Эксперимент

Глава 3

Посетившие меня сновидения нельзя было назвать приятными. Снилось, что Кэтти стала волком, ненормальный учёный похитил меня, а я превратилась в животное. Родители говорили: "Нам не нужна дочь-монстр!" – и чудовище, каким меня сделали, убило их. Как наяву ощущая запах крови, я в ужасе проснулась и не сразу поняла, что что-то не так. Потянулась, села в кровати и провела рукой по одеялу, чтобы найти Орхидею. Затем спустила ноги на пол, поискала тапочки. Их, как и кошки, не было. "Надо выпить кофе, а то будто и не проснулась. Скоро встанут родители, я расскажу им этот странный сон, и мы посмеёмся. Никаких похищений, чудовищ и маньяков больше в моей жизни не будет".

В темноте было непросто передвигаться, комната почему-то казалась просторнее. К тому же болели голова и зубы. Лишь дойдя до двери и схватив пустоту вместо отполированной ручки, я начала осознавать, что это не сон. Меня действительно похитили. Тело покрылось холодным потом, сердце забилось быстрее. Значит, я уже сутки в этом месте, и никто не нашёл меня?! А Кэтти, получается, ещё больше. Почему никто не бьёт тревогу? Не каждый день пропадают люди, полиция должна заняться этим! Нас обязаны спасти и вытащить отсюда! Почему мы до сих пор тут?

Еле взяв себя в руки, я попыталась отвлечься утренними процедурами. Застелила постель в надежде, что вечером её не придётся расправлять. Немного помялась над брошенной вчера на пол одеждой, но всё же подняла её и пошла в душ. "Хотя бы буду в приличном виде, когда меня спасут". Я включила тёплую воду и повернулась к зеркальной стене кабинки. Сердце провалилось куда-то вниз. Волоски на руках встали дыбом. Что-то шевельнулось на голове, и из горла вырвался шипящий звук. Из зеркала на меня смотрела незнакомка: густые чёрные волосы стали медно-рыжими, а к голове плотно прижались уши с чёрными кисточками на концах. Чуть пониже спины появился светло-рыжий маленький хвост с белыми пятнышками. Предмет моей гордости – синие глаза, – и те стали бледно-зелёными. В шоке я открыла рот: ранее не очень ровные зубы выровнялись, а клыки удлинились и заострились. Я смотрела в зеркало и не могла провести параллель между девушкой в отражении и собой. Это не я! Неправда. Не я.... Сами по себе потекли слёзы, отчаянье начало душить. Я выбежала из душа, бросилась на кровать и, уткнувшись лицом в подушку, разрыдалась. Весь день прошёл в попытках осознать перемены, и с приближением ночи я уснула с солёным привкусом на губах. Именно тогда я перестала верить, что нас спасут.

На следующее утро меня разбудило ощущение чужого присутствия рядом. Я приоткрыла глаза и из-под ресниц посмотрела на человека. Им оказалась женщина в голубом медицинском халате и перчатках. В одной руке у неё был кейс с логотипом компании, на груди бейдж с именем. Я прочитала: «Эммелина Гринграсс, инструктриса ИНЖ*[1]». Женщина была немного моложе моей мамы, подтянутая и спортивная, с короткими белыми волосами. Её тёмные глаза излучали сочувствие и понимание. "Она смотрит так, будто знает, каково мне сейчас". Несмотря на то, что наружность женщины располагала к себе, я не спешила доверять ей и ждала действий.

– Сабрина, проснись, – тихо, но настойчиво проговорила Эммелина. Я открыла глаза и неожиданно для самой себя резко села в кровати. Инструктриса сразу же отступила на шаг назад и напряглась. Я ощущала себя очень странно: будто бы увидела её реакцию дважды, сначала в мыслях, потом на самом деле. Обилие ярких запахов путало и кружило голову: винил, кофе, шампунь, шерсть, напряжение. "Напряжение?!". Эммелина немного отвела глаза, и до меня дошло, что на мне нет одежды. Вспыхнув от стыда, я натянула одеяло до подбородка.

– Кто вы? – мой голос слегка хриплый ото сна.

– Меня зовут Эммелина, я не желаю тебе зла, – женщина начала приближаться. Внутри что-то взбунтовалось. "Не хочу, чтобы она трогала!"

– Не подходите! – прорычала я и испугалась. Даже не подозревала, что умею издавать такие звуки.

– Не стоит нервничать, Сабрина, всё хорошо, – убеждала инструктриса. В груди заклокотала ярость, я была готова взорваться прямо в тот же миг. Что-то чужое и злое подталкивало меня к крику.

– Не стоит нервничать?! Как это понимать? – я не могла остановиться, нервы сдали.

– После того, что со мной сделали?! Вы посмотрите! Моя жизнь закончилась, её сломали! Сейчас ничего не может быть хорошо, я монстр, вы понимаете, монстр!

Эммелина оставалась спокойной, пока я кричала на неё и выплёскивала обиду, боль и злость, накопившиеся внутри; она ничего не делала и ждала, когда я успокоюсь. Это почему-то злило ещё сильнее.

– У меня были планы на жизнь, все дороги были открыты передо мной! Вы сломали всё это! И теперь говорите мне не нервничать?! Да я спокойна, как никогда!

Мне хотелось сломать что-нибудь, дать выход терзавшему изнутри гневу. Я потеряла контроль над собой: смеялась, металась по камере и всхлипывала, повторяя одно и то же. И, совершенно забыв про Эммелину, остолбенела, когда ощутила холодную входящую под кожу иглу.

– Я всё понимаю, Сабрина. Не бойся, мне нужно только осмотреть тебя.

Приятный голос женщины действовал не так хорошо, как успокоительное, которое она вколола. Я дала осмотреть себя, пощупать уши и измерить длину клыков и хвоста. Все изменения, появившиеся после операции, Эммелина заносила в портативный компьютер.

– И почему Миранда заболела в тот момент, когда у нас новенькие? – с досадой пробормотала она себе под нос.

После осмотра Эммелина дала мне одеться, отошла к двери, но не отвернулась. Торопливо и неловко я начала собираться. Повседневный комплект одежды, которую я должна была носить, составляли чёрные брюки, белая блузка и балетки. На всём, даже на нижнем белье, была вышита надпись, подтверждающая, что я монстр. При этом бельё и одежда подошли так, словно кто-то уже измерил мои параметры. "Главное не думать об этом, иначе сгорю со стыда".

– Ладно, пошли, – Эммелина направилась к двери и жестом указала следовать за ней. Сил сопротивляться не было, да и выйти за пределы камеры очень хотелось. Коридор был длинный и полностью симметричный: камеры располагались по обеим сторонам. Эммелина остановилась возле камеры Кэтти и поднесла к считывающему устройству свою карточку сотрудницы. Дверь с уже знакомым писком отъехала в сторону. Кэтти тут же подбежала ко мне и обняла так крепко, что у меня перехватило дыхание. Я положила голову ей на плечо и ощутила слабую радость от того, что мы вместе. Вдвоём всё же не так страшно, как одной.

– Я так рада, что ты в порядке! Ну, не считая этого, – подруга махнула рукой, рассматривая все изменения моей внешности.

– Я переживала, что ты не сможешь справиться с этим, – прошептала она.

– А я надеялась, что это всё будет сном, – мрачно буркнула я. Пока не пойму происходящее сама, не хотелось делиться чувствами даже с Кэтти.

Эммелина повела нас по коридору, мы молчали. Кэтти не знала, что сказать, а я не хотела говорить. В голове крутилась одна мысль: "Я монстр, я опасна!". Это действительно было так, не из-за ушей, хвоста или другого цвета глаз. Внутри меня появилось что-то незнакомое, и я не была уверена, что смогу сдержать это. Вспышка гнева в камере стала тем, что никогда не случалось со мной. Я никогда не вступала в конфликты и никогда не повышала голос на людей. Значит, эти чувства принадлежали не мне, а сущности, которая поселилась во мне. "Как же мне теперь жить?"

Тишину ничего не нарушало, даже звуков шагов не было слышно. В самом конце коридора Эммелина пропустила нас вперёд и кивком указала на закрытые белые двери. Мы с Кэтти синхронно толкнули их и сделали шаг внутрь. Инструктриса с нами не пошла, но осталась ждать в коридоре. "Почему я так уверена в этом?". Помещение оказалось похоже на кухню: стену напротив входа занимали несколько холодильников, духовка, электрическая плита и множество шкафчиков. Вдоль других стен и в центре располагались круглые серые столы и стулья. Из-за ослепительно-яркого света ламп помещение казалось очень просторным и неуютным. К тому же оно было наполнено разными запахами, от которых я даже покачнулась.

За столиками сидели парни и девушки, они ели, пили и весело болтали. Если не считать того, что все они были такими же монстрами, это помещение легко бы сошло за обычную столовую. Большинство ребят безразлично отнеслись к нам. По Кэтти они скользнули взглядом, в котором читалось узнавание, на мне задержались подольше, ровно настолько, сколько требуется, чтобы оценить незнакомку.

Подруга потащила меня к свободному столику в дальнем углу и усадила на стул, сиденье которого оказалось на удивление мягким. Я безвольно опустила голову на руки и уставилась в одну точку невидящим взглядом.

– Ты есть хочешь? – Кэтти попыталась завязать беседу. Я лишь покачала головой, обдумывая ситуацию, в которой мы оказались по воле случая. Голод уступил место чувству беспомощности и опустошения. "Или же это успокоительное продолжает действовать". Кэтти отправилась к холодильнику и через пять минут поставила передо мной тарелку с горячими бутербродами и чашкой шоколада. Есть не хотелось, но укоряющий взгляд подруги был невыносим. Я вяло поковырялась в еде, сознавая, что для поддержания жизни нужна энергия. Несмотря на наше положение и полную неизвестность будущего, умирать не хотелось. Но даже горячий шоколад, мой самый любимый напиток, был абсолютно безвкусным и не принёс удовольствия. Или дело было в здешней еде? Кэтти с печалью смотрела на свой омлет, похоже, и у неё не было аппетита.

Вдруг краем глаза я заметила, что с другого конца столовой из-за столика поднялись двое парней и направились, судя по всему, к нам.

– Это твои новые знакомые? – я не смогла удержаться от вопроса. Неужели даже в таком месте Кэтти успела с кем-то познакомиться?

– Не имею ни малейшего понятия, кто эти ребята, – растерянно ответила подруга, – вчера их здесь вроде не было.

– И, тем не менее, они явно идут к нам. Смотри.

Два парня уже стояли рядом. Один из них, как я догадалась, был полулисом. Золотистый цвет его растрёпанных волос восхитил меня, и даже крупные уши торчком не портили их вид. Парень смотрел на нас с лёгкой насмешкой в карих глазах, а за его спиной покачивался большой и пушистый хвост с белым пятном на кончике. Полулис опёрся на наш столик ладонями и ослепительно улыбнулся, демонстрируя клыки. Второй парень был наполовину тигром. Он небрежно прислонился к стене, засунул руки в карманы брюк и изучал нас взглядом. В жёлто-зелёных глазах плясали озорные искорки, рыжие волосы с чёрными прядями касались плеч, а длинный полосатый хвост хлестал его по ногам. Этот парень был немного шире в плечах и мускулистей, чем первый.

Несмотря на разный цвет волос и глаз, телосложение и звериный облик, что-то общее между ними было. Я всеми органами чувств воспринимала их неуловимое сходство. Оба высокого роста, и от обоих исходит волнами уверенность в себе. По возрасту они казались старше нас с Кэтти на год-полтора. Оценив их, я уткнулась взглядом в тарелку. Знаю, так говорить некорректно, но это были, вероятно, самые внешне красивые мальчики в моей жизни! Они привлекали наше внимание, ровным счётом ничего для этого не делая. Мне стало интересно, зачем они подошли к нам, но я не могла даже улыбнуться им. Из-за стеснения я не люблю новые знакомства, мне тяжело перебороть неловкость и заинтересовать людей. Поэтому я взглянула на Кэтти, надеясь, что она разрулит ситуацию. Подруга открыто рассматривала парней, и в её глазах разгоралось любопытство.

– Ты посмотри, какие тут леди, Рэй, – прервал затянувшуюся паузу кареглазый. Я заслушалась его мелодичным голосом и мягкой манерой речи.

– Братишка, ты прав. Не иначе как богини решили осветить это скучное место своим присутствием, – подхватил тот, кого звали Рэем. "Они смеются над нами, что за литературные фразы? Погодите, они братья? Вот что за сходство бросалось в глаза! И как я сразу не догадалась?"

– Дамы, не будете возражать, если мы к вам присоединимся? – продолжил, ухмыляясь, Рэй. Обычно я игнорировала таких чересчур самоуверенных парней, либо полагалась на Кэтти. Не знаю, что на меня нашло в этот раз, но я занервничала, пытаясь не показывать волнение. Ответ получился ужасно смешной и неловкий – я изобразила надменный взгляд и выдала:

– Будем. Мы уже собирались уходить.

Парни переглянулись и явно растерялись. Видимо, им ещё никто не отказывал таким образом. Сгорая от стыда, я пнула под столом Кэтти, чтобы она помогла мне. К братьям уже вернулось самообладание, и теперь заговорил первый:

– Может, вас стоит проводить?

"Чего они добиваются, не могу понять?" Рядом тихо фыркнула Кэтти, забавляясь ситуацией. "Хороша подруга, я вот-вот умру от смущения, а ей хоть бы хны". Я ещё раз посмотрела на парней, гадая, могу ли сейчас убежать подальше или это социально неприемлемо. Рэй тем временем протянул руку к Кэтти, словно хотел коснуться её.

– Неужели и вы лишите нас вашего общества, о прекрасная леди?

"Ой, что сейчас будет". Рэй сделал это абсолютно зря. Нет, серьёзно, никто не умеет менять настроение так быстро, как моя подруга. Она вскочила, разозлившись на нарушение её границ, оттолкнула руку парня и прорычала:

– Не трогай меня, напыщенный индюк!

Янтарные глаза метали молнии, щёки покраснели от гнева, а от волос, казалось, вот-вот полетят искры. Не дожидаясь меня, подруга решительно направилась к выходу. "А вот надо было идти, когда я сказала" – невольно улыбнулась я.

– Ой-ой, какие мы обидчивые, – ехидно протянул полулис. Я попыталась ответить ему дерзким взглядом, который иногда тренировала перед зеркалом, и… утонула. Его глаза были такими тёплыми, глубокими и совсем не злыми. Хотелось долго смотреть в них, нырнуть и не всплывать. "Кажется, у меня дрожат коленки и я сейчас упаду". Даже само время будто замедлило свой ход, пока я смотрела на парня. Где-то сбоку, а по ощущениям издалека, издевательски фыркнул Рэй, и это привело меня в чувство. Я моргнула, что-то невнятно промямлила и побежала за Кэтти. "Какой позор! Что это вообще было, Сабрина?!"

Подруга ждала в коридоре вместе с Эммелиной. Кэтти до сих пор не успокоилась после происшествия в столовой и мерила шагами коридор. Я же чувствовала себя слишком неловко и растерянно, чтобы что-то сказать. Мы снова молча шли по коридору. Инструктриса проводила нас и заперла. А в камере меня уже ждал сюрприз.

Глава 4

Едва дверь закрыла меня от остального мира, я разбежалась и прыгнула на кровать. Та жалобно скрипнула на мои попытки устроиться поудобнее. Встреча задела сильнее, чем я хотела бы: лицо покраснело, уши будто пылали. Перед глазами мелькали подробности минувшей стычки. Вроде бы ничего плохого или страшного не случилось, но было так стыдно! Потребность поделиться чувствами стала невыносимой. Я переключила свои стены на прозрачные и тут же расстроилась: стены камеры Кэтти, ярко-голубые и не пропускающие звук, мешали разговору.

– Чёрт!

Мне был так нужен совет, а она закрылась у себя! В этот момент что-то коснулось меня пониже спины, я вскрикнула и подпрыгнула на месте.

– Да чтоб тебя! Ты напугал меня – это оказался мой хвост. "Это что, проявление досады заставило его сделать это? Ужас какой"

Я вернулась на кровать и обняла подушку, успокаиваясь. Мысли плавно перетекли в другое русло. "Как некрасиво я огорчилась на Кэтти. Требовать от подруги вечной готовности выслушать меня эгоистично. Мы сможем это обсудить, когда она тоже захочет диалога".

Я впервые чувствовала себя так… странно. Нет, это определенно не влюблённость. Только почему лицо такое красное? Почему сердце всё ещё чуть не выскакивает из груди? А в животе и вовсе будто стрекозы носятся и щекочут стенки желудка своими крыльями. Я не понимала, что происходит и закрыла лицо руками. Тишину, достаточно долгую для того, чтобы собраться с мыслями, прорезал неприятный писк. Звук шёл из панели. Что-то внутри сжалось и напряглось, когда я разблокировала экран и прочитала: «Сабрина, тебе пришло сообщение. Прочитать?». "Ух ты!", – я тут же нажала на кнопку «Прочитать». На экране высветился текст:

«Привет, Рыська! Надеюсь, ты не обиделась на нашу шутку в столовой, мы лишь хотели познакомиться с такими милыми новенькими. Увидели, что вам грустно, не смогли проигнорировать это. Я был бы не прочь подружиться с вами. Тем более вам может потребоваться помощь. Пожалуйста, подумай над моим предложением и сообщи свой ответ на тренировке. Надеюсь, моё желание будет взаимным ;)

Искренне, Т.Т.»

После прочтения возникло несколько вопросов, но точных ответов на них не нашлось даже после второго прочтения. "Кто такой Т.Т.? Что значит «увидимся на тренировке»?". Ещё меня взбудоражило обращение «Рыська»: шутливое, но напрямую относящееся ко мне. До этого я даже не обращала внимания на то, каким животным меня сделали. Это была рысь, дикая кошка, почти не попадавшаяся нашим учёным. "Просто смешно, что робкую и стеснительную меня превратили в такое животное!"

Я догадалась, что сообщение написал кто-то из братьев в столовой. Но кто? Сразу же воображение нарисовало красавца полулиса. Второго брата звали Рэй, а тут Т.Т. Правда, означать эти буквы могли что угодно, но почему-то хотелось верить, что это его имя. В задумчивости я собралась отойти от панели, но на ней появилось предупреждение: «Через 15 минут состоится тренировка в спортзале, форма одежды – спортивная». Что ж, по крайней мере, на один вопрос я получила ответ.

Ровно через пятнадцать минут двери камеры отъехали в сторону. Я уже переоделась и ждала в коридоре, пока подойдут остальные. Толпа получилась большая, полузвери шептались, исподтишка поглядывая на Эммелину. Она сменила медицинский халат на синий спортивный костюм и строго следила за порядком. Монстры избегали прямо смотреть на неё, видимо, инструктрису здесь боялись. Глазами я поискала двух братьев, Рэя и … чёрт, я даже не знаю его имени!

– Не меня ли ищешь, Рыська? – над ухом раздался вкрадчивый голос. Мне потребовалось много сил, чтобы не подпрыгнуть от неожиданности, но всё же я вздрогнула и резко обернулась. Полулис, заметив это, усмехнулся.

– Размечтался, – я поправила одежду, – а где твой брат?

– Извиняется перед твоей подругой за не самое удачное знакомство, – парень перевёл взгляд на что-то позади меня, – вот и они, смотри.

По коридору спешили Рэй и Кэтти. Судя по всему, они были увлечены разговором и подходить близко не собирались. Кэтти улыбалась и жестикулировала, доказывая что-то парню и явно простив ему наглость в столовой. Эммелина смерила их недовольным взглядом, но промолчала. Она пропустила всех нас вперед и пошла позади, а толпа потянулась к лестнице, словно зная, куда нужно идти. Для остальных происходящее было обычным делом, но я ничего не понимала. Только от Кэтти ощущался кислый аромат волнения. "Почему я точно знаю, что она переживает?". Я шла рядом с полулисом и молчала, не зная, как начать разговор. Все слова выветрились из головы и оставили только пульсирующую мысль: "Что же сказать, чтобы не показаться глупой? Надо спросить, как его зовут, точно…".

– Ну так как, ты согласна дружить с нами? – парень хитро улыбался, явно заметив мою нерешительность. Я расплылась в смущённой улыбке и кивнула:

– Пожалуй, соглашусь. Может, теперь ты назовешь своё имя?

– Ах, где мои манеры? Тайрон Треверс к вашим услугам, мисс, – он изобразил вежливый поклон. "Всё-таки он очень обаятельный".

– Ну а ты, Рыська? Тебя зовут Сабрина, верно?

– Да. Сабрина Эванс.

Я не могла не волноваться: в последний раз кто-то хотел со мной подружиться ещё в детстве, и это была Кэтти. Из нас двоих люди всегда больше интересовались ей, мне вежливо улыбались и отходили. А вот Тайрону, кажется, было неведомо слово «смущение», он открыто улыбался, заставляя меня опускать взгляд.

– Красивое имя, – Тайрон подмигнул. "Очень надеюсь, что я не покраснела". Опять затянулось молчание: Тайрон рассматривал меня, а я ломала голову, придумывая, как возобновить разговор. Как назло в мыслях остались лишь вопросы о погоде, да и о той я понятия не имела уже пару дней.

– Куда мы идем? – вконец отчаявшись придумать что-то стоящее, я задала вопрос с очевидным ответом.

– А ты не знаешь? – искренне удивился Тайрон, – в спортзал, на тренировку. Это на первом этаже.

– Ты, должно быть, хорошо тут всё знаешь. А давно ты тут?

– Мы с Рэем попали сюда одновременно. Завтра как раз будет год, – на лицо парня при этих словах набежала тень, но он лишь качнул головой.

– Год? – поражённо воскликнула я и тут же перешла на шёпот, видя как на меня оборачиваются другие.

– Бедные, как вы тут выжили?

– Тут не так плохо, как может показаться вначале. Со временем ко всему привыкаешь, – объяснил Тайрон.

– Но почему никто не ищет пропавших, неужели властям на нас всё равно?

Тайрон развёл руками:

– Как видишь.

За разговором я не заметила, как мы спустились. Спортзал оказался огромным помещением, в котором, как и везде, не было окон. "Снаружи я видела столько огромных окон, где же они все?". Под ногами был земляной пол, в стены местами встроили искусственные камни. По одной стене пустили сеть для карабканья, по другой – модели деревьев. В дальнем углу находился маленький бассейн, а под потолком был подвешен тонкий веревочный мостик. Остальное пространство оставалось свободно. Прожекторы создавали впечатление, что мы звери в заповеднике. "Хотя, так и есть", – я с любопытством осматривалась. Монстры выстроились в шеренгу, Тайрон тоже оставил меня. Несмотря на то, что мне было неловко разговаривать с ним, не хотелось, чтобы он уходил. Подошла Кэтти и взяла меня за руку. Мы обе выглядели растерянно, поэтому после лёгкой заминки подруга повела нас в самый конец строя.

Эммелина остановилась перед монстрами и дунула в свисток. Все шёпотки тут же умолкли. Инструктриса громко и чётко начала говорить:

– Внимание! Сегодня к нам присоединились новенькие, поэтому я расскажу им правила, и вы вспомните их ещё раз. Всё время, которое я веду вас в зал, провожу тренировку и отвожу по камерам – главная здесь я. Никаких отлыниваний и никаких драк не будет. Задания выполняем только так, как я сказала. Нарушители порядка будут наказаны. Не пытайтесь меня обмануть, у вас ничего не выйдет. Надеюсь, вы всё усвоили, и инцидентов не произойдёт, ─ тут Эммелина пронзила нас с Кэтти ледяным взглядом. Я поёжилась и поспешно отвела глаза, быстро окидывая взглядом других монстров. Они напуганы не были, видимо, текст произносился далеко не в первый раз.

─ Дальше. Эти тренировки научат вас выживать в вашей новой форме, научат контролировать зверя внутри вас. За неудовлетворительное выполнение заданий будете получать штрафные наказания. Чем прилежней будете работать, тем быстрей совладаете с животными инстинктами вашей второй сущности. Начнём. Разминку проведёт, ─ инструктриса обвела нас взглядом, ─ Хлоя Уилл.

От стоящих вместе девушек отделилась одна, наполовину собака. Я с восхищением уставилась на вьющиеся волосы медового цвета, убранные в небрежный пучок, на свисающие по бокам головы длинные уши в кудряшках и на нежно-розовый спортивный костюм. Она держалась уверенно, будто актриса на ковровой дорожке. Только когда Хлоя вышла вперёд и взмахнула рукой, я увидела, что её ногти накрашены в цвет фуксии. Оставалось гадать, откуда в заточении эта девушка доставала лак, и почему её костюм отличается от наших чёрно-белых. Интересно, эта Хлоя имеет какие-то привилегии?

Мы выстроились вокруг неё и в течение получаса выполняли упражнения, для меня настолько сложные, что пот тёк по спине ручьем. Потом Хлоя доложила о завершении разминки следящей за нами Эммелине. Я застонала про себя: "Это только разминка, что будет дальше?!"