О дивный чуждый мир

Пролог

И здесь была эта пакость. Римми брезгливо поддела длинными деревянными щипцами предмет, держа его перед собой на расстоянии. Стараясь не уронить вещицу, бочком двинулась к границе миров. Но, видимо, слишком сильно сжала инструмент, потому что чёртов иномирный артефакт ожил, вздрогнул и вспыхнул колдовскими знаками. Римми едва не выронила щипцы от неожиданности, но совладала с собой и, быстро подбежав к границе, выбросила дрянь за Красную Линию.

– О, а я его искал! – обрадовался тут же возникший демон. – Спасибо, детка!

Римми аж передёрнуло, когда чужак по ту сторону границы так запросто взял дьявольскую вещицу в руки и спокойно нацепил себе на запястье. Вот демоны они и есть, и магия у них такая же – чужая, злая и непонятная. Но сильная… Слишком сильная, чёрт возьми.

– Кофейку не желаешь? – подмигнул демон. – За мной должок.

С той стороны действительно доносился соблазнительный аромат кофе. Демон несколькими быстрыми пассами поколдовал над заново обретённым артефактом, тот опять засветился дьявольским светом, в глубинах демонской пещеры что-то взревело, и запах усилился. Римми вздрогнула и отступила. Демон сделал шаг вперёд. Слишком близко к Красной Линии… Ещё полшажочка, и нарушит границу, чего допускать никак нельзя.

– Стой, где стоишь, чужак! – уж Римми всегда была начеку.

Она предупредительно вскинула руки, моментально окутавшиеся фиолетовым облаком, потрескивавшим молниями. Какой бы сильной ни была магия демонов, а и нашей они почему-то боялись.

Римми это до сих пор было непонятно. Демоны умели подчинять себе само пространство, по щелчку пальцев гасили или зажигали свет; призраки были у них на побегушках, выполняя любые их прихоти. Демоны могли общаться друг с другом на расстоянии, вызывая образ собеседника… А ведь ментальная магия – это самое сложное, что только можно себе представить! А их боевая магия вообще наводила ужас… И тем не менее они пасовали даже перед простеньким заклинанием бликсем.

– Стою, стою… – ухмыльнулся демон, тоже подняв перед собой руки. Вроде как примирительно, не мысля нападать.

– Вот и стой, – буркнула Римми, немного смущённая открывшимся видом.

Демоны и есть. От людей их практически не отличить, только разве люди в таком непотребном виде разгуливают? Чтобы при даме – и босиком? А ещё в мягких свободных штанах до колена – слишком мягких, чтобы скрывать их отличие от демониц. И в расстёгнутой тонкой рубахе, которая от шутливого сдающегося жеста как раз разошлась на груди, обнажив гладкую загорелую кожу с узкой полоской светлых волос посередине. Даже солнца не боятся, проклятые. А уж ведут себя как развязно…

Кно́кписам ещё, считай, повезло. Их особняк зацепило только по самому краю, граница с враждебным миром демонов прошла по правому флигелю. Ну, это раньше был аккуратный флигель, симметричный левому, а теперь он дополнился безобразным двухэтажным наростом. Со всей дрянью, что по ту сторону границы водилась. Демонами и их демонской магией.

Слияние, будь проклят навеки тот день. Шёл уже второй его месяц.

Или, наоборот, благословен?

Потому что впервые за долгое время, прошедшее со дня выпуска из университета, и Римми наконец городку сгодилась. Чёртова провинция!

Но – сама виновата. Пожалуй, не стоило хамить на экзамене мэтру Шпинцу. Не отправили бы по распределению в эту глушь, где маг первой категории в местной иерархии стоял чуть выше пастуха. Слишком ладно и складно тут жилось, чтобы её умения были востребованы.

А ещё тут был нейр Мо́ртестиг, патрон всех этих земель. И сам дипломированный маг, который поначалу плевать хотел на это распределение. Как и на то, что Римми вообще-то последующие три года предстояло кормиться с этой должности. А как тут прокормишься, когда твои умения никому не нужны, а если и возникает редкая необходимость, то нейр сам охотно помогает всем страждущим? Бесплатно причём.

Собственные накопления стремительно таяли; заработка, как и работы в целом, в обозримом будущем не предвиделось. И даже то, что мать-природа хотя бы внешностью не обделила, тоже никак не могло спасти отчаянное положение – замуж-то до окончания контракта не выйти. Так что Римми уже всерьёз подумывала податься куда-нибудь судомойкой. Да хоть тех же овец пасти…

Пока не случилось оно. Слияние. Так что да, может, и благословен тот проклятый день…

– Так что, детка, зайдёшь? – поиграл бровями демон. – Я тогда покрепче кофе что-нибудь найду. С утра не люблю это дело, но за знакомство-то можно?

Римми не ответила. Она внимательно вглядывалась в Красную Линию магическим зрением, выискивая возможные повреждения на границе. Ага, вот тут плетение можно обновить, истончилось уже… Для этого пришлось опуститься на колени почти у самой разделительной полосы. Босые ступни демона маячили перед глазами всего в каком-то метре от неё.

Нет, не посмеет, гад, не сунется…

– Ну так как? – в голосе демона появились хриплые нотки, и Римми вдруг поняла, почему он так разволновался – вырез на груди был достаточно скромный, но вот если смотреть сверху… Она, проклиная себя за неосмотрительность, прикрыла ложбинку каштановыми прядями, но от плетения рун не оторвалась. – Меня, кстати, Кэл зовут, а тебя?

Ага, сейчас же, разбежалась Арима́нтис вей Дье́чи кому ни попадя своё имя называть… Полного имени этим тварям открывать не следует. Демоны могут порчу навести, могут проклясть. А могут и после смерти душе не давать покоя, вызывая её с того света.

Римми сама видела. Одной из первых жертв этой войны стал молодой кузнец, бросившийся с молотом на закованную в броню собаку и рухнувший замертво от её оглушительного стрекочущего лая. Потом Римми несколько раз удалось подсмотреть, как демоны по ту сторону издеваются над душой кузнеца, вызывая раз за разом его образ и заставляя снова бросаться на железного монстра. И вырваться его несчастная душа на свободу не могла – была заключена в плоские тонкие артефакты, которые каждый демон носил с собой.

Сам-то тоже сейчас ненастоящим назвался либо сильно укороченным. Не бывает у демонов таких куцых имён. Кэл, надо же, только усмехнулась Римми.

– Ну, серьёзно, детка… Я уж думал, по эту сторону одни только истерички да жирные боровы на каблуках. В общем, не повезло с соседями. А тут ты такая… м-мм… Вся такая загадочная… Третий день приходишь, молчишь, молниями сыплешь… Выпьем, посидим, поболтаем в непринуждённой обстановке. Узнаем друг друга поближе… Айрис, крошка, спой-ка нам что-нибудь душевное!

Последнее он крикнул куда-то вглубь пещеры. Оттуда незамедлительно откликнулся игривый голос демоницы, и сама она мелькнула вдалеке серебристым платьем:

– Как пожелаешь, мой господин…

Полилась нежная песня на незнакомом языке; голос у демоницы был сильный, чистый и с первых же нот брал за душу. Та ещё, видимо, подыгрывала себе на гитаре или лютне – Римми аж заслушалась. Но вовремя опомнилась, да и охранный контур уже закончила плести.

– Правила знаешь, демон, – нервно выпалила она. – Сунешься в наш мир – испепелит.

Хотела уверенно сказать, но весь решительный настрой куда-то делся. То ли из-за красивой песни демоницы, то ли оттого, какой наглый демон сегодня попался. Нет, до чего же они распутные! У него там, в пещере, своя демоница, а он, глазом не моргнув, с честными девушками из другого мира заигрывает! На кофе приглашает! Впрочем, все они, мужчины, на один лад… И нейр Мортестиг недалеко от этой твари ушёл.

До этого разные демоны попадались и по большей части агрессивные – кто кирпичом встречал, кто магию свою взрывную пытался применить. Нет, заинтересованных взглядов тоже хватало, но чтобы так откровенно флиртовать и к себе звать… Нейру Мортестигу, так и быть, ещё простительно – он высший маг всё-таки. А эти же – просто плебеи! Никаких манер! Только Римми ещё не сошла с ума, чтобы в демонский мир по доброй воле соваться.

– Моё сердце ты уже испепелила, – сверкнул белозубой улыбкой и каре-зелёными брызгами демон и вновь поиграл бровями. А потом и мышцами на груди. – А завтра придёшь? Я буду ждать!

Римми сочла ниже своего достоинства отвечать зарвавшемуся чужаку и скрылась за поворотом коридора.

Демон проводил её насмешливым взглядом. Но после вдруг посерьёзнел, а усмешка сменилась задумчивой улыбкой. Снова поколдовал над артефактом, после чего погасли красные глазки в пещере. А потом сделал несколько шагов вперёд, спокойно перешагнув Красную Линию. Осмотрелся, в который раз подивился идеальной гладкости дубового паркета, потоптавшись на нём босыми ступнями и явно получая удовольствие от ощущений под ногами.

А после расстегнул браслет, у которого, как показалось Римми, вовсе не было застёжки, и аккуратно положил артефакт в тот же угол, где его обнаружила строгая девица-маг.

На той стороне.

Во внезапно ставшем таким близким чужом мире.

Глава 1

– Ну, так вот, стал-быть… Тут и поживайте, госпожа маг… А других помещениев пока нема. Да и то ведь – хороший дом, ладный… А ежели течь чего в дождь будет – ну, так на то вы и маг, стал-быть…

Нет, точно тётушка свою руку приложила. Постаралась, уговорила, а то и подкупила кого-нибудь из распределительной комиссии, чтобы строптивую племянницу отослали в самую глушь. Да того же мэтра Шпинца – тот вообще считал, что девицам магии учиться ни к чему, а Римми особенно невзлюбил с первого же дня учёбы.

Нет уж, дорогая тётушка, не надейтесь. Аримантис вей Дьечи все три положенные года тут отработает. Не одумается и раньше времени не вернётся.

Римми наспех осмотрела косой домишко, отметила чёрную плесень в углах, но вслух ничего не сказала. А кому тут претензии выскажешь? Кучеру, что всего лишь довёз новую жительницу Ра́те-Скуо́ля от магистрата до заброшенного дома на окраине? Ладно, в студенческом общежитии немногим лучше было.

Только про жалованье Римми так и не поняла. Вроде как магу по месту распределения положено было содержание, но служащий так хитро и путано всё объяснил, что выходило так, будто жильё и было единственным её обеспечением. Живую же монету предстояло зарабатывать самой, своими умениями. Получалось так, что работа будет сдельной, с оплатой за каждый случай. Римми же была уверена, что поступит на место с фиксированным и гарантированным жалованьем, а работу будет выполнять всю, что от неё потребуется. Ладно, с этим она позже разберётся, ещё успеется.

А пока стоит навести порядок, разложить вещи и свыкнуться с мыслью, что эта покосившаяся хибара в провинциальном городке станет её домом на ближайшие три года.

«Хороший дом, ладный», – фыркнула девушка, осмотрев внимательнее своё новое жилище. В первую очередь она не пожалела магии на заклинание абсолютной чистоты. Хоть оно и требовало немало сил, но только у Римми, единственной на своём курсе, выходило идеальным. А когда помещение очищено от грязи, то легче понять, с чем предстоит работать дальше.

Прежде заляпанный грязью пол оказался ещё вполне приличным, ясеневые доски не прогнили, несмотря на сырость. Только в кухоньке обнаружилась прогрызенная небольшая дыра в настиле, характерно подпалённая по краям. Дракки, знакомая картина. Ну да от этих мерзких тварей и в крупных городах спасения нет. Когда ж они окончательно выродятся уже, крысёныши помойные…

Домик был одноэтажный: кухня с подполом, спаленка да объединявшая их входная комната с камином. Ни угля, ни поленьев не нашлось. Римми вздохнула, но потратилась ещё и на фламму – чистый магический огонь. Всего два заклинания, а половины дневного резерва уже как не бывало. А если за ней уже утром пришлют, узнав о новоприбывшем маге? Раз назначили, значит, собственного специалиста тут нет, а потому и проблем у местных жителей наверняка накопилось… Но прогреть дом и избавиться от затхлого запаха сырости было важнее. Тут явно никто не жил последние несколько лет.

Крыша себя при первом же дожде проявит, так что исследовать её Римми до поры не стала. С тоской осмотрела крошечную кухню – готовить пока придётся самой. По крайней мере, пока не прояснится с работой, а там уж можно будет нанять кухарку. Готовить Римми умела. Да, Аманди́на Курстле́бен всякий раз приходила в ужас, стоило ей узнать, что племянница рассчитала очередную нанятую тётей кухарку в отчем доме. А платить-то им чем было? Тётушкиными нотациями, что настоящая вей Дьечи не должна пачкать этим руки? И если бы только Римми не упрямилась, а согласилась на выгодную партию…

«Бр-р», – Римми вспомнила очередной тётушкин вариант. Лысый коротышка-вейст с ужасным запахом изо рта. Он был неприлично богат. И настолько же отвратителен.

В университете хотя бы проблемы питания не стояло – кормили всех и даже три раза в день, так уж положено. Конечно, основная масса студентов предпочитала брать платные блюда или даже ходила в городские кафе и рестораны, воротя нос от незамысловатого казённого меню. Но Римми была неприхотлива. Бесплатно – значит, вкусно.

А драгоценному папа́, казалось, вообще была безразлична еда. Так что он с одинаковым спокойствием поглощал всё, что ему готовила сама Римми либо приносила по её просьбе соседка из пекарни. У соседки Катри подрастал сын с неплохими магическими данными, и взамен Римми два раза в неделю натаскивала подростка по бытовым заклинаниям. Чем чёрт не шутит: может, и поступит. В любом случае репетитора для него Катря не потянула бы. А вот несколько пирогов в неделю – вполне.

Так что Римми лишь мельком оценила кухонную утварь, прикинула, что нужно докупить, да и смирилась. Рынок – единственный в Рате-Скуоле – она приметила ещё у магистрата, завтра с утра сходит. А пока и пары пирожков, купленных на последней станции, хватит. Чаю бы горячего… Такой роскоши, конечно, на заброшенной кухне не нашлось. Но в шкафчике обнаружились букетики засушенной ромашки, в её отвар можно ещё бросить щепотку транкиля собственного изготовления, и спокойный здоровый сон будет обеспечен. И все остальные заботы – завтра. Хотя вряд ли в этой глуши вообще что-нибудь происходит…

Первое же утро на новом месте началось с грохочущих ударов во входную дверь. Заснула Римми в чём была, прямо перед камином на потёртом диване, потому что матрас в спаленке порядком отсырел, а постельного белья вовсе не нашлось. Колотили настойчиво.

– Ты, стал-быть, новая ведьма у нас будешь? – недоверчиво уставилась на заспанную миниатюрную Римми в дверях рослая девица. – М-да, совсем измельчали болотные…

– Дипломированный маг первой категории, – холодно отчеканила Римми. – Аримантис вей Дьечи. Чему обязана?

– Да где ж ты маг, – расхохоталась девица. – Вот нейр Мо́ртестиг – оть тот маг… Лан, ведьма, держи. Собрали тут тебе, стал-быть, шоб не шалила… Мы ж тут тоже с понятием… Тока ты тихонечко тута сиди, неча нам тут разводить всякого. Живёшь – и живи. Ить, какие мелкие болотницы пошли… А страшненькая-то – вся морда в струпьях…

Наглая девица сунула Римми два завязанных мешка: один объёмистый и тяжёлый, и второй – маленький, лёгкий и шевелящийся. Второй мешок закудахтал. А Римми вдруг запоздало сообразила, что на ночь нанесла на лицо маску собственного рецепта, да так и заснула, не успев смыть.

– Курица-то мне зачем? – не поняла Римми.

– Ну, эт’ уж как водится, – хмыкнула девица. – Жертвы жеж приносить будешь, ведьма. Ну, шоб на новом месте колдовалось ловчее… Ну, мы, ить, и пораскинули, шо лучше курёнку шею свернёшь, чем сама пойдёшь кровушку по сарайкам пускать…

– Я тебя, чувырла мохнорогая, сейчас с крыльца спущу, – ласково, но очень недобро пообещала Римми. – Не ведьма, а маг. Первой категории. Запомнила?

Впрочем, куда ей… Да и с «мохнорогой» Римми девице польстила. Новенькие летние рожки у мощной девицы ещё даже не успели замеховеть – так, лёгкий пушок нарос. А уж на «чувырлу» та обидеться совсем не могла, ибо чувырла и есть. Раса такая северная. По раннему лету они квёлые, мягкие, соображают туго. Есть у многих подозрение, что вместе с зимними рогами они и весь нажитый за год мозг сбрасывают. А пока ещё новый нарастёт…

Но чувырла была настроена благодушно и явно не искала конфликта. Это ближе к осени они матереют, умнеют, и вот тогда им палец в рот не клади.

– Маг так маг, ведьма, – легко согласилась она. – Лан, бывай, кочегория.

Несчастную курицу Римми выпустила в небольшой садик у дома, а вот содержимое второго тюка оказалось куда более полезным. Большой отрез небелёного льна и стёганое овечье покрывало. Чем бы ни руководствовались местные жители в своём желании задобрить новую «ведьму», а ведь угадали. На постельное бельё в самый раз подойдёт, да ещё на скатерть и полотенца останется.

Нет, говорили в университете, конечно, что в провинциях народ совсем тёмный, но чтобы настолько… «Ведьма», надо же. Хотя чувырла о маге тоже упомянула – некоем нейре; видать, патроне этого городка. Но соотнести Римми и занятие благородной магией отчего-то не смогла. Да оно и не удивительно, раз даже в столичном университете от силы три девицы на сотню студентов приходилось. Чего уж от этой дыры ждать.

Раз её так бесцеремонно разбудили, то Римми не стала терять время, а отправилась прямиком на городской рынок – прикупить продуктов и заодно присмотреться к своим будущим клиентам. Да и просто помелькать перед местными жителями, изучить городок.

После яркой и шумной столицы Рате-Скуоль вчера вечером показался глухой деревней, но при свете дня Римми с удивлением обнаружила, что городок не так уж мал. Имелся тут и магистрат, и центральная площадь, и несколько широких улиц с приличными домами, причём две из них даже гордо именовались «проспектом» и «аллеей». На проспекте Хю́дерин высота некоторых домов достигала четырёх этажей, и не все эти этажи были жилыми. Во многих домах первый и второй этажи занимали магазины и ресторанчики, даже обнаружилось несколько клубов – сигарный и местного дамского общества. Боги, даже библиотека?.. Того гляди, и театр отыщется.

Пеший путь от дома до центральной площади занял не больше двадцати минут, но Римми успела заметить и простые домики с огородами, и весьма неплохие особняки в два-три этажа. Некоторые были отделаны со всей провинциальной помпезностью – гипсовые статуи в садах, колонны, выстриженные в форме шаров деревья и кустарники. Римми только усмехнулась. Всё это было модно в Эбендо́рфе-столице лет двадцать назад.

На некотором отдалении от основной застройки высился целый замок. Вот тот явно не следовал скоротечной моде, ибо выстроен был лет двести назад. Нарританский стиль, непреходящая классика. Тут Римми одобрительно кивнула: их собственный столичный дом был похож на этот. Ну, тот дом. Старый, где она родилась.

Наверняка там и живёт местный нейр, который, как выяснилось к неудовольствию Римми из утреннего короткого разговора с чувырлой, вдруг тоже оказался магом. Наверное, слабый совсем, вот и послал заявку в Эбендорф, чтобы прислали мага по распределению в его земли. Или старый и дряхлый. Или людей с их постоянными проблемами терпеть не может. Ай, да неважно! Назначили, распределили – значит, была нужда. «И нет, тётушка, отслужу положенный срок даже в этой глухомани», – мстительно подумала Римми.

– Доброе утро, – вежливо кивнула Римми пекарю, избрав своей первой целью на рынке хлеб. – Как тут у вас славно пахнет.

Пекарь сурово промолчал, окинув девушку тяжёлым взглядом. Ах да, спохватилась Римми. Это не Эбендорф, где «маленькая беседа» возведена в ранг искусства. В провинции пустопорожней болтовни не любят, рассказывал же Эрик с её курса, сам приехавший из подобного городка на отшибе страны.

– Мне, пожалуйста, пять ржаных хлебов, две белые булки да вот этих крендельков пакет, – упрочила свою позицию покупателя, то есть человека действия, Римми. – И пирожков с мясом. Пять. Нет, семь.

Пекарь хмыкнул, но неторопливо собрал выпечку и выложил на прилавок.

– Сколько с меня?

Кряжистый мужик подбоченился, ещё раз хмыкнул.

– А вы чьих таких, стал-быть, будете? – наконец неторопливо протянул он. – Чой-та не видел я вас тута раньше.

Понятно. Статус незнакомки не смог определить. Для служанки слишком вежливая, для госпожи слишком просто одета.

– Я маг новый. Из столицы прислали. Вчера приехала, – спокойно и тоже размеренно, подражая его манере говорить, ответила Римми.

Тот ещё помолчал, не выказав никаких эмоций по этому поводу.

– Чай, не многовато за раз? – наконец изрёк он. – Али сухари сушить будете, стал-быть? Так на то у меня и вчерашний хлеб имеется.

Уже что-то. Раз предложил вчерашний, то вроде как на контакт пошёл, сочтя, что свежий хлеб быстро засохнет и ни к чему одной Римми такое количество.

– Маг я, – ещё раз повторила Римми. – Заклинание особое наложить могу. Он у меня и через неделю свежим будет. А если хотите, я и на вашу выпечку словечко шепну. Много сил такая магия не отнимает, недорого возьму. Зато вчерашних хлебов не будет.

Мужик надолго замолчал. Нахмурился. Чем-то ему это предложение не понравилось.

– Вчерашний-то – он других денег стоит, стал-быть. Да и те не у всех имеются, – наконец глубокомысленно произнёс он. – А бедняков хлеба лишать – последнее дело. Велленс да шесть сортингов, госпожа маг.

Что тут спорить. Отсчитав пекарю положенные монетки, Римми направилась в овощной ряд. Не задалось знакомство. Ничего, торговки обычно более бойкие и языкатые, авось тут что выгорит. Взяв редиса и зелени, она ненавязчиво поинтересовалась прошлогодним урожаем и местным климатом.

– Дак живём потихоньку, не жалуемся, – осторожно ответила одна торговка, тоже недоверчиво оглядев «городскую штучку».

– Так ведь и град, поди, случается, и саранча налететь может, и волки напасть, – деликатно подтолкнула разговор в нужное русло Римми.

Она ещё в дороге смирилась с тем, что в провинции вряд ли будут востребованы её навыки в изготовлении защитных артефактов или любовных декоктов. К последним и так никогда душа не лежала, но за них в крупных городах платят… Очень хорошо платят. А когда есть возможность заработать хорошие деньги, то Римми было неважно, что приличные маги таким обычно гнушаются.

Что тут могло быть востребовано? По большей части именно это – защита от непогоды, от неурожая, от повальной заразы, что в провинции обычно вызывает банальное несоблюдение гигиены. Что ещё? Всякая бытовая мелочь, вроде заклятия безвременья, что Римми предложила пекарю. Истребление вредителей на полях, лечение несложных переломов, ожогов и травм, коих в деревнях должно хватать… С более серьёзными болезнями Римми не дружила и вообще к целительству не имела таланта, но с простыми вещами справлялась на отлично.

– Ты, ведьма, нас не стращай, – набралась смелости другая торговка, а её товарки согласно закивали. – Вон, мешок репы можешь взять, да и шуруй себе потихоньку. Ишь, волков она натравит…

– Да не ведьма я! – не выдержала Римми. – А маг! Дипломированный! Из столицы специально прислали. Помогать вам, наоборот, а не вредить.

На неё только недобро зыркали из-под белых чепчиков.

– Так чой нам помогать-то, – ответила та же смелая баба. – Всё и так спорится да ладится… Нейр, дай-то боги ему здоровьечка, уж присматривает. А ты, раз уж завелась, так живи, стал-быть, чо уж…

– И что, прямо за всем следить успевает? – начала раздражаться Римми. Такого приёма она не ожидала. – Целому благородному нейру – и прямо до самой мелкой болячки есть дело?

– Ну, ты загнула, ведьм… госпожа. Богами ведь страдания на то и посланы: чтобы не загордился человек, не возомнил себя им подобным, – это уже подошёл сзади мясник в окровавленном фартуке. – Живём помаленьку со своими болячками. А вот крупную беду нейр завсегда отведёт, оно ж и не удивительно – своя земля ему, не чужая. Вон, о ту весну половодье было – так нейр русло реки ажно вспять повернул, избавил от потопа, дай-то ему боги… А остальное – чо уж тут. Стерпится, стал-быть. Дракков разве что повыведешь, госпожа, – вот бы мы тебе тогда в ножки-то поклонились…

Римми только вздохнула. Дракков магия не брала, эта напасть, что в провинции, что в столице, была извечной проблемой. Не придумали ещё средство против этих паразитов помойных.

Нет, похоже, простому люду её магические способности ни к чему. Значит, нужно возвращаться в магистрат и разговаривать с людьми поважнее, чем тот мелкий служащий, что принимал её вчера, вечером воскресенья. Наверняка в городке имеются проблемы, за решение которых будет платить администрация, а не прижимистые селяне. По-хорошему, надо ещё с местной аристократией, если таковая тут имеется, свести знакомство. Это масть такая, что интриг в их среде всегда хватает, пусть даже в провинции. Противно, да; наверняка опять будут привороты да магические фейерверки (чем-то же надо перед соседями хвастать!), ничего серьёзного. Но – деньги. На которые здесь жить ещё три года да по возможности отправлять в столицу папеньке на погашение долгов.