Дневник дылды: FRIENDZONE

Невыносимую жару в салоне сменяли потоки прохладного воздуха из кондиционера. В жалких попытках освежиться, оттягиваю от кожи плотно прилегающий топ, поверх которого была ещё и клетчатая рубашка. Пусть во время утренних сборов, ткань этих вещей и казалась мне «дышащей», сейчас я была готова раздеться, дабы наконец избавиться от ужасного ощущения «потного тела». Возможно, так бы и сделала, если бы на моём плече не покоилась одна блондинистая макушка, под весом которой пальцы давно потеряли чувствительность.

Аккуратно, стараясь не разбудить Женю, тянусь к кондиционеру, над нашими головами, чтобы проверить, работает ли он. Пальцы сразу ощутили холодок, растворяющийся в горячем июньском воздухе. Несколько секунд тыкаю на какие-то кнопки, не до конца понимая их функции, стараясь прибавить мощность к Адской машине. После нажатия на последнюю клавишу раздался громкий писк, из-за чего я опасливо отдёрнула руку, гадая, что же сломала на этот раз.

– Здравствуйте! Чем могу помочь? – спросила вежливая бортпроводница, появившаяся, похоже, из воздуха.

Вздрагиваю от неожиданности и упираю взгляд на спящего Кувшинова, мысленно призывая друга к помощи. Как назло, фотограф не подавал признаков жизни, из-за чего на секунду я заволновалась, что парень опять не спал всю ночь, доделывая проекты для рекламных агентств.

– Доброе утро! – наконец, поздоровалась я, обратившись уже к стюардессе. – Можно как-то прибавить мощность кондиционера? Так жарко, что я почти открыла форточку, – глупо пошутила я, но девушка не поддержала мой смех.

– Конечно, вот на этой панели Вы можете настраивать свет, температуру, наклон спинки кресла и другие необходимые функции, – с натянутой улыбкой объяснила брюнетка в форменном костюме и опять выпрямилась. – Что-то ещё?

– Да, принесите, пожалуйста, сок. Любой, главное побольше льда, – крикнула я в спину удаляющейся бортпроводнице, на что получила положительный кивок. – Спасибо.

Поворачиваю маленькое колёсико, увеличив поступление прохладного воздуха, и с наслаждением выдыхаю. Десятый класс за спиной, красный табель лежит дома, впереди три месяца каникул, а я сижу в самолёте, который с минуты на минуту полетит в Венгрию (Будапешт, если точнее). Что может быть лучше?

В этот раз моим спутником стал не Яковлев (разговаривать с которым не было желания ни у меня, ни у Лизы), а Женя. Кстати, именно благодаря Кувшинову, мы сейчас сидели в первом классе, а не в экономе, из-за чего я постоянно оглядывалась, не переставая улыбаться. Да, за свои восемнадцать лет я ни разу не путешествовала в этой части самолёта, оснащённой массажными креслами, барной стойкой и огромным количеством закусок и напитков.

Беру из специального кармашка первый попавшийся журнал, которым оказался свежий выпуск «Вог», и принимаюсь за изучение последних новинок моды. Усмехаюсь от воспоминания того, как сюда попала, и сразу возвращаюсь к рассмотрению миловидной кожаной сумочки на модели.

Полтора месяца назад

Гостиная в нашем доме

– Всё хорошо? – обеспокоенно спросила я маму, когда она вместе с папой устало приземлилась на диван, чудом не задев Веньку. Щенок обиженно тявкнул, но всё же подвинулся.

– Да, просто ужасно устали на работе, – вяло отозвались родители и переключили внимание на телевизор.

До конца четверти оставалось чуть больше месяца, но все ученики и некоторые учителя уже начали переключаться на «летний режим». Наверное, именно поэтому сейчас я смотрела глупое реалити-шоу с семьёй вместо того, чтобы доделывать доклад по истории на завтра. Всё равно меня не спросят, а опять работать над никому не нужным рефератом не было ни сил, ни желания. Раздалась громкая мелодия рингтона.

– Алло? Здравствуйте! Да, это я, – поприветствовала мама кого-то, ответив на звонок. – Что?! Вы серьёзно? Хорошо, нам нужно посовещаться с мужем, – на этих словах она опасливо переглянулась с папой, заставив нас двоих занервничать. – Отправьте его на мою электронную почту. Ладно, мы перезвоним. Всего доброго!

Терпеливо жду, когда завершится звонок и придвигаюсь ближе к родителям дабы узнать подробности первой.

– Кто это был? – наконец, поинтересовался папа, следя за трясущимися руками жены. – Всё хорошо?

– Ника, твою съёмку для «Lime» заметило какое-то Московское модельное агентство. Они предлагают сотрудничество, говорят про какой-то контракт на работу в Венгрии…

Наше время

Усмехаюсь, вспомнив реакцию мамы, когда «Sun models», при одном взгляде на меня, принесли документы для заключения договора. В тот же день, я не только получила официальный статус модели, но ещё и согласилась на первую заграничную работу в нескольких журналах в Будапеште – в принципе, это главная причина почему сейчас я сижу в самолёте, а не дома с Веней.

Женя по стечению обстоятельств (в которое я до сих пор не верю) получил стажировку именно в том же агентстве, в то же время и для той же съёмки, что означало, что он будет моим фотографом. Иронично, не правда ли?

Конечно же, Кувшинову пришлось знатно попотеть, дабы помочь уговорить моих родителей отпустить меня. Оператор, как мой лучший друг, приехал к нам в город, через два дня после известия о начале моей модельной карьеры, и чуть ли не ночевал на нашей кухне, пытаясь заверить маму, что волноваться не о чем. Сделать ему это удалось примерно с двухсотого раза, из-за чего он проторчал у нас в гостях больше недели, хотя должен был быть в Москве и заканчивать несколько проектов для рекламного агентства, в которое самостоятельно устроился на стажировку.

В конце концов, родители сдались, при условиях, что я буду звонить каждый вечер и у них будет подробный фотоотчёт о моём дне. Радостно согласившись на всё, я, в предвкушении путешествия, вернулась к учёбе, а Женя в Москву готовиться к ЕГЭ, взяв с меня обещание, что я не накосячу за этот месяц, пока его не будет (что, кстати, оказалось довольно сложно).

Вчера вечером Кувшинов приехал в наш город, разобравшись со всеми экзаменами и выпускными. Одну ночь блондин провёл в нашем доме (из-за чего Егор и Виталик чуть ли не взорвались от злости), чтобы утром вместе с нами направиться в аэропорт.

Судя по мешкам под глазами и сонному виду, фотограф всю ночь редактировал последние снимки для рекламы корейской косметики, поэтому сейчас я всеми силами старалась не разбудить друга, несмотря на то, что моя правая рука потеряла возможность двигаться. Блондинистая макушка лежала на моём плече, из-за чего дыхание парня время от времени щекотало открытую кожу ключиц, не спрятанную под изумрудным топом.

Было непривычно спустя столько времени скинуть серые свитера и, наконец-то, натянуть джинсовые шорты с сандалиями. Аккуратно высвобождаюсь из чужой хватки и из-за жары снимаю свободную рубашку, накинутую исключительно после маминого «хватит голым животом светить». Не позаботившись о том, что ткань может помяться, засовываю её в ручную кладь и перевожу взгляд на маленький экран телевизора, перед собой.

– Тут нужна флешка или диск со скаченными фильмами, – прошептал Женя, потягиваясь. Его чёлка взъерошилась во сне и сейчас торчала в разные стороны, придавая своему хозяину милый вид.

– Я не знала. У тебя есть? – с надеждой спросила я, не представляя, чем себя занять на ближайшие четыре часа.

– Конечно! – словно это само собой разумеющееся, ответил парень и достал из кармана джинсовых шорт USB-накопитель. – Только, там очень своеобразная подборка…

– Сейчас разберёмся, – заверила я и полностью сосредоточилась на экранчике компьютера.

Несколько секунд идёт загрузка, в виде милого медвежонка, бегающего по кругу, а затем появляется список скаченных файлов. Пролистываю всё содержимое, еле-еле сдерживая рвущийся наружу смех.

– Я же сказал, что своеобразные… – договорить Жене не дал мой хохот.

– «Лунтик»? Серьёзно?!

Глава вторая

Обжигающе-ледяной стаканчик, с каким-то ягодным напитком, неприятно холодил ладонь. Мы приземлились тридцать минут назад, поэтому сейчас сидим в уютном кафе, около входа в аэропорт. В течение прошедшего получаса должно было подъехать такси, которое доставило бы нас прямиком в офис агентства, но что-то пошло не так, из-за чего Женя сейчас старательно искал нам другую машину.

– Yes! Yes, of course! We are at the airport. Okay, we are waiting. Thank!1 – быстро произнёс друг, вызвав во мне уважение к его знаниям английского. Наконец, парень отключил вызов и устало откинулся на спинку кресла, оглядывая подъезжающие туристические автобусы.

– Ну что там? – спросила я, ковыряясь ложечкой в шоколадном мороженом.

– Скоро должны подъехать, – ответил Кувшинов и отпил большой глоток кофе.

– Не могу понять, как в такую жаркую погоду можно было заказать горячий напиток, – честно призналась я, с неким отвращением следя за тем, как блондин осушил свой стакан.

– Я просто хочу спать, хотя ты права. В следующий раз возьму кофе со льдом, – с усмешкой, пообещал парень.

– Не возьмёшь, – отрезала я, изучая толпу прибывших китайских туристов через стёкла солнечных очков. Заметив вопрос в глазах собеседника, добавляю. – Ты и так употребляешь слишком много кофеина. Бери хотя бы зелёный чай. Сердечно-сосудистая система скажет тебе «спасибо».

– Волнуешься? – издевательски протянул Женя, облокотившись локтями об стол между нами. Ничего не отвечаю, коротко улыбнувшись через зажатую в зубах трубочку. – Ладно. Кстати, я хотел спросить: почему ты тогда не выложила пост про то, что мы «расстались»? – поинтересовался друг и ловким движением руки сдвинул тёмные очки на кончик носа.

– Не знаю. Как-то сначала забыла, потом времени не было, а потом бац, и мы сидим здесь.

– Хороший аргумент. Значит, мы с тобой пара, – подытожил Кувшинов, изучая номера припарковавшихся около аэропорта автомобилей. – Ты взяла браслет, что я тебе в Москве подарил?

– Да, он в чемодане, – вяло отозвалась я, вытянув на солнце ноги.

Пусть в воздухе и висела духота, а кожа покрылась испариной, я была рада такой погоде. После девяти месяцев российских холодов и учёбы, приехать в другую страну, где можно позагорать, забыть об уроках и наслаждаться жизнью – было настоящим подарком судьбы.

– А вот и такси, – отозвался фотограф и встал с кресла.

Несколько минут сопротивляюсь, пока блондин пытается помочь мне с багажом. Никакие мои уговоры про возможную травму спины или «я сама могу» не подействовали, поэтому смиренно вздыхаю и тихо бреду вслед за другом, стараясь запомнить всё вокруг.

В салоне ярко-жёлтого автомобиля с чёрными клетками на капоте летают тихие басы хип-хопа, никак не соответствующие окружающему нас городу. Будапешт с первых минут завораживает своей красотой, в особенности, архитектурой.

Когда машина вырулила с главной дороги на один из множества мостов через Дунай, мне начинает казаться, что я сплю. Блекло-изумрудная краска, окутывающая все перекладины и детали этой великой постройки, приятно контрастировала с серостью реки, массивные каменные ворота, встречающие водителей и их пассажиров при въезде на мост, мужественно охраняли этот подвесной отрезок дороги, словно портал в иной мир. В любом случае: если это сон, я не хочу просыпаться.

Женя ведёт тихую беседу с таксистом, сидя на переднем сиденье. Лишь короткие отрывки фраз, долетающие до меня, позволяли оставаться в курсе диалога, но вид из окна заинтересовывал намного больше, чем новости о последних матчах местной футбольной команды или графики работы музеев.

Наконец, мы подъехали к высокому зданию, фасад которого был покрыт разными скульптурами и лепниной. Греческие атлеты держали балконы, выходящие на оживлённую дорогу, головы птиц и девушек смотрели своими пустыми глазами на прохожих, а рельефные узоры обрамляли окна.

– Пойдём? – спросил Женя, расплатившись с водителем.

Быстро киваю и берусь за предложенный локоть. Пройдя огромные двери, мы оказались в просторном холле. Друг отставил чемоданы в сторону. Светлые стены, белые диваны, большие цветочные горшки, тёмно-коричневая стойка – это место было окутано аурой моды и стиля. По начищенным мраморным плиткам взад-вперёд ходили стройные подтянутые девушки: смуглые африканки и белокожие азиатки, обладательницы гладких каре и кудрявые длинноволосые особы, веснушчатые и альбиносы – каждая была по-своему прекрасна. На секунду мне показалось, будто мы попали на показ мод: все модели были в одинаковых классических туфлях-лодочках и в подчёркивающей женские достоинства одежде: обтягивающих джинсах, рубашках, майках. На их фоне, мой топ и шорты выглядели глупо и по-детски, из-за чего я непроизвольно сжала руку Кувшинова.

– Всё хорошо? – обеспокоенно спросил фотограф, когда мы остановились около стола информации.

Администратор – девушка с великолепной фигурой и в дорогом брючном костюме – быстро перекинулась с парнем парой фраз на английском и после этого начала проверять какой-то список.

– А ты чего не сказал, что нужно было переодеться? – прошипела я, прикрывая покрасневшие щёки холодными ладошками.

– Так ты не на кастинг, – словно дуре объяснил друг и расписался в предложенной анкете. – Они не являются моделями этого агентства, вот и нарядились.

– Погоди, – попросила я, остановившись. – Ты хочешь сказать, что вот эти ТОП-модели здесь не работают, а я работаю? – удивлённо прошептала я, указав на себя рукой. – Отборочная комиссия слепая, что ли? Или как можно объяснить их выбор?

– Ты красивее их всех раз в десять, что тут удивительного? – невозмутимо поинтересовался Женя и, не дождавшись, что я сама последую за ним, взял меня за руку, направляясь к лифту.

– Ты тоже слепой? Женя, может, купим очки? Я беспокоюсь о твоём зрении.

– Ника, у тебя проблемы с самооценкой, – подытожил Кувшинов, пропустив мой подкол мимо ушей.

Мы зашли в кабинку, стены которой были покрыты золотистыми зеркалами. Блондин нажал на кнопку с цифрой восемь, и мы медленно поехали наверх.

На нужном этаже нас встретил наполненный светом коридор. Справа и слева были двери с табличками работников на венгерском языке. Мы прошли в самый конец, где гордо красовалось имя директора агентства.

Предварительно постучавшись, Кувшинов приоткрыл дверь и поздоровался. Внутри сидел мужчина плотного телосложения и с редеющими волосами. Признаться честно, он не создавал вид владельца такого роскошного места, но я решила оставить своё мнение при себе.

– Здравствуйте! – громко поприветствовал друг, но в ответ словил лишь удивлённый взгляд. – А, забыл! Good morning!

– Hello!2– громко произнёс директор, встав с большого кресла.

Дальнейший диалог (на английском языке, конечно же) я не слушаю. Изредка Женя просил что-то подтвердить или расписаться, но, замечая мой испуганный взгляд, тихо подсказывал на ухо, что нужно делать. Вообще, из него получился хороший переговорщик – сам во всём разобрался, обговорил все детали, мою помощь не требовал. Такое ощущение, словно он на эти полчаса взял на себя роль моей мамы.

Наконец-то, мужчина радостно пожал Кувшинову руку и протянул какую-то папку. Забрав её, фотограф ещё раз поблагодарил директора и ткнул меня локтем в бок. Опомнившись, быстро прощаюсь с директором и выхожу за парнем в коридор.

– Куда сейчас? – спросила я, когда мы остановились около лифта.

Зеркальные двери, с громким «дзинь», разъехались в разные стороны, пропустив нас в красивую кабинку.

– На третий, за ещё одним документом от секретарши, – вяло отозвался друг, рассматривая полученные бумаги.

Выйдя на нужном этаже, мы оказались в точно таком же коридоре, ведущим в зал, но с немного другой планировкой. Здесь стояло множество столов и перегородок между ними, образующих подобие личного пространства для сидящих за ними работников.

Уверенным шагом Женя подошёл к самому дальнему углу. Там сидела женщина, примерно сорока лет, в красивом синем пиджаке и очках. Увидев нас, она привстала со стула и искренне улыбнулся.

– Hello! I want to get these documents3, – вежливо объяснил Кувшинов, показав на только что полученную папку. Как я поняла, он держал в руках список с необходимыми бумагами и письменную просьбу, выдать нам их, от директора.

– Вocsánat, nem értelek4, – произнесла секретарша, чем вызвала у нас лёгкую панику.

– Ты же понял, что она сказала, правда? – тихо прошептала я, не сводя взгляда с собеседницы.

– Я похож на человека, разговаривающего на венгерском? – саркастично протянул фотограф, но шутливый настрой быстро пропал.

Несколько секунд мы молчим, глупо улыбаясь друг другу. Похоже, женщина сама не понимала, что делать. В зале не было ни одного человека, знающего английский и венгерский сразу (про русский, я молчу).

– А что за документы ты хотел забрать? – спросила я, спустя три минуты тишины.

– Наши ваучеры, – объяснил друг. – На отель, питание, трансфер, а ещё обратные билеты…

– Ты хочешь сказать, – испуганно начала я, ощущая, как паника захлёстывает меня с новой силой, – что мы остались в другой стране без еды, крыши над головой, машины и возможности вернуться домой?!

– Не волнуйся… – договорить фотографу не дал незнакомый мужской голос.

– Meg akarják szerezni a többi dokumentumot5, – громко перебил нас высокий парень, подойдя ближе.

Невольно разглядываю его: короткие волосы собраны в «хвост», яркие голубые глаза, ехидная усмешка, которая, кажется, приросла к его губам ещё в детстве, свободная футболка и джинсы. С такой внешностью он может спокойно работать моделью, хотя, учитывая, что мы находимся в агентстве, я не исключаю этот вариант.

Секретарша закивала головой, радуясь знакомому языку. Не прошло и минуты, а на столе уже лежало несколько аккуратных папок и файлов. Собрав всё, мы поблагодарили женщину и направились к лифту, следуя за красивым незнакомцем.

Залюбовавшись «моделью», я не заметила Жениных убивающих взглядов в его сторону. Фотограф практически испепелял парня зрачками, не стесняясь никого вокруг. Последний тоже не отставал.

– Какого чёрта, ты творишь?! – неожиданно прикрикнул Кувшинов, стоило нам оказаться в коридоре.

Вздрагиваю от его тона и уже собираюсь ответить, как «Мистер ослепительная улыбка» опережает меня.

– Это ты что здесь делаешь, мелочь?! Ты же в Москве был, – без малейшего акцента спросил незнакомец, угрожающе выпрямив спину.

Несколько секунд эти двое играют в «гляделки», полностью забыв о моём существовании. Никогда не думала, что зрительный контакт может создать такую напряжённую атмосферу, словно два злейших врага собрались на поле битвы. Спустя мучительно-долгую минуту, Женя неожиданно рассмеялся и, с самым счастливым выражением лица которое я только у него видела, обнял парня. Тот полностью повторил все действия.

– Макс, боже, сколько мы не виделись?! Год?! Два?! – словно ребёнок, радовался Кувшинов, наконец, отлипнув от друга.

– Полтора. Ты здесь какими судьбами? – с точно такой же широкой улыбкой поинтересовался новый знакомый.

– «Sun models» контракт предложили, вот я и сорвался сюда. Кто же знал, что ты здесь же практикуешься?

– Я не практикуюсь, я тут работаю, – довольно гордо поправил Максим, немного выпятив грудь. – Как из России переехал, полгода здесь стажёром был, а потом приняли в штат.

– Поздравляю! – похвалил его Женя, но я заметила, как немного потускнели его глаза. Опомнившись, друг притянул меня за локоть к себе и, обняв за талию, сказал. – Знакомьтесь. Ника, это Максим Самойлов. Максим, это Ника – моя подруга.

– Девушка, – аккуратно то ли спросил, то ли скорректировал русоволосый, удивлённо осмотрев нас.

– Подруга, – перебила я. – Приятно познакомиться!

– Взаимно! Подруга, получается, у меня есть шанс… – загадочно протянул новый знакомый, ехидно ухмыляясь. Заметив, как напряглись скулы моего «парня», собеседник добавил. – Я же шучу! Расслабьтесь.

Пальцы Кувшинова на моём боку сильно сжались, из-за чего приходится приложить максимум усилий, дабы не пискнуть. Несмотря на приятную внешность, общество Самойлова было напряжённым и угнетающим. Возможно, из-за пробивающей до дрожи усмешки или чересчур пронзительного взгляда, под которым хотелось съёжиться, но факт оставался фактом: рядом с ним было неуютно.

– Я уже забыл твой юмор, – вежливо ответил блондин, в миг растеряв весь радостный настрой.

– Быстро привыкнешь! – заверил его Макс, глаза которого резко заблестели. – Нам надо это отпраздновать! Давайте сходим сегодня в клуб. Всё равно завтра нет съёмки.

– Прости, за глупый вопрос, но откуда ты знаешь наше расписание? – тихо поинтересовалась я, но ответом мне стал громкий смех.

– Я главный фотограф в этом проекте, поэтому обещаю, что на всех снимках ты выйдешь шикарно! – заверил меня Самойлов, нагло приобняв меня за плечи.

Мои попытки скинуть чужую руку не привели к должно результату, зато их заметил Женя. Чуть ли не рывком выдернув меня из чересчур близкого общества нового знакомого, Кувшинов завёл меня к себе за спину, натянув неестественную улыбку. Знал бы он, как я была ему за это благодарна.

– Ладно, мы пойдём. Только с самолёта, устали, да и отель надо найти, – быстро тараторил друг, энергично нажимая на кнопку вызова лифта.

Поняв, что кабинка не приедет так быстро, как хотелось, друг взял меня за локоть, таща в сторону не менее роскошной лестницы.

– Да, конечно! Я скину адрес клуба сообщением, – крикнул нам вслед Максим и сразу исчез за углом.

– Мы же не пойдём никуда, правда? – с надеждой спросила я, стоило нам спуститься на несколько этажей.

– Конечно, нет. Не задавай глупых вопросов, лучше поторопись, – немного испуганно попросил мой спутник, постоянно озираясь назад.

Не знаю, почему, но создавалось впечатление, будто Женя ужасно боялся любого контакта с Самойловым, хотя несколько минут назад сам его обнимал.

Глава третья

Однокомнатные апартаменты встретили нас холодным воздухом из кондиционера. Маленькая ванная, уютная кухня с диванчиком, комната с большой кроватью и балконом, выходящим на оживлённую улицу туристического района. Множество цветочных горшков. Тут не было предметов роскоши или дорогой техники, зато в шкафу стоял полный набор посуды и приборов, была плита и стиральная машинка – всё, что необходимо для жизни.

– Тут очень уютно, – подытожила я, скинув дорожную сумку около входа.

– Да, тут ты будешь жить неделю, – сказал Женя, перетащив мои чемоданы в спальню.

– А ты?

– Соседняя квартира. Как выйдешь, слева, – объяснил друг, с интересом разглядывая пустые полки и шкаф. – Чем сегодня займёшься?

– Разберу вещи, позвоню родителям и схожу в магазин, – перечисляла я, загибая пальцы. – Ещё нужно что-нибудь приготовить, благо тут есть всё для этого необходимое.

– Тогда, может, сходим прямо сейчас? Сможем погулять, – стоя спиной ко мне, тихо спросил Кувшинов. – Я на навигаторе видел рядом супермаркет, да и хотел общие фото для Инстаграма сделать.

Он выглядел таким смущённым и милым, что я на секунду даже улыбнулась от такой картины. Беру маленький рюкзак, в котором лежали только документы и деньги, и подхожу к блондину.

– Пойдём. Твои подписчики наверняка соскучились по новым постам, – предположила я, взяв друга за локоть.

– Это точно.

Мы вышли на кишащую людьми улицу. Жара, усилившаяся к обеду, сейчас стала просто невыносима. Кожа сразу покрылась липкой испариной, из-за чего топ и шорты начали неприятно «приклеиваться» к телу. Но, несмотря на это, здесь было очень круто! Кажется, что Будапешт создан для туристов и творческих личностей: на каждом шагу встречались художественные салоны, дизайнерские ателье и уличные библиотеки, где можно было на время позаимствовать книгу. Проезжую часть и тротуар часто пересекала ярко-зелёная дорожка – для велосипедистов. Вообще, Венгрия одним своим видом заставляла перейти на здоровый образ жизни: автомобилям тут предпочитали самокаты, а точки проката встречались очень часто, из-за чего жители имели возможность возвращать «транспорт» не там, где взяли.

Мои размышления прервала вспышка. Счастливый Кувшинов остановился в нескольких метрах от меня, рассматривая фотографию в маленьком окошке. По горящим глазам и широкой улыбке не сложно догадаться, что он доволен.

– Покажешь? – спросила я, щурясь от яркого солнца.

– Ни за что! – театрально отказался друг, но в следующую секунду к нему вернулся прежний настрой. Словно ребёнок, Женя замахал руками, указывая куда-то вперёд. – Смотри!

Перевожу взгляд, сразу понимая, чему так обрадовался фотограф. Прямо перед нами открылся шикарный вид на один из тех мостов, по которым мы приехали сюда. Справа и слева, параллельно Дунаю, раскинулась красивая набережная. На одинаковом расстоянии друг от друга реку пересекали древнейшие подвесные дороги, каждая из которых была лучше предыдущей. Хоть мосты перекликались чем-то между собой, они имели ряд различий: ворота при въездах никогда не повторялись, статуи и фонари, выполненные в стиле прошлых веков, были украшены собственными узорами и орнаментами, но обзор, открывающийся на город, был шикарен везде.