Драконья лётчица, или Улететь от полковника не выйдет

Драконолетчица

Глава 1

– Девица?! – Гомон вокруг Касандры поднялся такой, словно она была на чаячьем базаре.

Перед ней находился массивный каменный куб с артефактом присяги на верхней грани. Казалось, только руку протяни – и все будет…

– Кто вы, девушка, и как здесь оказались?

Кася подняла глаза на стоящего рядом мужчину в форме. Иерр Хордингтон, она прекрасно знала его имя, да здесь не было, наверное, никого, кто бы не знал. Глаза самого молодого полковника драконьих летунов смотрели строго и испытующе. Злости и гнева в них не было заметно, только легкое недоумение и вопрос.

Порыв ветра растрепал короткую черную косу Каси после того, как с ее головы сдернули скрывавший лицо капюшон. Можно было догадаться, что в корпусе точно найдется кто-нибудь из двуликих и по запаху вычислит прокравшуюся на присягу барышню.

– Касандра Воронкова. – Она с трудом заставила себя не опускать взгляд.

– Врет небось! Только что придумала, – влез в их короткий диалог толстый дядька в капитанской форме, с брезгливым выражением на одутловатом лице. – Украла куртку и пропуск у того парня и его имя сейчас переврала. Небось из этих, невестушек.

По плацу пролетели смешки.

Невестушками в народе называли поклонниц полковника, которые всеми правдами и неправдами рвались на территорию корпуса, лишь бы он их заметил.

– Ничего подобного! Не нужен мне ваш полковник. Я летать хочу! – не задумываясь, выпалила Кася и тут же вспыхнула алой помидоркой от появившихся в глазах этого самого полковника веселых искорок. Такое отношение к себе от незамужней представительницы прекрасного пола Иерру было в новинку.

Касандра в целом неплохо понимала мотивы девиц, рвавшихся замуж за Хордингтона, у самой в юности под подушкой лежал его магоснимок, выдранный из газеты еще в приюте попаданок. Тогда о подвиге еще капитана трубили на каждом углу. Только вот обвинение в том, что она такая же «невестушка», алчная и беспардонная, было отвратительным и обидным.

– Ага. Как же, – не унимался меж тем противный капитан, – летать она хочет! Может, еще и на дракона полезешь? Пигалица! Так и скажи, что у парня пропуск украла! Кто он тебе? Любовник небось?

– Уймитесь, капитан Сайледин. – Полковник нахмурился, и в его серых глазах мелькнуло легкое раздражение. – Что ж, может, вы не сочтете за труд, Касандра Воронкова, объяснить нам, как вы попали на территорию корпуса?

– Так вы сами же мне пропуск дали. Помните, когда я упала на дракона с балки? Сказали прийти на присягу, – напомнила мужчинам Кася свое нечаянное родео в гномьем драконятнике, выуживая из кармана металлическую пластинку с золотистыми рунами.

– Я же говорю – воровка! И лгунья! Гномы нам сказали, что там их стажер упражняется, парень, уже связавший себя с драконом. Потому и денег запросили больше. Это точно не могла быть ты! – прошипел капитан Касандре сквозь зубы, сверля девушку недобрым взглядом. – Или ты думаешь, мы поверим в то, что бородатые прохиндеи взяли на работу девчонку?

Капитан Жербон Сайледин был в корпусе летунов интендантом, и любая трата неизменно заставляла его хвататься за сердце. Ведь чем больше приходится тратить на комфорт бестолковых курсантов и их драконов, тем меньше остается сумма, из которой при должной удаче можно отложить что-то в собственный карман.

– А они и не взяли, – пришлось признаться Касандре в ответ на обвинения. – Я там случайно оказалась.

Слова о том, что она воровка и обманщица, сильно задели девушку, но не настолько, чтобы рассказывать, что она полезла в драконятник посмотреть на прославленного Иерра Хордингтона. Признаваться в этом она точно не собиралась ни за какие коврижки, а еще у нее теплилась надежда, что расспрашивать подробнее ее не станут.

Хотя толстяк Сайледин, по-видимому, собирался, но не успел.

– Разрешите обратиться, мьест полковник? – вмешался в разговор светловолосый двуликий, который и сдернул с Каси капюшон. – Надо бы закончить принятие присяги и заселить курсантов.

Мужчина, судя по погонам, тоже носил чин капитана, а еще на его боку висели ножны под какое-то неизвестное девушке оружие. Он развернулся к Касандре, укоризненно покачал головой, погрозил ей пальцем, как маленькой, и насмешливо заметил:

– Мисель, я лишь шапочно знаком со старшим сыном упомянутой вами семьи, но, если мне не изменяет память, у Воронковых два сына и дочь. Только вы ей быть не можете, она, кажется, совсем ребенок. К тому же запах выдает в вас человека, хотя куртка, несомненно, долго принадлежала какому-то двуликому. Может, все же стоит сказать правду?

– Вот! – Противный толстяк тоже ткнул в Касю пальцем-сосиской. – Точно аферистка! Гнать ее надо! А лучше стражу вызвать. Ясно же, что ограбила того парня! И еще нам присягу для новобранцев испортила. Всех задерживает!

– Так! Разберемся! – Полковник Хордингтон нахмурился. Ложь он не любил. Одно дело, растерявшись, притвориться парнем, и совсем другое – украсть документ и пытаться с непонятными целями присвоить чужую личность. – Объяснитесь, Касандра, если это, конечно, ваше имя. Какое отношение вы имеете к Воронковым?

– Воронковы приняли меня в семью шесть лет назад. Забрали из приюта попаданок. – Не подавая вида, что ее всю трясет от волнения, Кася невозмутимо пожала плечами. – Имя мое, у меня документы есть. Я, вообще-то, совершеннолетняя! Так что, мьест, несмотря на то что я человек, я все же Воронкова!

Она с вызовом уставилась на заподозрившего ее во лжи двуликого и протянула ему небольшую круглую бляшку, выданную ей приемным отцом два года назад. Ей тогда исполнилось восемнадцать. Как-то украсть или подменить артефакт было невозможно, он был зачарован на крови и настроен на главу рода.

– Надо же! И правда Воронкова. Кайр не говорил, что у него есть такая симпатичная приемная сестра, – повертев в руках пластиночку и вернув ее Касе, неожиданно улыбнулся ей этот голубоглазый блондин. – Значит, дракон вас принял и вы хотите летать?

– Ох, еще же и дракон! За него же деньги уплачены! – тут же осознав произошедшее, взвизгнул резаным поросенком интендант и напустился на равного по званию, но молодого мужчину: – Что вы тут скалитесь перед девицей, Горностайчик? У нас дракон непонятно к кому теперь приписанный. Не к этой же сомнительной особе? Вам тут развлечение, а у меня отчетность пойдет под драконий хвост!

Горностайчик, который, как показалось Касе, теперь был почему-то на ее стороне, просто проигнорировал побагровевшего сослуживца. Полковник Хордингтон в беседу пока не вмешивался, логично рассудив, что раз барышня и правда из семьи двуликих, то преподавателю боевки Клименту Горностайчику будет легче ее вывести на откровенность. Блондинистый, юркий и гибкий капитан Горностайчик был любимчиком дам, непревзойденным бойцом и мог разговорить и очаровать даже каменную статую. Конечно, при условии, что капитану это было необходимо.

– Насколько я помню, в уставе не прописан пол кандидата в курсанты. Верно, господин полковник? – как-то вскользь заметил меж тем Горностайчик, окинув взглядом давно шушукающихся в строю парней, обсуждающих неожиданное развлечение и ждущих окончания присяги. – Если это дракон мисель Воронковой, а это легко проверить, то почему бы не разрешить ей принять присягу? Зверя вернуть вряд ли удастся, а другого летуна он теперь не примет. Не так ли, Асиешс?

Касандра взглянула на только что подошедшего к ним мужчину и вздрогнула. На нее смотрели глаза змеи. Она лишь один раз столкнулась с двуипостасным змеем и эту встречу запомнила на всю жизнь. Тогда приехавший погостить приятель ее старшего брата, обернувшись, чуть не придушил ее в своих кольцах, не рассчитав силу. Ведь с людьми он до этого никогда не сталкивался. Они всего лишь затеяли игру в змеиного царя, и никакой неприязни парень к Касе не испытывал.

– Насколько я могу судить, на правой штанине мисель засохшие остатки драконьей слюны, и вряд ли зверь облизал ее, чтобы съесть. Это проявление дружелюбия, – флегматично констатировал вызвавший у Каси неприятные воспоминания двуликий. – Могу привести дракона, если собираетесь проверить, насколько они совместимы. Который ваш, мисель? Особые приметы?

Касандра лихорадочно рылась в памяти, пытаясь вспомнить хоть что-то о драконе, которого тогда видела первый раз в жизни.

– Он темно-серый с такой зеленцой и красными глазами. Любит, чтобы ему чесали надбровья, там чешуйки мягкие. – Девушка сомневалась, что по таким приметам можно понять, о каком драконе идет речь, но больше сказать было нечего.

– Ясно, – совершенно неожиданно для нее кивнул Асиешс. – Красноглазый с такой шкурой там один. Повезло тебе, он суточник. Они редкие. Могут летать и днем и ночью. Переключают зрение. Прекрасный экземпляр.

– Что значит – ей повезло? Да вы совсем спятили, господа офицеры? Девицам в корпусе не место. То, что она из семьи двуликих, дела не меняет, тем более приемыш! Какая присяга? – вскипел от замечания змея толстяк капитан. – Полковник Хордингтон! Этого нельзя допустить! Будет скандал.

– Вы не понимаете, капитан Сайледин. – Двуликий змей не мигая уставился на раскрасневшегося, разозлившегося окончательно толстяка. – Если зверь выбрал, то или мисель дает присягу, или дракона ей придется подарить. Конечно, если вы не решите его ликвидировать. Занимать место в драконятнике корпуса может только дракон, имеющий наездника-курсанта.

– «Подарить»?! – Истошный вопль Жербона, казалось, был последней каплей в чашу терпения полковника.

Надо было уже наконец принять решение и как-то завершить эту нелепую ситуацию с черноволосой пигалицей и присягой, превратившейся в цирковой балаган.

– Ведите дракона, – последовал четкий приказ, и все присутствующие на плацу курсанты и будущие курсанты оживились в предвкушении редкостного зрелища.

Многие из них еще никогда не общались близко с этими летающими ящерами. Момент запечатления происходил уже в корпусе под присмотром инструктора-драконоведа.

А тут такое событие. Какая-то выскочка, девица, желающая летать. Надо же. Кто-то из второгодок в задних рядах даже начал делать ставки. Примут – не примут. Полетит – не полетит.

Среди новичков тоже тихонечко спорили.

– Наверное, полковник решил сбить спесь с этой нахалки, – самоуверенно предположил чем-то похожий на капитана Сайледина плотный, стриженный под горшок парень.

– А может, проверят и примут! – возразил ему вихрастый и рыжий, успевший принять присягу сразу перед Касандрой. – Вдруг и правда ее дракон?

Курсанты гудели, толстый капитан что-то негромко пытался доказывать полковнику, напирая на то, что корпус покроется несмываемым позором, приняв в свои ряды девушку. А потом начиная заверять, что зверь не примет самозванку и им придется отбывать срок на каторге, если дракон разорвет обманщицу.

Касандра на все это внимания не обращала. Она замерла, вглядываясь в ворота находящегося за плацем драконятника.

Откровенно говоря, девушка побаивалась. То, что тогда дракон ее не тронул, в ее понимании ничего не значило. Может, не успел? А сейчас непонятно, и к тому же от нее, похоже, ждали демонстрации полета.

Нет, какой-то опыт у нее был. Правда, в первый раз летала Кася не на драконе, а на спине приемного отца. Когда семья Воронковых забрала ее из приюта попаданок. У мьеста Воронкова был специальный артефакт, не дающий ей соскользнуть с перьев на его спине.

Дракон, которого вывел Асиешс, был огромный. С блестящей чешуей, размером с самосвал. Он плавно двигался за драконоведом на когтистых лапах, кося по сторонам ярко-алыми глазами.

Касандра сразу узнала в нем своего «бычка», который скакал по загону, пытаясь скинуть ее со спины. Сейчас на нем по крайней мере красовалось седло и упряжь.

– Держи. – Змей-инструктор протянул ей конец ремня. – Сигналы управления похожи на те, что подают лошадям. Ты же в небо на нем не поднималась? – поинтересовался он и невозмутимо продолжил инструктаж, после того как Кася отрицательно мотнула головой: – Для взлета тянешь на себя, а для спуска встряхиваешь повод, чтобы он шлепнул по шее. Учти, дракон признает только твердую руку. Давай забирайся. Слишком много народу, незачем нервировать зверя.

Касандра поспешно вцепилась в ремень, пытаясь не поддаваться панике. Впрочем, чешуйчатая зверюга к ней агрессии не проявляла и обнюхала ее весьма миролюбиво.

– Позвольте, мисель, вас подсадить, – галантно предложил тут же подскочивший к ней капитан Горностайчик и легко, словно Кася ничего не весила, подкинул ее на спину дракона.

Зверь рыкнул на капитана, постоял, переминаясь с лапы на лапу и пару раз оглянувшись на седока. Когда Касандра, решившись, потянула повод на себя, дракон сорвался с места, легко хлопнул крыльями и, подпрыгнув, взвился в воздух, словно только и ждал этого момента.

Небо расплескало перед ними весь свой простор, затопленный синевой и редкими облачками.

Резвящийся дракон заложил крутую петлю вбок, как на американских горках, и Кася счастливо и восторженно взвизгнула, захохотала и сжала ногами чешуйчатую шкуру своего «коняшки».

– Йу-ху-у-у! – разнесся в поднебесье ее азартный вопль. – Быстрее! У-ух!

Дракон, сложив крылья, скользнул в воздушном потоке вниз, как на салазках, а потом, распахнув их парашютом, завис, паря и плавно покачиваясь.

– А что ты еще умеешь? – разговаривая со зверем так, словно он мог ее понимать, азартно вопила Кася, опьяненная чувством полета. – Бочку? Мертвую петлю? Давай еще что-нибудь придумаем? Ва-а-ау!

Зверь, взмахнув крыльями, начал набирать высоту, погнавшись за замеченной им стаей упитанных птиц, похожих на крупных уток. Не желая участвовать в драконьей охоте, Касандра попыталась поменять курс, но ничего не вышло. Похоже, дракон решил лететь так, как ему вздумается, легкая наездница на спине ему совсем не мешала. Он ее просто игнорировал.

– Что она вытворяет? – визжал меж тем на плацу капитан Сайледин. – Она угробит себя и дракона! Нас казнят. Вот куда они полетели? Девка крадет имущество корпуса!

– Мне кажется, она не может им управлять, – с сомнением вглядывался в небо Горностайчик. – Как-то странно летят, как будто дракон не слушается команд. А почему ей дали взлететь без куратора? Асиешс?

– Глупый вопрос, – невозмутимо парировал змей. – С куратором в полет идут только курсанты корпуса. Девушка курсантом не является. На драконе нет клейма академии. Поскольку было дано распоряжение выдать девице ее дракона для демонстрации навыков, я выдал!

Выругавшись на то, что забыл о своеобразии мышления инструктора-драконоведа, Иерр Хордингтон рванул в драконятник. Все же в чем-то интендант был прав: за дракона и тем более девицу из-за своих приказов сейчас был в ответе именно он.

Через пару минут с плаца корпуса под восторженными взглядами курсантов в погоню за Касей взлетел искристо-белый стремительный дракон полковника.

Глава 2

В душе Касандры сейчас боролись два чувства. Счастье от полета и свободы, когда весь этот мир и вся эта неоглядная синь только твои, и легкая паника оттого, что полет должен как-то теоретически заканчиваться приземлением. Он не может длиться бесконечно. И вот куда и как она приземлится, Кася совершенно не понимала. Дракон резвился в небе неразумным игривым котенком, и ему совсем не было дел до суетящейся на его спине девицы.

«Они же поймут, наверное, что что-то не так? И дракон ведь имущество. Тот противный толстяк Жербон орал, что отчетность у него там и еще что-то, – припомнила она краснолицего капитана, брызжущего слюной во время своих экспрессивных воплей. – Помогут ведь? Хотя бы дракона-то точно вернуть захотят».

Касандра Воронкова была очень рассудительной, спокойной и упрямой девушкой. Бывшая земная детдомовка, потом попаданка, сейчас же приемная дочь семьи Воронковых, она никогда не расстраивалась раньше времени, всегда пытаясь логически рассортировать по полочкам возникшую ситуацию.

Ее «птенчик» заложил очередной вираж, а где-то за спиной раздался глухой недовольный рев и резкий звук сигнального рожка.

– Ух ты! Спохватились все-таки, – обрадовалась она, оглянувшись и разглядев вдалеке под слепящими солнечными лучами крошечную фигурку. – Давай уже, поворачивай. Ты же можешь хотя бы повернуть? – попыталась она вновь договориться с драконом, дергая за ремни упряжи.

Но тот, похоже, закусил удила, а еще умная зверюга, кажется, поняла, что ее догоняют, и начала наращивать скорость, уходя от преследователя.

– Вот ведь зараза крылатая! – Касе надоело бестолково теребить бесполезную сбрую. – И куда мы летим-то? Вот что тебе в драконятник не хочется? Там ведь хорошо, кормят, поят. Может, ты не домашний, а недавно прирученный?

Она периодически оглядывалась, чтобы убедиться, что расстояние между ними и кем-то, летевшим ей на помощь, сокращается.

– Вот ведь вляпалась я с тобой из-за мечты! Ну, из-за любопытства тоже, конечно, но вначале была мечта. Ты даже себе представить не можешь, как я хотела летать. – Почему-то ей вдруг показалось важным поведать крылатому ящеру кусочек своей биографии. – На Земле я никогда не летала на самолете. Это механизмы такие, у вас их нет. Детдомовских детей на них не катают. Билеты дорогие. Ну или только у нас никуда не возили, я слышала, есть и нормальные приюты. Может, мне не повезло? Попала в неудачный.

Касандра опять обернулась. Расстояние сократилось, и она даже сумела разглядеть человеческую фигурку на спине белого дракона.

– Белый?! Это же… – Кася задохнулась от волнения, – это же единственный белый дракон в эскадрилье летунов! Получается, что там сам полковник?..

Если еще минуту назад она ежилась, кутаясь в куртку брата, все же на высоте довольно холодно, то сейчас ей вдруг стало жарко и немножко не по себе.

– Это вот из-за него, между прочим! – пожаловалась она. – Принял меня за парня. И из-за гнома того тоже. Вот ведь противный какой! Я просто хотела получить работу и летать. Они сами в объявлении написали параметры, и я по всем подходила. Жадные эти коротышки просто ужас, потом, когда им бороды-то прищемило, за стажера меня выдали. Представляешь? Никогда свою выгоду не упустят.

Касандра вспомнила недавние события, предшествующие ее сегодняшнему полету.

– Понимаешь, – делилась она с летающей рептилией, которая периодически косилась на нее умным алым глазом, – у меня вся семья двуликие. Приемная семья. Огромные во́роны. Конечно, не такие огромные, как ты, но тоже большие.

Ей казалось, что в глубине драконьих глаз мелькнул огонек интереса.

– А про то, что я всегда хотела взмыть в небо, я уже говорила. Небо – это же свобода. Ну, ты меня точно понимаешь. Может, драконы тоже именно так ощущают полет? Ой!

Летящий зверь неожиданно провалился в воздушную яму, и у Каси захватило дух.

– Тут же, в этом мире, если ты не двуликий летун, только вот так, на драконах, и можно подняться в небо, – продолжила она рассуждать, когда полет выровнялся, и машинально почесала темную чешую на мощной шее. – Я объявление в газете увидела и обрадовалась, как дурочка. Подумала, что для работы в гномьи перевозки всех берут подходящих. Размечталась уже, как буду на драконах грузы возить. А они…

Она, как наяву, вновь увидела перед собой низенькую дверь той злополучной конторы, основательную, с бронзовыми накладками на уголках. А еще молодого и ужасно недовольного гнома, перебирающего документы. Поняв, что она не заказчик, бородач тут же попытался ее выставить, но не тут-то было!

– Тут же ясно написано. – Кася энергично трясла перед рассерженным ее напористостью гномом сложенным газетным листом. – Вы же давали объявление. Вот смотрите.

Она тыкала низкорослому и практически квадратному насупленному гному объявление, жирно обведенное карандашом.

– Давали! – не стал отпираться мужчина. – Но принимаем мы парней, а вы, фройлян, совсем даже девица! И потому не подходите. Замуж вон шла бы лучше, если кто такую занозу, конечно, возьмет, – буркнул тогда себе под нос этот невежливый индивидуум и попытался еще раз аккуратно выпихнуть посетительницу из крошечной комнатушки конторы «Уффинд и Ко», которая находилась на задворках огромного драконятника.

Касандра ловко увернулась и снова помахала газетой перед его носом, торчавшим из бороды, словно покрытая рытвинками картофелина.

– Где тут написано, что только парней? А? – возмутилась она. – Вот же, нигде не обозначено. Значит, не имеете права отказать. По закону. Я по всем указанным параметрам подхожу, и если не возьмете, то смошенничали с объявлением. Могу ведь и жалобу подать!

Она тогда была твердо уверена в своих правах и готова во что бы то ни стало осуществить мечту.

В пресловутом объявлении, напечатанном в том самом бульварном листке, говорилось следующее: «Для работы в гномьих срочных перевозках приглашаются совершеннолетние представители любых рас. Требования к кандидатам: легкие, гибкие, с хорошей физической подготовкой, чистоплотные, не боящиеся драконов. Оплата обучения вычитается из первого жалованья».

Рех Жудобрех досадливо крякнул и поскреб пятерней бороду. Объявление отправляли подавать именно его, и молодому гному даже в голову не могло прийти, что единственной, кто на него откликнется за прошедшие два дня, будет какая-то взбалмошная девица в штанах и мужской куртке с капюшоном.

Угрозы девушки ему очень не понравились. В суд ведь она и правда могла подать по закону. Ввели, дескать, в заблуждение. Компенсацию потребовать…

Расставаться даже с медяком почтенные гномы не любили, а городской судья Фульерт Лейчар с недавних пор сильно недолюбливал представителей расы гномов, поскольку их старейшина в том году обыграл его на общегородских соревнованиях в биглот. Мог принять сторону этой ненормальной барышни, добровольно лезущей прямо в драконью пасть.

На тот момент было неясно, чем закончится противостояние Касандры и упрямого бородатого коротышки, но тут откуда-то из хитросплетений конторских коридоров раздался хриплый начальственный вопль:

– Рех! Где тебя мамаша гоблинская носит? Чешуя не полирована, вонь – аж глаза слезятся! Нечего отсиживаться за конторкой, пень ты бородатый. К нам сам полковник Хордингтон скоро пожалует. Говорят, был новый набор в корпус летающих армейских дуболомов. И конечно, им страсть как надо ограбить честных гномов, забрав лучших ящеров под предлогом нужд армии.

На самом деле никто бородачей не грабил. Платил департамент войск щедро, только разве что не сразу и переводом через банк, а значит, никакие нежно любимые золотые монетки к жадным ручонкам гхерра старшего драконоведа конторы «Уффинд и Ко» прилипнуть не могли.

При упоминании полковника Касандра буквально на доли секунды обомлела, чем тут же и воспользовался ее противный оппонент, все же выпихнув девушку из конторы за дверь.

– Нет. – Его ответ был категоричен. – Сказал же: не берем! Идите, фройлян. Вон, слышали, работы сколько?! Самого полковника ждем дракончиков смотреть.

Касандра сердито насупилась.

– Да почему нет-то, в конце концов? – спросила она, стискивая кулаки.

– Не берем мы девок, и вся недолга, – еще раз разозленно рявкнул на нее квадратный коротышка, запирая дверь массивным ключом, а потом, зажав под мышкой внушительную пухлую папку, равнодушно отвернулся и торопливо потопал куда-то по коридору.

Можно было бы бежать за ним и поспорить еще, но Кася понимала, что сейчас это ничего не даст. Стиснув зубы, она резко развернулась и направилась к выходу. В душе у нее бурлили эмоции, хотелось, как маленькая девочка, топать ногами и кричать. Почему во всех мирах женщин так недооценивают?!

На улице у входа в сам драконятник творился сущий бедлам. Кто-то орал, что полковник уже тут и «моль мне в бороду, если не огребем мы от старшо́го за то, что в пятом секторе два загона остались не чищены», кто-то мчался мимо, громыхая переполненной, жутко воняющей тачкой, а Кася вдруг осознала, какой ей представился шанс.

– Точно же. Полковник!

Сердце Касандры екнуло, и в душе проснулось любопытство. Перед глазами всплыл старый магоснимок, надежно хранящийся дома в столе. Тогда она с подростковым максимализмом безумно восхищалась этим человеком. Еще бы, самый молодой полковник за всю историю драконьих летунов. Герой, драконий летун, ее кумир. О подвиге тогда еще капитана Хордингтона шесть лет назад трубили на каждом углу. Мужчина стал для Каси символом свободы, и снимок, вырезанный из украденной у привратника газеты, был единственным, что она взяла с собой в новый дом, покидая приют попаданок.

– Понимаешь, – объясняла Кася сейчас несущемуся под облаками дракону, – мне тогда стало интересно посмотреть на него, узнать, действительно ли он такой, или это обман. А там под крышей были маленькие окошечки, наверное вентиляция или еще что. Пролезть-то как раз. Вот я, пока все суетились и не обращали ни на что внимания, и поползла. На драконов я тоже очень хотела посмотреть. Я же вас только мельком видела, в небе. Ты не злишься, что я на тебя тогда так упала? Я не специально, с балки на поперечину полезла, чтобы поближе, прямо над полковником оказаться, но не доползла, она тонковатая была. Не рассчитала, и ладонь соскользнула. Может, и лучше, что над тобой, а не на голову полковника.