Сиротинин. Защитники Родины

Июль 1941 года выдался знойным. Поднимая столбы пыли, колонна 4-й танковой дивизии вермахта неспешно двигалась по старой Варшавской дороге, не ожидая никакого сопротивления. Машины шли с открытыми люками, экипажи танков, изнывая от духоты, сидели на броне. Солдаты обменивались шутками, а звуки губной гармошки разбавляли монотонный скрежет гусениц и рев моторов.

Хенфельд ехал на броне одного из танков, делая заметки в своем дневнике, и изредка поглядывал на идущих в колонне солдат. Их лица были полны решимости и гордости за великий немецкий народ, за Третий рейх и за своего фюрера. Позади были Польша и Франция, и пусть эта война против русских идет не столь гладко, как в этих странах, но, несомненно, впереди их ждут Минск, Киев, Ленинград, Москва – их ждет победа. Через два месяца Россия падет, и Великий рейх будет простираться от Атлантики до Урала. Европа будет объединена волей великого Гитлера, и они, доблестная германская нация, принесут освобождение и цивилизацию диким народам востока, хотят они того или нет. Править низшими расами – такова их историческая миссия.

Тем временем колонна подошла к деревне Сокольничи, раскинувшейся на невысоком берегу реки Добрость. Согласно докладам, именно за ней не так давно стояли советские войска.

Эту речку, хоть она и была небольшой и мелкой, тяжелой технике не так просто было бы преодолеть вброд, тем более что местность вокруг была сильно заболочена. Видневшийся впереди мост также не вызывал доверия – ведь он был цел, а значит, мог быть заминирован русскими при отходе. Кроме того, густо поросшие рожью холмы с редкими небольшими рощицами на другом берегу реки могли скрывать притаившегося врага.

Подъезжая к мосту, Хенфельд внимательно разглядывал противоположный берег в бинокль, но не заметил никаких признаков присутствия советских войск. «Наверное, драпанули», – с усмешкой подумал он.

– Вроде чисто, – сказал он своему экипажу.

Только он произнес это, как вдруг – яркая вспышка, а за ней – оглушительный грохот! С берегов реки мгновенно взмыли в воздух и устремились прочь стаи птиц. Это взорвался шедший первым в колонне танк – наверное, сдетонировал боезапас. Едкий черный дым повалил из фюзеляжа разбитой машины, застилая синее небо; послышались стоны раненых осколками пехотинцев, оказавшихся рядом с первым танком. Колонна остановилась, а солдаты врассыпную бросились в кювет.

Нырнув под защиту бронированной башни своего танка, обер-лейтенант прильнул к биноклю и впился взглядом в противоположный берег, тщательно осматривая холмы по другую сторону реки. Ничего. Ни танков, ни артиллерии, ни одного русского солдата не видно. Кто стрелял и откуда?

В ту же секунду послышался свист летящего снаряда, за ним взрыв – и объятая пламенем бронемашина, следовавшая за подбитым танком, замерла на въезде к мосту, окончательно преградив путь остальной колонне. Клубы черного дыма, подгоняемые ветром, быстро растекались в жарком воздухе. Пригнувшись, солдаты попрятались за бронемашины и танки – не понимая, откуда ведется огонь, они настороженно озирались. Плотная дымовая завеса не давала ничего разглядеть, и даже звук выстрела как будто тонул в ней, так что нельзя было определить, где располагалась русская артиллерия. А в том, что это была артиллерийская батарея, теперь не было никаких сомнений.

Командующий Вилибальд фон Лангерман уже пробирался из середины колонны вперед, чтобы на месте разобраться в произошедшем. Разведка просчиталась, и эта внезапная атака застала их врасплох. Теперь нужно было решить, что делать, причем быстро!

Мотоциклистам был отдан приказ искать источник огня. Башни остановившихся танков вращались в разных направлениях. Сквозь пелену черного дыма Лангерман видел, как один из танков пытается столкнуть подбитую бронемашину с моста. Танк сделал резкий рывок вперед, с силой ударив по отрезавшей путь преграде. Жуткий скрежет металла о металл невыносимо резал слух. Но охваченная пламенем бронемашина едва сдвинулась с места, глыбой нависнув над рекой, не давая возможности прорваться на другой берег никому, кроме пехоты. Танкисты же прятались за своей техникой, ожидая приказа от Лангермана, пытавшегося как можно быстрее добраться до моста.

Танк начал сдавать назад, готовясь к следующему рывку, который должен был полностью освободить проезд через мост. Двигатель его ревел во всю мощь.

В это время экипаж боевой машины Хенфельда тщетно пытался определить цель. Наводчик, впившись глазами в прицел, лихорадочно разворачивал башню, пот градом струился по лицу, но он этого не замечал. Мощная пушка постепенно наводилась в сторону холмов. Однако точное местоположение советской артиллерии все еще оставалось неизвестным.