедленно сесть, и Яна неуклюже плюхнулась в кресло. Как он мог…

Как мог!

– Предатель, – только и смогла выдавить Яна.

– Истерику не нужно закатывать, – поморщился Руслан. Ответил на незаданный вопрос: – Да. Женя меня любит, а я ее. Она моя судьба. Так что я подаю на развод.

– А как же мы? Твоя семья? – сдерживая слезы, поинтересовалась Яна. – Как же Полина?

Муж усмехнулся:

– Ну какая семья, Ян? Так привычка. Рутина. Мы давно осточертели друг другу, пора начинать новую жизнь. Ты не молодеешь. А дочь выросла, и я ей больше не нужен. Мне ведь еще только сорок. Вся жизнь впереди.

– А мне еще два года до сорока, – напомнила Яна. – И разве возраст – это повод предавать семью ради какой-то…

– Что ты сделала для того, чтобы меня удержать? – Руслан разозлился и пошел в наступление. – Хозяйка ты средненькая: готовишь и убираешь без креатива, без огонька. Выглядишь тоже на троечку с плюсом. Ты же в фитнес-клубе работаешь – стыдно так себя запускать.

– Запускать? – Яна ошарашенно оглядела себя. Сорок шестой размер, высокий рост, подтянутое тело – женщина как женщина. Свежее лицо без макияжа. Густые волосы убраны в пучок… – Так дело во мне?

– Конечно, в тебе.

Яна больше ничего не сказала. Молча развернулась, собрала в дорожную сумку необходимые вещи и вышла на улицу. Долго бродила по бульварам, набережным и паркам. Переночевала в гостинице. Возвращаться домой было тошно.

Да и язык не поворачивался дальше называть их с Русланом квартиру «домом»…

Поведав историю своего несчастья, Яна умоляюще взглянула на подругу:

– Господи, Ань, как мне жить-то теперь?

Аня, обычно суровая и далекая от сантиментов, смущенно развела руками:

– Просто жить, и все. Может, оно и к лучшему?

Аня поставила на стол тарелку с шашлыком, майонез и кетчуп. Нарезала хлеб, выложила зелень, огурцы, помидоры, сладкие перцы. Сняла с полки две кружки, разлила в них принесенное Яной вино. К колбасному ассорти, разложенному полукругом на тарелке, прибавились пластинки твердого сыра.

– Да к какому «лучшему»? – Яна вспыхнула. – Меня с работы уволили.

– Как уволили? – насторожилась Аня.

– Наш управляющий – родственник Жени. Той самой… – рассказала Яна. – А еще… Руслан меня теперь из дому гонит. На сборы дал три дня. Когда мы квартиру покупали, я в больнице лежала. Руслан мою часть денег взял, а оформил все на свою маму. Сказал, что так выгоднее, так как она пенсионерка, и можно хорошую сумму обратно в качестве налоговой компенсации получить. А потом быт закрутил, не до переоформления все как-то было. Свекровь уже в другой стране, ей ехать недосуг… Я сама дура, да, Ань?

– Нет. – Широкие Анины брови сошлись над переносицей, как грозовые тучи. – Ты не дура. Это Руслан твой подлец и негодяй… Если тебе негде жить, оставайся у меня. – Она обвела рукой свои владения. – В бытовке как-нибудь разместимся. Печка новая, зимой отлично греет, ты не переживай. Туалет, правда, на улице, но интернет хороший. А к следующему году, глядишь, и домик отстроится.

– Спасибо, Ань, – вежливо отказалась Яна. – Не хочу тебя стеснять. У тебя ведь племянницы и племянники часто ночуют, и так места мало, а тут еще я… Все равно теперь придется решать что-то с жильем. Кредит без нормальной работы не дадут, но у меня есть небольшая заначка, так что буду искать дешевые варианты. – Она вспомнила про прихваченное по пути объявление. Достала мятую бумажку из кармана, спросила у Ани. – Тут у вас дом за сто тысяч продают. Какая-то «деревня Остров». Не знаешь, где это?

– Остров… – задумчиво протянула подруга. Взяла у Яны обрывок. – Дай подумать… Это дальше, по другую сторону шоссе, на Оршанинском Мхе. Непролазные топи.

– Вот как… – разочарованно протянула Яна, а потом решила: – Я все равно позвоню.

– Позвони, – не стала отговаривать Аня. – За спрос денег не берут. Вот только… – Она вернула Яне бумажку. – Там номер не прочесть. Расплылся весь под дождями.

– Да как же не прочесть? – удивилась Яна. – Вот же…

Она достала смартфон, быстро набрала заветные цифры и прислушалась к длинным гудкам. Кто-то по ту сторону линии не спешил брать трубку.

Яна долго ждала, но никто ей так и не ответил.

– Наверное, продали уже, – резюмировала Аня. – За такие-то копейки и если не надо заберут.

– Жалко, – вздохнула Яна. – Мне вот надо бы…

Очередная неудача – будто за последнюю неделю их мало было? И этот странный дом… Чем он так зацепил?

Они доели шашлыки, допили вино. Алкоголь немного притупил душевную боль. Яна засобиралась в город.

Нужно было что-то решать с переездом. Все вещи пока оставались в «семейной» квартире. Яна не собиралась оставлять неверному мужу ни свой стационарный компьютер, ни кофемашину с мультиваркой, ни ортопедический матрас.

– Если сама не остаешься, то хоть вещи привози на хранение, – предложила Аня. – В доме крыша сделана, можно под ней складировать.

– Спасибо, так и сделаю, если быстро вопрос с новым жильем не решу, – поблагодарила Яна.

Аня проводила ее до дачного магазинчика с веселым названием «Василек» и, захватив там пару буханок и масло, отправилась восвояси. Лесной участок еще не обнесли забором, оставлять его надолго без присмотра было нельзя.

Как только подруга скрылась за молодыми рябинами, раздался звонок. На экране светился номер из объявления.

– Алло? Слушаю, – с замиранием сердца произнесла Яна.

Ее охватило необъяснимое волнение. Даже пальцы вдруг задрожали.

– Добрый день. Вы мне звонили недавно, – произнес приятный женский голос. – Вы по поводу дома?

– Да! – вырвалось у Яны неожиданно громко. – Он еще продается?

– Конечно. Только вас и ждет, – ответили весело с противоположного конца линии. – Хотите посмотреть прямо сегодня?

– А можно? – Яна не поверила своим ушам. – Я как раз не очень далеко от него… Как я понимаю… Наверное…

– Вы в Отраде сейчас? – прямо спросила незнакомка.

Яне подумалось, что этот вопрос был вовсе не вопросом. Казалось, что собеседница точно знает ее местоположение. Откуда? Яне было неважно. Ее охватила странная эйфория. Желание во что бы то ни стало увидеть загадочный дом, будто от этого зависела жизнь.

– Да, в Отраде, – подтвердила она. – Подхожу к остановке.

– Тогда через пять минут я вас там встречу, – сообщили из динамика.

И разговор оборвался гудками.

Яна быстро дошагала до старого железного навеса. Присела на край покосившейся скамейки. Огляделась. Несколько дачниц вели беседу про урожай огурцов и яблок. Молодежная компашка ждала друзей с ближайшего автобуса. Старушка расставляла вдоль обочины горшки с хризантемами на продажу…

Минуту спустя у остановки притормозила красная машина. Опустилось окно, и с водительского сиденья помахала женщина в розовом спортивном костюме.

– Вы звонили по поводу дома? – безошибочно обратилась она к Яне. – Запрыгивайте.

Яна поспешила к машине и быстро подсела к водительнице. В салоне было тепло, играл приятный фолк. Пахло гвоздикой и чабрецом.

– Эльвира, – сходу представилась незнакомка, взбила рукой короткие платиновые кудри, щелкнула левым поворотником, съезжая с шоссе на проселку. – А вы?

– Яна, – назвала свое имя Яна. Уточнила на всякий случай: – Деревня Остров – это на Оршанинском Мхе?

– Да. Но вы не переживайте, – зачем-то успокоила ее новая знакомая. – Мы на машине в окружную не поедем. Я вас сейчас быстрым путем проведу.

Проехав с полкилометра по дачам, Эльвира припарковалась на полянке возле пожарного пруда. Пригласила Яну:

– Идемте за мной.

Они вышли из машины и направились вверх по улочке, свернули в тонкий проулок между двумя сплошными заборами, пересекли пожарную канаву и высоковольтную линию электропередач, миновали колодец и вышли к железным воротам, за которыми темнел лес. Дорога сперва утонула в бархатистом сосняке, потом нырнула в молодую березовую поросль, но вскоре деревца зачахли, уступив место болотистой пустоши.

Тропа стала тонкой, как ниточка. Яна шла за Эльвирой след в след, любуясь красками подступающей осени.

Путь вел от одного небольшого заросшего деревцами пятачка к другому. По обе стороны стояли черные лужи зеркальной воды. Выросла впереди высокая гряда, оказавшаяся насыпью узкоколейной дороги.

– Поднимайтесь за мной, тут уже рядом, – подбодрила Эльвира.

Они перелезли через насыпь и углубились в дымку белого багульника. Тропа запетляла меж колонн гиблого березового сухостоя.

Яна неловко шагнула и вдруг отчетливо почувствовала, как тропа под ногами качнулась.

Вскрик вырвался сам собой.

– Ой!

– Вы в порядке? – Эльвира смерила спутницу хитрым взглядом. Предупредила: – Не бойтесь. Тут просто земли нет.

– Как это нет? – Яна на всякий случай обхватила рукой ближайший березовый ствол.

– Семь метров мхов, багульник, корни… Болото. Говорят, оно без дна.

– Бездна… – эхом повторила Яна, собралась с духом и отпустила березу.

Толку-то от нее?

– Шучу, – улыбнулась Эльвира. – Дно есть. Узкоколейки ведь как-то проложили. А вон самолет лежит, – переключилась на другую тему провожатая. – Хотите взглянуть?

– Самолет? – не поверила ушам Яна.

– Да. Еще в прошлом веке упал. Так и лежит. А вон там другой. – Она махнула рукой вправо. – Но к нему идти долго.

Самолет и правда лежал неподалеку. Вернее, то, что от него осталось. Белая пустая рама – крестообразный росчерк на зеленых мхах. Истлел он от времени или стал жертвой охотников за металлоломом – неясно.

– Откуда тут столько упавших самолетов? – поинтересовалась Яна.

Она напрягла память, силясь вспомнить хоть что-то об увиденном, выцепляла из детских еще воспоминаний мутные обрывки стародавних разговоров. Кажется, кто-то из знакомых что-то рассказывал… Мамины друзья вроде бы… Они куда-то сюда за клюквой ходили…

Или нет?

– Места у нас такие. Как в Бермудском треугольнике, – загадочно пояснила Эльвира и снова перевела все в шутку. – Не воспринимайте всерьез. Хочется хоть немного поднять вам настроение. А то болото, похоже, на вас удручающе действует.

– Оно тут совершенно ни при чем, – честно сказала Яна. – Жизненные трудности навалились.

– Бывает, – понимающе закивала спутница. – Тогда на Остров вам – самое оно. Там спокойно. Отдохнете от суеты и проблем.

Яна призналась:

– Мне тоже так показалось. Я поэтому вам и позвонила.

– Вам не показалось. – Глаза Эльвиры таинственно блеснули. – Уверена, дом ждал именно вас.

Они пошли дальше.

Коварная топь растворилась в обманчивой дымке молодого леса. Сильные, полные жизни березы, немного перемеженные елями, вздымали к небу пышные кроны в первом золоте.

Яна незаметно попробовала подошвой почву – вроде твердая. Первобытный страх отсутствия под ногами устойчивой земли моментально отступил.

И вдруг за первым рядом веселых берез и елок возник второй.

Мертвый.

Полоса сухостоя в несколько метров шириной уходила влево и вправо, будто очерчивая что-то гигантским кругом, указывая на какой-то рубеж.

Проводя черту.

Даже почва в этом месте была безжизненно сера. Как пыль.

Яна остановилась на секунду, а потом решительно шагнула вперед. Спросила:

– Почему деревья высохли?

– Никто не знает, но если смотреть с высоты, – Эльвира соединила средние и большие пальцы рук, демонстрируя спутнице кольцо, – вы увидите идеальный круг.

– Что он значит?

Они уже миновали «круг» и снова углубились в бодрый березняк.

– Одни говорят, аномалия, другие – случайность, третьи – некий знак. Точно никто не знает, – повторила провожатая.

Яне показалось, что она лукавит, а лукавство это – какая-то проверка на вшивость. Как в сказке, когда героев испытывают всякими пугающими непонятностями. И если исходить из логики сказок, то сдаваться и бояться нельзя. Если выдержишь испытание, то получишь…

Что?

Там ведь просто старый дом.

В любом случае они уже почти дошли, и скоро Яна своими глазами все увидит. Возможно, разочаруется, а возможно, найдет что-то нужное и важное для себя…

– Уже рядом, – вытянула спутницу из раздумий Эльвира.

Лес расступился, открывая вид на деревенскую улочку с деревянными домами, размытыми дымкой тумана. Покосившиеся столбы старой линии электропередач криво держали провисшие провода. Лишь пара современных автомобилей намекала на то, что деревня не заброшена, и в ней еще теплится жизнь.

Оглядывая тенистые березы и заросли разбушевавшегося ракитника, Яна поймала себя на мысли, что совершенно не испытывает к Острову негативных чувств. Напротив, ощущение необычайного умиротворения окутало ее мягким одеялом.

– И где же ваш дом? – спросила она.

– В конце улицы.

Эльвира провела ее мимо высокого забора из проржавевших насквозь железных листов. Мимо избушки с прибитой над входом щучьей головой, такой огромной, что Яна поежилась, представив размер рыбины, когда-то эту голову носившей. Мимо вросшей в землю деревянной конструкции, в которой с трудом угадывалась старая телега. Мимо стены с неожиданной вывеской «Корабельная улица»…

Далеко впереди, в конце этой самой Корабельной улицы чисто блеснула большая вода.

– Там озеро, – пояснила Эльвира. – Пришли.

Она указала на дом, стоящий от остальных чуть поодаль.

Дом был особенным. Длинным, высоким, бесцветным, как тень. Его глубоко посаженные черные окна прятались в кустах боярышника. На высоченных резных воротах облупилась краска. Когда-то она была желтой…

– Это он? – недоверчиво уточнила Яна. За озвученную цену она ожидала увидеть совсем уж развалюшку. – Сколько в нем метров?

– Жилых примерно двести квадратов, если с чердаком и мезонином.

– Такой большой… А цена точно указанная?

– Цена честная, – принялась успокаивать Эльвира. – Добраться сложно, сами видите. Это пешком мы за полчаса добежали, а на машине сюда в объезд топей часа три. Линия электропередач старая, бывают обрывы. Отопление, опять же, печное. Что есть, то есть. Пойдемте внутрь? – Она потянула за тяжелое кольцо, прошла во двор, укрытый лапами растущей напротив крыльца ели. – Проходите, не стесняйтесь. Чувствуйте себя как дома.

Следом за Эльвирой Яна прошла в прихожую.

Обитая толстой рогожей входная дверь мягко закрылась за спиной, проглотив звуки и погрузив во тьму. Запах сырости потек в легкие, словно намекая, что все здесь принадлежит болоту.

Ему, единственному.

Через мгновение щелкнули пробки, потом выключатель. Зажегся свет. Маслянистый и желтый, он залил небольшое помещение со шкафами вдоль стен, крючками для одежды, обувной полкой и громоздкой антресолью.

– Пойдемте, комнаты оглядим… – эхом прозвучал голос Эльвиры.

– Пойдемте…

Яна послушно двинулась следом. Странная эйфория снова охватила ее. Ощущение сказки и волшебства. Реальность вокруг смазалась, стала зыбкой, как греза.

Они обошли комнаты, обставленные старой мебелью. Поднялись по скрипучей лестнице в мезонин. Из окна открылся вид на озеро.

Начал накрапывать дождь.

Эльвира привела Яну в кухню-столовую, в которой расположилась огромная печка.

Рассказала и показала:

– Отопление печное, но по всем помещениям разведены батареи. Затопите тут, тепло будет везде. Сейчас система слита и отключена. Нужно будет повернуть вентиль… Вот так, глядите… На втором этаже в трубы заливается вода. Помните, я показывала? Вообще, я бы посоветовала вместо воды использовать антифриз. Это удобнее…

Эльвира все рассказывала и рассказывала. Ее слова баюкали, погружали в транс. В какой-то момент случившееся начало казаться Яне сном. Фрагменты происходящего стали исчезать, проматываться кусками.

Вот Яна смотрит на старый облупившийся вентиль, понимающе кивает…

Вот они уже сидят за столом.

– Очень рада, что дом вам понравился, – говорит Эльвира. – Значит, покупаете?

И Яна отвечает:

– Да. Конечно…

– Тогда…

Потом будто фильм на скоростную перемотку поставили. Что поделать – стресс, по всей видимости, взял свое. А еще Яна слишком устала…

Устала, чтобы нормально соображать.

И полетели кадры событий: возвращение обратно через топи, салон красной Эльвириной машины, какой-то кабинет, договор купли-продажи, нотариус, подписи…

Стремительный и безумный сон.

В себя Яна пришла, как ни странно, опять в доме, в той самой комнате с печью и столом. Голова гудела, как с похмелья.

«Может, вино паленое попалось?» – подумала она, растирая виски и судорожно пытаясь вспомнить, что конкретно происходило в последние часы.

Воспоминания рассыпались кусочками пазла и никак не желали выстраиваться в понятную картину.

Яна сунулась в сумку. В руки сразу попалась аккуратная папочка с документами: договор, свидетельство, выписка…