Тайны четырехлесья

В одном далеком-далеком краю, в неизвестной стране, жила-была девочка Ника и мальчик Илья. Жили они в заброшенной деревне среди глухих непроходимых лесов. У деревни не было названия, в ней жило еще несколько человек и одна семья. Кто и откуда здесь поселился, никто не выспрашивал. Не принято было вмешиваться в дела других. Лучше не знать чужих тайн – спать спокойней будешь.

Была деревушка вдали от городов и транспортных дорог, между четырьмя лесами – березовым, дубовым, сосновым и кленовым. Эти леса как бы встретились в одном месте и образовали огромную поляну, на которой и разместилась деревня. Ника жила в избушке на окраине, со стороны дубового леса. Ей нравилась дубрава больше других лесов. Весной она любила собирать там ландыши, летом белые грибы и дубовики, а осенью собирать жирные желуди и варить из них кашу.

Продуктового магазина в деревне не было. Почтальон Василий из ближайшего поселения на телеге привозил пенсию и попутно продукты из тамошнего сельхозмага. Приезжал он раз в неделю по единственной тропе, ведущей в их деревню, сквозь березовый лес. Ту тропу, кроме Василия, никто не знал. Лес считался непроходимым. Кто рискнул зайти в него, терялся, и обратно уже не возвращался. Другие три леса и вовсе находились в окружении отвесных скал, и путь к ним был один – тропой через березовый лес и поляну. Так что четырехлесье пользовалось дурной славой. Желающих заглянуть туда не было. Как Василий нашел тропу в деревню, – не знал никто. Поговаривали, что, дескать, он с нечистой силой дружит. А еще говорили, что он тайный агент, а тропу ему военные разведчики открыли. Сам же Василий предпочитал отмалчиваться на эту тему.

У каждого жителя поляны был свой огород. Да еще картофельное поле одно на всех, у березовой рощи. Там все жители деревни собирались каждую весну, чтобы посадить картошку. Вместе сажали, вместе урожай собирали. Картошки хватало на целую зиму. Живность в деревне не держали – в лесу бегало много дичи. Да и привезти в такую даль поросенка или корову было просто невозможно.

В этом году зима быстро отступила, пришла теплая весна. Снег сошел без следа, ожили деревья и травы. В теплый весенний день Ника позвала Илью в лес собирать первые грибы – сморчки, рассыпанные по старой заброшенной просеке. Они взяли залатанные корзинки и не спеша пошли по им одним ведомым тропинкам, между старыми и молодыми дубами. Эхом раздавалось пенье жаворонков, далекий стук дятла. Мягкая влажная земля пахла прелыми листьями и грибами. Ковер из молоденькой травки делал землю чистой, а лес – гостеприимным. В лесу было светло и радостно. Солнце с трудом проходило сквозь густую крону и лучами как прожекторами освещало участки леса. Ника чувствовала себя в лесу спокойно и уверенно, как дома. Она знала многие деревья, как будто они были ее друзьями. Знала, какое дерево когда упало, знала едва заметные тропки и случайно заблудившиеся другие деревья из соседних лесов.

Дети ушли уже довольно далеко от деревни и немного разошлись в разные стороны. Но их это не пугало. Дети не боялись леса. Никогда здесь не происходило ничего пугающего, а в разные страшилки, о которых пишут в сказках, они не верили. Правда, были странные случаи пропажи людей из их деревни. Но никому в голову не приходило принимать эти случаи на счет леса. Время от времени из деревни уходили люди – кто в ближайшие деревни, кто в города. Неожиданно приходили, неожиданно уходили. Никто никого не предупреждал о своем уходе, так могло быть и с теми пропавшими жителями. Дед Ники тоже был среди пропавших. Это случилось два года назад. Ника вспомнила, как вечером в избу постучали. Она ждала деда с охоты, а пришел сосед Николай. Он сказал, что ее деда Федора в лесу волки загрызли. Но Ника не очень верила этому. Волков в светлой части леса никогда не было, они водились только далеко в темной чаще. Так ей дед говорил. Он был опытным охотником и хорошо знал местные леса, особенно дубовый. Дед не пошел бы далеко, туда, где опасно, зная, что у Ники никого из родных больше не осталось. «И вообще, неприятный и подозрительный этот дядя Коля. Не доверяю я ему» – почему-то сделала такой вывод Ника. Другие жители поверили Николаю и не стали разыскивать Федора. Но Ника ждала деда, верила, что он обязательно к ней вернется.

Корзинка у Ники была уже почти полная. Она решила, что пора бы вернуться домой, чтобы не идти обратно с переполненным верхом. Ника нагнулась за молодым крепеньким сморчком, решив, что это последний гриб, и она позовет Илью идти обратно. Как вдруг услышала приглушенный голос где-то неподалеку.

– Ника-ааа! Ника-ааа!

Ника распрямилась и оглянулась вокруг.

– Ну и шуточки у Ильи! – и позвала, – Илья-яяя! Илья-яяя!

Но Илья не отвечал, а голос опять позвал:

– Ника-ааа! Ника-ааа!

Девочка рассердилась.

– Илья, хватит шутить! Пошли домой!

Но на этот раз ей никто не ответил. Она еще раз оглянулась вокруг. Солнечные лучи рассеялись и исчезли – надвинулась темная туча. В лесу стало сумрачно. И вдруг Ника ощутила чье-то присутствие. Она вздрогнула и обернулась. Вдали, из чащи сверкнуло два красных огонька. Ника пристально всмотрелась – огоньки были похожи на два глаза, наблюдающих за ней.

– Странно, – подумала Ника, – волки здесь не ходят, да и глаза у них не красные, а зеленые, и волки пониже будут, а это глаза какого-то существа, ростом с человека.

Ника еще раз пристально посмотрела, пытаясь определить контуры туловища, но было слишком темно для солнечного дня. И Нике вдруг стало страшно. Неприятный холодок пробежал по спине. Она тихонько взвизгнула и оставив корзинку, опрометью бросилась в сторону дома, не забывая звать Илью. Через десятки метров, услышала в ответ голос Ильи и побежала навстречу ему:

– Илья, бежим. Скорее!

Илья не стал с ней спорить. Он не часто видел Нику такой напуганной, да еще и без корзинки. Он припустил за ней, тоже бросив свою корзинку. Вообще-то дети бегали очень быстро. Они часто это делали ради соревнований, ловко перепрыгивая корявые корни. Но сейчас их подгонял жуткий страх. Неведомое существо гналось за детьми. Казалось, вот-вот оно протянет свои черные руки и схватит их. Никогда в жизни еще они не бегали быстрее. Не помня как, добежали до опушки, не останавливаясь, влетели в дом и закрыли дверь на засов. Все еще задыхаясь от бега, девочка залепетала:

– Глаза… звал… Ника-ааа… страшно… красные!!!!

– Что? – переспросил Илья, выглядывая в окошко из-за занавески в сторону леса.

Из леса никто не выходил. Немного успокоившись, Илья спросил:

– Кого ты так испугалась?

Ника от волнения по-прежнему не могла говорить. Илья налил ей стакан воды и протянул:

– Выпей.

Ника выпила и стала постепенно приходить в себя.

– На меня кто-то смотрел из леса! У него были красные глаза!

– Волк что ли?

– Если это был волк, то он залез на дерево, потому что глаза были высоко от земли.

Илья задумался:

– Хм, может большой лось?

– Лось с красными глазами?

– Ну, может тебе от страха они показались красными?

– Ага, и лось с красными глазами звал меня по имени?

– А он тебя звал??

– Да!!!

Илья внимательно посмотрел на Нику, думая, верить ей или посомневаться. Но потом отбросил сомнения в сторону. Он привык доверять Нике, как своей старшей сестре, она всегда говорила ему правду, даже самую неприятную.

– Ладно, успокойся, расскажи все сначала.

Ника отдышалась и начала рассказывать сначала. Немного посоветовавшись, они решили, что не будут сегодня выходить из дома, а спать лягут на чердаке, завалив напольную дверь старыми тяжелыми сундуками. Весь день дети просидели у окошка, таращась на полоску дубового леса.

– Ой, там глаза… опять, – прошептала Ника.

Илья посмотрел внимательней.

– Вроде что-то светится. Может, кажется?

Дети продолжали вглядываться в уже ставший страшным лес, но ничего подозрительного больше не увидели. Когда стемнело, наспех перекусили холодной кашей, оставшейся с утра, и не зажигая свечи, в темноте пошли на чердак. Втащили лестницу к себе наверх, подвинули два тяжелых сундука на дверь, а на сундуки навалили разных досок и всего, что смогли найти. Затем завернулись в два шерстяных армейских одеяла, доставшихся им от деда, устроились у маленького чердачного окошечка, которое смотрело в сторону страшного леса и опять стали наблюдать, хотя совсем уже почти ничего не видели. Им мерещились какие-то тени, что-то двигалось и шевелилось, но появлялась луна, и тени исчезали, а лес по-прежнему стоял недвижимый. И тут из леса выдвинулась огромная тень, она быстро приближалась к их избушке, прямо к окошку на чердаке. Тень как будто бы шла по невидимой лестнице, ведущей прямо на крышу. Ника в ужасе закричала и… проснулась. Илья тоже проснулся и завертел головой, ничего не понимая. Уже светало, в доме было все тихо, на опушке тоже. Первые птички проснулись и весело щебетали, как бы говоря:

– Все спокойно, ничего не происходит, мы все видим.

– Мне приснилось какое-то чудовище, – сказала Ника, вытирая капли пота со лба и откидывая взмокшую прядь волос.

Они оба так и уснули сидя у окна. Когда попытались встать, то поняли что ноги и спины затекли. Ника повалилась на солому.

– Илья, что же нам делать?

Илья неуверенно произнес:

– Ну, если оно ночью на нас не напало, то может… (он хотел сказать – ничего и не было, но потом спохватился)… ничего и не произойдет?

Ника вздохнула. Дети еще просидели час, прислушиваясь к тишине и к утренним звукам. Все было как обычно. Птицы так же чирикали, лес так же шумел листьями, все как всегда, никаких незнакомых звуков не было.

– Ладно, пойдем, перекусим, – сказала Ника, хотя совершенно не чувствовала голода от стресса.

Они разобрали вчерашний завал, отодвинули сундуки, и, приоткрыв дверь в полу чердака, осторожно выглянули в щель. В избе было светло и тихо. Ничего не изменилось. Даже веник, о который они все время спотыкались и роняли, по-прежнему стоял у стенки. Дети тихонько, на цыпочках спустились вниз, прошли на кухню. Все было на местах, дверь на задвижке. На всякий случай, еще раз поглазев во все окошки, какие у них были, принялись топить печку, разогревать картошку в чугунке и варить кофе из желудей. Почти покончив с завтраком, они услышали стук в дверь. Ника выронила ложку и замерла. В тишине ложка с грохотом упала на пол. Ника тихонько спросила:

– Кто там?

Илья так же тихонько сказал:

– Они тебя не слышат.

– Кто, они? – спросила Ника.

И поняла, что ведет себя странно. Она уверенно встала со стула и подошла к двери.

– Кто там?

– Это я, дядя Коля! Вы что, еще спите?

Ника облегченно вздохнула, отодвинула задвижку и выглянула.

– Зачем вы оставили грибы на улице, они же сморщатся, – тоже смешно сморщив усы, сказал дядя Коля.

– Какие грибы? – удивились дети.

– Да вот же, ваши грибы. Вы ведь вчера ходили в лес. Много набрали. Но их надо сразу готовить, а вы бросили на улице. Устали что ли?

– Да, устали – ответила Ника, – а у вас ничего не произошло подозрительного?

Дядя Коля перестал морщиться.

– Подозрительного? Типа забытых грибов? – и он весело расхохотался.

Его усы запрыгали вверх вниз. «Не буду ему рассказывать про красные глаза, не поверит. Скорей бы он ушел» – подумала Ника, а сама ответила:

– Ну да, вы же вчера тоже по грибы ходили, только в сосновый лес.

– Да, я боровиков набрал молоденьких и стробилюрусов своих любимых, они уже отходят, весна нынче быстро пришла.

Дядя Коля перестал смеяться и смотрел на ребятишек с подозрением. Дети молчали. Дядя Коля тоже. Пауза затянулась. Ника глупо улыбалась. Илья нервно чесался.

– Ну ладно, я пойду, а вы грибами займитесь, – дядя Коля повернулся и пошел.

Ника кивнула и закрыла дверь. Потом усиленно зажестикулировала руками, то тыкая в дверь, то в сторону окна, из которого они вчера вели наблюдение за лесом. Она скалила зубы и таращила глаза. Илья не понял.

– Чего?

– Это он, с глазами, – зашептала Ника, – и опять сделала большие глаза и показала зубы.

Илья отодвинул Нику от дверей, заглянул в щелку на улицу. Дядя Коля шел к своему дому, насвистывая какую-то мелодию. Илья потащил Нику к столу и почему-то шепотом спросил:

– Коля с глазами?

Ника быстро закивала. Илья вспомнил про оскаленные зубы.

– И с зубами?

Ника нетерпеливо всплеснула руками.

– Ну как же ты не поймешь! Это он был в лесу и звал меня – дядя Коля!!!

– Что?? Почему??

– А кто наши корзинки с грибами принес? И кто мог мое имя шептать? Зверь что ли?

Илья упал на стул и теперь уже он таращил глаза.

– Дядя Коля? Зачем??? Он же был в другом лесу!!!

– Это он так говорит. А ты видел, куда он ходил?

– Нет.

– То-то же!

Ребята стали допивать остывший кофе и размышлять над случившимся. И тут их завтрак опять прервался. Издалека стал доноситься и быстро расти стрекочущий гул. Как будто огромная стая крылатой саранчи приближалась к их деревне. Ника подскочила к двери и задвинула щеколду. А потом бросилась к окну. Илья бросился к другому окну. Сначала они ничего не видели. Потом над их поляной повис вертолет и стал медленно садиться. Из него вышли мужчины в военной форме. Они выносили большие свертки, бросая их на траву. Первый вертолет взлетел, за ним приземлился второй. Из него вышли снова военные и сделали то же самое со свертками. Второй вертолет взлетел и удалился вслед за первым. Приземлился третий. Из него, спустя некоторое время вышли военные, судя по форме, они были из высших чинов. Они не выкидывали большие свертки, а несли в руках чемоданчики. Вертолет остановил лопасти и затих. Послышались голоса, отдаваемые команды. Солдаты суетились, разносили свертки в разные стороны и стали устанавливать палатки. Тут же разложили костер, установили походные столы и стали совещаться.

– Ущипни меня, – сказала Ника.

Илья послушно вцепился ей в руку.

– Ой! Потише! – Ника стала тереть руку. А потом победоносно уставилась на Илью, – вот видишь! Мне не померещилось! А ты мне не поверил!

– Нет, что ты! Я тебе сразу поверил! – запротестовал, усиленно размахивая руками, Илья.

Помолчал и спросил:

– Ты думаешь, они из-за этого зверя сюда приехали?

– Нет, они к тебе в гости прилетели, поесть твоих сморчков!

Илья нервно хихикнул. Дети продолжали пялиться в окно, как в экран телевизора, которого они ни разу не видели. И там показывали интересное кино. На костре аппетитно дымилась каша в большом котелке, в другом закипал крепкий чай. Некоторые солдаты разошлись вдоль лесной полосы и пилили тоненькие березки и одну высокую сосну. Потом пустили в ход топоры и соорудили из сосновых лап себе постели в палатках. Из бревна – сиденья вокруг костра, а березу распилили на дрова. Все работали молча и слаженно. Офицерский состав деловито сидел вокруг походного стола на раскладных стульях, разглядывая карту местности. Жители деревни не решались выйти из домов, наблюдая за происходящим из-за занавесок. Один офицер отдал приказ нескольким солдатам и те разошлись в разные стороны, направляясь к избам. Ника засуетилась и не знала, что делать, когда солдат стал приближаться к их дому. Раздался стук в дверь. Ника опять забегала, сшибла стул, уронила тазик. Таз покатился, стукнулся о печь и с грохотом стал крутиться на одном месте. Ника бросилась на таз, чтобы поймать его. Потом стала все поднимать, а стук раздался опять. Илья подошел к двери и спросил:

– Кто там?

– Рядовой Курочкин! У меня к вам известие! Откройте, пожалуйста, дверь! – отрапортовал солдат.

Илья вопросительно посмотрел на Нику. Ника кивнула. Илья отодвинул задвижку и отскочил в сторону. В избу зашел невысокий рыжий солдатик, снял пилотку, оправил рубаху и опять отрапортовал:

– Разрешите присесть!

Ника кивнула ему на стул и сама тоже присела. Сел и Илья.

– В вашей деревне объявлено чрезвычайное положение! Детали обсуждать не могу, военная тайна! Вам надо немедленно покинуть деревню. Здесь будут проходить секретные учения. Оставаться опасно.

Потом он окинул избу взглядом, посмотрел на ребят и спросил:

– А где ваши родители?

– Их нет, мы живем одни.

Солдат растерялся, почесал затылок.

– Мы вас можем отвезти к родителям, если хотите.

– Мы не знаем где они, мы уже давно живем одни.

– Хм. Ну что же, мы за вами присмотрим, не волнуйтесь. Но в лес теперь вам ходить нельзя. А из дома выходить только днем! – опять отрапортовал солдатик, надел пилотку и вышел из избы.

Ника заперла дверь. Дети сели у окна и стали наблюдать. Жители деревни быстро собрали скудные пожитки, заколотили ставни и двери, сели в вертолет и покинули деревню. Надолго ли? Вернутся ли они? Один только дядя Коля остался и по-прежнему ходил по своему двору, занимаясь хозяйством, как будто ничего не случилось.

– Илья, почему дядя Коля остался, ведь всем приказано покинуть деревню! Он точно что-то задумал! Странный он какой-то. Как ты думаешь?

Близилось время обеда, но дети и не собирались покидать свой пост наблюдения. Сначала пообедал офицерский состав, потом рядовые. Потом рыжий солдатик принес ребятам в котелке горячую гречневую кашу с тушенкой, пахнущей дымком и два куска душистого белого хлеба. Такой вкусной каши детишки давненько не едали. Они сразу набросились на котелок, стуча ложками. А солдатик сбегал за чаем и принес мятных пряников. Дети были в восторге! Солдатик спросил, как их зовут, а потом сказал:

– Меня Иван зовут, если что надо, обращайтесь ко мне. Я буду на посту рядом с вашей избушкой, – и ободряюще подмигнув, ушел.

Илья сказал Нике:

– Вроде он ничего, надо будет у него потихоньку выспросить, зачем они прилетели сюда.

Ника заперла за солдатиком дверь и принялась чистить сморчки. Промыв и замочив грибы, Ника отварила их два раза в чистой воде. Затем добавила обжаренный лук, пшено и картофель, и поставила чугунок с супом томиться в печь. Аромат от душистых грибочков разносился по всей избе. Илья все это время ходил по кухне, закинув, как взрослый руки за спину и что-то бормотал себе под нос. «Какой же он смешной! Считает себя взрослым, а сам без моего разрешения ничего не может сделать» – улыбнулась про себя Ника.

Суп к ужину был готов. Пришел Иван и принес бутерброды с ветчиной, дети угостили его супом. А сами стали спрашивать, из какого он города, далеко ли отсюда. Иван стал рассказывать о себе, а потом под невинные расспросы детишек рассказал, как стал солдатом. И как нравится ему нести службу, особенно сейчас, когда возникли такие загадочные обстоятельства – поиск пропавших ученых… Иван замолчал и с досадой посмотрел на ребят.

– Это военная тайна, никому не говорите!

Дети переглянулись и рассмеялись. Иван озадаченно посмотрел на них, и, поняв, что рассказывать здесь совсем некому эту военную тайну, тоже рассмеялся. Детям стало тепло и спокойно, как будто у них появился старший брат, который теперь будет заботиться о них. Они еще немного поболтали и с большим сожалением расстались. Уже стемнело, зажглись постовые костры вдоль поляны и костер возле их избушки – Иван с напарником заступил на пост. В эту ночь дети спали спокойно в своих кроватях. И все же Нике опять приснился неприятный сон с темной тенью, надвигающейся на их избушку. Только в этот раз Нике не было страшно, и тень не приблизилась к их дому. Ночь прошла без приключений.

ГЛАВА ВТОРАЯ. ТЕНЬ НАДВИГАЕТСЯ.

Весь следующий день Ника и Илья, все еще опасаясь выходить из дома, наблюдали со своего поста за передвижениями военных. Один отряд за другим заходили в дубовый лес и возвращались, офицеры совещались, что-то чертили на карте. Вертолет взлетал несколько раз в воздух, улетал то в сторону дубового леса, то в сторону березового леса, где, по словам почтальона Василия, была цивилизация.

Нике нравилось слушать рассказы Васи про то, какая жизнь там, во внешнем мире. Про то, что у них в каждом доме свет можно включить одной кнопкой, можно смотреть цветные двигающиеся картинки по ящику, а печи работают от газа. «Где они столько газа берут?» – недоумевала Ника. И про магазины, где есть все, даже заводные игрушки и машинки, работающие от батареек. Один раз Вася даже привез такую игрушку Нике – заводного пластмассового робота, который лениво двигал ногами и смешно вращал глазами. Нике сначала интересно было смотреть на робота, но потом она подумала, что цивилизация нисколько не лучше, чем их деревня. Илья мог такого робота вырезать из березового полена за один день. Правда, деревянный робот не двигал бы ногами, зато он был бы с добрым улыбающимся лицом. Ника вспомнила лицо деда, – всегда веселое, доброе, с озорным блеском в глазах.

Илья много игрушек сделал для Ники. Куклу с длинными вьющимися волосами, лошадку с гривой, как у настоящей лошади, мелкие свистульки и вазочки. У Ильи рядом с его домом, в сарайчике, был слесарный инструмент, доставшийся ему от родителей. Илья много часов бывало проводил в том сарайчике, все чего-то мастерил. Даже сделал Нике два табурета с резными ножками. Но жить в своем доме Илья не хотел. С тех пор, как дети остались одни, без родителей, они искали поддержку друг в друге. Жители деревни особого участия к ним не проявляли, у каждого были свои проблемы.

Тем временем, на поляне было все спокойно. Никаких команд не слышалось, беготни и суеты тоже не было. В обед опять пришел Иван, принес перловую похлебку с мясом и хлеб. Рассказал, что разведка обнаружила большой контейнер и подземную лабораторию. Все это нашли на границе дубового и кленового лесов. С воздуха их было не обнаружить, потому что контейнер наполовину вкопан в землю, сверху закидан землей и давно порос мхом и кустами. Его обнаружил пеший наряд, который цепью прочесывал леса.

– Как же мы с тобой не нашли лабораторию? Мы столько раз по лесу ходили! – спросила Ника Илью.

– В ту сторону мы редко ходили, там слишком темно и грибы не растут, чего там делать? А ученых нашли? – спросил Илья у Ивана.

– Несколько ученых и профессор Айнхенкель мертвы, – ответил коротко Иван, как будто отрапортовал и вышел из избы.

– Он чего-то не договаривает, – догадался Илья.

Только потом, – из отдельных разговоров с Иваном и подслушанных разговоров постовых солдат у костра, рядом с их домом, – ребята сложили кусочки картины происходивших событий. Профессор Айнхенкель приехал из другой страны проводить опыты с сывороткой, которую он изобрел. Профессор отыскал и нанял несколько ученых в нашей стране из разных городов. Те ученые, получив большие гонорары, тайно покинули свои дома, и никому не сказав ни слова, исчезли. Их считали пропавшими. Они обосновались здесь – в подземной лаборатории и проводили свои исследования уже несколько лет. Военный детектив, которому государство поручило поиски ученых, связал их истории исчезновения вместе и вышел на след, который привел как раз сюда, в четырехлесье, где жили Ника с Ильей. Сюда и прислали военно-пограничный отряд, обследовать местность и найти пропавших ученых. А почему пограничников прислали? Потому что за темным кленовым лесом находилась пограничная полоса, а за ней было другое государство. Граница проходила через широкую гряду неприступных остроконечных горных кряжей, покрытых льдом и снегом. В этом месте граница не охранялась ни с нашей, ни с той стороны, в этом не было необходимости. Ни одна живая душа не сможет преодолеть снежную неприступную крепость.

– Значит, скоро улетят обратно, раз нашли пропавших ученых, – сказала Ника Илье после обсуждения собранной ими информации.

– Да, улетят. Интересно, вернутся наши соседи обратно? – спросил задумчиво Илья.

Но прошел день и еще один день, а военные не улетали. Отряды по-прежнему ходили в лес, офицеры по-прежнему совещались над картой. Прилетел еще один вертолет, на этот раз грузовой и привез контейнер. Его поставили на краю поляны, ближе к кленовому лесу. В нем разместился офицерский состав. Дети не понимали, что происходит.

– Если нашли пропавших ученых, почему военные не улетают, как думаешь? – спросил Илья у Ники.

– Наверное, они нашли не все. Раз организовали штаб на поляне, значит надолго здесь, – рассудила Ника.

Над деревней нависла тяжелая неопределенность. Иван молча приносил детям обед, мало разговаривал и быстро уходил. Нике и Илье было не по себе. Неизвестность их пугала. Казалось, что еще что-то должно произойти, но что – дети пока не могли понять. И тайна красных глаз оставалась нераскрытой. По ночам все также горели постовые костры, солдаты каждый день прочесывали леса и возвращались ни с чем.

– Они кого-то ищут, – сказала Ника, – надо узнать кого.

– Может одного ученого не нашли, может он выжил и где-то потерялся? – предположил Илья.

– Как ты думаешь, почему ученые все умерли? Может сывороткой отравились? – спросила Ника.