Бюро волшебных находок

Весенний день щедро поливал дождём стройную фигурку в розовом плаще. Из прорезей на спине плаща торчали хрупкие стрекозиные крылышки, на которых капли начинали светиться и переливаться всеми оттенками волшебства. Но хозяйка крыльев не обращала на это чудо никакого внимания, а только быстро шла посреди тротуара, одинокая, с напряжёнными плечами, и несла в руках размокшую картонную коробку. В ней лежали немудрящие пожитки из офиса: большая кружка с надписью «самая красивая фея отдела», упаковка одноразовых носовых платков, кружевная салфеточка, ваза и лязгающий зубами хищный цветок в глиняном горшке. Последний сурово поглядывал по сторонам, явно ища, кого бы покусать, и иногда ловил ужасающе клыкастой пастью дождевые капли. Тем не менее, на тонкие пальцы феи, сжимавшие край коробки в непосредственной близости, растение не реагировало и откусить их не пыталось.

– Ну и – подумаешь! – ворчала фея, тщетно пытаясь сдуть с лица прилипшие мокрые пряди светлых волос. – Они ещё пожалеют! И ты в частности пожалеешь, Остин Торт!

При упоминании имени хищный цветок лязгнул зубами особенно яростно.

– Ничего, Нельтон, – ласково сказала ему фея. – Они все пожалеют, что уволили нас. А мы с тобой не пропадём. А кстати, где это мы?

Всё дело в том, что феи редко покидают Золотую Рощу – район города Рименгара, где всё в прямом смысле растёт, цветёт и пахнет. Там растительные дома, и там живут нимфы, феи, музы и дриады. Райское местечко, если б не сатиры. Так вот, эта фея редко высовывала нос за пределы квартала, и если б её сегодня не уволили, она не пошла бы пешком и не сбилась бы с пути в районе Кукушника, где далеко небезопасно бродить таким, как она.

– Похоже, мы перешли границу Золотой Рощи, Нельтон, – сказала фея цветку. – Ну ничего, немного прогуляемся… тебе полезна дождевая вода. Идём, где-то тут должна быть остановка кэбов, сядем и вернёмся домой.

Она шла, выпрямив спину, и на углу Вопросительной улицы с Кошачьим переулком запнулась о какой-то странный предмет. Он лежал посреди улицы, поливаемый дождём, и только где-то вдалеке шумели проезжающие машины, а мимо пробегали, укрыв головы легкомысленной голубой ветровкой, две лопоухие девчушки. Увидев предмет – похожий на кожаный мешок огромных размеров, набитый явно чем-то жестким – девочки остановились попинать его ногами в резиновых сапожках. Кожаный мешок разинул немаленький рот и огрызнулся такими острыми и длинными зубами, что плотоядный цветок по имени Нельтон завистливо всплеснул листками. Девчушки отпрыгнули.

– О, гляди, какой-то каменный тролль потерял свою сумку, – хихикнула одна из них.

– Да, – поддакнула вторая, – теперь сумка запросто может откусить руку тому, кто туда полезет.

– Постойте, – окликнула их фея. – Ведь это же опасная заколдованная сумка тролля! Если кто-нибудь попробует вытащить из неё ценности, она откусит руку. Куда же её девать?

– Да вон туда, – девочки указали на витрину в доме через дорогу. – Видите? Там бюро волшебных находок.

– Поможете? – спросила фея.

– Неа, – сказала одна из лопоухих девчушек, по виду постарше своей подружки. Было ей, наверное, лет десять. – Сумки троллей кусаются.

– Хотя вам не привыкать, если у вас цветок-химера, – сказала вторая, помладше.

– Ну тогда хотя бы позовите кого-нибудь из этого бюро, а я тут покараулю, – предложила фея.

Она встала под защиту козырька над крыльцом какого-то маленького кафе. За широким светлым окном было видно, как внутри сидят и смотрят на дождь самые разные существа. Люди и эльфы, дриады и сатиры, гномы и полуростки. Между прочим, ни одного каменного тролля! Хотя разве такие громадины туда влезут?

Очень скоро девочки вернулись вместе с крепким мужчиной в рыжем прорезиненном плаще с капюшоном. При себе у него была тачка, в которую мужчина сноровисто погрузил тролльскую сумку, не забыв завязать ей пасть верёвкой. Девочки, хихикая, убежали, а промокшей и озябшей фее оставалось разве что продолжить свой путь, но тут мужчина сказал:

– Ну что же вы стоите? Хотите промокнуть насквозь?

– А что, у вас есть варианты? – из вежливости стараясь не слишком громко стучать зубами, проговорила фея.

– Идёмте со мной, я вам хотя бы чаю налью, – мужчина взялся за рукоятки тачки и стал её толкать через дорогу, а фея поспешила за ним. – Не могу же я бросить фею в беде, – добавил он и вдруг резко притормозил, слегка при этом толкая фею боком.

И вовремя! Мимо пронёсся резвый магомобиль, разбрызгивая воду из луж и выдувая из труб радужный пар.

– Глаза протри! – крикнул мужчина ему вслед. – Здесь знак перехода!

Никто из магомобиля ничего не ответил. Дорога была свободна, ни лошадей, ни мобилей – можно было спокойно переходить. Мужчина распахнул дверь бюро, оттуда повеяло теплом.

***

Под оранжевым дождевиком оказался человек лет сорока, коротко стриженный, не слишком гладко выбритый и очень недурно сложенный. Фея хлюпнула носом и посмотрела на своего спасителя примерно так же, как смотрят бездомные собачки на тех, кто вытаскивает их из луж. Мужчина задвинул тачку с тролльей сумкой в угол под разлапистую вешалку с кучей плащей и пальто и стащил с рельефного тела вязаный свитер, сам оставшись только в белой майке. Мужчина в самом деле был неплох. Раньше она не задумывалась, нравятся ли ей люди, но этот, с тёмными волосами и выразительными глазами, ей определённо пришёлся по душе.

Фея шмыгнула носом уже более заинтересованно и сняла насквозь промокший бело-розовый плащик.

– О, – выдохнул мужчина, – у вас и платье, это… с разрезом.

– Конечно, ведь я же фея, – простучала зубами она. – Стойте-стойте, не надо резать ваш свитер. Он достаточно широкий, можно надеть и так.

– Страшно повредить ваши крылья, – сказал он.

– Не бойтесь, – фея повернулась к нему спиной. – Если их чуть-чуть примять, они не пострадают.

Мужчина натянул свитер на дрожащую мокрую фею и, отойдя на шаг, полюбовался делом своих рук.

– Флавия Кловер, – сказала она.

– У вас губы синие, – сказал мужчина. – Ой, то есть Робин Трелль.

– А у вас красивое имя… – дрожа, сказала Флавия.

– Я сейчас поставлю чайник.

И исчез. Флавия, постепенно согреваясь, прошлась по помещению. Бюро волшебных находок представляло собой довольно обширный и весьма захламлённый вещами холл, стойку, отгораживающую место для администратора, и множество полок и ящиков за нею. Стена за стойкой не была глухой, там находилось две двери (за одной как раз и пропал симпатичный мужчина по имени Робин).

Ещё тут была простая деревянная лавка, пара небольших круглых столиков на вычурных ножках, словно в кафетериях на краю Золотой Рощи, ну вот прямо точь-в-точь. И, конечно, всякие ящики, коробки и сундуки.

Но главным украшением этого затейливого и хаотичного места была винтовая лестница в дальнем углу, лестница, которая вела на галерею, охватывавшую три стены из четырёх – кроме той, где были входная дверь и два окна-витрины. И видно было, что на втором этаже больший порядок, чем на первом. И пара дверей там виднелась. Но во всём этом бюро, кроме Робина, Флавия Кловер ещё никого не видела…

Ровно до той поры, пока один из ящиков не задёргался, зашевелился и не распахнул картонные створки. Наружу брызнул целый ворох цветных искр, а затем выскочил низенький человечек с копной взъерошенных волос. У него было круглое добродушное лицо и довольно большие для его роста руки.

– Ага! – вскричал он при виде феи. – Дайте-ка угадаю, вы ищете зонтик? Не отвечайте. У меня дедуктивные способности.

Флавия вздрогнула и оглянулась в поисках путей отступления.

– Я…

– Не отвечайте, – человечек выкарабкался из коробки и встал напротив феи, сунув руки в карманы.

Каким-то образом он так задрал подбородок, что ей показалось, что на неё смотрят свысока. Хотя это и было очень странно, ведь коротышка ростом был ниже феи головы на две или даже больше! То есть макушка его не дотягивала ей и до плеча.

– Итак, вы мокры, как мышь после душа, с ног и платья течёт, и плащ ваш висит вон там, тоже мокрый. Впустил вас, конечно, Робин-на-все-руки, кто же ещё? На вас же его свитер! Впустил, а сам пошёл за чаем.

– Всё верно, – сказала Флавия.

– А пришли вы без зонтика! Всё потому, что ваш зонтик потерялся на той неделе и стоит вон там, в стойке. Зелёный, с ромашками. Да? Да?

– Н-нет, – Флавии было очень жаль огорчать коротышку.

– А! Тогда вы – принесли находку. Вот тот жуткий цветочек с зубами, химеру Нельтона.

– Это и правда химера Нельтона, – сказала Флавия, – но это мой собственный питомец.

– Но Робин вас впустил и дал вам свой свитер, это очевидно, – очень раздражённо бросил коротышка. – И у вас наверняка цветочное имя. Или древесное, как у всех дриад.

– Меня зовут Флавия Кловер. Я не дриада, а фея, но и среди нас не редкость растительные имена и фамилии.

– Хм, хм. А моё имя можете угадать? – спросил коротышка.

– Конечно. Вас зовут Пип Липкая лапа, – спокойно ответила Флавия и, видя, как вытянулось у полуростка лицо, добавила, – у вас на груди табличка. Ещё там сказано, что вы курьер, а не детектив.

– Лучше бы меня взяли в детективное агентство, – вырвалось у полуростка. – Здесь работают лишь неудачники.

– Работают? – ухватилась за главное слово фея. – Мне как раз не помешает работа.

Флавия Кловер, фея чуть за 30, спешит навстречу своей новой жизни )


***
Все истории литмоба "Даже магия не поможет" здесь:
https://litnet.com/shrt/wR7x

ГЛАВА 2. Бюро волшебных находок

– Итак, расскажите-ка мне, чем вы тут занимаетесь, – сказала Флавия Кловер.

Выпив чаю и съев пару пирожных, она заметно повеселела. Согрелась и стала способна на волшебство, как это заведено у фей. Мокрые волосы высохли, стали золотистыми и слегка волнистыми, лицо зарумянилось. Крылышки принялись отбрасывать радужные блики, а кожа как будто засияла. Подумать только, он всего пятнадцать минут назад впервые прикоснулся к крыльям феи, а теперь поит её чаем. Что на это сказала бы Мэвис?

Магия феи подействовала и на одежду: от её платья сначала пошёл пар, а затем оно высохло. Флавия вернула Робину одолженный им свитер. С трудом подавляя желание прижаться к ещё тёплой шерсти щекой, мужчина сложил свитер и сунул на полку под вешалкой. Всё равно, пока ходил заваривать чай, успел надеть фланелевую рубашку в клетку.

– Бюро волшебных находок – это муниципальная лавочка, – охотно пояснил он. – Жалованье у нас зависит от мэра, но те, кто сюда приходит за потерянными вещами, обычно не жадничают с чаевыми. А ещё мы раз в месяц распродаём находки, за которыми никто не приходил больше полугода.

– И ещё мы снимаем проклятия, – вставил Пип. – Тоже за отдельную плату. Так что здесь есть на чём подзаработать.

– А кто же этим занимается? Проклятиями, в смысле, – спросила Флавия.

– Либо сам шеф, либо какая-нибудь из его ведьм. Но сейчас ни одной ведьмы у нас нет, а шеф под домашним арестом за гм… – Пип переглянулся с Робином.

– Ведьм шеф обычно очень любит, а его жена не любит, когда он любит кого-то, кроме неё, – намекнул Робин так, чтобы не сказать невзначай чего лишнего, потому что сам шеф много чего не любил, например, когда про него сплетничают. – Но это вам вряд ли интересно, Флавия. Расскажите, куда вы шли под таким дождём?

Она посмотрела на коробку с нехитрыми офисными пожитками, которая всё ещё стояла на стойке администратора. Ясные голубые глаза сразу стали серыми, золото волос потускнело, а радужные блики на крылышках погасли.

– Меня уволили, – сказала фея грустно. – Я стала чаще и больше тускнеть, от меня болеют растения, а для нашего заведения это просто беда. От тускнеющих фей прокисает нектар, опадает золотая листва и вянут цветы. Они становятся ни на что не годными – сияние ценный товар, а без него, сами понимаете…

– И часто фей вот так увольняют? – спросил Робин.

Не так уж много он слышал об обитателях района Золотой Рощи. Чем они там занимаются, как живут, что делают?

– Феи могут сиять вечно. Обычно, когда фея подходит к возрастной черте вроде моей, у неё уже есть муж, дети, и это тоже источник сияния. Даже можно сдавать излишки в городскую казну: на освещение улиц, на праздничные иллюминации, к примеру. А я…

Она окончательно скисла. Крылышки поникли, и Робину стало очень жаль, что свет погас. Это было красиво.

– Ну ничего, ничего. Оставайтесь тут, нам ужасно нужен администратор и специалист по проклятиям, – предложил Пип.

– Ты здесь только курьер, – одёрнул его Робин. – Не тебе решать, а шефу.

– Но если я не буду сиять… – начала фея.

– Никому не будет до этого дела, – заверил её Робин.

– Правда-правда! Нектара мы не держим, а чай не прокисает… кажется, – сказал Пип. – Что до шефа, он, мне кажется, обрадуется. Не знаю, какая там у вас «возрастная черта», но вы чертовски очаровательная фея, даже когда не светитесь.

– Это такая неприкрытая лесть, что даже приятно, – сказала Флавия. – А можно я сегодня тут немножечко осмотрюсь? Когда ваш начальник появится, я уже смогу решить, работать здесь или нет.

Ну да, фее только разреши «осмотреться»! Уже через десять минут она сновала туда-сюда с ведром и тряпкой, а у Робина устала шея, так часто приходилось крутить головой, наблюдая, как она суетится. Так что он, немного подумав, отправился писать объявление о том, что найдена тролльская сумка. Тролли обычно неграмотны, но у Робина ещё оставались чернила-кричалки. Смотришь на надпись, и она начинает выкрикивать: «Найдена! Сумка! С неизвестным содержимым! Кусается! Отдадим только хозяину!»

Пип вызвался наклеить объявления на ближайшие столбы. Вернулся не очень скоро, и почти не промокший. Очевидно, просидел половину этого времени в каком-нибудь кафе!

Когда дождь кончился и тучи разошлись, солнце уже клонилось к западной границе Рименгара, а в бюро царил почти идеальный порядок. Скоро пора будет закрываться. Из-за сырости и ветра посетителей почти не было, лишь две дриады пришли забрать потерянный ими в кэбе мешок каких-то особенно дорогих им семян.

Но уже под закрытие пришла некая гномка, и с порога стало понятно: будет скандалить. Не потому, что есть ради чего, а так, из любви к искусству.

Её добротное платье с фартуком, широкий жёлтый плащ и огромные зелёные резиновые сапоги выдавали в даме любительницу гулять. Или работать в саду. В любую погоду, не сдаваясь никаким ураганам, грозам и оползням.

– Где моя Вавочка?! – зарычала тётка, не замечая ни Робина, ни Пипа, а сразу устремляясь к стойке, за которой наводила порядок фея.

Флавия распрямилась и с улыбкой вытерла рукой пот на лице.

– Здравствуйте, – выдохнула она счастливо.

Румяные щёки, блестящие глаза и чуть светящиеся светлые волосы могли очаровать кого угодно, но почему-то ничуть не тронули эту тётку. Кажется, то была самая чёрствая из всех гномов. Её короткая курчавая бородка воинственно встопорщилась, когда тётка посмотрела фее в ясные голубые глаза.

– Я пришла за Вавочкой! – рыкнула гномка так страшно, что со стены упала картинка с фиалками.

– Дайте догадаюсь: вы потеряли собачку, – ввинтился между тёткой и стойкой бесстрашный полуросток. – Вот только животные к нам сегодня не поступали.

– Какую собачку! Сказано вам: Вавочка! – гномка перешла на крик. – Вы что? Украли у меня подарок моего жениха?!

Голос у неё был мощный. Робин уже собрался нажать на кнопку срочного вызова шефа, потому что только тот решал, что делать с буянами, но тут нежный и милый голосок феи внезапно перекрыл вопли гномки.

– Простите, барышня! – сказала Флавия, и все стихли. – Можно вопрос? Вавочка – это вещь?

– Да! И ваша глупая контора дала объявление, что нашла её. Это моя новая сумочка…

– Стойте-стойте, ничего не говорите, – Пип, которого бюст гномки вдавил в стойку, немножко отодвинул даму от себя. – Ваш жених – тролль?

– Да как вам не стыдно не знать?! Конечно, он каменный тролль, и это лучший жених во всей Каменюке. Мы – самая богатая пара Рименгара! О нас пишут в газетах!

Робин выволок «сумочку» на середину зала. Завязанное верёвочкой, заговоренной от покусов, имущество гномки безмолствовало.

– За что вы её так? – безголосо просипела очаровательная невеста. – Мою любимку, мою Вавоньку!

– Это чтобы она не скушала тут лишнего, а то начала бы страдать несварением, – нашлась Флавия. – Скажите, пожалуйста, милая барышня из Каменюки, а где можно почитать о вашей счастливой истории любви?

– Во всех газетах! – отрезала суровая гномка.

– А книга будет? Может быть, вы когда-нибудь её напишете и выпустите в свет? – невинно хлопая ресницами, спросила Флавия.

Гномка задумалась.

– Вполне возможно, – ответила она нехотя. – Но пока мне некогда.

Она схватила троллью кошёлку за верёвочку. А та вдруг развязалась. Разумеется, это была магическая верёвочка, которой управлять мог тот, кто завязал узел. Кто б это мог быть? Конечно, кое-кто, у кого было прозвище «На-все-руки»!

Троллья торба слегка зарычала и сделала угрожающий выпад. Робин смотрел с удовольствием. И Пип смотрел. А вот фея зажмурилась. Сумка гонялась за гномкой из угла в угол, страшно скрежеща зубами. Дама уже потеряла всякую спесь и верещала тоненько: «Ай-ай!»

– Это не ваша сумочка Вавочка, – покатываясь со смеху, выдавил полурослик. – Ваша не стала бы вас кусать.

– И в газетах писали, что та гномка вчера вышла замуж за тролля, – добавил Робин. – На что вы рассчитывали?

– На то, что ваш глупый курьер доставит её мне на тачке, – завопила красная от натуги гномка, вскакивая на подоконник, где сумка не могла её достать. – А дома я бы уж как-нибудь её вскрыла!

– О, да вы мошенница, – наконец дошло и до Флавии. – Как же я сразу не сообразила?

– В волшебном лесу нет мошенников? – сердито огрызнулась гномка.

– Эээ, да вы впрямь нашли мой кошелёк, – раздалось от порога.

Тролль в бюро не помещался, он был выше этого. Если тролли не горбятся, то это добрых пять меров! Но он всунулся примерно по плечи и загрёб рукой сумку вместе с гномкой.

– Спасибо вам, милая дама, – проворковал он.

Милая дама схватила ближайший зонтик и бесстрашно огрела тролля по носу, после чего вывернулась из его лапищи и выставила орудие перед собой.

– Ах, какая женщина, – вздохнул тролль и убрался восвояси.

Гномка выскочила из дверей бюро и куда-то весьма резво поскакала по лужам. Зонтик она забрала с собой – очевидно, как военный трофей. Хорошо, что это был самый обычный зонт! Робин покосился на стойку, где стояло несколько магических экземпляров. Тут был испорченный зонтик, под которым, стоило его раскрыть, шёл то дождь, то снег. Был так-себе-зонтик, заколдованный, чтобы предсказывать погоду, но срок предсказания был неопределённый, от двух недель до одного часа. И другие волшебные находки… А этот, обыкновенный, как серая действительность, просто кто-то из посетителей забыл в углу, и всё.

После визита гномки на полу и местами на мебели остались полосатые следы резиновых сапог и куча сваленных на пол мелочей.

– Вот поэтому у нас обычно и не прибрано, – заявил Пип.

– Да это ладно, а вот как подобная пара могла пожениться? – удивлённо хлопая ресницами, спросила фея. – Гномка же чуть выше полуростка, а в этом тролле мера четыре, если не больше.

– Одному создателю ведомо, – хмыкнул Робин. – Ну что, придёте завтра?

– Я подумаю, – сказала Флавия, собирая свои пожитки в сухую коробку, выданную ей курьером.

Пип и Робин переглянулись. Хорошо бы, если б эта очаровательная женщина надумала здесь работать! Всё веселее, когда за конторкой стоит не ведьма, а фея.

***

А вот и Робин! Робин Трелль по прозвищу На-все-руки! Мастер волшебных узлов и неисправимый романтик.

ГЛАВА 3. Флавия знакомится с шефом

Положа руку на сердце, ещё вечером того дня Флавия понятия не имела, что завтра отправится на работу в Бюро волшебных находок. Она ведь даже в глаза не видела этого их шефа, который, очевидно, являлся колдуном и был охоч до женского пола.

Но Золотая Роща, куда фея доехала уже на ночь глядя, казалась теперь такой скучной, даже унылой! К тому же на столе в домике Флавии Кловер ждало письмо. В нём бывший начальник и бывший же любовник Остин Торт сообщал, что ей назначено выходное пособие в полсотни хнатов (то есть почти ничего) и что он, между прочим, собирается жениться на какой-то нимфе. В конверте, кроме этой записки, лежали чек и приглашение на свадьбу. Дата – через неделю. А это значило, что Остин ещё до разрыва с Флавией ухаживал за другой и планировал с нею свадьбу, а фея была лишь его развлечением в офисе. Или даже «черновиком», после которого мужчина собирался жениться и жить «начисто».

Расстроенно скормив всё, кроме чека, Нельтону, Флавия немного поплакала и легла спать в полной темноте. У неё осталось так мало сияния, что нечем было запитать светильники. И дерево, в стволе которого находился её домик, наверняка померкнет тоже… Если фея, живущая рядом с деревом, унывает, дерево начинает чахнуть. Его листва теряет золотистый оттенок, ствол темнеет, оно даже может умереть. Придётся завтра вызвать дриаду, чтобы полечила ни в чём не повинное растение…

– И заодно пускай на тебя посмотрит, – сказала фея цветку-химере, – а то мало ли, вдруг ты отравишься этим гадким приглашением!

Уснула Флавия с трудом: очень мешали всякие мысли. Понятно, что она думала совсем не о бюро. Тем не менее на рассвете, когда нежно-розовое солнце нехотя начало подниматься над горизонтом, на ветке у самого окошка чирикнула механическая птичка. Она принесла в лапке записку, свёрнутую трубочкой. Флавия впустила птичку и услышала металлический голосок: «Флавии от Робина!»

Ох, письмо от Робина! От мужчины, который был с нею так мил, кто поделился свитером и налил горячего чая… Того, в чьём присутствии Флавия вдруг почувствовала себя легкой и живой, и даже снова начала стабильно светиться.

Ну и пусть это человек с едва заметными зачатками магии, пусть ему уже, судя по всему, лет сорок, а для людей это, кажется, чуть ли не старость… Пусть у него усталое лицо и морщинки около глаз. Зато он оказался душевным человеком, а не таким негодяем, как Торт. Самодовольный полусатир с козлиными ушами, тощей бородёнкой и мерзкими короткими рожками! Три года он водил Флавию за нос! Три года она верила его сладким речам! Вот зря скормила Нельтону приглашение. А то ведь можно прийти на свадьбу и…

Флавия слегка вздрогнула, заметив, как всё вокруг потемнело. Ещё не хватало наградить кого-нибудь проклятием и превратиться в злую ведьму.

Нет уж, ведьмы живут в районах, известных как Гулявка и Валявка, носят черные плащи и фиолетовые остроконечные шляпы и ведут себя вызывающе. Флавия сомневалась, что такая шляпа её украсит, а чёрный и фиолетовый цвета вообще не любила.

Птичка чирикнула снова. Ах да, записка! Флавия развернула туго свёрнутый рулончик из тонкой бумаги. «Доброе утро, Флавия! – было мелко, но аккуратно выведено там. – Не знаю, зайдёшь ли ты сегодня в бюро, вдруг ещё не решила! Но надеюсь, что мы можем иногда переписываться. Робин Трелль».

На ответ Флавии понадобилось не больше тридцати секунд.

«Конечно, я зайду в бюро! Почему нет? Но предупреждаю сразу: к отношениям пока не готова! Флавия Кловер».

Птичка выпорхнула в окно, а фея закружилась по своему домику. Умываться, завтракать, одеваться, причёсываться. Когда она погляделась в зеркало перед выходом, удивилась тому, что вся светится ровным, хотя и слабым светом.

***

Город Рименгар сегодня, в солнечный весенний денёк, так и сиял. Сверкали ещё непросохшие лужи, сверкали дождинки на траве газонов, струи только что включенных фонтанов, стёкла домов. Хотелось впитать в себя как можно больше этого света. Энергия, которая питала целые кварталы и районы, бесплатно лилась с неба. Но использовать её в чистом виде умели разве что сильфы. Золотая Роща собирала энергию по крупицам в накопители. А у муз и фей свет был другой природы, эмоциональной, но для накопителей тоже вполне годился. Флавия уже целый год ощущала себя перегорающей лампочкой, которая мерцает и работает всё хуже. А тут вдруг откуда-то силы взялись. Попадись ей сейчас тот самый Торт, она бы даже не стала на него смотреть. Куда как лучше любоваться своим отражением в витринах магазинов и ловить восхищённые взгляды мужчин.