Ее запрет
- -
- 100%
- +
Меня до сих пор потряхивало. Руки, ноги, они были как чужие. Я не могла нормально подцепить пуговку на поясе.
– Ма-а-ам, а можно я с тетей Есей купаться буду? – она наблюдала за Есенией с сыном.
– Нет, Ирина, только со мной.
– Ну, ма-а-ам, – она надула губки.
– Хочешь, поплаваем со мной, я все равно уже мокрый, – предложил Сизов, вытирая телефон о полотенце.
– Нет!
– Хочу! – наши с дочерью выкрики смешались.
– Нет, дочь, только со мной, – упрямилась я.
Сизов уже избавился от рубашки, ботинок, ремня. Он не изменился за эти годы. А вот я… беременность сделала мою фигуру немного другой.
– Разве я не доказал, что смогу присмотреть за ребенком? – спросил он, нависая надо мной.
– Серьёзно?.. Я, конечно, тебе благодарна за помощь. Но это ничего не меняет, – говорила я, глядя ему в глаза. – Ни-че-го, – произнесла с расстановкой. – И я не доверяю свою дочь чужим людям.
Господи, да я себе сейчас не доверяю. Меня продолжало трясти, словно от холода.
Мужчина шумно выдохнул, вернулся к креслу, на котором он сидел до этого, взял пачку сигарет.
– Вячеслав, здесь дети, – произнесла Есения строго, напоминая о своем присутствии.
Он взглянул на нее исподлобья.
– Я отойду.
Все это время Ириска крутилась у меня под ногами, театрально вздыхая и причмокивая.
– Идем, – я взяла дочь за руку и повела к ступеням, ведущим в воду. – Не торопись, пожалуйста.
Взгляд Сизова я ощущала каждой клеточкой своего тела. Он был настолько осязаемым, что я чувствовала его перемещение. От лица к шее и груди… Только когда я оказалась в воде, это чувство пропало.
– Как ты? – тихо спросила Есения, придерживая сына.
– Замечательно. Только… – я не стала продолжать мысль, лишь покачала отрицательно головой. – Кроме тебя, никто.
Есения коротко кивнула, прекрасно понимая, о чем я ее прошу.
Я не смогла рассказать брату про отца Ириски тогда, а сейчас даже не представляю, какая реакция будет у Марка. В первую очередь я подставлю Есению, что столько лет хранила мою тайну. А этого мне хотелось меньше всего. Маленькая ложь обрела огромные масштабы. Хотя… она никогда и не была маленькой.
Прыжок в бассейн и спасение Ириски сыграли на руку Славе. Так он смог остаться с нами и не вызывать подозрений. Он же ждал, когда просохнут вещи, вальяжно развалившись в кресле.
– Как телефон? – я слушала разговор мужчин.
– Да что с ним будет. Нормально все. Водонепроницаемый.
– Отлично, – Марк хлопнул друга по плечу. – Не хотелось бы задолжать. Шорты дать, нормально искупаешься?
– Нет. Нет. Нет, – зашептала я, естественно, именно в тот момент, когда было не нужно, Ириска расслышала мои слова.
– А что нет? – спросила она громко, распахнув невинные глазки.
– Я бы не отказался, – ответил Сизов. – Девчонки, вы не против? – спросил он, глядя на Юльку, гревшую пятую точку под солнцем на надувном матрасе. Знал, что она не откажет.
Юля спустила солнцезащитные очки на кончик носа.
– Мы только за, – захихикала она. – Да, Лиз?
Мне захотелось столкнуть подругу в воду! Почему нельзя было просто ответить и не приплетать меня?!
Если бы я была одна, то сейчас бы сослалась на занятость, что я накупалась, уйти, но Ириска… Она любила воду как любой ребенок.
– Ты не замерзла? – поинтересовалась я у дочери, прекрасно зная, что бассейн с подогревом и при желании в нем можно купаться и зимой.
– Не-а, – она активно закрутила головой из стороны в сторону.
– А кушать еще не хочешь? Баба Ира точно приготовила для тебя блинчики.
– Не хочу!
Внутри все сжималось от мысли, что Слава будет близко. Очень близко. Я словно вернулась в прошлое, когда встреча с ним волновала меня до дрожи в пальцах.
Щеки горели и точно не от яркого солнца.
Я повернулась к входной двери спиной и пропустила появление мужчин у бассейна. Зато Юлька не постеснялась эмоционально пискнуть.
– Вау! Вау, – повторно протянула Юлька. – Вы как братья-близнецы, – продолжила она восхищаться мужчинами.
– Юль, тише, – попросила я, бросив мимолетный взгляд за спину. Но и его хватило, чтобы рассмотреть Сизова в шортах. Подтянутый. Смуглый. Я помнила, как мне нравилась выводить узоры по плоскому животу, цепляя кончиками пальцев золотистые волоски.
Подруга недовольно вздохнула, посмотрев на меня как на зануду.
– Во-первых, Марк не свободен, – сказала я. – Если что, его жена с сыном купаются вместе с нами, – говорила я в полтона. – И это некрасиво по отношению к ней, – Есения с Лешкой сидели на ступенях бассейна.
– Боже, Лиз, я разве когда-то клеилась к твоему брату? – перебила она, не дав мне договорить. – И он вообще-то не один здесь.
Юлька закатила глаза, резким движением поправила очки и откинулась обратно на матрас.
Я ощущала себя дурочкой, до которой долго доходил смысл сказанных слов.
Серьезно?! Юлька захотела внимания Сизова?.. После всего, что между мной и ним было?! Она же прекрасно знала о моей первой больной любви.
Но эта мысль ударила не так больно, как другая… Мне было не все равно. В груди неприятно покалывало. Я не хотела, чтобы Слава как-то среагировал на ее слова. Мне было бы приятно, если бы он не заметил их.
Что же со мной происходит?..
Что?!
Нельзя! Нельзя, Лиза!
Ты выросла. Ты другая! У тебя есть жених, и совсем скоро вы оформите отношения официально. Будет платье, поздравления, шампанское, друзья, близкие. А Сизов… Я посмотрела на мужчину из-под полей панамы. А Сизов умел только ломать. Ломать все хорошее вокруг. Растаптывать чувства наивных девочек.
– Ирис, минутку погреемся, – я не стала предлагать, взяла дочку на руки и пошла к ступеням. – Поиграем с Лешей и тетей. У них так весело, мне тоже захотелось.
– Да-да, идите к нам, – Есения поддержала меня.
Сейчас я радовалась неусидчивости малышки. Она быстро переключилась на игру с водяной мельницей и горками.
– Ой, как кла-а-ассно, – восторгалась я, физически чувствуя взгляд Славы. Они с Марком прошли в нескольких сантиметрах от нас. – Давай спустим с горки дельфинчика. Уи-и-и, – озвучивала действия.
Дочка увлеклась игрой, я продолжала изображать смешные звуки, веселя ее и племянника.
– Лизе идет материнство, – я услышала слова Сизова.
Да все услышали его слова!
– Стареешь, Слав, – хмыкнул брат. – Еще немного – и я подумаю, что ты созрел на отцовство.
– Так и есть.
– Ничего, что я здесь? – поинтересовалась я нервно.
– А разве мы сказали что-то плохое? – хмыкнул Марк.
– Не думаю, что кому-то будет приятно, если его будут обсуждать при всех. Вот, например. Есения, я не представляю Славу отцом, а ты как думаешь, у него получится быть любящим и верным только для кого-то одного? – я не ждала ответа и продолжила: – Думаю, он умеет любить только себя, – выпалила и замолчала.
Черт! Черт! Черт!
Я только что выдала себя… перед братом, перед Сизовым, перед всеми!
– Извините, – выдохнула я, заполняя тишину. – Я…
Боже мой, ну что я за идиотка?!
Я боялась смотреть кому-либо в глаза.
– Для своей дочери и ее матери я точно смогу быть любящим и верным, – Слава перебил меня. – Или для сына, – добавил он. – Надеюсь, у меня будут и сын, и дочь.
Я мотнула головой в знак согласия, до боли прикусив нижнюю губу. Кто я такая, чтобы лезть в чужую мечту?
– И я хочу сына и дочь, – в разговор вмешалась Юлька. Я не видела ее, только слышала. Наверное, я сошла с ума, если по тону поняла, что подруга намекала моему бывшему на отношения.
– Все будет, какие твои годы, – ответил Сизов, каким-то образом оказавшись уже около нас с Ириской. Он передернул плечами, стряхнув с себя воду. – Бр-р-р.
– Ты как Рекс, – выдала малышка, расхохотавшись. – Он тоже так делает, если его намочить.
– Я надеялся, что будет похоже. А что это у тебя? – мужчина присел на корточки, почти касаясь меня бедром.
– Где? – она захлопала ресничками.
– Вот, на животике.
– Сердечко! – она выпрямила плечики, гордо демонстрируя родимое пятно.
– Красивое.
Ириска согласно трясла головой, восторженно глядя на своего отца.
Попадать под обаяние Сизова, видимо, наша семейная черта.
– А знаешь, я уже видел такое, – зашептал он.
– У кого?..
Можно было подумать, что более напряженной атмосфера уже не станет. Но…
– Я смотрю, вы начали веселиться без меня, – громко сказал Миша, объявляя о своем присутствии. – Всем привет, – поздоровался он, закрывая за собой кованую калитку. – Эй, малышка, – он обратился к Ириске, – я привез мороженое.
– Шоколадное?.. – выговорила непростое для нее слово.
– Конечно. Твое любимое.
– Ура! – она вскочила на ноги и побежала к Мише, теряя панамку. – Ой, – ей пришлось вернуться за головным убором. – А что еще? – через секунду заглядывала в пакет.
– Да много всего.
В этот момент я даже ощутила болезненный укол совести. Ира, сама того не понимая, детской непосредственностью нанесла удар по самолюбию собственного отца. Вот так легко забыла о нем. За одну секунду. Мне бы радоваться. Злорадствовать. Не выходило.
Мужчина был растерян. Он и не пытался это скрыть. Поднялся, кивком поздоровался с Мишей, взял сигареты со стола и пошел к саду.
Глава 9. Лиза
– Мам, – малышка в полудреме просила рассказывать сказку.
– Да-да. Сейчас, – я прислушивалась к происходящему за окном. Иногда казалось, что мужские голоса приобретали злую интонацию.
– Ну что там поросятки?..
– И они побежали к домику старшего брата… – продолжила я.
Было глупостью оставлять Марка, Мишу и Славу вместе. Я так обрадовалась, что Ириска продолжительно зевнула и растерла глаза, что, не задумываясь, повела ее спать, ссылаясь на режим в детском саду и обязательный обеденный сон. Вот только не подумала, что разговор мужчин может с легкостью зайти не туда.
Миша активно показывал недовольство присутствием Сизова. Это не укрылось и от моего брата. Уверена, Марк обратил внимание на колкости. Впервые я видела Мишу таким. Раздраженным. Неуверенным. Не знаю, как бы я реагировала на появление в его жизни бывшей. Возможно, тоже не удержалась от неприятных замечаний, но мне хотелось бы поддержки.
Мужчины продолжали разговаривать о чем-то. В основном Марк. Я закончила рассказывать сказку, полежала еще минут пять рядом с дочкой и тихо поднялась с кровати. Сейчас было жизненно необходимо переговорить с Есенией. И мне повезло, я вышла в коридор именно в тот момент, когда она бережно закрывала дверь детской.
– Спит? – спросила одними губами.
– Да, – она кивнула.
– Есь, – я взяла ее под руку и повела к их с Марком спальне, – мы можем поговорить у вас? – спросила я.
– Конечно.
Есения пропустила меня в спальню, убедилась, что нас не услышат, и заговорила:
– Лиз, нужно рассказать, – произнесла она. – Если так будет продолжаться, Марк все поймет. И тогда будет только хуже.
– Нет! Нет! Нет! – я сложила ладони в умоляющем жесте. – Я прошу тебя. Прошу, не говори.
– Не только ты пострадаешь, когда откроется тайна, но и я. Твой брат не простит мне лжи.
– Простит, – заверила я. – Тем более ты ни в чем не виновата.
– Виновата. Когда ты только объявила о беременности, он искал отца Ириски, а я молчала, хоть и знала. Нельзя так с близкими. Я понимала, почему ты все хотела скрыть от Марка пять лет назад. Тогда эта правда могла закончиться очень плохо. А теперь нет смысла врать. Совсем скоро все и так станет ясно.
– Не станет, – шептала я.
– Лиз, я вижу, как Сизов смотрит на тебя. Вижу, как смотрит на Ириску. И все это замечают, поверь. Марк не слепой. Будет лучше, если он узнает от тебя.
– Да. Я понимаю. Но Слава скоро забудет о нас. Ты сама знаешь, что он из тех мужчин, что предпочитают мимолетные отношения. Он оставит нас.
– Да. Но у таких мужчин другое отношение к детям. Вы же не в первый раз встретились после его возвращения? – спросила Есения.
– Нет. Он приходил ко мне на работу. Спрашивал про малышку. Но я знаю его. Для него просто… – я пыталась подобрать слово. – Все в новинку. Дочь. Я.
– А он ведь мог сделать вид, что ничего не понял. Не узнал. Так ведь было бы для него проще, правильно?
– Правильно, – согласилась я.
– И, – она выдохнула и произнесла с извиняющейся улыбкой, – подумай над тем, что Ира скоро подрастет и у нее закономерно начнут появляться вопросы об отце.
– Миша любит ее.
Есения отрицательно покрутила головой.
– Миша любит тебя. Я ничего не хочу говорить, но, поверь, отношение поменяется, когда он поймет, что Ира не только милая хохотушка. Что у нее бывает плохое настроение и что она болеет, требует к себе внимания и не уйдет, когда ему просто захочется побыть с тобой.
– Миша не такой.
– Возможно. Но не лучше ли девочке знать, кто ее настоящий отец? Не думаю, что Сизов вот так признал бы другого ребенка. Вспомни Марину. Разве Сизов поверил ей? И каким бы гадом я его ни считала, он не послал беременную женщину, но и не позволил повесить на себя чужого ребенка. Уверена, что он принес Марине много проблем после того, как получил отрицательный тест на отцовство, но и тут у меня не получается его осудить.
– Думаю, ты права, – произнесла я на выдохе. Я дошла до кровати и обреченно на нее опустилась. – Да. Ты права. Господи. Как же было все просто, пока он был в Израиле. Зачем он вернулся?.. – задала я риторический вопрос.
– Не знаю. Но вернулся надолго, это я слышала из их разговора с Марком.
– Надолго, – я нервно захихикала. – Есь, он опять сломает мне жизнь. Он уже ее ломает.
– Не сломает, если ты этого не позволишь. Но и не подпускать его к дочери – не тот вариант решения проблемы.
– Да, – я закивала, смахивая слезинки с уголков глаз, – если захочет, он ее сможет и отобрать.
Есения присела рядом, обняла меня за плечи.
– Ты преувеличиваешь. Не станет он так поступать. Уверена. Тебе нужно успокоиться, Лиз. И как можно быстрее поговорить с братом.
– Я так и сделаю. Не волнуйся, я не скажу Марку о том, что ты знала. Не хочу, чтобы из-за меня страдали и вы. Но и ты молчи, обещаешь?
– Обещаю.
Взяв меня за руку, Есения сжала мои пальцы.
Я была ей безумно благодарна.
За все! За помощь, за заботу, за молчание…
И за то, что сейчас была на моей стороне.
Ещё немного посидев, мы вышли в коридор. И вовремя. Именно в этот момент с первого этажа донеслись злые крики.
– Нет, – выдохнула я. – Он всё рассказал…
– Не торопись, – Еся бежала рядом. – Может, они просто поспорили…
– Сомневаюсь.
Голос брата звучал угрожающе:
– Что у вас произошло? Я только отошел покурить.
– Ничего, – ответил Миша.
– Не пришли к единому мнению по поводу игры наших футболистов, – фыркнул Сизов.
– Ещё скажи, круг надувной не поделили, – ответил Марк сквозь зубы.
Мужчины стояли посередине холла. Марк крепко удерживал Сизова за плечи, а напротив – Миша. Он зло смахнул кровь с разбитого носа.
– Боже мой, что произошло? – воскликнула я. – Миш… – я хотела хоть как-то помочь, побежала к мужчине и замерла в нерешительности. Перевела взгляд на Сизова, потом на брата, пытаясь понять, что спровоцировало драку.
– Ничего серьезного, – Марк дернула друга за плечи. – Мы выйдем подышать свежим воздухом, а вы помогите Мишане.
Глава 10. Сизов Вячеслав
Марк молча вывел меня на улицу, подтолкнул в спину к столику у бассейна, за которым мы сидели раньше.
– И, что произошло? – спросил он, подкуривая сигарету, глубоко затягиваясь и выдыхая дым мне в лицо. – Из-за чего ты решил подправить лицо Трухину? М?
– Ты же и сам уже догадываешься, – ответил я, наблюдая за действиями Зверя. Слишком он был спокоен. И это настораживало. Я ждал другой реакции.
– Догадываюсь. Но все же надеюсь, что ошибаюсь, – он смотрел на меня исподлобья.
Я отрицательно мотнул головой.
– Нет.
– И ты вот так спокойно мне говоришь о том, что спал с моей младшей сестрой, а потом кинул ее беременную?
– А ты так спокойно реагируешь на это?
Марк подбородком указал на окно первого этажа.
– Лиза смотрит, – пояснил он. – Так бы я уже возил твоей мордой по камням.
Девушка отпрянула от окна, нервно задернула шторы.
– Я не знал, что она забеременела, – ответил я на обвинения.
– Что, все пять лет не знал? Серьезно? Или сплетни не прошли кордон?
– Блядь, – огрызнулся я. – Зачем мне врать? Реально? Я узнал о девочке, лишь вернувшись. Не так много у нас общих знакомых, чтобы они рассказывали о новостях.
Зверь пожал плечами.
– Ты прав отчасти. Возвращайся к своим, Сизов. Надеюсь, не нужно объяснять, что я больше не рад тебя видеть.
– Не нужно.
– Вот и отлично. Выход там, – он указал прикуренной сигаретой на ворота.
– Не срывайся на Ляле, – попросил я, собирая вещи.
– Просто свали на хуй, – процедил Зверь. – Я сам знаю, что мне делать.
Да мне больше ничего и не оставалось. Оставить Лизу и Ириску и свалить. В очередной раз заливать реальность алкоголем. Такой себе способ. Но пока он помогал мне лучше других.
– Боже, Слава, на кого ты похож? – завернувшись в шаль, мать встречала меня у входа в дом. Я же надеялся, что мое возвращение останется незамеченным.
– На кого? – поинтересовался я, с трудом переставляя ноги.
Изначально моей целью было хорошенько нажраться, чтобы отключить мозги. Не думать о том, что моя Ляля сейчас в одной постели с мудачьем Трухиным. Не думать, что совсем скоро она выйдет замуж. Да, мероприятие не смертельное, всегда можно развестись, но эта мысль просто пиздец как сильно стягивала грудину, мешая дышать. А еще не думать о том, что дочь не в курсе о моем существовании. Вообще странные ощущения. По сути, чужой ребенок, я видел-то ее пару раз, но тот факт, что она частица Лизы и моя кровь, необъяснимо все менял. Это было странно. Очень странно.
В этот раз отключиться у меня не вышло, все снова пошло через жопу. Голова была как никогда ясная, а вот тело помахало мне паскудно ручкой.
– И почему ты в рубашке и в шортах? – ахнула мать.
– Потому что в магазин не пускают без одежды.
– Но шорты, Слав, – она смотрела на меня, искривив губы. – И галстук. Ты мог отправить за алкоголем водителя! Да что с тобой происходит?..
– Ничего нового, – ответил заплетающимся языком. Он, как и ноги, отказывался нормально работать.
Мать забрала из моих рук пиджак и брюки.
– Идем, – она хотела взять меня под локоть.
– Давай не будем. С чего такая забота?
– С того. Ты не забыл, что завтра важный день? Отец будет в бешенстве…
– Лишь бы он не забыл, – ответил, направляясь к лестнице второго этажа. – А то выйдет неловко. Да? – хмыкнул я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.