Только он!
- -
- 100%
- +
– Как раз собирался тебе звонить, – я очень хорошо слышал голос Станислава, хотя Саша говорила с ним не по громкой связи.
– Отлично, – отозвалась она, бросив на меня быстрый взгляд. – Стас, у меня проблема.
– Что опять случилось?
– Стужев-младшей силой затолкал меня в свою машину и везёт… на кладбище, – с заминкой ответила Снежинскому Саша с таким лицом, словно сама не верила в то, что говорит.
Впрочем, впервые я был с ней в чём-то солидарен. Я и сам сомневался в правильности своего поступка. Всё же… первичная вспышка ярости прошла и… глупо как-то.
Она всё равно не сделает никаких выводов. Только посмеётся, как трепетно я относился к… памяти о ней.
Сука.
Может прикопать её там?..
– Что?..
– Я не шучу, – чётко ответила Саша Снежинскому. – Алексей Стужев похитил меня и везёт…
– А почему Стужев? – со смешком отозвался Стас на её реплику. – Почему не пришельцы?
– Потому что…
– Ты мне лучше вот что скажи, юмористка, – не дал он ей договорить. – Это ты рассказала Ольге, кем мы являемся друг другу?
– Кому? – как-то неестественно переспросила Саша.
– Значит ты, – сделал вывод Снежинский. – Сань… ну зачем, а?
– Из чувства самосохранения. На тебя когда-нибудь из ревности выливали чашку горячего солёного кофе? – хмыкнув, Саша снова посмотрела на меня. – Кстати о самосохранении. Стас, я ведь не шучу. Стужев уже съехал с окружной и, если верить указателю, до кладбища осталось пятнадцать километров. Ты меня спасать собираешься?
– Ты слишком спокойна для жертвы похищения, – заметил Снежинский.
– Стужев не в себе, – напомнила ему Саша. – А с психами нужно держаться максимально спокойно. И лишь когда на них наденут смирительную рубашку…
– О, рубашка, – не дал ей договорить Стас. – Вернуть не забудь. Могу обменять на твою майку.
– Это блузка, – возмутилась Саша. – А с рубашкой не выйдет, прости. Я отдала её Никите.
– Она ему не мала? Не жмёт? – хохотнул Снежинский.
– В самый раз, – без улыбки ответила Саша. – Стас. Вызывай группу захвата. Меня против воли везут в мрачное безлюдное место…
– Один-один-два на мобильном набери, – строго ответил ей Стас, явно на что-то отвлекаясь. – Всё, родная. Завтра поговорим. Целую.
Последние фразы он практически пропел, снова поднимая у меня в душе волну негодования. Удивительно, но Саша тоже взбесилась от его слов, выругавшись и шёпотом упомянула какую-то Ольгу.
– Приехали, – озвучил я очевидное, паркуясь у главных ворот. – Цветы покупать будем? А то, знаешь, с пустыми руками как-то неправильно.
– Если со мной что-то случится, то Стас знает с кем я была и где, – холодно ответила мне Саша, отстёгивая ремень и выбираясь из машины.
Ускорившись, я быстро вышел и обойдя капот, забрал у Саши сумочку и кинул её на сиденье. Лишь после этого захлопнул дверь и поставил на сигнализацию.
– Даже так, – зло произнесла Саша, смотря на меня исподлобья. – Мне нужен телефон.
– Боишься пропустить звонок от Никиты? – предположил я. – Переживёт он без тебя полчаса.
– Даже имя его не смей произносить, – не хуже разъярённой кошки прошипела она в ответ. – Ты сам… – словно заставив себе замолчать, Саша отвернулась, шумно выдыхая. – Давай быстрее покончим с этим, и я уеду. Что тебе от меня нужно?
– Цветы будем покупать? – повторил я вопрос, направляясь ко входу и крутя в руках брелок с ключом от машины. – Розы? Гвоздики? Лилии? Никогда не уточнял, какие ты любишь.
– Кактусы, – идя за мной следом, произнесла она мне в спину. – Обожаю суккуленты.
– Значит сегодня обойдёмся без цветов, – уверенно шагая по дорожке, я несколько раз оборачивался, проверяя, идёт ли Саша за мной следом.
Деваться ей было некуда. Машины нет, телефона нет. Автобусы сюда не ходят, насколько я знаю. В паре километров была станция и электрички, но, кошелёк у Саши явно остался вместе с мобильным в сумке. Так что…
– Вот и пришли, – впервые я подходил к этой оградке с улыбкой. – Надеюсь, фотография тебе нравится. Лично выбирал, под надзором твоей матери. А самое забавное, – я зло рассмеялся, поражаясь собственной наивности, – что она…
Обернувшись на Сашу, я замолчал.
Не такую реакцию я ожидал увидеть. Черт его знает, как она должна была среагировать, но определённо не так.
Глава 13
Как я смогла остаться стоять на ногах, останется загадкой даже для меня. Конечности я не чувствовала. В каком-то ступоре осмотрела чёрную оградку, серый памятник, с выгравированной на нём фотографией. Моей фотографией. С выпускного…
– Тебе нужно лечиться, – с каким-то неестественным свистом произнесла я, с усилием заставляя себя дышать.
Каждый вдох давался с трудом. Как будто я наглоталась песка.
– Не нравится фотография? – без прежнего веселья в голосе уточнил Стужев.
– Ещё и маму мою втянул, – прикрыв глаза, я решила отступить назад.
Плохая идея, учитывая одеревеневшие конечности. Разумеется, я запнулась, плюхнувшись на попу.
– Я почти поверил, – Стужев подошёл ко мне. – Только смысла нет изображать удивление, тебе так не кажется?
– Тебе нужно лечиться, – повторила я, чувствуя лишь шок и какое-то странное опустошение внутри. – Это ведь не нормально. Да не просто не нормально, это лютейший пизд… – почувствовав, как к горлу подкатывает тошнота, я просто откинулась на спину.
Плевать, грязно здесь или нет. Мне было плохо. Морально плохо. Смотря в затягивающееся тучами небо, я никак не могла избавиться от другой картинки, стоявшей перед глазами. Моё лицо на надгробье. Имя. Дата рождения и дата…
– Прекрати, – присев на корточки, Стужев хмуро смотрел на меня.
– Себе это скажи, – прошептала, чувствуя, как из глаз начали катиться слёзы. – Я тебя трогаю? Нет. Ты сказал больше не звонить – я не звонила. Сказал, оставить в покое – я оставила. Не трогаю тебя. Спокойно живу с Никиткой. К чему это… – я махнула рукой в сторону. Не факт, что в нужную. Но заставить себя снова посмотреть на памятник… это было слишком.
– Ты сама это устроила, – поднявшись на ноги, Стужев скрестил на груди руки. – Изображаешь удивление хорошо. Немного переигрываешь только. На что ты рассчитываешь?
– Ещё и мать мою приплёл, – продолжила я рассуждать. – Знал же, что у нас с ней отношения не очень… – нахмурившись, я медленно приняла сидячее положение, заставляя себя вновь посмотреть на памятник.
Да. Фотография точно с выпускного. И взял он её точно у матери. Меня не было в соцсетях. А это фото вообще только в печатном варианте имелось. В альбоме.
– Это… это… – я просто не находила слов, но отчего-то сейчас испытывала жуткую потребность говорить хоть что-то. Так было не настолько жутко смотреть в улыбающееся с памятника лицо. – Нет, я знала, что отец у тебя отбитый на всю голову. Целое представление устроил со своим приступом. Но ты? – я с трудом повернула голову на Стужева. – Это перебор. Сделать могилу мне – это перебор, Лёш. И я этого не заслуживаю. Да никто не заслуживает!
Вытерев с лица слёзы, я попыталась достать телефон из кармана, запоздало вспомнив, что он остался в сумке.
– Надо маме позвонить, – продолжила я шептать. – Она, наверное, и не в курсе, зачем тебе потребовалась моя фотка. Даже подумать страшно, что ты ей наплёл, когда выпрашивал. Откуда у тебя вообще её адрес? – покачав головой, я попыталась встать на ноги, чуть не завалившись обратно на землю. Ноги потряхивало. – А потом я позвоню Стасу. Засужу тебя. Это… оскорбление личности. Издевательство. Психологическое давление, – встав на ноги, я принялась осматриваться, чувствуя, как меня накрывает волнами паники.
Кресты, кресты, кресты… я никак не могла понять, в какой стороне выход. Глаза вновь зажгло от слёз. Никогда не чувствовала себя такой раздавленной и беспомощной, как сейчас.
– Ты сама попросила свою мать сообщить мне о твоей смерти, – Стужев оставался стоять на месте, наблюдая за моими метаниями. – Она прекрасно понимала, для чего даёт мне фото.
– Нет, – я отчаянно замотала головой. – Ты врёшь. Ты, – я обернулась, вновь посмотрев на надгробье. – Ты врёшь. Она бы не стала…
В памяти тут же всплыли обрывки наших с ней разговоров. Как она обрадовалась моему отъезду. Как поддерживала, уговаривая никогда не возвращаться. Как отреагировала на мою беременность.
И как орала, узнав, что я снова здесь.
– Нет, нет, нет, – продолжала я шептать.
Он врёт. Это его больное воображение. Не более того.
Мать у меня, конечно, та ещё… штучка. Но… изображать смерть родной дочери? Нет. Даже для неё это было бы слишком. Да и зачем ей это? А вот Стужев…
– Это месть, да? – неожиданно для себя я рассмеялась, захлёбываясь слезами. – За те смонтированные папочкой фотографии? За измену? – я даже пальцами кавычки изобразила, обессиленно опускаясь на корточки. – Молодец. Отомстил. С огоньком! С фантазией! Это тебя в Канаде научили? Чувствуется влияние западного кинематографа…
– Месть? – повысил голос Стужев, наблюдая за моей истерикой. – То есть, я из мести, как дебил, приносил сюда цветы почти два года, коря себя, что мы так и не поговорили?!
– Хватит! – закричала я, зло вытирая слёзы. – Ты прекрасно знал и где я, и что со мной всё в порядке! Это я, как идиотка всё пыталась, пыталась… нужно было сразу, как я поняла кто ты, бежать без оглядки! – не в силах больше оставаться рядом с ним, я начала уходить по дорожке, чувствуя, как меня мотает из стороны в сторону. – Писала, как идиотка, глотая сухие ответы. Всё думала: нет, это не Лёша! Лёша бы так не поступил! Это всё его папочка! – я кричала, не видя куда иду из-за пелены слёз, стоящей перед глазами. – Как же я тебя ненавижу! Зачем ты вообще вернулся из своей Оттавы?!
– Успокойся, – ухватив меня за руку, Стужев не дал мне завалиться на землю, когда я в очередной раз споткнулась. – Да стой же ты…
– Отпусти меня! – я кричала, пытаясь вырваться, больше не в силах бороться с собственными эмоциями. – Ненавижу тебя! Как же я тебя ненавижу!
Стужев крепко держал меня, обняв и прижав к себе. Не давал и шанса вырваться, пережидая мою истерику. От его близости стало только хуже. Потребовалось время, чтобы я перестала вырываться и обессилено затихла, беззвучно всхлипывая.
Глава 14
Алексей Стужев
***
У Саши началась настоящая истерика. Никогда не видел её в таком состоянии. Да и никого другого, если откровенно.
Та же Лиза если и устраивала слезливые представления, с целью надавить на меня или попытаться манипулировать, то делала это максимально эффектно. Едва слышный всхлип, взмах ресниц и пара слезинок, красиво стекающих по щекам… Но то, что происходило с Сашей сейчас… нет. Несравнимые вещи.
И сыграть такую реакцию было невозможно.
– Ненавижу тебя, – она продолжала вялые попытки вырваться, тихо шепча всевозможные проклятия в мой адрес.
А я…
Не знал, что делать. Старался переждать всё это, чтобы нормально поговорить. Ведь если допустить, что Саша действительно ничего не знала…
Невозможно.
Мы же не в дешёвой мыльной опере находимся. Это реальная жизнь. А тут…
У меня в голове просто не укладывалось.
– Отпусти, – холодно произнесла Саша, кажется, окончательно успокоившись.
По крайней мере, всхлипы прекратились, как и рассуждения про ненависть ко мне и Никиту, который никогда меня не простит. Как будто меня сейчас волновало мнение её мужика!
– Ты действительно ничего не знала? – осторожно отпуская Сашу, задал я мучивший меня вопрос.
– Тебе нужно лечиться, – чуть ли не по слогам произнесла она, рваным движением руки стирая с лица слёзы и осмотрелась, найдя взглядом виднеющиеся столбы главных кладбищенских ворот.
Наблюдая, как Саша уверенно направилась в сторону выхода, я пошёл следом.
– Витаминки пропью. Курсом, – буркнул я, нервно крутя в руках ключи от машины.
Саша оставила мою фразу без внимания, чуть прибавив шаг, когда поняла, что действительно идёт в нужном направлении. Ей не терпелось как можно скорее покинуть это место. Да и мне, если честно, тоже.
– Садись, – сняв сигнализацию, я наблюдал, как Саша открывает дверь и забирает с сиденья свою сумочку. – Я отвезу тебя.
– Я с тобой никуда не поеду, – зло ответила она, отходя в сторону и на ходу доставая телефон. – Я лучше сдохну, чем ещё хоть раз окажусь рядом с кем-то из вашей семейки! Больные ублю…
– Хорошо, – я шёл за ней следом, сжимая и разжимая кулаки, стараясь сбросить клокотавшую на душе ярость. – Я больной ублюдок, что следил за твоей могилкой. Помогал твоей матери. И морально, и финансово, разумеется. А ты здесь не при чём, – усмехнувшись, я наблюдал, как Саша останавливается и оборачивается на меня. – Ты… где ты там была?
– А то ты не знаешь, – буркнула Саша, едва слышно шмыгнув носом.
– Понятия не имею, – честно ответил, напоминая очевидное: – Твоя мама указала мне на этот клочок земли, – я даже рукой указал в сторону кладбища.
– Хорошо, – не с первой попытки разблокировав дрожащими пальцами свой телефон, Саша остервенело на нём начала что-то искать. – Сейчас твоя легенда и рухнет. Даже интересно послушать, как ты тогда переобуешься.
Набрав чей-то номер, она включила громкую связь, ожидая, когда гудки сменятся ответом того, кому Саша сейчас звонила.
– Смотрите, кто вспомнил о матери! – вместо приветствия услышал я недовольный голос Татьяны Николаевны. – Надеюсь, ты…
– Здравствуй, мама! – не дала ей договорить Саша, поморщившись. – Скажи, пожалуйста, а что тебе известно о моей могиле?
Татьяна ответила не сразу. И, честно признаться, как и Саша, я сейчас ловил каждое её слово.
– У меня не было выбора, – практически выплюнула Татьяна Николаевна. – Ты сама виновата! Связалась не пойми с кем! Этот Алексей тебе не ровня! И хорошо, что его отец был лояльно настроен! Ты хоть понимаешь, идиотка, что они могли тебя на самом деле прикопать где-нибудь? И никакой бы папочка тебе не помог! Не говоря уже о твоём любимом Стасике! Ты должна быть мне благодарна…
– Мама, – тихо выдохнула Саша, побледнев и медленно опустившись прямо на асфальт. – Ты… похоронила меня? Вот так вот…
– Я тебя спасла! – чуть ли не прокричала в ответ Татьяна Николаевна. – И я тебя предупреждала! Не приезжай сюда никогда! Не ты, не этот твой. Николай? Я тебе…
– Дай сюда, – присев рядом с Сашей, я забрал из её рук телефон и завершил вызов.
На неё было страшно смотреть. Саша снова побледнела, невидяще смотря перед собой. И я её понимал. Наверное, сейчас я и сам выглядел не лучше.
В висках стучало от услышанного.
«Этот Алексей тебе не ровня!»…
«И хорошо, что его отец был лояльно настроен!»…
Значит, без папы не обошлось. Сука…
– Зачем ты вернулся? – тихо спросила Саша, продолжая смотреть перед собой. – Зачем?
– А я куда-то уезжал? – задал я встречный вопрос.
Она уже не раз упоминала Канаду, но раньше я пропускал эти фразы мимо ушей. Сейчас же…
– В Оттаву, – повернувшись на меня, она едва заметно усмехнулась.
– Я никуда не уезжал, – протянув ей телефон, ответил я.
– Не ври, – забрав мобильный, Саша словно очнулась, открывая приложение и вызывая такси. – И про могилу эту… не верю. Ты прекрасно знал, что я жива и здорова. И более того, что я…
– Саша, я никуда не уезжал, – повторил я, перебивая её. – А когда попытался найти тебя и приехал к твоей матери, то… – я зло махнул рукой в сторону ограды. – Вот!
– Мы с тобой разговорили, – словно себя в этом убеждая, повторила Саша. – Ты мне звонил из Оттавы…
– Я не был в Оттаве, – чётко произнёс я. – И в последний раз с тобой разговаривал в тот день, когда… отец отдал мне те фотографии.
В памяти тут же всплыл тот день, словно это всё произошло вчера, а не два года назад.
Глава 15
Алексей Стужев. Два года назад…
***
Припарковавшись, я увидел такси, отъезжающее от дома. Заметив рядом Константина, поспешил выйти из машины. Надеюсь, это не отец сейчас уехал, иначе…
– Алексей? – Константин окрикнул меня и поспешил на встречу. – Что-то случилось?
– А должно? – пожав ему руку, я мотнул головой в сторону дороги. – Кто это был?
С начальником службы безопасности отца мы общались крайне редко, несмотря на то, что работает он у нас уже больше пятнадцати лет.
– А, вы про это, – обернувшись и едва заметно улыбнувшись, Константин пояснил: – Дочка заезжала.
– Ясно, – кивнул я. – Отец дома?
– Да, – тут же отозвался он, доставая рацию. – Сейчас сообщу.
Я не успел его остановить. В целом, он не мог не знать о детективе и установленной за Сашей слежкой.
– На самом деле, – начал я, когда он убрал рацию, – я хотел поговорить и с тобой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.