Последний драконий приют

Глава 1. Котики не ждут

– Кс-кс-кс!

Кота нигде не было.

Ира присела возле нетронутой миски, посветила фонариком. Пусто.

Легкие заполнял подвальный воздух, затхлый, плесневелый, нагретый трубами отопления. Все запахи от этого неприятно усиливались.

И все же кот приходил сюда, но сразу сбежал, каким-то немыслимым образом выломав вентиляционную решетку в стене.

– Только этого не хватало… – Ира стиснула зубы.

Старушка с первого этажа слезно просила добыть из подвала больного котика. «Он облезлый весь, худенький, дикий – сирота. Его дворник на улицу выкинет, а там машины, собаки, зима…» – жаловалась соседка, хватаясь за сердце. Ира вызвалась изловить «сироту» и передать на воспитание в заботливые руки сердобольной пенсионерки. Предполагалось, что долго возиться не придется, но не тут-то было. Кота не привлекли ни оставленные лакомства, ни ласковые призывы.

Ира поправила налобный фонарик. К резинке, окольцовывающей голову, прилипла паутина.

– Фу! – Она отерла руку о джинсы.

Огляделась. Пятно света заскользило по камням фундамента, заложенного еще при царице Екатерине.

У исторических домов подвалы порою просто невероятные. В них можно блуждать, переходя из одного подземелья в другое.

Однажды, классе в восьмом, когда жажда приключений зашкаливает, Ира с одноклассницей Машкой Пасюк пробрались в подвал соседнего дома, он выше по улице Фрунзе стоит, и нашли там заброшенную котельную, что еще с дореволюционных времен осталась. За котельной обнаружился длинный туннель, соединяющий пять или шесть таких же древних домов. Он вел на развалины седьмого, что на пустыре рядом с рекой. Ира до сих пор помнила то приключение – за него им с Машкой знатно попало от родителей.

Ирина бабушка причитала:

– Ну как же так? Девочка, а по подвалам, аки беспризорник, лазает. – Журила маму: – Вся в тебя. Слышишь, Юленька, что говорю?

Мама и не отрицала, заступалась за Иру:

– Ничего-ничего, – отвечала свекрови. – Если в человеке живет дух приключений, чего ж тут плохого?

В самой маме дух приключений буйствовал просто невероятно. Выйдя замуж за Ириного папу, она некоторое время пыталась притворяться уютной наседкой-хозяюшкой свекрови на радость, но природа быстро взяла свое. Воскресные пироги сменились походами. Прополка грядок на даче – путешествиями по окрестным городам и весям.

Ирин папа облегченно выдохнул тогда:

– Я уж думал, тебя подменили. Наконец-то ты снова стала собой.

А когда мама задумала переехать в Африку, папа первый ее поддержал. Он вообще всегда свою любимую Юлю во всем поддерживал. Некоторые общие знакомые шептались за его спиной: «Подкаблучник». Но папа отшучивался: «Зато у меня самая счастливая на свете жена. А раз так – я лучший на свете муж».

Задумку с Африкой мама тоже исполнила. Именно поэтому последние три года Ира жила с бабушкой по папе в историческом центре Волжска.

Дом стоял рядом с университетом.

Родители продали квартиру и окончательно переехали в Замбию как раз в тот момент, когда дочь решила пойти на второе высшее. Первое образование она получила на филфаке, а потом, поработав семь лет в разных компаниях, собралась повторить студенческий подвиг и отправилась учиться на менеджмент. Мама поддержала инициативу:

– Очень хорошо. Учиться никогда не вредно. А к нам позже переедешь, если захочешь. Африка от тебя никуда не денется.

– Тридцать лет – она все учится, о семье не думает, – ворчала бабушка. – Тебе замуж пора. Засиделась в девках. Какие вот на твоем менеджменте женихи? Мальчишки молодые. А ты уже не девочка. Посерьезнее надо к жизни относиться.

И Ира относилась.

Серьезность она понимала по-своему, поэтому училась и работала в два дыхания. Копила на собственную квартиру. Надеялась по окончанию вуза получить руководящую должность. Мамино предложение переехать к ним с папой в Африку было, конечно, заманчивое, но в глубине души Ира мечтала отыскать свой собственный путь.

Очень хотела его найти, но все никак не получалось. Зарплата почти не росла, нагрузки в вузе плохо сочетались с рабочим графиком, да еще и бабушка постоянно давила с замужеством. Клавдия Семеновна развела бурную деятельность и подыскала среди своих бывших аспирантов самого несносного кандидата во внучкины мужья.

Виталика Семипядьева.

Он был старше Иры на пять лет, но на уровне его бытовой самостоятельности этот факт не отражался буквально никак. Кормлением, обстирыванием и прочим уходом за Виталиком с рождения занималась его мама, Жанна Аркадьевна. И будущую жену подыскивала она же. Сам Виталик, по словам чуткой родительницы, был «мальчик наивный и светлый», а такие обычно попадают в кровожадные когти ушлых, хитрых и коварных охотниц за женихами.

Так что на первую назначенную бабушкой встречу Семипядьев и его мама пришли вместе.

Ира пыталась возражать, но у Клавдии Семеновны от волнения подскочило давление, поэтому пришлось идти другим путем. «Я ему не понравлюсь. Дам понять, что жена и хозяйка я никакая, и вообще, что меня интересует только учеба, а еще оденусь некрасиво», – решила Ира. На протяжении всего чаепития она громко вещала о своем дипломе и планах на будущую диссертацию. Это стало роковой ошибкой, произвело абсолютно противоположный эффект: Жанна Аркадьевна пришла от возможной невестки в восторг. Заявила: «Умненькая, образованная, скромная – это хорошо. А управляться по хозяйству научим».

А после случилось невообразимое.

Клавдия Семеновна, не спросив у Иры разрешения, дала Виталику внучкин номер.

Теперь «жених» названивал в неподходящее время, отвлекая от работы и учебы. Самое противное, послать его подальше в грубой форме не получалось по не зависящим от Иры обстоятельствам. Во-первых, не хотелось расстраивать бабушку, здоровье которой в последнее время сильно ухудшилось. Во-вторых, отец Виталика занимал должность проректора в вузе, где училась Ира, поэтому ссориться с семейством Семипядьевых в открытую было чревато.

Ире казалось, что она угодила в западню, из которой никогда не сможет выбраться. Настроение от этого портилось, а работоспособность падала. Ерундовая вроде ситуация, но так напрягает!

«Вот украл бы меня дракон, унес бы в башню, чтобы никто не доставал. И чтоб украл со всеми материалами для дипломной работы, переустановленной программой для удаленки и новым ноутбуком, – мечтала Ира, – и чтобы в башне был интернет без перебоев»…

В темноте подвала пискнула мышь и затихла.

Ира закинула голову вверх: под сводом потолка кабели переплетались, как лианы в джунглях. Паутина в каплях конденсата искрилась, попадая в пятно бледного света…

Дома сейчас светло, уютно. Чай заварился. Бабушка лимон порезала и разложила на блюде из черного дерева, которое мама прислала из Замбии.

А еще – именно в эту минуту! – там находится Виталик.

Сидит, небось, на любимом Ирином стуле, на часы нервно поглядывает, недовольно морщит нос и теребит противные жидкие усики над верхней губой…

Мысли об уюте моментально исчезли.

Дело в том, что в тот вечер Клавдия Семеновна подстроила внучке нежеланное свидание.

Ира, усталая, как собака, вернулась после насыщенного дня и обнаружила на пороге бабулю, хитрую и нарядную. Пахнущую духами «Красная Москва» – в их польском секретере еще со времен Союза целый ящик припасен. С кухни веяло жареной курицей. Платье, самое нелюбимое, висело на спинке стула, поглаженное.

Клавдия Семеновна радостно сообщила, что жених уже подъехал. Спустя минуту он, и правда, возник на пороге в костюме и с цветами.

– Ирина, я тебе звоню сегодня весь день. Почему не отвечаешь? Что за безалаберность? Ты моя будущая жена или кто? Я требую дисциплины! Хорошо, что Клавдия Семеновна все устроила…

Повезло, что следом за Виталиком в дверь робко поскреблась старушка-соседка:

– Ирочка, как там котик-то мой? – обеспокоенно поинтересовалась с порога. – Я «Корвалол» пью, волнуюсь. Ты слазить за ним в подвал обещала…

– Здравствуйте, Тамара Юрьевна. Вы со своим котом очень не вовремя, – прямолинейно заявила Клавдия Семеновна, надеясь поскорее выставить нежеланную гостью. Судьба котика ее в тот момент волновала меньше всего на свете. И даже выпитый соседкой-сердечницей «Корвалол» не разжалобил. – У нас тут к Ирине будущий муж пришел, а она еще даже не оделась к ужину.

Бабуля красноречиво кивнула на расфуфыренного Виталика.

– Ой! Добрый вечер, – запоздало поздоровалась Тамара Юрьевна, пятясь на лестничную площадку и натужно охая. – Простите… Я, наверное, позже зайду… Извините за беспокойство… Не знала, старая… Не подумала…

Она схватилась за сердце.

– Нет! – оглушительно вскрикнула Ира. – Котик ждать не может! Ему же в подвале одному страшно и плохо. И Тамаре Юрьевне волноваться нельзя. Ну, ты чего, бабуль? Я быстро.

Ира накинула на плечи куртку, сунула ноги в угги, схватила с полки налобный фонарик – электричество в их старом квартале иногда вырубали по неясным причинам – и, подхватив обалдевшую соседку под руку, поспешила вниз. Туда, где таился под лестницей за деревянной обшарпанной дверью вход в подвал…

Котик спас ее от свидания, теперь она просто обязана спасти его в ответ…

Ира спустилась в сырую темноту, внимательно оглядела развороченную решетку вентиляции и валяющиеся рядом миски. Пришла к очевидному выводу: зверь, проломивший ее, вовсе не был обычным котом. Сила у таинственного пленника имелась просто сокрушительная. Пальцы прошлись по месту пролома – на подушечках остались следы гари. Металл оплавился в некоторых местах.

Еще страннее.

Что за «сирота» такой, способный ломать железо, как шоколад? Нет, подобное не под силу ни одному усатому-полосатому котейке!

Так что же за чудовище прячется в подвале?

Бр-р-р… Ерунда какая-то.

По спине пробежал холодок. Страшновато. Только страх – не лучшая эмоция для темного подземелья. Надо собраться и подумать логически.

С чего она вообще решила, что вентиляцию сломал именно кот? Может, он тут вообще ни при чем? Все остальные мысли были о Виталике. Ну зачем Клавдия Семеновна назначила им свидание, даже не спросив мнения внучки? Так некстати это все… Надо было сразу набраться смелости и решительно закрыть вопрос с этой дурацкой женитьбой! Но бабуля – женщина властная, много лет заведовала кафедрой и однажды чуть не стала деканом. Семью старалась держать в ежовых рукавицах. Спорить с ней убедительно не получалось ни у сына, ни у внучки. Лишь мама могла дать свекрови мягкий, но при этом уверенный отпор…

У Иры так пока не получалось, поэтому приходилось хитрить.

Как сейчас.

– Кс-кс… Кс-кс-кс…

Никто не отзывался.

«Ну и хорошо, что кот сбежал, – подумала Ира, – буду ловить его хоть до ночи. Пока жених-надоеда не уйдет домой. Бабуля, конечно, устроит выговор, но это все равно лучше ужина с Виталиком».

Взгляд сам собой зацепился за след, проступивший в безжизненной подвальной пыли.

Большеват для кота. Даже для мейн-куна. Пальцы слишком вытянутые. Направлены в темноту арки. Там едва читается еще один след.

Что же за зверь такой необычный?

Забыв по сломанную вентиляцию, Ира вошла во мрак. Он был таким непроглядным, что все двенадцать светодиодов фонарика не могли пробить его полностью. Луч путался в густой мгле, иногда мазал по полу и потолку, выхватывал очертания проводов и тусклые цилиндры трубопровода.

– Котик-котик, выходи, – храбрясь, позвала Ира.

В ответ раздался тяжелый вздох, и что-то большое двинулось в темноте.

Посланный в направлении движения луч света никого не поймал. Лишь выхватил клубящиеся в воздухе встревоженные пылинки. Если там и было животное, то оно стремительно убежало вглубь подвала.

Но ведь было!

Ира могла поклясться, что буквально секунду назад слышала чье-то дыхание.

Тьма сгущалась.

Рука сама собой скользнула за ворот толстовки и сжала пристегнутые к толстой цепочке монетку и кулончик.

Монетка в одну квачу, замбийская, с головастым нахохленным зимородком, напоминала о родителях. А в недрах серебряного открывающегося медальона пряталась крошечная искорка света, привезенная с другого континента…

Страх снова подкатил. Нужно было держать себя в руках.

– Я не боюсь больших животных, – громко объявила Ира темноте. – Я видела льва вблизи. А однажды гиена подошла к борту машины и понюхала мою руку. Ты, если даже и не кот, то максимум крупная собака. И в твоих интересах выйти ко мне. Бездомным животным тут находиться опасно. Могут побить или отравить, так что…

Свет фонарика дернулся и вдруг погас.

– Еще не хватало!

Ира пощелкала боковыми кнопками, стащила фонарь с головы и постучала о ладонь. Ничего не видно. И посветить нечем – смартфон остался в кармане «приличного» пуховика, в котором Ира ходила на учебу и работу. А в этой старой спортивной куртке она обычно выносила мусор, бегала по вечерам или посещала ближайший магазин.

Темнота, хоть глаз выколи. И нет ничего под рукой, чтобы отвинтить крышку и пошевелить батарейки. Дело ведь в них, верно?

– Ладно, – хмуро сообщила Ира неведомому хвостатому беглецу. – Сиди тут, а я домой. А ведь у тебя был такой шанс переехать жить к Тамаре Юрьевне. Прямо сегодня. Знаешь, как у Тамары Юрьевны уютно? Подумай хорошенько над моим предложением.

Все эти поучения Ира произнесла, чтобы немного подбодрить саму себя. Животное наверняка не поняло ни слова из ее возмущенной тирады.

Ира сунула бесполезный фонарь в карман, раскинула в стороны руки. Без света тут делать нечего… Снова коснулась кулона. В голове возникла шальная мысль, но она тут же отогнала ее – нет. За серебряными створками пусто.

И всегда было пусто.

Комочек света, прячущийся в кулоне, как в раковине, был плодом фантазии. Безделушку подарила мама, сказав: «Положи в нее осколок африканского солнца, и он всегда осветит тебе путь в темноте». И Ира положила. По крайней мере, ей так показалось…

Неприятные запахи усилились. Откуда-то сверху, с труб, капнула на голову холодная вода.

Ира натянула капюшон, застегнула под самое горло молнию. Тут идти-то недалеко. Главное, о трубу головой не стукнуться и об торчащую арматуру не споткнуться. Или о груду кирпичей. Там, правее…

– Ай! – Ладонь врезалась в шершавые камни стены, которой не должно было быть на пути.

Заблудилась?

Нет. Просто, боясь налететь на кирпичную кучу, забрала сильно влево. Так ведь?

Ира прикинула, что если выровнять направление, шагов через десять она вернется в изначальную точку, а за ней, миновав узкий ход с парой крутых поворотов, доберется до подножья лестницы, ведущей из подвала в подъезд.

И ничего страшного.

К тому же несколько человек в курсе ее местонахождения, а значит, ее в любом случае найдут. Даже если она умудрится позорно заплутать в практически родных катакомбах под собственным домом.

Настроение сразу улучшилось, Ира ускорила шаг и вдруг снова влетела в стену.

Это как так?

Внутренний компас сбился окончательно. Не могла она так быстро до противоположной стены добраться.

Ира набрала полные легкие воздуха и шумно выдохнула.

Кто-то невидимый вздохнул с ней в унисон.

– Ты еще тут? – сердито поинтересовалась Ира. – Издеваешься, что ли? Мне не до игр. Заблудилась, похоже…

Она еще раз прикинула в голове карту подвала и попробовала дойти до выхода. Новая попытка ничего не дала. Все стало только хуже. Самое неприятное, Ира перестала натыкаться на стены – а это был хоть какой-то ориентир.

Теперь же она оказалась в пустоте. Лишь шуршащая пыль под ногами – и все.

Шух-шух-шух. Кто-то мягко прошелся вокруг нее. Прежде неслышимый, обрел звук.

Ира вытянула из-за ворота кулон и открыла его, понимая, что ничего не произойдет. Но верить в собственные фантазии не стыдно, если тебе страшно. Даже во взрослом возрасте.

Даже в тридцать…

Привычка открывать кулон, когда плохо, закрепилась у нее в последний год. Когда начальник орал на работе, или один вреднющий препод докапывался к контрольной и незаслуженно снижал оценку, Ира приоткрывала серебряные створки и представляла себе, что выпускает наружу крошечную искорку африканского солнца. Волшебную. Способную придать новых сил и поднять настроение.

Способную защитить от неприятностей.

Обычно выдуманное волшебство помогало.

Кажется, это называется «эффект плацебо»?

Неожиданно темнота подвала взорвалась вспышкой света!

Ира ойкнула и в недоумении уставилась на собственную грудь. Кулон сиял по-настоящему. Из приоткрытых створок выходило наружу серебристое призрачное свечение. Оно распадалось на острые тонкие лучики и тонуло во мраке.

Пятно света не доставало ни до стен, ни до потолка. Единственное, что получалось рассмотреть, – это пол с несколькими знакомыми следами. Кот, а вернее, «кот» по-прежнему находился рядом.

Он громко фыркнул, когда кулон открылся, и теперь стоял на границе между светом и темнотой.

Ира рассматривала предмет своей неудачной подвальной охоты во все глаза.

– И кто же ты?

«Кот» был велик.

Примерно со стаффордширского терьера.

И самым удивительным был вовсе не его размер, а то, что тело, покрытое сизой шерстью, росло прямо на глазах. Вытягивался хвост, и проступали на нем блестящие роговые ромбики. Такие же сверкающие чешуйки возникали на боках. Морда, которая еще секунду назад имела вполне кошачий вид, деформировалась, вытянулась. Шерсть осыпалась с нее, и там, где должна была оголиться кожа, тоже образовалась чешуя.

Удивительное существо неспешно развернулось и ушло в темноту, шурша по полу длинным хвостом с пушистой кистью на кончике.

Пару секунд Ира заворожено пялилась на лежащие в пыли серо-лиловые шерстинки. Он превращается? Из кота превращается в дра…

Нет! Наверняка это просто галлюцинация. Игра больного воображения. Говорят, в полной темноте люди иногда путают реальность с собственными фантазиями. «Видят» то, чего нет на самом деле.

Несуществующих животных, например.

Шух-шух-шух. Снова шаги. Чуть поодаль.

Зверь, которого Ира успела мысленно окрестить «драко-котом», не торопился уходить. Он все еще находился рядом, таясь за световым кругом. Дышал довольно громко. Пофыркивал – от пыли, наверное. Он не выказывал ни агрессии, ни излишнего интереса, просто держался поблизости, будто вел куда-то.

И Ира следовала – что еще ей оставалось?

Снова мягкое шух-шух-шух.

Больше никаких звуков.

И запахов.

Только Ира и ее загадочный провожатый.

Кто же он? Неужели и правда – дра…

Пока даже в мыслях не получалось произнести это слово целиком. Казалось, только скажи – и сказка исчезнет. Свет из кулона пропадет, а волшебство в очередной раз окажется обычной фантазией. Затрещат под ногами старые доски, и недовольный голос Виталика окликнет из подъезда: «Ирина, моя мама велела показать тебе мои дипломы и медали, чтобы ты понимала, какой замечательный я человек… »

Но сказка продолжалась.

Кулон все еще сиял.

Пятно света снова и снова накрывало невесомые клочки отвалившейся шерсти, облачками зависшие над полом. Ветерок, рожденный движением, сносил их за границы видимости.

Волшебный свет начал тускнеть, лишь когда впереди показалась бледная скоба приоткрытой двери. За ней пряталась пасмурная непогожая ночь, что была яснее непроглядного мрака подвала.

Африканское солнце верно сослужило свою службу и погасло.

Ира убрала кулон под куртку, скинула капюшон. Слабый свет, пробившийся с улицы, позволил различить ступени, ведущие наверх, и дверь. Деревянную, щелястую. Чуть приоткрытую.

«Драко-кот» шмыгнул в нее, заставив ржавые петли протяжно взвизгнуть.

Ира поспешила за чудесным зверем, чувствуя, как тянется снаружи свежий зимний воздух. Споткнулась в конце лестницы, зацепилась капюшоном за какой-то крюк, чуть не порвала джинсы…

… и выбралась наконец из порядком надоевшего подвала.

Снаружи шел снег.

Густые хлопья плавно падали в безветрии со свинцовых небес. Пустой двор, незнакомый и не слишком примечательный, был завален почти по колено. Ветви ели, растущей в центре, клонились чуть ли не до самой земли. Пышные шапки лежали на наддверных козырьках и перилах лестниц. Из арки, что вела на улицу, выпадало желтое пятно фонарного света, перечеркнутое длинной тенью.

Тень указывала на резвящихся посреди двора…

… драконов.

Что?

Ира завороженно смотрела, как уже знакомый по подземному путешествию «драко-кот», окончательно растеряв свою кошачью маскировку, весело скачет вокруг елки, громко фыркает и взмахивает прорезавшимися над лопатками кожистыми крыльями. А в метре от него валяется в сугробе какое-то нежно-бирюзовое чудо с льдистыми продолговатыми рожками на лбу. Кувыркается через голову. Выдыхает в воздух струйку холодного голубого огня…

Драконы!

Теперь сомнений не осталось – именно они…

Ира протерла глаза. Ей приходилось видеть вблизи разных животных, порою весьма внушительных и даже страшных, но драконов…

Драконов она наблюдала воочию впервые.

– Эй, – тихо позвали со стороны арки.

Ира повернулась на голос. На нее смотрел незнакомый парень в длинном плаще с глубоким капюшоном. Из-за его плеча выглядывала бледная девушка в круглых очках. Она прижимала палец к губам, призывая к тишине.

– Можешь поймать его? – одними губами произнесла девушка.

Парень красноречиво потряс в воздухе толстым кожаным поводком.

– Он ваш? – шепотом уточнила Ира.

– Он приютский, – тихо ответил парень. – И его надо вернуть. Срочно. Ради его же блага.

Драконы заметили наблюдателей, закончили свою возню и теперь внимательно смотрели на людей.

– Вереск, ко мне. Иди сюда, – позвала девушка в очках. – Давай-давай. Мы уже с ног сбились, гоняясь за тобой.

Сизый дракон вытянул шею, сделал несколько шагов по направлению к ней, почти дотронулся носом до рук, но стоило только потянуться навстречу, снова отскочил.

– Нашел время для игр, глупый! – выругался парень и сердито потряс поводком. – Иди сюда. Живо. Пока нас никто не заметил.

Ира, все еще пребывающая в состоянии легкого, какого-то хмельного шока, начала потихоньку приходить в себя. Происходящее не было фантазией или сном – совершенно точно! Эти драконы, эти странные люди, этот двор – все принадлежало к совершенно чужой, иной, незнакомой реальности…

Снег перестал идти.

Ветер растащил облака. Развел их по сторонам, словно занавес в театре. На небесной сцене, черно-бархатной, по-зимнему яркой, бушевала звездная феерия.

Ира вгляделась в высь – ни одного знакомого созвездия! Опустила голову и встретилась взглядом со вторым драконом. Тем самым, льдисто-голубым. С рожками. Умные глаза медового цвета, немного насмешливые, смотрели в самую душу с пониманием.

Вот ты и попала…

За аркой, ведущей во двор, провыла сирена.

– Ну все, – сквозь зубы прорычал парень. – Теперь не успеем. Эх, Вереск-Вереск…

– Тс-с-с. – Девушка в очках снова прижала палец к губам, призывая всех молчать.

За аркой – там, по всей видимости, протянулась улица – раздались странные звуки. Они походили на шум колес машины, сопровождаемый электрическим потрескиванием молний в катушке Теслы. Непонятное средство передвижения со скрипом притормозило, но не остановилось – проехало мимо.

– Повезло, – выдохнул парень.

– Скоро праздник, – сказала девушка. – Они не особо-то стараются. – Она внимательно посмотрела на Иру сквозь толстые линзы. – Не рассказывай никому о драконах, хорошо?

– Хорошо.

Будто Ира могла что-то кому-то рассказать! Кому именно, интересно знать? Она ведь даже не представляет, где находится. Что там за мир снаружи, за обветренными стенами этого тесного дворика. Хотя… Звезды на небе есть. И снег зимой. И дома вполне себе обычные. Чем-то старую Европу напоминают. В туристических центрах такие на каждом шагу… Даже елка вон совсем как та, что растет перед крыльцом универа. А самое главное – местный язык. Ира понимает его! Говорит на нем. Как так?

И все же радоваться рано.

Этот мир – совершенно чужой и, возможно, даже опасный…

На секунду в голове промелькнула малодушная мысль, не вернуться ли обратно в подвал, но Ира быстро отогнала ее. Разве можно упускать такой шанс? Это же главное приключение в жизни! Настоящее чудо. Да еще и изначальные условия вполне благоприятные. А могла ведь попасть в дремучее средневековье или в безумную антиутопию. В зомби-апокалипсис… Хотя и это не самое безнадежное, судя по фильмам. Хуже загреметь в какое-нибудь рабство или в жены к властному тирану-самодуру…

Вот уж где жуть.

– Все, Вереск. Заканчиваем игры – и домой, – строго приказала девушка в очках.

Оба дракона притихли. Фиолетовый с виноватым видом приблизился к парню. Голубой остался.