Скучный Генри всех спасёт

Глава 6. В которой я теряю почти всё, но приобретаю мотоцикл

Мотель «Сьерра-Виста» показался из-за поворота ровно в тот момент, когда стрелка температуры двигателя моего Форда переползла в красную зону. Я выругался сквозь зубы и похлопал ладонью по приборной панели.

— Ну давай, старушка. Ещё полмили. Не подведи.

Форд чихнул, кашлянул и, вопреки всем законам механики, дотянул до гравийной парковки. Я заглушил мотор и минуту просто сидел, слушая, как остывающий металл щёлкает и потрескивает. Коробка передач выла при переключении уже вторые сутки, радиатор подтекал, а бензобак, кажется, приобрёл новую течь где-то в районе прокладки. Ещё немного — и эта машина станет моей персональной огненной могилой.

Мотель выглядел как декорация к фильму, который никто не доснял. Два десятка номеров, вытянувшихся буквой L вдоль пыльной парковки. Облупившаяся краска цвета выцветшей бирюзы, мигающая неоновая вывеска, у которой не горела буква S — получалось «ьерра-Виста», что звучало как имя мексиканской танцовщицы из дешёвого бара. На стоянке сиротливо жарились на солнце пара грузовиков с номерами Аризоны и одинокий Кадиллак не первой свежести. И тишина. Та самая, подозрительная, когда даже цикады замолкают, а воздух становится густым и неподвижным.

Я сунул револьвер за пояс, проверил пакет Ларса во внутреннем кармане куртки и вышел из машины. Под ногами захрустел гравий. Солнце палило так, словно задалось целью выжечь из моей головы все мысли, кроме одной: найди тень.

Административный домик встретил меня кондиционированной прохладой и запахом корицы. Звякнул колокольчик над дверью, и из-за стойки поднялась женщина.

Марисоль оказалась невысокой, ладно скроенной мексиканкой лет сорока пяти, с медными волосами, собранными в тугой пучок, и глазами цвета тёмного янтаря. В её взгляде читалась целая анкета: рост, вес, потенциальная опасность, платёжеспособность. Но было в ней и что-то ещё — какая-то усталая цепкость, выработанная годами жизни в месте, где неприятности приезжают без предупреждения.

— Добрый день, — сказал я. — Я от Ларса.

Она моргнула. Что-то в её лице изменилось — едва уловимо, как будто опустилась невидимая шторка.

— Кофе? — спросила она вместо приветствия.

— Не откажусь.

Кофе оказался густым, чёрным и обжигающим — с явным добавлением корицы и чего-то ещё, может быть, капельки рома. Я сделал глоток и выложил на стойку пакет Ларса. Марисоль взяла его, взвесила в руке, но вскрывать не стала. Убрала куда-то под стойку — судя по звуку, в сейф. Затем бросила на меня оценивающий взгляд, помолчала секунду и, видимо, решив, что раз Ларс прислал — значит, можно говорить, произнесла:

— Передай Ларсу, что информация чистая. Южный маршрут работает. Следующее окно — через трое суток, с полуночи до двух. Если его человечек успеет к развилке у Старой дамбы, его заберут.

— Заберут куда?

Она посмотрела на меня с лёгким удивлением, как будто я спросил, зачем нужен бензин в машине.

— На ту сторону, — сказала она раздельно. — В Мексику, а оттуда — морем. Куда угодно, лишь бы подальше от федералов. Ты, похоже, тоже кандидат на такой билет.

— Пока нет, — ответил я, хотя мысленно сделал пометку: развилка у Старой дамбы, трое суток, от полуночи до двух. Может пригодиться. — Но спасибо за информацию. Передам.

Я допил кофе и уже собирался спросить про ночлег — уж очень хотелось спать, — когда снаружи раздался звук.

Сперва я подумал — двигатель. Но нет. Слишком много двигателей. И ещё что-то, от чего у меня волосы на затылке встали дыбом. Гул. Низкий, вибрирующий, на грани слышимости. Такой же, какой я слышал в Топанге перед тем, как агенты застыли как статуи.

Марисоль напряглась. Видимо, она тоже услышала что-то своё — женское чутьё или просто знание того, что тишина в этом мотеле никогда не бывает к добру.

Я метнулся к окну.

На парковку влетали машины. Три чёрных Эскалейда без опознавательных знаков и фургон с решётками на окнах. Из них высыпали люди в штатском — но с жилетами, на которых крупными буквами было написано BNDD. Bureau of Narcotics and Dangerous Drugs. Федеральная служба по борьбе с наркотиками. Серьёзные ребята. Не такие, как копы из Пасадены, и не такие, как федералы, которые охотились за мной. Эти были злее. Эти работали по наркокартелям и привыкли, что на их облавах иногда стреляют.

— Твою мать, — прошипела Марисоль. — Опять. Третий раз за месяц. У них наводка на двенадцатый номер. Там уже неделю живут какие-то подозрительные типы из Невады.

— Мне нужно уходить.

— Поздно. Они уже перекрывают стоянку.

Я снова выглянул в окно. Двое оперативников в чёрных жилетах с большими жёлтыми буквами BNDD направлялись к двенадцатому номеру, ещё трое — к административному домику. У каждого на поясе болталось что-то похожее на портативную рацию, но излучавшее тот самый белый шум. Глушилки. Не такие мощные, как у федералов из Пасадены, но достаточные, чтобы я не мог прочитать их мысли и не мог внушить приказ. Кажется, кто-то в Вашингтоне решил, что защита от пси-воздействия нужна не только шпионам, но и обычным копам. Или эти ребята просто таскали с собой оборудование, которое глушило всё подряд, и мой дар попадал под раздачу.

Марисоль уже отходила к стойке, что-то прикидывая про себя. Я перехватил её взгляд — она явно собиралась предложить какой-то план. Но я уже знал, что не хочу втягивать её в свои проблемы глубже, чем нужно. Она передала информацию, получила пакет — её часть сделки выполнена. Дальше я сам.

— Быстро уходите, — бросил я ей. — Скажете, что я ворвался, угрожал оружием. Меня здесь не было. Поняли?

Она хотела что-то возразить, но я уже не слушал.

Дверь в административный домик распахнулась. На пороге стоял оперативник — молодой парень с прыщавым лицом и револьвером в дрожащей руке. Увидев меня, он заорал — истерично, срываясь на фальцет:

— На пол! Руки за голову! Лицом в пол!

Я медленно поднял руки. Времени на раздумья не было. Я потянулся к его сигналу и упёрся в глушилку. Но она была слабее, чем у агентов в Пасадене — возможно, старая модель, возможно, просто дешёвая подделка. Белый шум шипел в ушах, но сквозь него я различал отдельные всполохи чужих эмоций. Страх. Паника. Мысль: ...Господи, у него револьвер за поясом, он сейчас выстрелит, почему я пошёл первым, почему...

И тогда я ударил.

Не по-настоящему — я бы не смог пробить глушилку полноценным внушением. Но я сумел бросить ему одну короткую картинку. Образ. Не приказ — скорее, вспышку. Дикую боль в правой руке, такой силы, будто он только что сунул пальцы в электророзетку. Это отвлекло его ровно на секунду.

Парень взвыл. Револьвер выпал из его руки — он схватился за запястье, зашипел, отшатнулся. Мне хватило этого мгновения: я перехватил со стойки пустую кофейную кружку и запустил ему в лицо. Кружка разбилась о лоб, парень пошатнулся, а я уже летел не к двери — к окну.

Стекло я выбил плечом.

Это было больно. Осколки порвали рубашку, что-то резануло по предплечью — потом разберусь. Я кубарем выкатился наружу, на горячий гравий, и тут же вскочил на ноги. Окно выходило не на парковку, а на боковую сторону мотеля — туда, где стояли мусорные баки и старый, проржавевший торговый автомат с кока-колой. Над головой свистнуло — кажется, пуля. Или просто ветер. Я не стал проверять.

Сзади уже слышались крики. Кто-то орал: Уходит! Боковая сторона! Боковая! Я припустил вдоль стены, огибая мусорные баки. Впереди, в сотне метров, за пустырём, виднелся остов заброшенной заправки. Если я доберусь до него, есть шанс затеряться в развалинах.

Я побежал.

Пустырь был не самым удачным местом для бегства. Открытое пространство, ни кустов, ни деревьев — только выжженная солнцем земля, усеянная битым стеклом и консервными банками. Где-то на середине я обернулся и увидел, как из-за угла мотеля вылетают трое оперативников. Двое с пистолетами, один с дробовиком. Глушилки. У всех. Белый шум тремя волнами накатывал издалека, перемешиваясь в кашу.

Я выхватил из кармана Искру.

Маленький кусочек инопланетного металла, тёплый и вибрирующий. Сэм сказал — один разряд. Свидетели сказали — только раз. Я надеялся приберечь её для встречи с настоящей угрозой — с федералами из спецотдела, с серыми, с кем-то, кто действительно опасен. Но сейчас выбора не было. Если меня возьмут здесь, дальнейшие планы можно будет строить только в камере для допросов.

— Ладно, — сказал я сам себе. — Будем считать это полевыми испытаниями.

Я сжал Искру в кулаке и сосредоточился.

В прошлый раз, когда я пытался внушить приказ миссис Гринберг, ничего не вышло. В закусочной, когда я ударил по агенту, это сработало — но грубо, грязно, с кровью из носа и полным опустошением меня самого. Сейчас, с Искрой, всё было иначе. Она не требовала от меня энергии — она была сама по себе источником. Мне нужно было только направить её.

Я представил результат. Вспышку. Грохот. Землю, вздыбившуюся фонтаном песка и щебня прямо перед бегущими людьми. Не для того, чтобы убить — просто чтобы ослепить, оглушить, дать себе фору. Я вложил в это намерение всю концентрацию, на какую был способен.

Искра сработала.

Разряд вышел синевато-белый, похожий на молнию, но тише и чище — как если бы кто-то дёрнул рубильник гигантской электросети. Он ударил не в людей, а в землю перед ними, выбив фонтан песка и щебня высотой в два человеческих роста. Взрывная волна толкнула оперативников назад, как кукол. Один упал, выронив дробовик. Двое других замерли, ослеплённые вспышкой, схватившись за лица.

Искра в моей руке погасла. Металл стал холодным и серым — обычный кусок железа, ничем не примечательный. Я отбросил его в сторону и побежал дальше.

Заброшенная заправка встретила меня ржавыми остовами бензоколонок и запахом старого бензина. Никакого пикапа, чтобы его угнать, здесь, конечно, не было — и рассчитывать на чудо не приходилось. Но зато здесь было укрытие. Я нырнул за бетонный постамент бывшей вывески и перевёл дух.

Лёгкие горели. Рубашка прилипла к спине. По предплечью, там, где резануло стекло, текла тёплая струйка крови. Но в целом я был жив и не пойман.

Я осторожно выглянул из-за укрытия. Оперативники всё ещё возились на пустыре — двое помогали подняться третьему, четвёртый, который выскочил позже, что-то кричал в рацию. Через пару минут здесь будет всё местное отделение.

Нужно уходить. Быстро. И желательно — не пешком.

Я огляделся по сторонам и тут услышал его.

Рёв мотоциклетного двигателя. Глубокий, басовитый, переходящий в ритмичное тарахтение на холостых. Я сместился левее, к пролому в бетонном ограждении, и увидел съезд с шоссе к старой бензоколонке. А на съезде — байкера.

Здоровый мужик в чёрной кожаной куртке, с нашивкой какого-то мотоклуба на спине. Он только что остановился — видимо, заметил дым от фонтана песка или услышал грохот и решил поглазеть, что за чертовщина тут творится. Мотоцикл — тяжелый Харлей-Дэвидсон, блестящий хромом в лучах послеполуденного солнца, — урчал под ним, как сытый зверь.

Байкер ещё не видел меня. Но уже через пару секунд увидит оперативников на пустыре и, скорее всего, даст по газам.

Я потянулся к его сигналу.

Глушилок у байкера, разумеется, не было. Его сознание открылось мне как на ладони: любопытство пополам с осторожностью, мысль ...что за хрень, копы, что ли?..., и уже просыпающееся решение — ...надо валить, пока не вляпался...

Его правая рука уже тянулась к ручке газа.

Я вышел из-за укрытия. Медленно. Не делая резких движений. И ударил.

Это был не тот грубый, панический удар, каким я остановил агента в Пасадене. И не тот слабый импульс, которым я пытался внушить миссис Гринберг желание выпить воды. Это было что-то среднее — прицельное, холодное, расчётливое. Я вложил в импульс чёткий образ: не боль, не страх, а паралич воли. Полное, всепоглощающее подчинение. Как будто кто-то выключил рубильник его собственных желаний и включил мои.

Байкер замер. Его рука безвольно упала с ручки газа. Глаза остекленели, как у куклы.

Я подошёл ближе. Чужие мысли всё ещё гудели где-то на периферии, но я держал их приглушёнными. Весь фокус был на байкере.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.