- -
- 100%
- +
«– Снова уходишь?
– Пора. Я ещё не выгулял своих демонов»
⠀
– Повторяю – предоставьте ваше водительское удостоверение.
Усталый ДПСник, положив ладонь на ребро опущенного почти до основания стекла, заглядывает в салон.
Вот черт! И надо было так облажаться?! Даже из города толком выехать не успела и уже нарушила скоростной режим.
Разве не должны были стоять дорожные камеры, которые просто фиксируют нарушение, а потом по месту прописки приходит штраф? К чему здесь, в глуши, среди посадок, затесался этот мужик в форме?
– Я забыла права дома, – тяну очаровательную улыбку.
– Страховка?
– Эмм… сейчас, – открываю "бардачок" и судорожно ковыряюсь среди разнообразного мусора.
Как выглядит эта клятая страховка, Господи.
– Сейчас… секунду. Здесь такой срач.
– Выйдите из машины, – произносит он и отходит на шаг от двери.
Никогда еще я не попадала в подобную ситуацию. Раньше все было просто – Герман показывал какую-то корочку и нас отпускали, вдобавок еще желали хорошей дороги. А что делать теперь?
Как-то я видела в кино, что водитель просто давил на газ и смывался от полиции.
Интересно, у меня так получится?
– Выходите.
Вздохнув, открываю дверь и выбираюсь на улицу. Умопомрачительно пахнет хвоей, полевыми цветами, травой. Голова кружится от обилия чистейшего озона. А говорят еще наш коттеджный поселок "зеленый".
Может, и "зеленый", да видимо не тот вкладывают смысл.
– Я правда просто забыла права, – вздыхаю. – Честное слово.
– Какие-то другие документы? Паспорт?
Ну уж нет. Отдать паспорт, где написана вся моя подноготная? Имя, прописка и, главное, фамилия… Он быстро смекнет, что к чему, свяжется с моим отцом и…
Нет! Домой я не вернусь. Ни за что.
– Паспорт я тоже забыла, – скулы сводит от тотального напряжения. Кажется, так неистово я еще никогда не улыбалась.
– Не рановато ли для проблем с памятью? – произносит он и снова нагло заглядывает в салон, оценивая сиденья из светлой качественной кожи, брендовую дорожную сумку на заднем кресле, дорогой телефон. Затем, сделав несколько шагов назад, смотрит на номер машины. Достает свой видавшей виды смартфон. – Если сейчас так, то что будет потом, лет через двадцать? Молодая еще.
Он собирается пробить номер. Определенно! А Мерседес записан, конечно, на отца.
Даже представлять не хочу, в каком он будет бешенстве. Но больше страшит даже не это, а то, что рано или поздно он вернется к начатому вчера вечером разговору. Это его предложение… Никогда. Ни за что. Только через мой труп.
А может… взятка?
Все и всегда дают взятки. И все всегда эти взятки берут. Отец всегда так говорит.
Тянусь к карману, где спрятана платиновая карта и пара пятитысячных купюр.
И сколько дать?
Одну?
Две?
– Даже не думай, – произносит мужик, не отрывая взгляд от экрана своего телефона. – Ты же знаешь, что попытка откупиться от должностного лица уголовно наказуема?
– Ну, мы никому не скажем, да? Я уж точно, не в моих интересах, – изображаю жестом "рот на замок". – Я действительно просто забыла права. И не пила. Давайте сюда эту свою трубку, я дуну.
Нужно смываться. Хотя бы просто попробовать!
Громко заявить о протесте и с позором сдаться? Поджав хвост вернуться домой? Да меня мои же подписчики с дерьмом сожрут. Для них я крутая, бесстрашная и безбашенная. Что на самом деле совсем не так… Я не очень-то уверенная в себе, где-то трусливая и порой слишком завишу от чужого мнения. Но это интернет. Идиотский мир с идиотским законами. Вращаясь в том кругу, в котором кручусь я, иначе просто нельзя. Никакой жертвенности, никакого самобичевания и даже намека на чувство вины.
Особенно учитывая историю моей семьи.
Пять лет назад репутация Стоцких была знатно подмочена, отцу пришлось подключить все свои связи "наверху", чтобы быстро замять разгорающейся скандал.
Откупиться. Примерить нужную мину. Стойко переболеть.
Мне было тринадцать, я училась заграницей, поэтому все прошло как-то фоном, мимо меня. Но именно после того случая отец забрал меня домой, в Россию, чтобы я была под его присмотром. С тех пор жизнь круто изменилась. Не то чтобы наступил тотальный контроль, скорее, как говорит папа – некие "ограничения", чтобы "история не повторилась".
Это не может не напрягать, я вроде бы свободна – но не чувствую настоящей свободы. Хотелось поскорее закончить чертову школу и снова перебраться в штаты, поступить там в какой-нибудь престижный университет. И вот здравствуйте, вместе заграницы папе взбрела в голову абсолютная дичь!
Да, конечно, то, что тогда случилось не могло не наложить на него отпечаток, и даже его страхи понятны, но я тоже живой человек и имею свое мнение. Я должна что-то сделать! Доказать, что не бесполезный росток на плодородной почве, удобряемой папочкиными связями и благосостоянием.
Доказать в первую очередь себе!
Поэтому должна сделать все, чтобы довести свой план до конца.
А план прост – я убежала из дома.
Просто прыгнула в машину и, даже не имея водительского удостоверения, уехала. И возвращаться обратно из-за какого-то придорожного мента…
– Подождите! Я, кажется, вспомнила, где лежат права. Сейчас, секунду, – не слушая, что он там бубнит, ныряю обратно в салон.
В ушах шумит адреналин. Руки трясутся. Мне так страшно, что пересыхает в горле и голова совершенно перестает соображать. Лишь голые инстинкты.
Поворот ключа, педаль в пол… и машина, стремительно набирая обороты, мчится прочь от наверняка обалдевшего полицая.
Я сделала это, мать твою! Взяла и сделала!
Истерично хохочу, бросая то и дело взгляд в зеркало на лобовом. Глаза от шока на пол лица, а позади… никого. Неужто оторвалась?
Как же жаль, что не засняла это. Эпичный получился бы контент.
На сиденье жужжит телефон. Отец.
Неужели уже доложили?⠀
Я не идиотка и понимаю, что идея побега полная чушь – он меня найдет. И довольно быстро. Да и плевать. Я снова убегу. А потом опять!
Запрячь меня в стойло как породистую кобылицу у него не получится. Предложить такое… Да как только язык повернулся.
Ликуя, что все получается так легко, врубаю радио на полную громкость, раскрываю на всю окно, запуская в салон свежий летний ветер. А потом, словно в самом паршивом кино, на дорогу выскакивает он…
Глава 2
– Вот черт! Че-о-о-рт!
Какой-то зверь. То ли собака, то ли лисица выбегает из леса прямо на дорогу и, застыв посреди серой бездушной ленты, смотрит прямо в лицо своей неминуемой гибели.
По инерции резко жму на тормоз и одновременно выкручиваю руль влево. Меня заносит – автомобиль кренится… а потом плавно, словно масло на свежепожаренном тосте, сползает в кювет.
– Мамочки! Боже мой! Мамочки!
Радуясь, что осталась жива, судорожно расстегиваю ремень безопасности и резво, словно автомобиль вот-вот взорвется, проворно выбираюсь из машины. Все так же, причитая, цепляясь за траву и то и дело поскальзываясь, выползаю на обочину.
Сердце стучит словно ненормальное, вдоль позвоночника струится ледяной пот.
А если бы навстречу кто-то ехал?⠀
Или это была бы не прыткая лисица, а неповоротливый лось?
А если вообще – человек?
Музыка продолжает орать, и здесь, в окружающей тишине и полном умиротворении, она кажется особенно оглушающей. Какой-то инородно-зловещей.
Делаю два осторожных шага обратно к краю кювета и, вытянув шею, смотрю на авто. Глубоко провалилось, с дороги даже крышу почти не видно, без спецтехники не достать. И где прикажете брать эту долбаную спецтехнику в этой-то глуши?
Господи, ну почему-у-у?
Почему я такая безнадежная? Я даже из дома убежать нормально не могу!
А особенно бесит, что первая мысль, что посетила мою бестолковую голову – это позвонить отцу. Отец всегда знает, что предпринять и на каждый жизненный случай у него припасена соломка, на которую можно безопасно упасть.
Но не в этот раз. Ни за что! Я лучше пойду отсюда пешком, но не обращусь к нему за помощью.
Но чтобы идти куда пешком, надо понимать, куда идти конкретно.
Осматриваюсь по сторонам – ни одного указателя, только растущие вдоль дороги стеной деревья и диск заходящего солнца, который, лизнув острые макушки елей, прячется, сделав мне ручкой.
В голову сразу же лезут всякие страшилки из пересмотренных триллеров: одна, на обочине, в лесу и скоро наступит ночь…
Нужно срочно позвонить Лике! Пусть приезжает и спасает боевую подругу. А для этого как минимум нужен телефон. Делать нечего – проклиная растущие колючки, неуклюже спускаюсь обратно в кювет. Шаг, другой, третий… и вдруг левую лодыжку обжигает словно огнем.
Меня кто-то укусил?
Змея?!
Вскрикнув, в панике выныриваю из зарослей и с прыткостью молодой антилопы запрыгиваю в салон. Осматриваю ногу – никакого укуса нет, только место чешется безумно и какие-то странные мелкие волдыри…
Это какая-то аллергия? Я что, умру теперь от отека Квинке?!
Представляю, как через неделю найдут мое бренное обглоданное лесными обитателями тело и понимаю, что не готова пока так бездарно умирать. Только не здесь и не сейчас.
– Где ты, чертов телефон! – наклоняюсь и ищу под сиденьем гаджет. Спустя несколько минут тщетных поисков – потная, злая и напуганная – все-таки нахожу. Вырубаю раздражающую сейчас музыку и ввожу пароль. – Лика, умоляю, будь дома!
Но…
– Нет сети? Ты серьезно? Эй! – истерично тычу на все подряд кнопки.
Ни сети, ни, конечно, интернета…
А ведь я даже не сказала никому куда именно еду. Пока свяжут концы с концами, я уже отброшу коньки здесь от удушья. Которого, кстати, пока нет.
Снова придирчиво осматриваю ногу – несколько десятков крошечных волдырей, но кроме зуда в общем-то больше ничего. Поканичего!
Может, выйти на дорогу и будет ловить там?
Э, нет, больше в эти ядовитые заросли я ни за что не полезу!
Проявив все имеющиеся возможности ловкости и приличной растяжки, выбираюсь из открытой двери прямиком на капот. На ощупь достаю из заднего кармана телефон.
Сети нет.
Балансируя на трясущихся коленях, вытягиваю руку с мобильным, но связь по-прежнему отсутствует.
А может, забраться на крышу?
Снова пихаю мобильный в карман шорт и, раздраженно смахнув со лба влагу, ложусь плашмя на лобовое. Зацепиться на крыше не за что (почему я не взяла джип!), влажное от стресса и жары тело липнет к пыльному стеклу.
Представлять, как все это выглядит со стороны, я даже не хочу. Если бы кто-то из моих подписчиков увидел, как я беспомощно протираю грудью авто… Это позорище.
Не думала, что скажу это, но какое все-таки счастье, что здесь никого нет.
– Тебе помочь?
Вздрагиваю от неожиданности и резко оборачиваюсь в сторону дороги. На краю стоит парень и, опустив ладони в карманы черных джинсов, смотрит на меня сверху вниз.
На меня, которая лежит в позе звезды на лобовом.
Позор невероятной силы накрывает словно не щадящее ничто живое смертоносное цунами.
Ну почему я не умерла от асфиксии минутой ранее!
– Спасибо, но нет.
– Уверена?⠀
– Да, более чем. Спасибо.
– Ну ладно, – он безразлично дергает обтянутым белой футболкой плечом, разворачивается и уходит.
Он уходит?
Уходит, бросив меня здесь?!
Серьезно?
– Стой! Подожди! – униженно кричу ему вслед, и парень возвращается обратно. Вернее, сначала возвращается его тень, а потом показывается он сам.
Я неуклюже сползаю обратно на капот и стряхиваю пыль с груди, на которую он как раз сейчас смотрит.
– Я тут… случайно слегка свалилась в кювет.
– Я вижу. Но тебе же не нужна помощь, сама сказала.
– Вообще-то, нужна.
Господи, какой неописуемый позор. Надеюсь, он не подписан на мою страницу.
– На дорогу выбежала лисица, я вильнула, ну и…
– Бывает.
Насмешливый взгляд заставляет чувствовать себя еще более униженной.
Парень высокий, симпатичный и крепкий, стопроцентно мой типаж, и от этого шкала позора достигает просто запредельных высот.
– Ну так ты мне поможешь слезть отсюда? – расписываюсь в собственном бессилии. – Я бы сама, но там… Осторожно, там кто-то кусается! – запоздало предупреждаю чужака, который, сминая траву кроссовками сорок шестого размера, словно ледокол Арктика бесстрашно спускается ко мне в кювет.
– Кто кусается?
Вблизи его лицо кажется еще красивее. "Породистые" черты, хорошая кожа, послушные волосы и невероятно притягательные темные глаза…
Обычно я чувствую себя уверенно в кругу красивых парней, но обычно я не сижу грязная, жалкая и вспотевшая в кювете, с уродливыми волдырями на ноге.
– Не знаю, кто-то. Вот, – и, почесывая место укуса, демонстрирую многострадальную лодыжку.
Он опускает взгляд и хмурится, от чего брови приобретают сексуальный излом.
Вы скажете, что брови не бывают сексуальными. Черта-с два. Его – именно такие.
– Почему у тебя такое лицо? – сразу же забываю о бровях. – Все плохо, да?
– Похоже на то. Укус этого растения смертельно опасен.
– Растения? Так это не змея?
– Нет. Хуже.
Несколько секунд он смотрит на меня так серьезно, что я даже готова разрыдаться, а потом его губы растягиваются в улыбке, обнажая невозможно идеальные зубы.
– Да брось, это просто крапива. Расслабься уже.
И пока мой мозг обрабатывает новую информацию, он протягивает руки и снимает меня с капота. А потом закидывает на плечо и, словно добычу, выносит из кювета на обочину.
Глава 3
Помимо того, что он высокий, красивый и умеет располагающе улыбаться, от него еще вкусно пахнет. И как любая нормальная женщина я не могу этого не отметить.
До обидного быстро опустив меня на землю, незнакомец хмуро оценивает степень причиненного ущерба автомобилю.
– Мда, так просто обычным седаном его отсюда не вытащить. Нужна техника потяжелее. Ты пробовала звонить?
– Да, но здесь нет сети.
– Можем доехать до ближайшей заправки и позвонить оттуда.
– А где ближайшая заправка?
– Не знаю. Я сам здесь впервые. Ехал по делам, смотрю – на капоте звезда.
– Это не смешно!
Зло отворачиваюсь от наглеца и продолжаю приводить одежду в порядок.
– Сам же сказал – бывает.
– Кинь ключи, я закрою твою машину, – раздается насмешливое за спиной. – А потом поедем.
– Они остались внутри. В замке зажигания.
Он спускается снова, а я лихорадочно размышляю, можно ли ему доверять. Ехать куда-то с совершенно незнакомым парнем… – перевожу взгляд на припаркованную чуть поодаль у обочины тачку. Не дешевая, но и не люкс. В моем кругу на таких не ездят.
Я не знаю его, но и здесь оставаться еще глупее. Кто даст гарантию, что следующий "помощник" точно не окажется маньяком?
К тому же реально быстро темнеет.
Перед тем, как уехать, я написала длинный пост, в котором поделилась своими далекоидущими планами. Написала специально, чтобы его прочитал отец. Чтобы понял, что не нужно ставить меня перед фактом, выдвигая поистине дикие условия!
Думая о том, что он или его шестерки уже прочитали мой опус, представляя его реакцию, испытываю кровожадное удовлетворение.
Мой отец не плохой, нет, и я знаю, что он меня любит. А после событий пятилетней давности особенно, но то, к чему он хочет меня подтолкнуть… Абсурд! Чистой воды идиотизм. Нет, нет и еще раз…
– Сумку прихватить твою? – доносится из низины.
– Да, пожалуйста.
Приглаживаю рукой волосы и несколько раз несильно бью ладонями по щекам, дабы придать лицу свежего румянца. Жаль, что под рукой нет зеркала.
– Хорошая тачка, – появляется на обочине мой спаситель. – Твоя?
– Отца. Одна из.
– Папина дочурка, значит? – криво ухмыляется он и передает мне мою сумку.
Я не считаю, что быть обеспеченным стыдно, скорее, отец всю жизнь внушал мне, что наоборот.
Что если у мужчины нет четкой цели, если к тридцати годам он ничего не добился, то уже и не добьется.
Что неумение зарабатывать деньги – это говорит о посредственных умственных способностях человека и с такими людьми мне не по пути.
Я привыкла так считать, все мое окружение такое, но рядом с этим парнем почему-то испытываю… что-то похожее на неловкость, за то, что я действительно "папина дочурка".
И это злит. Какого черта он, совершенно меня не зная, намеренно или нет внушает мне чувство вины за то, на что я не могу повлиять?
– Ну не на рухляди же ездить, – включаю стерву и намеренно перевожу красноречивый взгляд на его пыльный кроссовер.
Он в очередной раз ухмыляется, и так, словно знал, что я отвечу именно это и в подобном тоне. И как будто бы даже удовлетворен, что не ошибся.
– Я закрыл твою машину, можем ехать, – бросает он и, словно забыв, что я вообще-то тоже здесь, вальяжно переходит дорогу.
А я медлю. Ведь я на самом деле ни черта его не знаю. Может, он психопат. Маньяк. Извращенец. С самого детства мне внушали ни при каких условиях не садиться в машину к незнакомцам. А именно это я сейчас собираюсь сделать.
– Ну, ты идешь? – не оборачиваясь спрашивает он, забираясь в салон.
Прилежно посмотрев направо и налево, наискосок преодолеваю пустынную дорогу.
Все равно хуже уже вряд ли будет.
Не дожидаясь, пока я пристегнусь, незнакомец резко трогается и довольно лихо набирает скоростные обороты.
Вообще, он ведет себя… ну примерно как ведут себя парни из моего круга – слишком борзо, резко, самоуверенно. Что немного странно, вряд ли его фамилия украшает список Форбс. А ведет себя так, словно именно он его возглавляет.
– Не боишься? – спрашивает, повернув голову на меня.
Темные волосы треплет ветер, и я в очередной раз убеждаюсь, что он просто преступно хорош собой. И определенно старше меня.
– Кого боюсь? Тебя?
– Ну да.
– А надо?
– Ну, ты в моей машине, и я могу увезти тебя черт знает куда, – и опускает взгляд на мои голые колени. – И сделать черт знает что.
– Да плевать, вези, – кладу локоть на ребро открытого окна. – Потом мой отец сделает из тебя фарш, подумаешь.
Он смеется, запрокинув голову, и я тоже давлю нервную улыбку.
Моя "крутость" явно напускная, и я боюсь. Но он этого не узнает.
– Как тебя зовут, бесстрашная?
– Лера. А тебя?
– Матвей.⠀
– Где ты работаешь?
– Да так… в одной инвестиционной компании.
– Правда? Мой отец инвестор. Может, ты его знаешь?
– Это вряд ли. У нас совсем небольшая фирма.
– А сколько тебе лет?
Он снова поворачивает на меня голову и уголок губ пренебрежительно ползет вверх.
– Да уж побольше, чем тебе.
– Не хочешь отвечать? Да пожалуйста, – обиженно дергаю плечом и, показательно отвернувшись, оживляю свой телефон. Может, хоть здесь интернет появился.
Наверное, там уже не меньше тысячи лайков. Представляю, какой фурор произвел мой последний пост.
Интернет появился. Как и связь. Тут же приходит штук пять неотвеченных от Лики и столько же от отца.
Игнорируя его истерику, открываю соцсеть и… я не отправила пост. Он так и висит набранным, но не ушедшим в киберпространство. Может, что-то там зависло в тот момент, может, промазала мимо кнопки, но факт остается фактом.
Сначала думаю отправить прямо сейчас, а потом…
Если я исчезну для него вообще бесследно, непонятно куда, эффект явно будет круче. Да, это жестко, может быть даже жестоко, но как он собирался обойтись со мной? Разве не точно так же?
Может быть в этом случае он поймет, что мои угрозы не были пустым звуком и идея заставить меня плясать под его идиотскую дудку была провальной. Не работает это, пройденный этап!
Как же все хорошо все-таки обернулось.
Довольная, нажимаю удалить отложенный пост и чувством выполненного долга прячу телефон обратно в карман.
– Чему улыбаешься? – спрашивает Матвей.
– Да так. Представила лицо своего папочки, когда он узнает, что я сделала.
– И что же ты сделала?
– Убежала из дома.
– Да ладно. Прям так взяла и убежала?
– Да! Прям вот так! – даже задевает. Неужели и он, абсолютно меня не зная, считает, что я тепличный цветок? – Я правда ушла из дома! Вон, – киваю назад, – мои вещи.
– И никто не знает, где ты?
– Ни одна живая душа! – и прямо-таки распирает от гордости.
Он снова смотрит на меня и кажется, что с гораздо бо́льшим интересом. Каким-то... азартом, что ли.
– Там есть заправка, – отводит от меня изучающий взгляд и резко сворачивает куда-то направо. – Оттуда и позвоним.
Глава 4
***
Вытянув скрещенные ноги из открытой двери салона авто, жую резиновую шаурму, купленную в круглосуточном киоске возле заправки.
Матвей, неторопливо расхаживая туда и обратно вдоль дороги, вызывает по телефону техпомощь, периодически бросая на меня косые взгляды.
Объективно – он очень хорош собой. Холеный, загорелый, самоуверенный. Посади такого в Феррари – обычный мажор из моего круга.
Мне не слишком нравится, что я смотрю на всех сквозь призму благосостояния, но как говорит мой отец – это впитано с молоком матери. Я не видела другой жизни и не знаю ее. Для меня вот это все – и есть обычная жизнь.
Могло бы у нас что-то выйти, встреться мы в каком-нибудь ночном клубе? Определенно, да. Но увы, такие как он вряд ли ходят по клубам, которые посещаю я. Что, может, не так уж и плохо. Парни из моего круга, не смотря на свой лоск, поголовно форменные кретины.
А этот Матвей… он другой. Раскованный, не связанный никакими "положено". И это не может не притягивать.
– И как оно? – засовывая телефон в карман, возвращается ко мне. Хороший телефон кстати, такой же, как и мой.
– Гадость редкостная, – сминаю упаковку и пуляю мимо урны. – Несварение обеспечено.
Он усмехается и, забрав свой сверток к капота, вгрызается в лаваш с острой начинкой. Признаться, с таким же "аппетитом", как и я.
– И что тебе там сказали? – киваю на его карман.
– Не раньше, чем через пару-тройку часов. Но зная их – минимум семь.
– Фигово. И что мне теперь делать? Без машины я как без ног.
– Может, все-таки наберешь своему отцу?
– Спятил? Я же из дома убежала!
– Кстати, ты так и не сказала, почему.
– А вот это тебя не касается.
Да о таком даже говорить стыдно. В нашем веке, в правовом обществе и эти бредовые идеи… Даже если учесть, что он просто беспокоится о моем будущем... Нет!
– Можешь переждать в какой-нибудь гостинице, – рвано, по-мужски небрежно, вытирает рот салфеткой, а затем бросает ее вместе с остатками шаурмы в ту же урну. Правда, в отличие от меня, прямо в яблочко. – Дальше по трассе наверняка полно придорожных мотелей.
– Если я только попробую куда-то заселиться, отец тут же меня вычислит. У меня его кредитка.
– Ну, я могу оплатить номер, – показательно безразлично дергает плечом. – Меня же он не ищет.
Перевожу на него настороженный взгляд.
– С чего это вдруг такая невиданная щедрость?
– А в вашем кругу не принято делать что-то просто так? Кстати, если не хочешь, чтобы он тебя вычислил – выключи телефон, – и добавляет. – Геолокация.
– Точно!
Наверняка я уже спалилась, но попытка не пытка. Вырубаю телефон и прячу на дно сумки.
Идея ехать в какую-то придорожную гостиницу меня, мягко говоря, прельщает не очень. Продумывая свой побег я не учитывала, что придется лазить в крапиве, есть непонятно что и спать непонятно где.
А если совсем честно, побег я вообще не продумывала. Это было спонтанное решение. Назло отцу.
И я должна довести дело до конца.
– Ну, поехали тогда искать мотель, – затягиваю ноги обратно в салон и захлопываю за собой дверь.
Ближайший более-менее приличный придорожный мотель показался аж в часе езды от заправки, и за это время некачественная шаурма сделала свое грязное дело. Ощущая дикую боль в желудке, судорожно дышу в раскрытое окно.
– Они клялись, что все свежее.
– Тебя развели.
– Уверена, что не хочешь вернуться домой?
Зло оборачиваюсь на Матвея. Если бы он не был таким красавчиком и моими "колесами", давно бы послала его куда подальше.
– Да, я уверена, что не хочу вернуться домой. Че-о-орт, – зажимаю рукой рот. – Остановись прямо тут. Срочно!
Не доезжая до гостиницы, он лихо тормозит у обочины, я буквально на ходу выкатываюсь на улицу и меня выворачивает съеденным прямо на пыльную, пожухлую от палящего солнца траву.
Если бы мне не было так хреново, я бы обязательно посокрушалась, какой же позор делать это в двух метрах от симпатичного парня. Но мне так плохо, что все равно.
Впрочем, то, что стемнело, играет мне на руку. Это не отметить я не могу.