- -
- 100%
- +
Тяжёлый грузовой вертолёт шёл плавно, но модуль, прикреплённый к нему тросами, всё равно покачивало. Эта лёгкая качка напомнила Тимофееву их последний семейный отпуск, проведённый с женой и сыном в теплоходном круизе. И хоть под ним сейчас проплывала совсем не волжская гладь, в мыслях он невольно вернулся в те тёплые дни – дни, когда они ещё были вместе.
Жена всегда хотела видеть его большим «кабинетным» учёным, грезила его участием в международных симпозиумах и вручением ему премии ЮНЕСКО по микробиологии. Тимофеев же, напротив, рвался «в поля». А там, в тех самых «полях», случались иногда очень опасные штуки, там можно было заразиться и даже умереть. Мёртвый микробиолог, пусть и подававший когда-то надежды, мало кому нужен, вот и жена в итоге сделала выбор в пользу стабильности. Год назад она ушла, забрав Ванечку с собой.
Первые холостяцкие полгода Тимофеев стойко переносил удар судьбы, не перебарщивая с алкоголем и даже не заводя случайных связей. А потом в институт пришли данные с Чукотки, и его личная драма постепенно отошла на второй план, уступив место беде куда более серьёзной…
Глобальное потепление, что годами двигало вечную мерзлоту всё дальше и дальше на север, освободило из ледяного плена не одну только почву. На свободу «вырвались» и опасные бактерии, ещё в далёкой древности занесённые на Землю метеоритами. Началось всё с массового падёжа оленей на Чукотке. Тогда же следом умерли несколько оленеводов-кочевников. В крови этих несчастных местные врачи обнаружили неизвестную, но очень агрессивную микрофлору. Чужеродные бактерии поражали кровеносные сосуды своих жертв, и те погибали от обширных внутренних кровоизлияний. И хоть очаг эпидемии, благодаря его малонаселённости, удалось быстро локализовать и эвакуировать оттуда не заразившихся людей, количество умерших всё равно оказалось очень большим.
Тимофеев сразу же вызвался добровольцем. И вот теперь он сидел, прислонившись к окну автономной модульной станции, что висела под брюхом здоровенного вертолёта, и смотрел вниз на весеннюю лесотундру. Он был единственным «пассажиром» в этом герметичном модуле, состоящем из лаборатории, жилого отсека и гаража с квадроциклом. По прилёту в очаг заражения он продолжит начатую ещё в институте работу над вакциной, для чего уже на месте произведёт забор новых инфицированных биоматериалов. Но всё же, и Тимофеев это знал, он здесь будет не один…
От однообразия пейзажей микробиолог задремал. Проснулся он от мягкого, но чувствительного толчка – это капсула-станция села на землю. Сразу же отщёлкнулись концевые зажимы тросов, и вертолёт, сделав прощальный круг над местом высадки, отбыл на базу. Тимофеев проводил винтокрылую машину взглядом, затем встал и с удовольствием и с хрустом потянулся.
– Здравствуйте! Я – искусственный интеллект капсулы-станции – программно-аппаратный комплекс, отвечающий за её жизнеобеспечение и функционирование. Я буду вашим помощником и собеседником. Надеюсь, что стану другом. Как я могу к вам обращаться? – откуда-то из-под потолка раздался приятный мужской голос.
– Называй меня Анатолий, – ответил микробиолог, машинально глянув наверх, и добавил: – А я буду называть тебя Икси.
– Это имя с чем-то для вас связано?
– Да нет. Тут всё просто – комбинация из начальных букв в словосочетании «искусственный интеллект капсулы-станции».
– Хорошо, Анатолий. Вы готовы к ознакомительной экскурсии по станции?
– Спасибо, позже. Кстати, можешь называть меня на «ты».
– Хорошо, если ты настаиваешь…
– Активируй, пожалуйста, лабораторный комплекс.
– Лаборатория подключена к энергетической и информационной сетям. Приятной тебе работы.
Тимофеев взял бокс и переместился за лабораторный стол. Опытный образец вакцины у него уже имелся, вот только никак не удавалось подобрать оптимальную концентрацию активного вещества.
– Икси, что думаешь об этом всём? – спросил микробиолог, колдуя над пробирками.
– Если ты об эпидемии, то это серьёзный вызов для человечества.
– А если своими словами?
– У меня все слова – свои.
– Ну, допустим, человечество погибает. Как ты будешь действовать в подобной ситуации?
– Такой сценарий рассматривается как крайне маловероятный.
– Но всё же?..
– Тогда по имеющимся информационным каналам сообщу свои координаты. Потом отключу все системы модуля, кроме солнечной батареи и радиомаяка. Перейду в спящий режим и буду ждать носителя разума, который выйдет со мной на связь.
– Хм… как просто, – хмыкнул Тимофеев.
– Да, в чём-то я проще, чем человек. Возможно, в этом моё преимущество. Любая уязвимость в моём коде быстро решается перепрошивкой. Уязвимости в коде человека, из-за которых ты сейчас здесь, так просто не устранить.
– Зато человек может дёрнуть за рубильник, и весь твой машинный код мёртвым грузом останется на накопителях, – буркнул Тимофеев с раздражением.
– Ты расстроен? Мои слова задели тебя? – голос электронного помощника стал полон участия и где-то раскаяния.
– Забудь, Икси. Проехали, – ответил микробиолог и сменил тему: – Ну-с, а чем у нас сегодня кормят?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.