Опутанная лунным светом: Без волка. Книга 2

51 Ава: Уход Клейтона

Плечи Клейтона напрягаются, и он вздыхает. «Ты будешь в безопасности, пока остаешься в пределах стаи», – говорит он напряженным голосом.

От его слов мое сердце пропускает удар.

«Мне нужно ненадолго уехать», – продолжает Клейтон, и мои глаза расширяются.

Уехать? Куда? И зачем?

Вопросы вертятся у меня на языке, но я прикусываю его, не желая привлекать к себе внимание. К тому же, мне и не нужно этого знать.

Вместо этого я выдавливаю из себя легкую улыбку и говорю: «Надеюсь, твоя поездка будет удачной».

Клейтон кивает, и его взгляд смягчается, когда он встречается со мной глазами. «Спасибо, Ава».

На мгновение мне кажется, что он собирается сказать что-то еще, но затем, похоже, передумывает. Он делает шаг ко мне, мое сердцебиение учащается, а тело невольно напрягается.

«Поцелуешь меня на прощание?» – спрашивает он низким, хрипловатым голосом.

Я с трудом сглатываю, во рту у меня пересохло. Часть меня была бы не против снова ощутить его губы на своих, зная, какая страсть может вспыхнуть между нами.

Но другая, гораздо бо́льшая часть меня, сдерживает меня.

Поэтому вместо того, чтобы податься вперед, я слегка поворачиваю голову, подставляя ему щеку. Его губы касаются моей кожи, теплые и мягкие, и я, вопреки себе, чувствую, как по спине пробегает дрожь.

Когда он отстраняется, я не могу не заметить промелькнувшее в его глазах разочарование, и мне приходится бороться с желанием извиниться.

Вместо этого я снова выдавливаю из себя улыбку и говорю: «Береги себя».

«Обязательно». – Он легонько стукает меня по носу, уже скрыв свое разочарование. – «Настрой телефон. Позвони мне, как закончишь».

«Хорошо». – Нет смысла гадать, взломан ли он. Я просто куплю новый одноразовый телефон, как только смогу.

«Айви будет за тобой присматривать и проведывать тебя. Старайся сидеть дома. Роуэн зайдет сегодня днем, и если тебе нужно будет куда-то пойти, вы сможете обо всем договориться».

Мое сердце начинает биться чуть быстрее. Без Клейтона мне, вероятно, будет проще достать другой телефон.

«Хорошо», – снова говорю я с улыбкой. – «Спасибо».

*

Город огромный.

По сравнению с Уайт-Пиком, гораздо меньшим человеческим городом… что ж, их даже сравнивать нельзя. Это разные миры.

Я выхожу из машины, и мое сердце колотится, пока я все это осматриваю. Надо мной возвышаются небоскребы, их стеклянные фасады сверкают на солнце. Тротуары забиты людьми, все спешат по своим делам, их болтовня и смех смешиваются с шумом уличного движения.

Все это ошеломляет – сам масштаб и энергия. Я привыкла к тишине и уединению моего маленького городка. Здесь все больше, громче, ярче.

Я бросаю взгляд на Роуэна, идущего рядом со мной. Его взгляд скользит по толпе. Он кажется расслабленным, ему комфортно в этих каменных джунглях. Я завидую его уверенности.

«Сюда», – говорит он, ведя меня к большому универмагу. Его витрины заполнены манекенами, одетыми по последней моде, и я не могу удержаться, чтобы не поглазеть, когда мы проходим мимо.

Внутри магазин еще более впечатляющий. Полы из полированного мрамора, потолки высокие и украшены сверкающими люстрами. Воздух пропитан ароматом дорогой косметики и кожаных изделий.

Я чувствую себя не в своей тарелке в своих простых джинсах и футболке, даже несмотря на брендовые бирки – что я сочла излишеством, но я уже поняла, что Клейтону незнакомо слово «экономия» – однако Роуэн, кажется, этого не замечает. Он слишком занят наблюдением за происходящим вокруг, его взгляд острый и настороженный.

Мы идем между рядами, и я украдкой поглядываю на Роуэна. Сейчас он другой, более расслабленный и простой в общении. Во время моего гона он боролся с собственным влечением ко мне, его глаза темнели от желания.

Но сейчас между нами нет и намека на то напряжение. Он просто Роуэн, сердечный и дружелюбный, надежный спутник рядом. Если бы я не знала, то никогда бы не заподозрила, что он – бета стаи Клейтона.

Я ценю его общество, особенно в таком месте. Толпа заставляет меня нервничать, постоянное движение и шум действуют мне на нервы. Но с Роуэном я чувствую себя в большей безопасности, более спокойно и уверенно.

Оборотни повсюду, они смешиваются с людьми. Я заметила, что в Уайт-Пике и Седарвуде они даже не смотрели в мою сторону, принимая меня за обычного человека.

Теперь же, когда я прохожу мимо, они бросают на меня взгляды и принюхиваются к воздуху.

Дело в присутствии Роуэна или во мне?

«Они чуют твою силу, – как всегда спокойно, говорит Селена. – Ты больше не пахнешь как человек».

Черт. Из-за этого прятаться будет намного сложнее.

«Вместо того чтобы прятаться, было бы благоразумнее стать сильнее, чтобы тебе не приходилось прятаться».

Что ж, она права.

Я слоняюсь по отделу одежды, проводя пальцами по мягким тканям и стараясь выглядеть беззаботной. Мои глаза мечутся по сторонам в поисках отдела электроники.

Слиться здесь с толпой – непростая задача. Покупатели двигаются целеустремленно, их шаги быстрые, а взгляды сосредоточены. Я же, напротив, чувствую себя не в своей тарелке. Я перестала рассматривать вещи, едва взглянув на ценник.

Он, кажется, чувствует мое беспокойство. «Не волнуйся об этом», – говорит он. – «Клейтон сказал позаботиться о тебе».

Легко ему говорить. Я чувствую, будто к каждому доллару прилагаются невидимые ниточки и надежды, за которые я не хочу нести ответственность.

Тем не менее я перебираю еще несколько рубашек, пытаясь найти что-нибудь подешевле и размышляя, как отвлечь Роуэна, чтобы купить одноразовый телефон.

Пробираясь между вешалками с одеждой, я чувствую, как запах новой ткани смешивается с ароматами духов, доносящимися от косметического прилавка. Я, честно говоря, удивлена, что здесь так много оборотней; это настоящий удар по обонянию, а ведь мое чутье никогда не было сильным для оборотня.

Я мельком замечаю отдел электроники, и мое сердце пропускает удар. Бесконечные ряды блестящих гаджетов, от смартфонов до ноутбуков и планшетов, – все они выставлены с тем же благоговением, что и произведения искусства.

Мне нужно туда попасть.

Роуэн, кажется, замечает, что я отвлеклась, и, проследив за моим взглядом, хмурит брови. «Увидела что-то интересное?»

Я быстро качаю головой, выдавливая улыбку. «Просто смотрю».

Он усмехается, и в уголках его глаз появляются морщинки. «Что ж, не буду тебе мешать. Иди, посмотри. Мне кажется, у тебя в квартире нет компьютера. Может, ноутбук? Планшет?»

Мой пульс учащается. Я киваю, стараясь выглядеть невозмутимой, отхожу от него и направляюсь к отделу электроники. Мои шаги медленные, размеренные, словно я просто беззаботно все разглядываю.

Но внутри мой мозг лихорадочно работает.

Когда я подхожу к витринам, мой взгляд тут же приковывают смартфоны. Изящные, ультрасовременные модели, одна совершеннее другой. У меня чешутся руки взять один из них, ощутить его вес в руке.

Но я не могу просто схватить один и уйти. Это было бы слишком очевидно, слишком подозрительно. Мне нужно действовать умнее.

52 Ава: Это личное

«Почему бы не сказать ему, что тебе нужно купить кое-какие личные вещи, и ты не хочешь, чтобы он был рядом?» – спрашивает Селена.

Не то чтобы я об этом не думала, но отдел электроники далеко от места, где продают средства женской гигиены.

– Что-то не так? – спрашивает Роуэн, и я, спохватившись, понимаю, что хмуро смотрю в его сторону.

Ой. «Ничего, я просто…» – я кусаю ноготь на большом пальце, изо всех сил стараясь выглядеть немного расстроенной. «Мне тут нужно кое-что, но я не думала, что ты будешь ходить за мной по пятам всё это время, так что…»

Роуэн облегчённо улыбается, думая, что всё понял. «Всё в порядке. Можешь брать всё, что захочешь. Клейтон может себе это позволить. Он неприлично богат».

Я боялась, что переигрываю, но, похоже, этого недостаточно. Я морщу нос и переминаюсь с ноги на ногу. Мгновение спустя я начинаю потирать руку, словно мне ужасно неловко из-за своей просьбы.

Я никогда не была особенно капризным подростком, но сейчас всё равно пытаюсь войти в этот образ.

– О, нет, дело не в том, что это дорого, просто… ну, знаешь. Это личное.

– Личное… Ох. Ох. – Роуэн оглядывает меня, и его нахмуренный лоб разглаживается. – Всё в порядке. У меня есть младшие сёстры.

Я с досадой смотрю на Роуэна, бросая свою игру в стесняшку и упирая руки в бока.

Этот парень и впрямь ничего не понимает.

– Ну, а у меня нет братьев, которые таскаются за мной, когда я покупаю всякое для месячных, – говорю я, вместо этого включая своего внутреннего подростка-драматурга. У всех нас он есть. Где-то внутри. Верно?

Это неловко, но у меня есть цель.

Роуэн прокашливается. «О, понимаю. Это было бы…» – его слова затихают, и вид у него становится нерешительным.

Мы стоим так несколько мгновений в неловком молчании. Я вскидываю бровь, словно бросая ему вызов дать мне хоть немного личного пространства, и твёрдо придерживаюсь этого юношеского упрямства, пока Селена одобрительно мурлычет у меня в голове. Он мгновение выдерживает мой взгляд, а затем обречённо вздыхает.

Я стараюсь не выдать своего торжества, пока он смотрит в потолок и беззвучно шевелит губами, произнося что-то, чего я не могу разобрать.

Засунув руку в задний карман, Роуэн достаёт элегантный чёрный бумажник и пролистывает его. Он отсчитывает несколько купюр и протягивает их мне. «Вот, купи, что тебе нужно. Я подожду у входа. Дай знать, если понадобится ещё. Я здесь, чтобы помочь».

Я беру деньги, и меня захлёстывает облегчение. «Спасибо». Мне совестно брать деньги у мужчины, когда я совершенно не собираюсь оставаться здесь, как он того хочет, но… что ж, отчаянные времена.

Он один раз кивает, уже поворачиваясь, чтобы уйти. «Только далеко не уходи. И давай побыстрее».

Когда Роуэн уходит, я улавливаю его тихое бормотание. Что-то о том, что магазин хорошо охраняется, так что всё должно быть в порядке. Я качаю головой, пряча деньги в карман. По крайней мере, он наконец-то оставил меня в покое.

В последний раз оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что он действительно оставил меня одну, я направляюсь в отдел с товарами личной гигиены, чтобы всё выглядело правдоподобно.

Я быстро хватаю несколько тампонов и прокладок, стараясь не задерживаться слишком долго у какой-то одной марки или коробки. Не то чтобы они мне действительно нужны прямо сейчас, но это делает мою историю правдоподобнее. Я также бросаю в корзину пару футболок со стойки распродаж – пусть хоть какая-то польза будет от этого небольшого крюка.

С корзинкой в руке я возвращаюсь к отделу электроники, высматривая Роуэна. Берег чист, так что я прямиком направляюсь к аксессуарам для телефонов. Одноразовые телефоны найти довольно легко, и я хватаю один вместе с предоплаченной картой, чтобы активировать его позже.

Моё сердце колотится, пока я оплачиваю покупку. Кассирша дарит мне дружелюбную улыбку, на которую я отвечаю своей собственной, натянутой. Я борюсь с желанием оглянуться через плечо, опасаясь, что Роуэн может появиться в любой момент.

Как только покупка оплачена, я спешу в туалет, прижимая пакет к себе. Уборная, к счастью, пуста, и я ныряю в самую большую кабинку, запираясь изнутри.

Селена одобрительно мурлычет у меня в мыслях.

Разрывая упаковку от одноразового телефона и запихивая пластик и картон в мусорку, я чувствую себя немного воровкой, хотя я уже купила эти вещи. Я сую сам телефон в карман вместе с предоплаченной картой.

«Ты готова?» – спрашивает Селена.

Я делаю глубокий вдох, собираясь с духом. «Готова, насколько это вообще возможно».

Он ждёт у входа, как и обещал, и я, подойдя, слегка машу ему рукой. «Всё готово», – объявляю я, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.

Роуэн кивает и шагает рядом, когда мы выходим из магазина. «Теперь стоит зайти за продуктами, если тебе не хватает чего-то, что ты любишь или что тебе нужно. Клейтон не был уверен, чем забить твой холодильник».

Я вспоминаю обилие фруктов, овощей, мяса и разнообразных соков. Есть хлеб для сэндвичей и майонез. «Всё в порядке. Я могу приготовить из того, что уже есть».

– Ты уверена? Это не проблема.

– Абсолютно, обещаю. – И мне становится ужасно от мысли, что я считаю эту квартиру золотой клеткой, в которой меня держит Клейтон.

Если так подумать… разве он сделал что-то ужасное?

Я вижу, что он считает меня своей парой или кандидаткой в пары. После недели, что мы провели вместе, это, наверное, разумно. Но он не слишком на меня давил. Не ждал никакого продолжения. Кроме того, что он держит меня на своей территории – что разумно для альфы – всё остальное было лишь моей подозрительностью, которая заставляет меня быть с ним настороже…

«Хм-м», – говорит Селена у меня в мыслях.

«Что ты думаешь?» – тихо спрашиваю я.

«У меня смешанные чувства, как и у тебя».

Не очень-то помогла.

Но то, что мы раздобыли телефон, – это хорошо.

«Да, согласна. Может, это и перебор – думать, что они меня отслеживают, но я не собираюсь рисковать кем-либо в Седарвуде из-за своих личных проблем».

53 Клейтон: его пара

КЛЕЙТОН

Лифт динькает, и двери разъезжаются, открывая вид на лобби пентхауса в крупнейшем отеле стаи Сильвермун Пак. Я выхожу, и мои ботинки утопают в мягком ковре. Ксавьер и Лукас уже здесь, развалившись на кожаных диванах, словно пара ленивых львов.

– Клейтон! – гремит Ксавьер, поднимаясь на ноги. Он крепко пожимает мне руку, а другой хлопает по спине. – Рад тебя видеть, мой друг.

– И я тебя, Ксавьер. – С ухмылкой отвечаю я на его радушное приветствие. – Лукас, всегда рад.

Лукас встаёт, и когда мы пожимаем друг другу руки, его улыбка не касается глаз. В его плечах чувствуется напряжение, а челюсти плотно сжаты. Что-то его гнетёт.

Мы устраиваемся на диванах, а за окнами от пола до потолка сверкает городской пейзаж. Ксавьер откидывается на спинку, скрестив лодыжки. – Как долетели, парни? Надеюсь, без проблем?

Я качаю головой. – У меня всё гладко. Никаких происшествий.

Губы Лукаса сжимаются в суровую линию. – Хотел бы я сказать то же самое. Сразу после приземления получил ещё одно донесение о мёртвом разведчике.

Атмосфера в комнате меняется, весёлое настроение испаряется, как туман под утренним солнцем. Брови Ксавьера сходятся на переносице. – Дерьмо. Блэквуд?

– А кто же ещё? – рычит Лукас, и его пальцы, лежащие на коленях, сжимаются в кулаки. – Он становится всё наглее, забираясь всё дальше на нашу территорию.

Я наклоняюсь вперёд, уперев локти в колени. – Каков твой план действий, Лукас? Мы не можем это так оставить. – Альфа стаи Блэквуд уже много лет был огромной занозой в заднице для Северо-Западного Совета. Между двумя стаями было несколько стычек, но у Блэквуда случались столкновения и с оборотнями за пределами Северо-западных территорий.

Лукас проводит рукой по лицу, его взгляд твёрд, как кремень. – Я работаю над этим. Но каждый раз, когда я думаю, что начинаю понимать их ходы, они ускользают сквозь пальцы, как дым. Я не могу добыть весомых доказательств, чтобы представить их Совету.

Выражение лица Ксавьера серьёзно. – Без доказательств для Совета мои руки связаны.

– Мои тоже. Но это только если мы будем выносить это на Совет. Есть и другие варианты. – Они радикальны, но они есть.

– Я знаю. – Лукас трёт лицо рукой, и я вижу его усталость в опущенных плечах и тенях под глазами. – Мы отправили Джессу Грей обратно в её стаю. В качестве официального предлога мы использовали то, что она не запросила разрешения и была незарегистрированным гостем на нашей территории, но Блэквуд это плохо воспринял. Но это ещё не всё.

Я наклоняюсь вперёд, не сводя глаз с Лукаса, пока тот делает глубокий, успокаивающий вздох. В воздухе повисает тяжесть, напряжение, выходящее за рамки обычной стайной политики. Это нечто большее, нечто личное.

– Дело в моей паре, – наконец говорит он, и его слова тяжело повисают между нами. – Она пропала.

В комнате воцаряется потрясённая тишина. Глаза Ксавьера расширяются, его рот слегка приоткрывается, словно слова лишили его дара речи. Я могу лишь смотреть на Лукаса, пытаясь осознать это откровение.

– Твоя пара? – вторю я приглушённым голосом. – Ты нашёл свою пару?

Лукас кивает, на его лице смесь благоговения и муки. – Да. Мы встретились на Лунном Гала несколько месяцев назад. – Печальная улыбка трогает уголки его губ. – Знаешь, как говорят, что это сбивает с ног, как товарный поезд? И это ещё мягко сказано.

Я вспоминаю тот Гала, вихрь красок и музыки, трепет предвкушения в воздухе, когда волки без пары собирались в надежде найти свою вторую половину. Я не был там уже много лет. Подумать только, что Лукас, именно он, наконец-то ощутил эту неуловимую связь…

– Кто она? – спрашивает Ксавьер, наклоняясь вперёд. – Одна из наших?

Лукас качает головой, его челюсть напрягается. – Она из стаи Блэквуд. Ава Грей.

От этого имени по мне пробегает дрожь беспокойства. Стая Блэквуд всегда была окутана тайнами, их мотивы непостижимы. Чтобы одна из них была связана с альфой Вествуда…

– Как это произошло? – спрашиваю я, мои мысли мечутся. – Ренар это одобрил?

Горький смешок срывается с губ Лукаса. – Ты же знаешь Ренара. Он посылал Джессу за Келланом, а не за мной. Я слишком опасен, чтобы держать меня рядом, даже соединённого узами. – Он со вздохом опускает взгляд на свои руки. – Жаль, что я не подумал об этом давным-давно.

Ксавьер смотрит на Лукаса с понимающим блеском в глазах. – Ты ведь отверг её, не так ли? – Это был не вопрос, а утверждение.

Лукас резко кивает. – Да. Мы пытаемся помириться. Я уехал на несколько дней, чтобы разобраться с делами на границе, вернулся, а её уже не было.

Когда Лукас заканчивает говорить, в воздухе повисает тяжёлая тишина, и тяжесть его слов давит на нас. Я вижу муку на его лице, страдание в его глазах. У меня всё сжимается внутри, когда я представляю себя на его месте.

Если бы Ава исчезла без следа, это бы меня сломило. Одна лишь мысль о том, что её отнимут у меня, заставляет моего волка выть от агонии. Он одержим ею, и я должен признать, что я тоже. У нас нет предназначенной связи, но в ней есть нечто такое, что я не хочу отпускать.

Я с трудом сглатываю, отгоняя мысль, пока она не поглотила меня.

– Мы найдём её, Лукас, – твёрдо говорю я. – Аспенская Стая с тобой. Мы перевернём каждый камень, пока Ава не вернётся в твои объятия в целости и сохранности.

Ксавьер кивает с торжественным согласием. – Мы полностью тебя поддерживаем, брат. Сильвермун Пак окажет любую необходимую помощь, чтобы вернуть твою пару домой. Ава – хорошая девочка, она совсем не похожа на свою семью и альфу. Тебе повезло, Лукас.

– Я знаю. – Он делает долгий выдох. – Я не могу снова её потерять. Мне потребовалось много времени, чтобы найти её. Я слышал, Блэквуд тоже начал её искать. Поэтому я думаю, что они забрали её обратно.

Бровь Ксавьера изгибается. – Обратно?

Лукас натянуто улыбается. – Она сбежала после того, как я её отверг.

Смех Ксавьера застаёт нас обоих врасплох, и он извиняется, хлопая Лукаса по плечу. – Ну и досталось же тебе с ней, – говорит он, и Лукас смеётся, и его мука на мгновение отступает.

– Она так просто это не оставит, – соглашается он, и на секунду мы все улыбаемся.

Но мы снова возвращаемся к мрачным заботам, когда Ксавьер возвращается к теме.

– Итак, ты думаешь, Блэквуд её похитил? – хмурится Ксавьер. – Но зачем? Если она твоя пара, разве они не захотели бы использовать это в своих интересах?

– Не в том случае, если она… – Лукас умолкает на полуслове, его взгляд становится отсутствующим. – Ава не так проста, как кажется.

Я внимательно его изучаю, видя внутренний конфликт, отпечатавшийся на его лице. – Что ты нам недоговариваешь, Лукас?

Он встречается со мной взглядом, в его глазах застыл ужас. – Ава безволчья. Ренар хочет сделать из неё производительницу для своих людей. Без волка она ему больше ни для чего не нужна.

У меня по спине пробегает холодок от того, что подразумевалось в его словах. При мысли о будущем Авы Лукаса.

Если бы это была моя Ава…

При мысли о том, что её используют как производительницу для кучки гормональных волков, мои кулаки сжимаются.

– Мы должны найти её, – говорит Ксавьер, его голос полон твёрдой решимости. – Какими бы ни были планы Ренара, мы не можем позволить ему сделать это с ней.

Лукас кивает, его челюсти мрачно сжаты. – Таков план. Над этим работают мои лучшие люди, но мы на каждом шагу заходим в тупик. Она словно в воздухе растворилась. Я не могу доказать, что они её забрали, и уж тем более, что это против её воли. В лучшем случае у меня есть слухи о жестоком обращении.

Ксавьер трёт подбородок, размышляя, смотрит в потолок. – Блэквуд знает, что ты её пара?

Лукас качает головой. – Насколько я знаю, нет.

– Ты пометил её?

Он снова качает головой, его губы сжимаются в суровую линию. Я могу это понять.

Тот факт, что моя метка не сработала, бесит меня больше, чем я готов признать, даже если в тот момент это было неправильно с моральной точки зрения. Если бы я действительно был соединён узами с Авой, я мог бы связаться с ней даже сейчас, убедиться, что она в безопасности в квартире, которую я для неё подготовил.

Ксавьер вздыхает. – Значит, ни один из древних законов не применим. Тогда нам придётся придумать что-то другое.

54 Ава: Ужин с Айви

На кухне играет музыка с моего телефона, пока я шинкую чеснок, наслаждаясь его острым ароматом. Готовка всегда была для меня утешением, способом погрузиться в простые дела и дать волю мыслям. Когда я бросаю измельчённый чеснок на разогретую сковороду, я невольно чувствую, как меня окутывает умиротворение, пусть и на мгновение.

Я настроила телефон, который дал мне Клейтон, и написала ему и Айви, что он работает. Никто из них не ответил, и меня это устраивает. Я также настроила одноразовый телефон и написала Лизе последние новости. Она ответила, и её спам из эмодзи облегчил груз на моём сердце. Я написала миссис Элкинс, сообщив ей, что я в безопасности, и умоляя её никому обо мне не рассказывать. Миссис Элкинс заверила меня, что моё рабочее место останется за мной, когда бы я ни смогла вернуться домой, что принесло ещё большее облегчение.

Мой маленький рай ждёт меня, и от этого гораздо легче переносить то, что я застряла здесь.

Стук в дверь выводит меня из задумчивости. Я смотрю на часы, гадая, кто бы это мог быть в такой час. Вытерев руки о полотенце, я иду к двери и заглядываю в глазок.

Это Айви.

Я делаю глубокий вдох, собираясь с духом перед тем, что меня ждёт. В Айви есть что-то, что всегда держит меня в напряжении, какое-то скрытое течение, которое я не могу точно определить. И всё же, я натягиваю вежливую улыбку и открываю дверь.

– Айви, привет, – здороваюсь я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринуждённо.

– Ава, – говорит она, и её улыбка яркая, но почему-то не затрагивает глаз. – Надеюсь, я ничего не прерываю.

– Вовсе нет, – уверяю я её, отступая в сторону, чтобы впустить. – Я как раз готовила ужин.

Когда она входит, я замечаю бутылку вина в её руке и пакет с покупками, перекинутый через руку. Я слегка хмурюсь, но ничего не говорю, ожидая её объяснений.

– Я взяла на себя смелость купить для тебя кое-какие вещи, – говорит Айви, протягивая вино и пакет. – Небольшой подарок, чтобы помочь тебе освоиться.

Я принимаю вещи, чувствуя себя немного неловко. – Не стоило, – бормочу я, хотя с любопытством разглядываю одежду.

– Ерунда, – отмахивается Айви. – Это меньшее, что я могу сделать. В конце концов, ты теперь практически член семьи.

Вот оно снова, это скрытое течение. Я не могу точно понять, в чём дело, но это заставляет меня чувствовать себя неуютно. Тем не менее, я заставляю себя улыбнуться и киваю.

– Спасибо, Айви, – говорю я, и это искренне, несмотря на мои сомнения. – Это очень мило с твоей стороны.

Она лучезарно улыбается мне, и на мгновение я задумываюсь, не слишком ли я много надумываю. Может, я просто параноик. Богиня Луны знает, в последнее время я та ещё параноичка.

«Так и есть, но это понятно», – говорит Селена, зевая со своего места на диване. Она всё ещё запоем смотрит своё отупляющее шоу про волков-оборотней.

Вспомнив, что я не закончила готовить, я ставлю пакет и вино на столешницу. – Располагайся, – жестом указываю я на гостиную. – Ужин скоро будет готов.

Айви отвечает на мою улыбку и грациозно опускается на диван, закидывая ногу на ногу и откидываясь на спинку. Селена приветственно обнюхивает её, и Айви протягивает руку, чтобы опасливо погладить её по голове, словно боится оскверниться от собаки.