Схождение. Книга 2. Купол

Интерлюдия

N –40°24′ W – 3°21′ 20:41.

Перед помощником генерального секретаря НАТО Олафом Балке на широком мониторе отображалась интерактивная карта планеты Земля. Он уже десять минут как смотрел на нее и молчал. Доклад о катастрофе в письменном виде лежал тут же рядом, на столе, но он к нему не притронулся. Всего три часа назад Олаф Балке нежился на пляже побережья Португалии, когда его в спешном порядке на вертолете привезли сюда, в Мадрид. На одну из военных баз НАТО. Привезли, коротко поведали о ситуации и выдали расширенный доклад.

А теперь целая толпа народа сидит и ждет, когда он примет какое-то решение. Бред… Он – руководитель комитета по тыловому обеспечению. Не кризис-менеджер, не генерал войск, не ближайший советник генерального секретаря. Обычный директор, занимающийся поставками для армии. Практически мирная должность. А теперь от него хотят решений, которые должны принимать минимум президенты стран Европы.

Да где та Европа сейчас? Он снова поднял взгляд на карту и в очередной раз ужаснулся увиденным. Огромный прозрачный купол вздымался над большей частью Евразии, захватив и немного Африки. Половина России, часть Монголии и Китая, две трети Индии, весь аравийский полуостров, пяток африканских стран – все это находилось там, под Куполом. Но не это было самым страшным. Если бы все эти страны исчезли с карты Земли, многим стало бы легче. Вместе с ними под этим непонятным и пугающим образованием осталась почти вся Европа. Уцелела лишь часть Франции, Испания, Португалия и Великобритания. Все остальные страны поглотил Купол…

И волею судеб оказалось так, что из всего высшего руководства НАТО только он сумел уцелеть. Повезло? Возможно, и так.

– Есть мнения экспертов, что это? – он, наконец, снял очки и позволил себе посмотреть на всех собравшихся в зале людей.

– Никто не знает, господин госсекретарь, – ответила немолодая женщина.

Ну да… Теперь, следуя всем протоколам, он и есть госсекретарь НАТО. Пусть временный, но пока это так.

– Течение мирового океана не изменено, вода свободно проходит сквозь барьер. Массам воздуха тоже ничто не препятствует. Также есть почти абсолютная видимость сквозь стенки Купола, но ни радиоволны, ни звуки не передаются. Мы смогли объясниться с теми, кто остался там, и получили от них просто шокирующие новости.

– Там кто-то выжил? – Олаф просто неимоверно удивился услышанному.

– Так точно, господин госсекретарь, – слово взял бравый вояка с генеральскими знаками различия.

– И что они сообщают?

– На Землю пришло Схождение. Мы пока точно не выяснили, что это за явление. На данный момент все силы брошены именно на это.

«Помоги нам Бог!» – устало подумал новоиспеченный госсекретарь и потянулся к докладу.

Глава 1

N –54°93′ E – 73°98′ 16:55.

Я присел на синее кресло и уставился на черное табло, где зелеными буквами было отображено расписание поездов. Билет куплен еще неделю назад, и до поезда остается буквально двадцать минут. Табло показывало, что задержек никаких нет, и можно было даже не присаживаться, а сразу идти на перрон, но отчего-то захотелось присесть. Мазнул взглядом по соседним креслам. Люди… Всем куда-то надо, все куда-то едут. А я? А я не еду – я убегаю, если быть правдивым с самим собой. В голове опять всплыл образ Насти, ее слова оправдания; я мотнул головой, отгоняя видения, причиняющие душевную боль, и рывком поднялся с кресла.

Проскочил по переходу, идущему над железнодорожными путями, и вышел на перрон. Вытащил из пачки сигарету, прикурил. Сильно затянулся, поднял голову к небу, уставился на темные, явно дождливые облака и выдохнул дым. Сука! Вот на хрена я опять вспомнил о Насте?! Не думать о белой обезьяне. Не думать о белой обезьяне!

– Поезд ноль шестьдесят два сообщением Москва – Новосибирск прибывает на третий путь второй посадочной платформы, – хрипловато проорал динамик прямо надо мной, и от его звука я вздрогнул.

Динамик и дальше что-то вещал про время стоянки и что-то еще, но я его уже не слушал. Смотрел вдоль путей в попытке увидеть приближающийся поезд, который увезет меня далеко от Омска. Туда, где я точно забуду Настю… Да млять! Не думать о белой обезьяне!

– Браток, не угостишь сигареткой? – резко обернувшись, уставился на незаметно подошедшего паренька.

Весь из себя низенький, скрученный и с оттопыренными ушами. Молча протянул ему сигарету, он поблагодарил и попытался завязать разговор, но я резко махнул рукой перед собой в отрицательном жесте, и паренек понятливо отошел в сторону. Угостить сигаретой могу, но вот вести пустой, бессодержательный разговор – это уже выше моих сил. И чем люди думают, когда отправляются в дальнюю дорогу и не берут с собой отраву? В поездах курить нельзя, но ведь остановки поезда никто не отменял.

Раздался гудок приближающегося поезда, и мысли о незадачливом пареньке вылетели из головы. Нумерация вагонов с головы или хвоста поезда? Что там динамик хрипел? Да какая разница? Не раз замечал, что сообщения диспетчера и реальность не совпадают. Поэтому всегда, когда приходилось путешествовать железной дорогой, я вставал ровно посередине и просто смотрел, какой вагон едет первым. И уже исходя из этого бежал либо в конец состава, либо в его начало. А как не бежать, если время стоянки ограничено и надо успеть показать билет и запрыгнуть в вагон? Обычно все бегут.

Мимо меня промчался локомотив, а за ним вагон с номером один. Ясно, пойду потихоньку в начало поезда. Свистели тормоза состава, раздавался металлический лязг, и поезд медленно останавливался. Прямо напротив меня оказался мой вагон. Повезло. Пассажиры вышли быстро, и я, показав проводнице смартфон, на котором высвечивался билет, прошел в тамбур, а оттуда в сам вагон и принялся искать свое место.

На меня с явным неудовольствием взирали бабка и толстоватая мамаша с пятилетней дочкой. Обе эти дамы занимали нижние места, а мое было сверху. Второе же верхнее место занимал какой-то мужик, который спал, явно похрапывая. Поздоровался и попросил разрешения приподнять нижнюю полку, чтобы я поместил в багажный отсек свой рюкзак. Дородная мадам пробурчала что-то невежливое и приподнялась со своего места. А мне большего и не надо было. Приподнял сиденье, уложил вниз большой походный рюкзак и вернул все на место. Затем ловко забрался на свою полку, повесил на крючок небольшую сумочку и уставился в потолок.

Поезд тронулся, и минут через семь пришла проводница. Еще раз сверив билеты, она поинтересовалась про белье и, получив отказ, молча ушла. Ехать мне всего семь часов, и смысла в постельном белье я не видел. Как и в выборе любого другого вагона, кроме плацкартного. Деньги были и на купе, и на СВ, но зачем? Мне сейчас не до комфорта.

Мерный перестук колес убаюкивал, и я подумывал, а не провалиться ли мне в сон, когда вдруг сильно защемило сердце. Я попытался вздохнуть, но спазм, сдавивший грудь, не давал мне этого сделать. Попытка перевернуться на бок ни к чему не привела, а после я просто потерял сознание.

В себя пришел буднично, как будто проснулся. Осмотрелся, и на первый взгляд все было в порядке. Поезд ехал, мужик на соседнем месте спал, бабка перемывала кости властям, а молодая мамочка делала вид, что ей это важно, поддакивая в нужных местах. Я же пытался анализировать случившееся. Потянулся, проверяя работу костного и мышечно-связочного аппарата. Задержал дыхание, прислушиваясь к работе сердца: вроде как без перебоев. И что же это со мной приключилось? Нервы не выдержали напряжения последних дней? И будто бы в ответ на мои мысли перед глазами заалели строки:

Оставшееся время до катаклизма – 92 часа 46 минут 13 секунд.

Вероятность мгновенных необратимых последствий в текущих координатах – 41 %.

Прочел. Закрыл глаза, убедился, что надпись никуда не пропала, снова открыл. Мыслей не было. Нет, они были, но ни одной более-менее здравой. Все больше о съехавшей все-таки кукухе. А почему, собственно, нет? После того, что я пережил, и не такое может случиться. Сначала смерть родителей, а затем это долбаный случай с Настей буквально на следующий день после похорон. Я ведь на какое-то время просто выпал из жизни, часами лежа на полу и воя в стену квартиры. Потом вставал, бесцельно ходил туда-сюда, наливал себе кофе и курил, курил, курил…

Мотнул головой, отгоняя мрачные воспоминания, и снова посмотрел на надпись. Секунды и минуты изменились, таймер обратного отсчета неумолимо тикал, уменьшая время до неведомого катаклизма. А если с моим чердаком все в порядке? Что это может быть? Подумал немного и решительно достал смартфон. Так, сеть все еще была, но уже на последнем издыхании. Быстро набрал в поисковике слово «катаклизм» и принялся изучать данные. Не успел – смартфон в руках завибрировал, сообщая о входящем звонке.

– Да, Вить, привет, – отозвался я, приняв звонок.

– Димон, мля, ну ты че? Сел в поезд, не? Че не звонишь? – голос одноклассника и друга пылал эмоциями.

– Забыл. Да и история тут со мной приключилась странная. Ты не поверишь, когда расскажу. И да, я в поезде еду, так что встречай.

– Ну, и зашибись тогда. Все, скоро поляну начну накрывать. Все будет как в аптеке! Отоспись там давай, а то ночью мы не уснем, гарантирую! Все, пока! – радостно поведал товарищ и прервал связь.

Виктор сразу после окончания школы уехал в Новосибирск, поступил в НГТУ, окончил его и после этого умотал в Норильск. Где и работает до сих пор инженером по автоматизации технологических процессов. И все это время зазывал меня к себе, мотивируя тем, что работа вахтовая и денег куры не клюют. Я же все никак не мог покинуть отчий дом. А когда он приехал на похороны моих родителей и стал свидетелем измены Насти, я вдруг осознал, что надо что-то менять. И решил принять предложение друга и хотя бы на годик уехать на Север. Работа должна была заставить меня забыть все то плохое, что грызло сердце и душу.

Связи друга позволили быстро продавить мою кандидатуру в отделе кадров, и уже на следующий день я отправлял свои документы в Норильск. Купил билет до Новосиба, а оттуда мы должны самолетом прибыть на место работы. Друг попросил приехать на два дня пораньше, чтобы хорошенько оттянуться перед двухмесячной вахтой. Причин для отказа я не нашел, и вот теперь ехал в поезде.

И тут вдруг такое. Связь пропала, и загруженной оказалась только одна страница. Википедия гласила, что катаклизм – это резкий перелом в характере и условиях органической жизни на обширном пространстве земной поверхности под влиянием разрушительных атмосферных и вулканических процессов. И что мне это дает? Вулкан проснется? Да даже если и так, вопрос-то совсем не в этом. Откуда эта надпись у меня перед глазами?

Пока размышлял, смотрел, как время от времени меняются проценты в надписи. А потом вдруг вместо процентов возникло «не определен». Что-то новенькое! Но надпись пропала через две минуты. Перебирал в голове варианты, иногда даже самые фантастические. Хотя чего еще можно было придумать в такой ситуации? И сам не заметил, как уснул.

– Мужчина! – мою ногу с силой дернули.

Мгновенно проснулся и приподнял голову. В вагоне сумрак, горит только ночное освещение.

– Чего вы спите? У вас через пятнадцать минут Новосибирск, – передо мной стояла проводница, явно недовольная тем, что меня пришлось будить.

– Понял, спасибо, – коротко отозвался я и принялся слезать.

А дальше мне пришлось потревожить спящую мамашу с ребенком, дабы вытащить свой рюкзак. Наслушался о себе много чего, но обиду на эту женщину не затаил. Люди ущербны сами по себе, а уж думающие, что жизнь им досталась несладкая, и винящие в этом всех, но только не себя, так вообще достойны жалости. Как недоразвитые.

Вышел в тамбур, когда поезд уже останавливался. Проводница открыла дверь, и я вышел на перрон, поежившись от холода. Уже конец мая, с чего такой дубак? А ведь в Норильске еще холоднее, пришла мысль. Там и в это время минус в ночное время совсем не редкость.

– Димон! – откуда-то слева раздался крик Витьки.

Мы обнялись, радостно похлопывая по спинам, и направились по лестнице вверх в переход, ведущий на вокзал. Быстро пройдя контроль, товарищ довел меня до своей машины, и уже через пятнадцать минут после моего прибытия мы выезжали со стоянки.

– Куда мы сейчас? – рассматривая город через стекло, поинтересовался я.

– За город. Там уже все подготовлено. Баня, шашлык, дамы… – последнее слово он выделил особо. – Или ты не дееспособен?

– Давно не проверял, – улыбнулся я.

– Ну, так и проверишь. В этом деле, брат, хватку терять нельзя. Это как с тренировками: забросил на месяц – считай, полгода работы коту под хвост!

Так, болтая, и ехали. Я запретил себе думать обо всем и просто наслаждался общением с другом. Все вопросы буду решать завтра с утра. Наивный. Как же сильно я ошибался…

Продрав глаза, невольно застонал от вспыхнувшей в голове боли. Твою мать, чего так хреново-то?! Перед глазами был потолок. Деревянный, с большими щелями между досками. Ага, мы все еще за городом. Потихоньку приподнялся на кровати и осмотрел комнату. Ничего знакомого в ней не нашел, кроме своих вещей, разбросанных по всей территории. Сполз с кровати и увидел тумбочку, а на ней бутылку минеральной воды. Вскрыл, присосался, как вампир после сотни лет воздержания, и за минуту выдул все. Легче не стало, но немного повлажнело во рту, а не как до этого – Сахара отдыхает.

Встал, собрал вещи, нацепил кое-как на себя и вышел через дверь. Как оказалось, комната, где я спал, располагалась на втором этаже. Прошел по коридору и спустился по винтовой лестнице вниз. Оглядел открывшееся взору, и в голове начали пробуждаться смутные воспоминания. Добрался до кухни, отыскал холодильник и выудил из него еще одну бутылку минералки. И уже вместе с ней принялся за поиск Виктора.

Друг нашелся на улице. Он самозабвенно вбивал пудовые кулаки в висящую на ветке дерева боксерскую грушу. Увидев меня, остановился, улыбнулся и выдал:

– Ты в следующий раз предупреждай, что тебе пар выпустить надо. А то я немного прибалдел, мля, с тебя вчера.

– И чего я вытворил? – присев на крылечке дома, я отпил холодной живой воды.

– Кроме того, что чуть не спалил дом, купался голышом, увел у меня барышню и кувыркался с нею и ее подружкой полночи? Дай-ка подумать…

– Прости, Вить… Видимо, что-то накатило.

– Да нормально. Главное, ты отдохнул. Состояние, как я понимаю, не айс? – я только согласно кивнул, о чем тут же пожалел. – Ладно, пошли отмораживать тебя будем, герой-любовник, мля.

– А девушки?

– В обед по домам укатили. Тебе приветы шлют. Пламенные, – хмыкнул Виктор.

Отмораживали меня долго. Два часа в бане просидели, если не больше. И никакого алкоголя. Я пил минералку литрами, а Виктор больше наседал на квас. И только в бане я сообразил, что время двигалось уже к пяти часам вечера. Ну, капец погулял. У нас же вылет завтра в шесть утра! Опасался я зря: друг все учел и предусмотрел. Все давно уже было готово, и торопиться смысла не было.

А еще после первого часа в бане я поведал ему о странной надписи, так и висящей перед глазами.

– И сколько там до глобального кабздеца осталось? – бросив очередную порцию воды на камни, лениво поинтересовался он.

– Шестьдесят восемь часов, – сверившись с таймером, поведал я.

– Жаль… – медленно протянул друг, раскинув руки в стороны и наслаждаясь накатившим паром.

– Что так мало осталось? – решил уточнить я.

– Не, – мотнул головой Виктор. – Что это все херня, вот чего жаль. А так бы я посмотрел на все это. Постап – это же охренеть, как круто! Ни законов, ни ментов, только право сильного! – и он сжал перед собой пудовый кулак, а бицепс на его руке вздыбился, как маленькая гора.

– Только вот, кроме силы, должно быть и умение, – хмыкнул я и ткнул в нервное окончание в плечевом сплетении, так что Витьку перекосило.

– Димон, задолбал! – товарищ принялся усиленно потирать плечо, пытаясь унять резко возникшую там боль.

– Так что, думаешь, это все бред? И мне в больничку надо?

– В больницу, думаю, пока рановато. А вот пару телодвижений мы все же сделаем по приезде. Так сказать, превентивных.

– Ты про что? – мне не понравился блеск в глазах Виктора.

– Есть у меня пара-тройка интересных знакомых в Норильске. Вот с ними, если что, и перетрем про постап. Много чего знают и, что еще гораздо важней, у них много чего есть.

На том и порешили. Домылись в бане. Перекусили, собрались и поехали в город. Приехав на квартиру к другу, сразу завалились спать. Меня все еще немного потряхивало после бурной ночи, и отказываться от возможности подавить подушку я не стал. Встали в два часа ночи, снова перекусили, вызвали такси и направились в Толмачево, аэропорт Новосибирска.

Там прошли регистрацию, дождались посадки и загрузились в самолет. Ничего необычного, просто рядовой рейс, но внутри меня что-то свербело и не давало расслабиться. Самолет был полон: Новосибирск – одна из узловых точек страны, откуда летят в Норильск вахтовики. Вот и набирается всегда полный самолет. Люди тихонько переговаривались, настраиваясь на рутинный, по сути, перелет. Места нам достались в конце самолета – мне у самого окна, а Витьке у прохода. Центральное же место между нами оставалось пока свободным. В планах друга было поменяться местами с неизвестным пока пассажиром, и он все ждал, когда же тот придет. Нам лететь всего два с половиной часа, и вроде как можно и не болтать, но товарищ был настроен по-боевому. Только вот когда пришел пассажир, который должен был занять место между нами, весь запал друга куда-то улетучился.

– Здравствуй, очаровательная незнакомка, – с придыханием выдал Виктор и привстал, чтобы дать даме пройти на центральное место.

Та одарила его легкой улыбкой и протиснулась на сиденье. Я же все это время размышлял только об одной вещи. Как одетая в простые джинсы, топ и легкую курточку девушка может выглядеть так сексуально? Я видел, как на нее смотрит Виктор, я видел, как на нее оборачиваются все мужики в салоне. Да что там говорить, я сам готов был прямо сейчас отправиться с ней в туалетную кабинку и овладеть там ею со всей страстью и желанием! И вроде бы ничего особенного в ней и не было: обычная девушка с черными волосами, явно немного восточной крови, но вот аура, что ее окружала, просто заставляла желать ее. И не просто желать, а совокупляться, как в последний раз.

– Достаточно, – девушка щелкнула пальцами, и наваждение пропало. – Перекусила немного – и хватит, – она улыбнулась и повернулась ко мне. – Здравствуй, Дима. Меня зовут Нанайя. Хочешь узнать правду о приближающемся катаклизме?

– Девушка, – не слышавший ее слов Виктор очнулся от наваждения и больше не смотрел на мою собеседницу, как на «мисс Вселенная». – Давайте поменяемся местами?

– Спи, – на секунду повернув голову к моему другу, отдала короткий приказ странная собеседница.

Виктор мгновенно смежил веки и засопел. Такое показательное проявление способностей меня впечатлило. И я заметно расслабился. Теперь я точно знал, что с головой у меня пока все в порядке. Дурка по мне не плачет, а все, что со мной произошло, имеет вполне нормальное оправдание. Пусть и фантастическое, но укладывающееся в причинно-следственные связи. Все как я люблю, в общем.

– Нанайя, скажи, а загробный мир существует? Рай, Ад или что-то подобное?

– В том плане, как видит это все цивилизация Земли, – нет. Но человек – это не только оболочка. Так называемая душа есть, но подробности ты узнаешь намного позже. Конечно, если выживешь. Итак, Дмитрий, хочешь, чтобы я стала твоим Куратором в предстоящем Схождении?

– Что это такое? И зачем тебе это надо? Почему я?

– Сначала ты должен дать согласие, и только тогда последуют ответы на твои вопросы. Таковы правила Схождения.

– Тогда я согласен, – просто отозвался я. Терять мне уже нечего, а преимущество наверняка будет. Правда, я знал еще одну прописную истину, про сыр в мышеловке. Но я – умная мышь и найду способ избежать острых зубьев капкана. Вернее, я крыса, стальная крыса, и зубья просто сломаются о мою титановую шерсть.

– Умничка! – в глазах девушки зажегся бордовый огонь, и она плотоядно улыбнулась. – А теперь, адепт, слушай меня внимательно…

Виктор проснулся перед самым прилетом. Будить я его не стал – мне надо было подумать. Очень серьезно подумать над всем, что мне сообщила бывшая шумерская богиня любви и войны.

– А где красотка? – первое, что спросил друг после пробуждения.

– Вышла, ее остановка была.

– Куда вышла? – спросонок Витя нещадно тупил.

– Слушай, а твои интересные люди, что в Норильске живут, они нам стволы достать смогут? – проигнорировал я вопрос.

– А чего их доставать, у меня самого их штук шесть или семь есть. Купил по дешевке – там, в отдалении, ближе к полярному кругу, все намного проще, чем на большой земле.

– Это замечательно, – улыбнулся я.

– Димас, мы чего – на войну собрались? Можешь толком объяснить, че за дела происходят? – туман сна полностью пропал из взора товарища.

– Можно сказать, что и на войну, – немного подумав, выдал я. – Всех против всех. Все, как ты и хотел. Постапокалипсис и все дела.

– Зашибица! – потер руки друг. – И вахту эту долбанную отрабатывать не надо!

Кому что – только и покачал я головой. Мир рухнул в небытие, только вот он еще ничего об этом и сам не знал. А кто-то радуется, что не надо будет работать. Люди…

Самолет совершал посадку, а я смотрел на обновленную информацию, что проявилась у меня после моего согласия стать адептом Куратора.

Оставшееся время до Схождения – 63 часа 35 минут 46 секунд.

Вероятность мгновенных необратимых последствий вследствие попадания в зону кластера иного пространства в текущих координатах – 63 %.

Вероятность переноса в иное пространство – 55 %.

Глава 2

N – 54°18′ E – 59°24′ 14:53.

– Откуда, думаешь, эта погань? – ДД развалился на кресле. На очень удобном эргономичном кресле. Откуда он такое достал? Тоже себе хочу. И кабинет в своем собственном здании тоже хочу.

– Из кластера, откуда еще? – пожал я плечами.

– Это-то понятно. Параллельная Земля? Или пробой в наше прошлое? – не унимался Глава, неожиданно заинтересовавшийся таким предметом, как космогония.

– Точно не прошлое. И техники такой не было во время второй мировой, и игры со временем, как объяснял мне Алексис, под запретом, – отозвался я. – Да и не по барабану ли, откуда заявились эти твари? Ты мне лучше скажи направление и расстояние, которое нас разделяет.

– Юго-восток. Километров семьдесят примерно. Точных данных мне никто не предоставил.

– И что мы с этим делать будем?

– Через два часа городские ждут нас на совещании по вопросам общего планирования, – зло усмехнулся ДД.

– Тебе не кажется, что пора заканчивать с этим балаганом? Людей надо собирать в едином центре и под единым командованием. Двоевластие в одной точке пространства ни к чему хорошему не приведет.

– Знаю. Но где мы будем их всех размещать? И чем кормить?

– Это ты у меня спрашиваешь? Кто из нас Глава? Тебе бы проехаться по округе да посмотреть, как народ живет. Хотя я тебе и так расскажу. Хреново он живет. Люди мрут как мухи! Понятное дело, возрождаются, но вот только где это происходит? Такими темпами нам через неделю и собирать под свое крыло некого будет. Пойми, Дамир, к нам обязательно придут те, кто захотят проверить на крепость наши стены. И не важно, кто это будет: люди, монстры или герои-одиночки, взявшие силу. Мы должны быть сильны! А сильны мы станем только в том случае, если соберем все ресурсы в одном месте. А главный ресурс – это люди! И никак иначе!

– Ты чего мне лекции о геополитике читать вздумал? Все я знаю и понимаю. Только вот где взять время и людей? Да даже я погряз во всех этих хозяйственных делах по уши. И не разорваться, блин! Везде я нужен, везде без меня никак!

– А сколько у тебя замов? – огорошил я товарища вопросом.

– Михалыч со стройкой помогает, да Иван, и все, – пожал плечами Глава.

– А какого бабуина у тебя нет замов? Кадры решают все! Подбери более-менее толковых, назначь и уже с них спрашивай. Делегируй и проверяй. Разве сложно?

– Я подумаю…

– Думать надо было вчера! Сегодня надо уже действовать. Дамир, перестраивай думалку на новый лад. Старые схемы пока работают и здесь, вот и применяй их. Расскажешь, что у нас по стройке? Сколько человек мы реально можем разместить и прокормить?

– Стройка идет ударными темпами. В сутки мы строим чуть больше тысячи комнат, но и этого не хватит, чтобы разместить здесь весь город. Не говоря уже об обеспечении всеми нуждами. С едой пока все нормально, общественная столовая работает как надо, без осечек.