Закаленные бурей 7

– Что это было, сэр?

– Апокалипсис! Всем кораблям встать носом к волне. Радисту срочно отправить радиограмму в Адмиралтейство: "Эскадры больше нет, корабли тонут в результате попадания в море огненного шара».

До кораблей, спешащих к Бермудам, докатилась волна. Их подняло вверх, а затем бросило в глубины моря, отчего по палубам прокатились тонны воды. С трудом удержавшись на ногах, адмирал вслух задал вопрос.

– Капитан, что с подводными лодками?

– Сэр, учитывая силу надводного удара, полагаю, что корпуса лодок дали течь, и они затонули.

Контр-адмирал Лоу протёр платком лысую голову, сняв фуражку.

– Несмотря ни на что, капитан Купер, мы обязаны выполнить приказ. Курс на Сент-Джордж.

Наши лодки, переждавшие динамический удар, спрятавшись за островами архипелага, получили приказ вновь выйти в океан и торпедировать оставшиеся корабли. Первым пошёл на дно десантный корабль, вторым торпеду в корму получил отставший миноносец. Затем он же получил ещё одну торпеду и пошёл ко дну.

– Контр-адмирал Лоу, в море вокруг нас находятся несколько лодок противника. Предлагаю самым полным ходом покинуть это место, иначе нас расстреляют торпедами.

– Открыть ответный огонь, миноносцам сбросить глубинные бомбы, эскадре "делать как я".

– Сэр Лоу, мы бросаем моряков с подбитых кораблей?

– Да, капитан, наша задача сохранить остатки эскадры.

Линкор стал набирать скорость, уходя в море. Но получилось, что он пересекал курс двух подводных лодок. Две выпущенные торпеды попали прямёхонько в длинный борт. Раздались взрывы, и в проломы стала заливаться морская. Команда боролась за спасение корабля, но проигрывала мощи океана, вскоре покинув его.

На идущем в конце колонны линкоре серии "Королева Элизабет" был поднят белый флаг. Вслед белый флаг взвился на флагштоках остальных кораблей эскадры, переживших волну. Собрав с потопленных кораблей несколько сотен выживших моряков, в сопровождении наших подводных лодкок в Сан-Александровск уходили два трофейных броненосца 1905 года постройки, введённый в строй в 1921 году линкор, два крейсера, эсминец и четыре миноносца – всё, что осталось от тридцати семи вымпелов надводных кораблей.

Я подводил итоги операции:

– Что же, товарищи, операция «Карибская молния» проведена замечательно. Всех причастных ждут награждения и повышения в званиях. Также вводятся две медали: "За обретение независимости ЦАШ 1925 года", "За победу в войне 1926 года".

– А мы победим в 1926 году?

– А куда мы денемся!

Эджен Куриши и его группа прибыла в Южный Курдистан. Здесь качали нефть английские нефтяные компании. Парсан Куриши и его группа осела в Басре, контролируя южно-иракские нефтяные поля. Внедрение в местную среду прошло вполне спокойно. Ведь арабы также переезжают с места на места, как и граждане любых других стран. Кто-то приезжает по делам бизнеса, кто-то ищет работу. Эджан в Мосуле, а Парсан в Басре основали небольшие торговые компании, наняв других безработных из Аравии, приехавших на заработки в нефтяные районы – бойцов своей же группы.

Получив при радиосеансе приказ о начале операции, в один солнечный осенний день в офисах нефтяных компаний "Бритиш Петролеум", «Англо-Персидская ойл компани» и "Роял Датч Шелл" раздались мощные взрывы, сильно повредившие здания. Выстрелами были убиты региональные руководители представительств этих компаний. Но самым тяжёлым происшествием оказался пожар на четырёх нефтяных вышках этих фирм и взрыв на нефтеналивном терминале "Рояла". В центральные офисы указанных компаний пришли телеграммы из Багдада: "С любовью из Русских Эмиратов! Если и дальше будут уничтожаться наши вышки в Персидском заливе, то вы получите полноценную нефтяную войну".

На экстренном совещании у премьер-министра Великобритании собрались министры и представители деловых кругов.

– Это перешло всякие границы! Необходимо стереть с лица земли эти Эмираты. Господин премьер-министр, что там творится? Почему наши армии ещё не задавили этих русских?

Болдуин почесал нос, нахмурил лоб, постучал перьевой ручкой о стол и произнёс: «Сэр первый лорд, что вы скажете господам промышленникам?»

Первый лорд адмиралтейства виконт Бриджмен, переглянувшись со своим замом адмиралом Хоупом, произнёс: «Господин Хильдебранд, дело в том, что мы воюем не с туземцами, а высокоразвитой страной, армия которой превосходит британскую по выучке и технической оснащённости. К тому же её поддерживает ЦАШ. Как вы знаете, пятнадцать лет назад русский бизнесмен князь Семенов Якутский захватил Никарагуа, создав там марионеточное правительство. Только он оказался гораздо дальновиднее, чем все тогда подумали. Он не просто захватил банановое государство, а стал создавать новую империю, сделав ставку на экономическое развитие страны. Это привело к тому, что теперь мы не можем с ним справиться. Наш флот сильнее, но на сегодняшний день мы потеряли две эскадры у Бермуд и в Персидском заливе, не считая торговых судов. ЦАШ потеряла старые лоханки, а все современные корабли его флота находятся в строю. И этот флот сейчас блокировал Суэц и Ормуз, занимаясь пиратством. Мы также занялись каперством, но всплыла очень серьёзная проблема. Под флагом ЦАШ ходит много иностранных судов, не имеющих к Семенову никакого отношения, в том числе и английских компаний.

– Что за ерунда! Откуда у него в стране имеются британские компании?

– Он ввёл открытый реестр с очень выгодным налогообложением и низкими портовыми сборами, поэтому многие компании регистрируют свои суда именно в портах Панамы или ЦАШ. В итоге у нас появились проблемы с европейскими судоходными компаниями. В связи с этим пришлось отказаться от практики топить суда. Сейчас мы досматриваем все суда под флагом Панамериканской империи и принимаем решение о конфискации судна или нет.

– Хорошие доходы?

– Увы, тут нас тоже ждало разочарование, потому что судов империи в океане практически нет – они ходят либо вдоль Тихоокеанского побережья своей страны, либо по Карибскому морю. Полностью контролировать тот регион мы не можем – там зона влияния США. А сырье из СВР им везут зафрахтованные суда крупной американской компании «Пасифик оушен транспортинг».

– Это чёрт знает, что такое!

– Семенов и его помощники оказались ушлыми ребятами и подстраховались как надо.

– Господин первый лорд, и всё же, что мне делать с нефтяным бизнесом? Поставки в Англию из Персидского региона существенно сократились. Радует лишь то, что и ЦАШ лишилось своих вышек, чем сорвёт будущие контракты. Мы входим в консорциум с рядом фирм – американскими «Эксон» и «Мобил», французским «Тоталом» и турецким "Гюльбенкяном", чьи вышки не тронуты, а корабли свободно пропускаются. Однако, первый лорд, исходя из ваших слов, я понял, что наша страна ничего не сможет сделать с РОЭ?

– Ничего, мистер Хильдебранд.

Вечером сэр Болдуин вышел из джентельменского клуба, где проводил пару часов каждое воскресенье, собираясь сесть в машину и отправиться домой.

К нему подошёл мужчина и обратился с вопросом.

– Мистер Болдуин?

– Да, мистер, а вы кто?

– Мы могли бы немного прогуляться без вашей охраны и поговорить?

– Вы представитель князя Семенова? Как к вам обращаться, мистер…

– Меня зовут мистер Швач, я член секретной организации. Моя профессия снайпер. Скажу, что за эту неделю лично вас можно было подстрелить раз пять. Но наш император понимает, что войну придётся завершать миром, а договариваться можно только с вменяемыми политиками. Наиболее ненормальных и патологических идиотов мы уже начали отстреливать. Остальным руководителям беспокоиться не о чем.

– Как вас найти?

– Никак, иначе нас давно бы нашла ваша полиция. Держите связь с директором "Зенит Британия" графиней Натальей Химченко, если не хотите напрямую связываться с президентом ЦАШ или императором.

– У нас нет засекреченного телефонного канала с ЦАШ…

Через несколько дней командующий английским флотом в Персидском заливе адмирал Ллойд докладывал в Англию о состоянии дел.

– Сэр Бриджмен, мы проиграли войну. Мы можем обстреливать и дальше форты, но без сухопутной поддержки это лишь трата снарядов. К тому же мы тоже несём потери от действий береговой артиллерии.

– Приказываю оставить залив и деблокировать Суэцкий канал.

– Слушаюсь, сэр.

С эскадры подводных лодок каперанга Сергея Кривко, патрулирующих Ормузский пролив, в Аден, где базировался основной флот Курносова, пришла радиограмма: «Флот в составе 18 вымпелов проследовал в сторону Адена. Состав кораблей по списку»

На вечернем совещании в кают-компании флагмана Курносов зачитал радиограмму капитанам кораблей.

– Что, товарищи, пришла пора сразиться с бриттами в открытом море?

– Их кораблей больше.

– Зато у нас есть мощный подводный флот, чего нет у англов.

На следующий день началось первое морское сражение флота ЦАШ против сильного противника. Корабли маневрировали, обстреливая друг друга. Подводные лодки окружили эскадру англичан и с расстояния в две-три морские мили обстреливали суда торпедами. У нас были хорошие корабли, но мало практического опыта сражений. У англичан тоже были хорошие корабли и хорошие моряки, которые весьма успешно долбили эскадру Курносова. Исход сражения решили подводные лодки. Эти морские волки загоняли корабль в торпедную сеть, где он получал пробоины и выходил из боя.

Наконец, главным калибром русские артиллеристы флагманского линкора попали в рубку флагмана англичан, выведя корабль из строя. Командование принял контр-адмирал Рамсей, чей крейсер был торпедирован подводной лодкой, после чего стал тонуть. Атакуя врага совместно с подводным флотом, эскадра Курносова сравнялась с бриттами по числу надводных кораблей. Корабли обеих эскадр получили повреждения, у всех были потери в экипаже. Раненый осколком контр-адмирал Гордон Байрон принял решение сдаться.

Одновременно с военными действиями в мире шла информационная война. Военные корреспонденты наших газет и радиостанций освещали события с места боев. Мамаевна, побывав в лесах Белиза, теперь выдавала репортажи с территорий, освобождённых русской армией в Эмиратах. С особым акцентом подавались новости о кровожадности английских солдат, у которых не хватало сил справиться с регулярной армией, отчего они вымещали злобу на мирном населении, проживающем в оазисах и городах. Затем освещались успехи армии РОЭ и ЦАШ, которые громили английскую армию в сухопутных и морских баталиях. Статьи завершались экономическими прогнозами о размерах убытков, которые терпят английские компании. Из этого делался вывод, что у них не будет прибыли в этом году и выплат дивидендов.

На самом деле многие английские компании особо не заметили проблем английской армии, однако, агрессивные информационные вбросы влияли на биржевую обстановку, делая своё дело. По заданию правительств в Эмираты прибывали корреспонденты ведущих газетных издательств мира, чтобы самим увидеть реальную картину. Их отчёты были очень похожи на репортажи СМИ ЦАШ, отчего вызывали доверие у обывателей. Английская пресса отбивалась от информационных нападок СССР, США, южноамериканских, азиатских и европейских стран, вещая о том, что у них в королевстве всё очень хорошо. Однако эти опровержения только подливали масло в огонь, и многим становилось ясно, что дела у англичан идут неважно. Германцы вообще написали о скором захвате русскими всего Персидского региона.

В результате медийного шума на фондовой бирже Лондона наметились очень неприятные тенденции. Акции многих английских компаний поползли вниз, как пополз вниз и фунт стерлингов, отчего доллар и все ведущие европейские валюты резко прибавили в цене. Уменьшение поставок нефти, проблемы у самих нефтяных трестов, экспроприация английских товаров и кораблей в море привели к тому, что в английском правительстве, а значит, и в СМИ, заговорили о миллионных убытках. Оппозиция надрывалась: «Поражение от папуасов! Власти не могут управлять страной! Они ведут страну к стагнации экономики и её итогу – полному коллапсу».

Как говорится: «Кому война, а кому и мать родна». Биржевые воротилы потирали руки, перекупая и перепродавая акции пошатнувшихся английских корпораций, делая на этом миллионы. Этим отлично пользовалась брокерские конторы Химченко в Лондоне, Ника в Берлине и Блондина в Нью-Йорке.

В кабинете британского премьер-министра проходило очередное экстренное совещание.

– Господа, мы проигрываем войну. Ещё месяц и русские просто вытолкают нас из Аравии в море. Насколько мне стало известно из последнего коммюнике, предоставленного Адмиралтейством, мы оставили Шарджу и Кумзар, русские и бедуины стоят у нефтяных вышек в Кувейте. Это говорит о том, что Эмираты победили в войне. Что толку в нашем флоте, если нас побеждают на суше. А наш флот, сэр Первый лорд, даже не смог предотвратить высадку десанта в Джидде. А ещё мы умудрились проиграть у Адена морской бой русским, которых даже японцы в 1905 году разгромили в пух и прах!

– Господин премьер-министр, мы даже не рассматривали вариант высадки такого десант, это было нереально.

– А военный министр ЦАШ Топорков рассматривал этот вариант вместе со своим штабом. В итоге мало того, что они дважды высадили десант, так у них хватило наглости начать каперство.

– Что же, как не прискорбно об этом говорить, сэр премьер-министр, но надо договариваться. Что скажет лорд-председатель Тайного совета герцог Марборо?

– Господа, я проработал этот вопрос. Недавно я имел неофициальное сношение с представителем императора Алексея.

– И каков результат вашего сношения?

– Император ищет возможность встречи и готов договариваться. Правда, он выразил пожелание прибыть на переговоры с адекватными предложениями. Длительная война истощает экономику и невыгодна никому.

– Резонно, и что он считает адекватными предложениями?

– А это нужно обсуждать. В любом случае, он готов что-то отдать, а что- то забрать взамен. Господа, мы проиграли войну. Уничтожение эскадры одним выстрелом говорит о том, что Семенов обладает оружием, способным уничтожить всю Британию.

– Вы имеете с ним дружеские контакты, лорд Генри.

– Да, сэр, это так.

– Вот вы и полетите в Манагуа заключать мирный договор.

– Я хотел бы, чтобы в делегации был канцлер Казначейства Уинстон Черчилль. К тому же, господин премьер-министр, считаю, что пора обменяться посольствами.

– Не возражаю.

К Химченко прибыл герцог Генри Марборо.

– Графиня, нужен срочный контакт с президентом ЦАШ князем Извилиным.

– Пройдёмте в совещательную комнату, сэр Генри.

Спустившись в подвал, по телефону лорда соединили с министерством финансов ЦАШ.

– Леонидова слушает. Что случилось, Наташ?

– Ольга, у меня в совещательной комнате находится лорд Марборо. Английское правительство готово обговаривать условия мира.

– Одну минуту, наберу Саню. Я только что обсуждала с ним английские дела, так что он должен быть у себя в кабинете. Думаю, по такому случаю организуем телеконференцию.

– Мы подождём. Лорд Генри, сейчас на связь выйдет наш президент.

– Вы так легко общаетесь друг с другом.

– Лорд Генри, мы – одна команда, поэтому всё просто. Наши технари тоже не зря свой хлеб едят, и организовали трансатлантический канал закрытой телефонной и радиосвязи. Но когда нужно, мы соблюдаем протокол. Как вам нынешняя погода?

– Скажем так, штормит, особенно в Персидском заливе.

– Не то слово! Как ваша супруга леди Ева? Мой вам совет, покупайте акции английских нефтяных компаний, пока они обрушились.

– Благодарю, леди Ева чувствует себя замечательно. Сколько у меня есть времени?

– Пока вы не объявите о перемирии, если договоритесь с президентом.

– Я могу позвонить домой?

– Вот телефон.

– Ева, поручи нашему поверенному скупать акции "Бритиш Петролеум" и "Англо-Бирманской нефтяной компании".

– Но они упали.

– Ева, именно сейчас и покупай, завтра будет поздно!

В комнату вошёл технический специалист, включил телевизор, проверил настройки и качество изображения, и вышел. На экране телевизора камера показывала кабинет заседаний, где на месте председателя сидел Извилин.

– Здравствуйте, лорд Генри, рад слышать, что вы обратились к нам с предложениями о мире.

– Да, князь Александр, пришла пора завершить этот конфликт. Мы отплываем в Манагуа через неделю. Хочу выразить пожелания, чтобы с сегодняшнего дня боевые действия прекратились. Это нужно мне. Я должен гарантировать своему правительству перемирие. Но прежде чем начнутся официальные переговоры, мне хотелось бы обозначить наши позиции и услышать ваши.

Через два часа взмокший от напряжения лорд Генри вышел из банка "Зенит Британия" и отправился к премьер-министру.

– Сэр, президент гарантировал мне окончание боевых действий в 17.00 по Гринвичу.

– Что же, выпьем сегодня вечернего чаю в спокойной обстановке.

Над заливом установилась тишина и покой. Замолчали пушки и миномёты, винтовки и пулемёты. Наши арабские резиденты остановили террор против нефтяных компаний. Все боевые группы вернулись к своей обычной работе по продаже продуктов питания и поиску контактов с арабскими лидерами, борющимися за освобождение своих стран от англо-французского владычества.

В наступивший период затишья в Манагуа прибыла официальная правительственная делегация Великобритании, в состав которой входили адмирал Хоуп, замминистра иностранных дел Генри Марборо, Уинстон Черчилль и толпа дипломатов и экономистов. На встрече шёл торг о денежной контрибуции и владениях. Я, Азанова, Топорков, Извилин и Леонидова словесно боролись с англичанами, которые упрямо не желали признавать, что они проиграли. Англичане напирали, настаивая на возврате к ситуации до конфликта, при этом разговаривая с нами, словно с африканскими туземцами. Переговоры шли трудно, и главными нападающими являлись Черчилль и Хоуп.

– Ваше величество, дамы и господа, Великобритания никогда не проигрывала войн. Исходя из этого, вы должны вернуть нам все захваченные вами территории. Мы готовы выплатить за них денежную контрибуцию, но не более. К тому же мы практически захватили Шарджу.

Наконец, не выдержал и высказался Извилин.

– Уважаемые лорды, вы не с бедными туземцами общаетесь, а с теми, кто разбил ваши армии. Поэтому мы будем решать, на каких условиях будет заключён мир. Эта встреча состоялась лишь благодаря лорду Марборо, который убедил меня в дружественных намерениях вашей страны. Не разочаровывайте меня, господа. Сэр Уильям, вы трезвомыслящий политик, поэтому должны признать, что эту войну вы также проиграли. Тогда на каком основании вы выдвигаете свои требования? В противном случае мы перебросим в Аравию ещё бронетехнику и солдат, и просто выбьем вас из Кувейта, а затем из Ирака.

– Вам не даст это сделать наш флот.

– Ваши корабли постигнет участь эскадры под Бермудами.

В разговор вступил лорд Марборо.

– Алексей, как старый друг, я обращаюсь к тебе с такой мыслью. Перед мировой общественностью Англия не должна быть проигравшей стороной. Для всех должно быть озвучено паритетное решение результатов конфликта.

– Как твой старый друг я понимаю тебя, Генри, но как руководитель молодого государства, я хочу, чтобы весь мир знал о том, что Англия проиграла войну моей стране. Это существенно повысит акции ЦАШ на мировой арене.

– Ваше величество, господин президент, война истощает оба государства, однако мы вполне можем позволить себе продолжение военных действий.

– Адмирал Хоуп, мы тоже может позволить себе продолжение войны. Думаю, что ещё несколько выстрелов пушки Теслы, и у Англии не останется флота. А это означает, что у неё не останется колоний, потому что их заберёт себе ЦАШ. Затем я соберу коалицию государств во главе с Германией, которая накинется на вас и загрызёт окончательно.

Тот задал ответный вопрос

– Зачем вы уничтожили нефтяные вышки в Ираке?

– А зачем вы, адмирал Хоуп, уничтожили наши нефтяные вышки в Шардже, Бахрейне и Дубае? Имейте в виду, что Карибский регион для вас потерян, и это не обсуждается. К тому же мы хотим, чтобы ваши военные миссии покинули Эль Хасу, которая должна полностью принадлежать Неджду, но взамен вернём вам Шарджу.

– Это слишком неравноценный размен.

– Не спорьте, господа, давайте искать компромиссы.

– Правильно, лорд Генри, ибо лучшее – враг хорошему. Соглашайтесь, пока мы выставляем такие условия. Следующие переговоры будут о передаче нам контроля над Суэцким каналом. К тому же вы нанесли моей стране большой убыток, поэтому мы требуем контрибуцию.

– Господин президент, господа, сделаем перерыв до завтра.

– Завтра в три часа дня продолжим.

Когда англичане покинули зал, мы обменялись мнениями.

– Англы пойдут на это?

– У них нет выбора. Оружие Теслы и Филиппова опускает их позиции до нуля. Не будь его, нам бы пришлось гораздо тяжелее на Карибах. Возможно, что они захватили бы островные колонии вновь, и мы бы ничего не смогли бы сделать. Сейчас же они нам не соперники.

Дома, поиграв с детьми, я устало откинулся на диване.

– О чем задумался, Лёш?

– Жаль Шарджу. Хотя наши и англичане там всё разрушили.

– Зачем ты пошёл на уступки? Они Россию развалили, а ты с ними церемонишься?

– Надо было что-то отдать, вот и отдал. Тем более что 95 процентов запасов нефти региона сосредоточено в недрах Абу-Даби, четыре в Дубае и всего лишь один в Шардже.

Вечером следующего дня договор о мире был подписан и ратифицирован президентом ЦАШ и мной, оставалось дело за английским парламентом и королём. К договору прилагались два соглашения: официальное и секретное. Официально Англия передавала большую часть эмирата Хаса Неджду и продавала ЦАШ за три миллиарда фунт стерлингов все свои Карибские владения, кроме Бермудского архипелага и своей части Малых Антильских островов. Все захваченные гражданские и военные суда, включая новейшие крейсера, были объявлены англичанами неремонтопригодными, поэтому передавались Манагуа на металлолом. В свою очередь ЦАШ передавал англичанам «самый нефтяной» эмират Шарджа, за который русские дрались до последнего, мы освобождали Аден и Элат, снимали блокаду Суэцкого канала. Затем происходил обмен пленными из расчёта один наш к десяти англичанам. Также были установлены дипломатические отношения между нашими странами.

В секретном соглашении англичане отдавали РОЭ прилегающую к Бахрейну часть Хасы вдоль побережья длиной 50 километров и выплачивали контрибуцию в четыре миллиарда фунт стерлингов, и всё.

Военные, строители, нефтяники и прочие поселенцы, пережившие осаду, покидали крепость Шарджу со слезами на глазах – столько было вложено сил, столько погибло товарищей и всё зря. Они переезжали в нашу часть Хасы, заложив недалеко от островов Бахрейна новый город Хасаград. Здесь под землёй располагались огромные нефтяные поля, намного богаче, чем в Шардже, так что игра стоила свеч.

Мы отстояли арабскую нефть и выдавили англичан из Карибского региона, существенно увеличив нашу территорию. Из крупных территорий, таких как Ямайка и Британская Гвиана, были образованы отдельные штаты, а всякая мелочёвка типа Барбадоса и Доминиканы образовали Карибский штат с районами: Багамским, Барбадосским и так далее. Местные органы власти, как и во всей империи, стали называться РАЙсоветами или РАЙисполкомами, а не АДминистрациями.