Александр Потапов «Главное, чтобы вы жили…»

Небольшие районные города, что в России, что на Украине, – все похожи, потому как строили их в одной Российской империи, а отстраивали в едином Советском Союзе. И уснёшь в каком-нибудь Павловске или Лебедяни, а проснёшься в Славянске или Изюме и сразу не сообразишь где, потому как в центре – типовые пятиэтажки с выкрашенными на улицу фасадами и с голыми кирпичами во двор. Во дворах – гаражи, сараи и качели с песочницей.

Окраины одноэтажные, а на центральной улице пара-тройка купеческих домов с лепниной и табличкой на одном, что мимо этого дома Пушкин или Гоголь в карете проезжал, а может, и внутри был, чай с хозяевами пил. Такой дом обязательно охраняется государством, и в таком доме обязательно или городская библиотека, или офис какой-нибудь известной компании. Тротуар плиткой выложен – ровно на длину дома, и цветы на клумбе. Много деревьев, палисадников. Дороги, которые собаки пешком переходят. Автобусная остановка, на остановке бабушки с тележками – рядом обязательно церковь и городской рынок. И если утро или полдень, то рынок в таком городке самое культурное и посещаемое место. Особенно когда лето, конец августа, самый сезон. Даже если и не покупает ничего человек, а на рынке побывать надо – последние новости только на рынке и узнаешь.

Таким и был рынок украинского города Изюма. Полгода, как шла специальная военная операция, пять месяцев, как Изюм жил под контролем Вооружённых сил Российской Федерации. Что изменилось за эти полгода? Руины от артобстрелов появились, мужчин не стало (одни женщины, старики и малые дети), да люди, жившие в городе, когда по улицам шли – прислушивались: не летит ли снаряд или ракета. А снаряды и ракеты летали. И падали. И разрушали дома, убивали людей, а люди продолжали жить – ходить на работу, на учёбу и, конечно, на рынок.

***

– Поесть принеси, – он остановил её уже в дверях. – Только не бери у русских эту отравленную гуманитарку, а купи на рынке нормальную еду.

Ему было на вид лет сорок, ещё крепкий мужичок. Она не ответила, молча вышла, точно сделала вид, что не услышала, и заперла дверь на ключ. Спустилась по лестнице, вышла во двор. Девочка. Ей было не больше тринадцати. Угловатенькая, в белой маечке, в розовых шортиках, ручки тоненькие, длинные, коленки журавлиные.

– У русских не бери… – чуть слышно бормотала она. Она давно привыкла и не замечала, что говорит вслух сама с собой, больше не с кем было говорить. – Почему «у русских не бери»? – До рынка идти с четверть часа, через дворы, через две улицы, она хорошо знала эту дорогу, она ходила по ней вот уже полгода. Ходила за продуктами для папы. – Русские хорошие, они еду бесплатно дают, – она говорила это ему, шла мимо качелей, песочницы, а говорила ему – тому, кто остался в квартире и назывался её отцом.

Она всегда вот так разговаривала с ним: придумывала, что он ей отвечал, точнее, помнила и просто повторяла его слова:

– «Русские оккупанты, они захватили нашу страну, их всех нужно разбомбить». – Но почему «разбомбить»? Они дают бесплатно хлеб, и макароны, и консервы, они добрые. – «Нет, они захватчики». – Почему?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.