Контракт с коротышкой

6

На следующий вечер, после визита к Фей, он был уже в Лас-Вегасе, остановился в отеле «Голден Наггет» и позвонил Бенни Уэйду, который занимался выбиванием долгов для «Месаса». Чили знал его достаточно хорошо, чтобы позвонить прямо домой и рассказать, что ищет в городе Лео Дево, а времени у него мало, не более пары дней…

– Никогда о таком не слышал.

Чили тогда предположил, что кто-нибудь обязательно должен был заметить развязного парня, появившегося в городе с тремя сотнями тонн. Бенни в ответ намекнул, что азартные игроки оставляют деньги дома и играют в кредит, а парень, которого описал Чили, скорее похож на беглого преступника, который решил сорвать куш и сразу же улететь в Рио.

– Можешь проверить для меня? Найду тебе одного должника бесплатно.

– Вот такой разговор мне нравится. Где остановился?

– В «Наггете», в центре.

– Почему не в «Месасе», получил бы скидку.

– Чтобы добраться куда-нибудь от вас, нужно такси брать. А здесь вышел из дверей отеля, и ты уже в Вегасе.

Прямо за окном были самые злачные места: «Пайонир», «Бинион», «Сэсси Салли», все танцевальные и стрип-залы, игровые автоматы, первосортные котлеты со скидкой, бинго, букмекеры… срочная чистка и утюжка опять же…

– Здесь, в центре, насыщаешься быстрее. Двадцать четыре часа, и готово.

– К тому же дешевле, – согласился Бенни. – Можешь не выходить из номера, смотреть телевизор, если хочешь сэкономить. А лучше всего вообще сидеть дома и никуда не вылазить.

– Я бы сюда и не приехал, если бы мне не нужно было найти этого парня. Он сбежал, а новый босс приказал вернуть долг или рассчитаться самому.

– Дай мне время. Говоришь, Лео Дево его зовут?

– Да, но он мог приехать и под другим именем. – Чили посмотрел на неоновую рекламу срочной чистки и утюжки за окном. – Не получится с Дево, поищи Парижа. Так называется его химчистка в Майами.

Чили не хотел наряжаться, но потом передумал – надел темный костюм, белую сорочку, галстук, и все прямо на глазах у громадной неоновой девчонки за окном. Не любил, когда его принимают за туриста. Процедура одевания подняла настроение, ему захотелось повеселиться, найти красивую девушку, поужинать с ней, распить бутылочку хорошего вина… Когда позвонил Бенни Уэйд, Чили рассматривал себя в зеркале, пытаясь пригладить коротко остриженные волосы, и размышлял, почему людям так не нравится красиво одеваться.

– Тебе стоит поиграть, должно повезти сегодня. Знаешь об этом?

– Я стараюсь жить так, чтобы всегда везло.

– Есть некий Ларри Париж, который меняет отель за отелем на Стрипе. Несколько дней провел в «Тропе», переехал в «Сэндс», потом в «Дезерт Инн», «Ступакс Вегас Уорлд». Сейчас он живет совсем рядом с тобой, в «Юнион Плаза».

– Перебрался поближе к месту, где выступают «Обнаженные на льду», – заметил Чили, чувствуя, как ритм Лас-Вегаса входит в его тело. – И как у него дела?

– Понятия не имею. Во всяком случае, за кредитом он никуда не обращался.

– И не мог, раз живет под вымышленным именем. Это – мой парень.

– Я только упомянул Ларри Парижа, и ночной менеджер в «Ступакс» сразу понял, о ком идет речь. Сказал, что мистер Париж нанял телохранителя носить чемодан с деньгами. Многие так поступают, платят местному громиле десять баксов в час, пытаются произвести впечатление.

– Это точно Лео, – подтвердил Чили. – Наверное, думает, что умер и вознесся на небеса.

Бенни Уэйд заметил, что обычно таких людей легко найти там, где собирается толпа, и лучше первым делом проверить столы для игры в кости в «Плазе».

Имело смысл, к тому же, как оказалось, этим вечером Чили действительно везло. Он спустился, прошел по цветастому ковру через холл «Наггета» и увидел играющего в рулетку, в эту дамскую игру, Лео. Лео делал ставки, а его телохранитель, выглядевший разодетым в пух и прах тяжелоатлетом, держал портфель.

Чили остановился за спиной Лео, чуть в сторонке. Две женщины за тридцать в вечерних платьях, не слишком привлекательные, сидели напротив Лео, который явно пытался произвести на них впечатление. Качал головой, когда они ставили по одной фишке, говорил, что нужно рисковать, если хочешь сорвать солидный куш. Сам Лео ставил на так называемые «боевые» номера – от десяти до пятнадцати и на тридцать три, – равномерно распределенные по рулетке. Его фишки были зеленого цвета, почти такого же, как и костюм, но их номинала видно не было – сколько он ставил, понять было невозможно. Женщины играли синими и розовыми фишками. Буйство красок на столе. Похожий на пасхального кролика Лео с прилизанными волосами, в спортивном бледно-зеленом пиджаке с золотыми пуговицами и открытой розовой рубашке с высоким голливудским воротником прятал лицо за темными очками. Чили посмотрел, на каком номере остановился шар. Повезло казино. Когда женщины встали из-за стола, Лео сказал, что приглашение на ужин остается в силе. Они поблагодарили, театрально закатив глаза. Лео проводил их взглядом – жалкий владелец химчистки, старающийся выглядеть крутым игроком. Телохранитель, молодой парень в обтягивающем плечи пиджаке, открыл портфель, достал пачку сотенных в банковской бумажной упаковке и, под взглядом крупье, передал ее Лео. Тот сорвал упаковку, послюнив палец, отсчитал двадцать банкнот и получил взамен двадцать зеленых фишек. Значит, он ставил по сотне на каждый «боевой» номер и ждал, когда ему выпадет удача в размере тридцать пять к одному. Чили продолжал наблюдать. Лео выиграл и поставил по три фишки на каждый номер – ага, значит, вот что такое система по Лео. Ему снова повезло, выигрыш составил более десяти тысяч. Он поставил по три фишки на номер и проиграл. Вернулся к ставке в одну сотню на номер и уже раскладывал фишки, когда Чили подошел сзади и попросил:

– Лео, посмотри на меня.

Лео рассыпал фишки. Крупье сделал вид, что ничего не замечает.

Лео, пытаясь выиграть время, обернулся не сразу, а когда наконец повернулся, то сначала поправил очки на носу – этакая напускная беспечность. Как человек, укравший триста тысяч, он мог бы придумать что-нибудь оригинальное, но сумел лишь промямлить:

– Ну и ну…

Телохранитель, постриженный еще более коротко, чем Чили, подошел и положил на плечо Лео свою лапищу.

– Для чего тебе этот парень, Лео? – спросил Чили. – Чтобы движение останавливать, когда ты переходишь улицу?

– Вот это сюрприз, – выдавил из себя Лео. – А ты что здесь делаешь?

– Взимаю долг. Двадцать штук ровно.

Лео снова поправил очки на переносице и попытался разыграть удивление:

– Я разве двадцать тебе должен? Что-то не припоминаю.

– Расходы, – пояснил Чили. – Плюс штрафы за просроченные платежи по процентам.

Молодой тяжелоатлет свел брови и смерил Чили взглядом телохранителя, получающего десять баксов в час.

– Мистер Париж, этот парень вам надоедает?

– Все в порядке, Джерри. – Лео махнул рукой, не сводя с Чили глаз. – Я ведь собирался тебе позвонить, просто вылетело из головы. Слушай, я скоро закончу здесь, посидим, выпьем, и я выпишу тебе чек. – Повернувшись к столу, он как бы нехотя бросил через плечо: – Ну, рад был тебя видеть, Чил…

И принялся собирать фишки.

– В самом деле? – изумился Чили. – Выпишешь мне чек? Это ты серьезно, Лео? Посмотри на меня, я же с тобой разговариваю.

– В данный момент я занят. – Лео изучал расположение фишек на столе. – Не возражаешь?

Он говорил вполне серьезно.

Чили даже немножко растерялся. Смысл происходящего ускользал от него. Но стоило ему взглянуть на ссутулившиеся под спортивным зеленым пиджаком плечи Лео, на его прилизанные, падающие на голливудский воротник волосы, как он все понял.

– Лео, позволь спросить тебя кое о чем.

– Вы же слышали мистера Парижа, – вмешался в разговор десятидолларовый телохранитель. – Он не хочет с вами разговаривать.

– Хорошо, спроси его сам, – предложил Чили, наблюдая, как Лео раскладывает фишки на «боевые» номера. – Спроси, как он думает, я здесь случайно оказался или изначально знал, где его искать?

Лео выпрямился, придвигая к себе фишки, отвернулся от стола, сразу превратившись в прежнего, старого Лео-неудачника, и взял у телохранителя портфель.

– Сколько ты хочешь?

– Ровно столько, сколько ты мне должен. Вымогательство не по моей части. А еще я дам тебе один совет, можешь воспользоваться им по собственному усмотрению. Позвони Фей. То есть позвони ей сегодня, да побыстрее. – Чили почувствовал, что телохранитель двинулся к нему и, не оборачиваясь, сказал: – Не вмешивайся. Нет никаких проблем.

Телохранитель явно не знал что делать.

– Мы с ним старые друзья, – объяснил ему Чили. – Я давно его знаю.

– Это Фей тебе рассказала, да? – спросил Лео, передавая ему деньги.

– А ты как думал? – грубо поинтересовался Чили, пытаясь понять, что происходит в голове у жалкого владельца химчистки. – Ты что творишь, Лео? Совсем рехнулся, или как? Можешь мне сказать?

– Что я делаю? – Лео резко вздернул голову, и очки его яростно сверкнули. – И ты еще спрашиваешь? Я делаю сейчас то, о чем раньше мог только мечтать. Вот что я делаю.

Крупье все это время наблюдал за ними, сложив на груди руки:

– У нас проблемы, джентльмены? Позвать администратора?

Бенни Уэйд объяснил Чили по телефону, что стоит только войти в дверь рядом с лифтом, пройти мимо окошка кассы, повернуть налево рядом с бухгалтерией, миновать кофеварку и ксерокс, и он окажется на месте. Бенни поднялся из-за компьютера, седовласый, добродушный – совсем не такой, каким представлял себе Чили бывшего агента ФБР. Да и вел он себя совсем не так, как крутой агент, ходивший когда-то в ботинках с отстроченными носами.

– Итак, ты его нашел.

– Нашел и снова потерял, – кивнул Чили.

– По телефону ты сказал, что получил долг.

– Получил. Но еще хотел поговорить с ним, совсем по другому делу – он должен был вчера вечером позвонить жене. Долго рассказывать зачем. Так вот, я связался с ней, узнал, что он так и не позвонил, и решил повидаться с ним еще раз. Утром отправился в «Плазу», а там мне рассказали, что он уехал, выписался.

– Может, вернулся на Стрип?

– Нет, он вообще уехал из города. В Лос-Анджелес перебрался.

– Сейчас посмотрим, кто у нас там есть. – Бенни сел за компьютер и застучал по клавишам. – Ага, один из клиентов Дика Аллена задолжал нам сто пятьдесят тысяч, просрочил шестьдесят дней. Хочешь поговорить с Диком? Если, конечно, поедешь в Лос-Анджелес.

– Разумеется, почему бы нет.

– Ты нашел этого Лео и снял долг. – Бенни не сводил с него глаз. – Но счастливым не выглядишь. В чем дело?

– Не помню, говорил ли я тебе, когда приехал, что попал в дурацкое положение.

– Упомянул вскользь.

– Ага, там-то я до сих пор и нахожусь. Помнишь, ты сказал, мне должно повезти и, мол, стоит поиграть?

– Дальше не рассказывай, не хочу чувствовать себя виноватым.

– Я тебя и не виню. Ты-то тут при чем?

– Тогда о'кей, сколько проиграл?

– Все, что получил, без мелочи.

7

– Знаешь, почему ничего не выйдет? – спросил Гарри. – Это я понял еще до того, как ты сказал, что не знаешь концовки. Не к кому благожелательно относиться. Кто хороший? Нет никого.

– Ростовщик хороший, – несколько удивленно заметил Чили.

– Шутишь? Ростовщик – злодей. Лео – жертва, но всем на него наплевать. У тебя нет положительного героя, нет героини, женщины… Есть только первый акт и начало второго.

– Тогда, наверное, стоит тебе рассказать о том, как у меня сперли куртку, и о том, как парень по имени Рей Боунс, которого я когда-то подстрелил, решил отомстить мне.

– Господи! – воскликнул Гарри. – Конечно стоит!

В три часа ночи они все еще сидели на кухне, пили кофе, курили сигареты Чили, пока они не кончились, а потом Гарри нашел пачку ментоловых, из запасов Карен.

– Это все? – уточнил Гарри.

– В основном.

– Есть сцены, которые могут сработать, но немного не дотягивают. – Гарри хотелось узнать о парне как можно больше, не вселяя в него особой надежды. – Например, в казино у рулетки. Ты не доработал с телохранителем.

– В каком смысле?

– Сцена, вернее, такой тип сцены в фильме должен вызывать определенное напряжение. Зрители думают: «Господи! Сейчас начнется». Они знают, что ты – головорез, хотят увидеть, как ты разберешься с телохранителем.

– Ну, в реальной жизни, если ты затеешь подобное в казино, тебя просто выкинут на улицу и попросят никогда больше не приходить. Я не упомянул, что на следующий день именно телохранитель Джерри рассказал мне, что Лео улетел в Лос-Анджелес. Правда, сначала мне пришлось обойти несколько компаний, в которых нанимают телохранителей.

– Тебе пришлось угрожать ему?

– Ты хочешь, чтобы я сказал, что избил его, хотя он был значительно крупнее меня. На самом деле я угостил его завтраком. Даже спросил, как дела у Лео. Джерри сказал: «О, совсем неплохо, я посадил его на самолет с четырьмястами пятьюдесятью четырьмя тысячами, вот и все».

– И почему он тебе все это выложил?

– Паренек просто умирал от желания почувствовать себя важной персоной. Как те люди, которые говорят, что знают, где живет кинозвезда, – тем самым они демонстрируют, что вхожи в этот круг.

– Я знаю много домов, в которых живут звезды всякой величины. Мне это совсем не помогло.

– Да? Я не возражал бы проехаться по окрестностям.

– А знаешь, кто здесь жил когда-то? Кэри Грант.

– Не врешь? В этом доме?

– Или Коул Портер, не помню, кто именно.

Гарри прикурил очередную ментоловую сигарету. Он устал, у него начала болеть голова, но уходить он не собирался.

– Итак, ты понятия не имеешь, где сейчас Лео, знаешь только, что он в Лос-Анджелесе.

– И даже в этом я не уверен. Фей он не звонил. Я позвонил ей сам, и она назвала мне имя женщины, с которой Лео, насколько ей известно, познакомился на конвенции работников химчисток. Именно поэтому я остановился в мотеле на бульваре Вентура. Рядом с «Хай-Тоун», химчисткой этой женщины, но дамочки сейчас нет в городе. Надеюсь, она с Лео, и они когда-нибудь вернутся.

– Ну, допустим, найдешь ты его – и что дальше?

Чили ответил не сразу. Гарри терпеливо ждал. Он понимал, что в этом парне скрыты гораздо большие перспективы, чем в его замысле фильма.

– Разные варианты возможны, – задумчиво произнес Чили. – По сути, эти деньги принадлежат жене, они были ей официально выплачены.

– По сути, – возразил Гарри, – эти деньги принадлежат авиакомпании. Это тебя не волнует?

– Волнует? Но я же их не крал.

– Верно, однако ты намереваешься поделить их с его женой.

– Нет. Я только сказал, что она предложила мне поделить их, больше ничего. Я еще не все тебе рассказал, Гарри.

Очевидно, Чили решил, что пора перейти к уклончивым ответам.

Тогда Гарри был вынужден избрать другой подход:

– Интрига становится сложнее, да? Появилась девушка, правда, она мало что значит. Понимаешь, чем больше деталей ты мне расскажешь, тем лучше. Итак, ты стоишь у рулетки, он отдал тебе долг… О жене не говорили?

– Он понял, что я с ней разговаривал. Именно это и вернуло его с небес на землю.

– Но ты ведь не упоминал, что по сути это ее деньги.

– Вот-вот могла вмешаться администрация казино, и я предпочел удалиться. Но я намекнул, чтобы он обязательно позвонил жене.

– А потом взял в свои шаловливые ручки двадцать штук и очень быстро просадил их, – с довольным видом продолжил Гарри.

– Я успел проиграть чуть больше семнадцати тысяч, прежде чем мой мозг снова начал нормально работать. Особенно меня добило то, как Лео сказал, глядя мне прямо в глаза: «Я скоро закончу и выпишу тебе чек». Как будто объявлял, что займется мной, как только у него будет время, а пока, мол, отвали. Этот жалкий неудачник висел у нас на крючке много лет, а сейчас смеет так разговаривать со мной. Я собственным ушам не поверил.

– Должно быть, он решил, что ты случайно вышел на него, – заметил Гарри.

– Ага, как будто я не знал, что он якобы мертв. Но, самое интересное, он-то знал, что задолжал проценты за целых шесть недель. Этот долг должен был тяготить его как камень, а Лео еще в позу встал. Я просто отказывался верить. Поэтому сделал вид, будто я ничего не могу поделать.

– То есть ты стал свирепеть.

– Да. Чем больше думал об этом. Сначала я почувствовал только удивление. Никогда не видел Лео таким. А потом, когда хорошенько обо всем поразмыслил, рассвирепел по-настоящему.

– Такое поведение обычно называют манией величия или попыткой поиграть мускулами. Все свидетельствует об этом – особенно телохранитель с чемоданом, полным денег. Здесь это считается обычным делом, тем более в актерской среде. Парню, который зарабатывал сотню тысяч за картину, вдруг везет, следующий фильм становится хитом, и цена за роль возрастает до миллиона. Вскоре он получает уже несколько миллионов за фильм плюс часть доходов от проката. Это все тот же подонок, но уже в обтягивающих штанах и с коронками на зубах, а вдруг оказывается, что он все-все знает о том, как надо делать кино. Сам переписывает сценарий или дает переписать другим. Диктует режиссеру, как нужно играть данную роль, не пускает на площадку продюсера, если тот ему не нравится. Но играть мускулами умеют все: режиссеры, продюсеры, особенно агенты. Положение твое тем выше, чем больше очков тебе начислено за то, что тебя видят с нужными людьми, ездишь ли ты на «феррари» или «роллсе», получаешь ли хороший столик в «Спаго» или «Айви», даешь ли отсосать известной актрисе на съемочной площадке. За то, сколько по-настоящему влиятельных людей ответило на твои звонки, и за прочее дерьмо.

Гарри на мгновение замолчал, поняв, что несколько отошел от темы разговора и зря теряет время.

– Но как только Лео вздумал поиграть с тобой, ты сбил его с ног. Ловко, очень неплохая сцена.

Гарри снова замолчал, прислушался к шуму холодильника в тишине. Свет на кухне был слишком ярким, режущим глаза, и у него болела голова. Но уходить ему не хотелось, нет, еще не время.

– История, с курткой мне тоже понравилась, может сыграть, но сработала бы лучше, если бы не была ретроспективой. Впрочем, она наглядно показывает, что ты знаешь, как себя вести в ситуациях подобного типа. Полагаю, учитывая сферу твоей деятельности, были и другие ситуации…

– Я больше этим не занимаюсь.

– Но ведь были ситуации, когда приходилось занять жесткую позицию? Скажем, один из клиентов перестал платить.

– Они всегда платили. Конечно, я бил людей по лицу, это обычная практика – дать пощечину. Я разговариваю с парнем, пытаюсь вернуть свои деньги, он отворачивается и мгновенно получает затрещину: «Эй, мать твою, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю». Только чтобы привлечь их внимание. Понимаешь, люди, с которыми мы в основном имели дело, сами были достаточно жестокими и крутыми парнями с улицы: жуликами, ворами, наркоманами. Кроме них, мы, конечно, вели дела и с законопослушными гражданами, которые никогда не доставляли хлопот и рассчитывались вовремя. Я понимаю, что ты имеешь в виду, Гарри, твое отношение мало чем отличается от отношения законопослушных граждан, для которых я выбивал долги. Скажем, агента по продаже автомобилей или владельца магазина телевизоров… Среди их клиентов появляется паразит, и они хотят вернуть свои деньги, все равно как. «Да сломай ты ему ноги», – говорят они. Это первое, что приходит им в голову. А я говорю им: «А как он с тобой рассчитается, если будет валяться в больнице?» Но они не думают об этом, просто хотят растерзать парня и вернуть свои деньги.

– Да, тебе во всяких переплетах довелось побывать, – посочувствовал Гарри. – Например, дело с этим Реем Боунсом… кстати, неплохое имя для персонажа. Я все хотел спросить, тебя не арестовали тогда за то, что ты подстрелил его?