Дилемма

– Что-то слабовато он подготовлен для такой задачи, – хмыкнул Крячко. – Правда, тут ничего удивительного. Нынче молодежь напрочь разучилась смущаться. Они берутся за любое дело, не имея о нем ни малейшего представления или получив его из какого-нибудь телесериала, сценарий которого писали такие же молодые люди. Получается замкнутый круг. Правда, иногда им удается многому научиться по ходу дела – это надо признать. Похоже на старый метод обучения плаванию. Новичка бросают в воду, и ему ничего не остается, как плыть, иначе кранты. Возможно, Славик с нашей помощью тоже куда-нибудь выплывет…

– Ну уж нет! – решительно заявил Гуров. – Только не с нашей! Это не моя грядка – учить молодых людей безобразиям. Поморочить голову – пожалуйста. Главное, чтобы он ее нам не заморочил…

Покончив с обедом, они поднялись к себе в номер, и Гуров посвятил друга в секреты телефона Сумского.

– Пока ты зализывал раны, я покопался в чужой памяти, – объявил он. – И обнаружил кое-что. Номеров у этого типа забито немного, но это даже хорошо. Меньше будем мучиться проблемой выбора. Правда, номера никак не обозначены – видимо, Сумской знает их наизусть, и ему не нужно ломать голову, кому какой номер принадлежит. Наше положение хуже, но это лучше, чем ничего. Номеров всего шесть. Предлагаю начать с того, который сам начинается с семерки. Цифра счастливая. Только нам наверняка понадобится помощь Владимира Леонидовича. Позвони-ка ему в номер и попроси к нам подняться.

– Боюсь, что помощи нам от него сейчас не добиться, – заметил Крячко, сделав несколько безуспешных попыток дозвониться в четыреста четвертый номер. – Я ведь разрешил ему принять успокоительное. Сейчас он, наверное, уже спит как сурок.

– Надеюсь, он не вскрикивает во сне, – проворчал Гуров. – Потому что мысленно я поминаю его всеми словами, которые знаю. Тут, понимаешь, ужом выворачиваешься, чтобы поймать преступников, не прибегая к помощи закона и в то же время не нарушая этого самого закона… Китайская головоломка! А он спит, видишь ли! Нет, на весь этот срок объявляю не только сухой закон, но и категорически запрещаю всякие успокоительные. Все должны быть бодрыми в любое время дня и ночи… Впрочем, никакими словами ничего уже не поправишь. Что выросло, то выросло. Придется звонить на свой страх и риск.

– Что скажем? – деловито осведомился Крячко.

– А этого я не знаю, – пожал плечами Гуров. – Придется соображать на ходу.

Они уселись на диван, плечом к плечу и принялись перебирать номера, которые Гуров обнаружил в телефонной памяти. Первые три номера сразу же пришлось временно отложить – ни один из них не отзывался, несмотря на то, что Гуров проявил немалое терпение, повторяя вызов.

На четвертом номере соединение произошло, и Гурову ответил довольно приятный девичий голос, который, однако, показался ему если не испуганным, то уж точно излишне напряженным. Можно было сколько угодно сожалеть о том, что Грязнова нет с ними, но поскольку от сожалений толку было мало, Гуров не стал особенно мудрствовать и спросил напрямую, не зовут ли девушку Анастасией.

– Вот и звоните Анастасии, если она вам нужна! – довольно резко ответила неведомая девушка. – А меня зовут совсем по-другому. До свидания.

– Подождите! – взмолился Гуров. – Позвольте еще один вопрос. А вы случайно не знакомы с Анастасией? Ее разыскивает один человек. Ему сейчас очень плохо.

– Всем сейчас плохо, – неприветливо сказала девушка. – И никакую Анастасию я не знаю.

– Но Сумского-то вы знаете! – сказал Гуров. – А Сумской знает Анастасию. Может быть, припомните что-нибудь? Это очень важно! Кстати, как вас все-таки зовут? А то трудно разговаривать, когда не знаешь имени собеседника. Меня, например, зовут Лев. Лев Иванович, если угодно.

– А катись ты, Лев Иванович, куда подальше! – с раздражением ответила сердитая девушка. – Если у тебя проблемы – звони в секс по телефону, а меня не доставай. Меня и без тебя затрахали! – после этого признания она попросту бросила трубку.

– На редкость плодотворное общение у нас получается, – покачал головой Гуров. – Но она очень изящно обошла вопрос о Сумском. Не сказала ни да, ни нет. А это, скорее всего, означает, что девушка не хочет разговаривать про Анастасию ни под каким видом. А знаешь, что мне сейчас пришло в голову? Никакой Анастасии может и не быть. Это вымышленное имя.

– Так нужно узнать настоящее! – заявил Крячко и решительно отобрал трубку у Гурова. – Ты не умеешь разговаривать с девушками. То есть я понимаю, что бабам ты нравишься – элегантный, мужественный, уверенный, виски седые… Но с девушками разговаривать ты не умеешь.

Он повторил вызов и с медовой улыбкой прилип ухом к трубке. Однако через пару секунд лицо у него вытянулось, и он озабоченно сообщил:

– Занято, черт возьми! Похоже, твой звонок напряг это милое создание. Она тут же захотела посоветоваться с мамой, как следует поступать, когда тебе звонит незнакомый мужчина…

– Боюсь, эта мама под два метра ростом и не слишком хорошо выбрита, – проворчал Гуров. – Впрочем, не исключено, что девушка и без нас собиралась кому-то звонить. Иначе это плохой признак. Не хотелось бы ворошить осиное гнездо, но, похоже, без этого не получится.

Крячко упорно, раз за разом, нажимал кнопку вызова, и наконец лицо его опять осветилось радостью. Он подмигнул Гурову и прижал трубку к уху.

– Алло! Привет! – сказал он самым легкомысленным тоном. – Тут вам мой товарищ звонил. Он хороший человек, но совершенно не разбирается в женщинах. Вы не должны на него сердиться. Тем более что он не имел в виду ничего плохого. Я тоже ничего плохого в уме не держу. Меня Стас зовут. Может быть, встретимся? Я сегодня совершенно свободен, и баксы в кармане имеются. Можем завалиться куда-нибудь. У вас тут где самый крутой ресторан?

Гуров был немало удивлен тому, но собеседница не сразу прервала разговор. Она терпеливо, но осторожно спросила у Крячко, за кого он ее принимает.

– Почему вы решили, Стас, что я пойду в ресторан с незнакомым мужчиной? Может быть, до сих пор вы общались только с такими девушками, но я не такая. Удивлены? А я вообще не люблю ресторанов.

– А что вы любите? – тут же включился Крячко. – Только скажите – мы все сделаем!

– Я люблю гулять по нашему парку, – сказала девушка. – Одна. И не люблю, когда над ухом кто-то треплется. Парни всегда несут чепуху…

– Я не стану нести чепуху, – поклялся Крячко. – Я очень серьезный человек и тоже люблю гулять по парку. Правда, я предпочитаю делать это в компании молодых девушек. То есть я хотел сказать одной девушки!.. Конечно! И клянусь, я умею молчать и слушать. Вы не разочаруетесь. И еще я умею улаживать проблемы. Вам стоит только сказать…

– Хорошо, если уж вам так скучно, приходите прямо сейчас в городской парк. Я буду ждать вас там на главной аллее с толстой книгой в руке, – в голосе девушки появились веселые нотки. – Если вы серьезный человек, вы тоже во мне не разочаруетесь.

– Вы – чудо! – горячо сказал Крячко. – Я немедленно бегу к вам.

Он закончил разговор и посмотрел на Гурова горящими глазами.

– Ну что? Понял теперь, как надо? Она пригласила меня на прогулку в городской парк. Оказалось, что мы почти родственные души. Оба любим бродить в одиночестве с толстой книгой стихов под мышкой. Теперь мы решили объединить наши усилия.

Гуров пожал плечами.

– Пытаюсь припомнить, когда я в последний раз видел тебя с книгой, – сказал он. – И никак не могу вспомнить. Наверное, ты действительно прикасаешься к ним, когда тебя никто не видит. А вообще, у меня такое ощущение, что теперь-то она и со мной бы иначе говорила, – заметил Гуров. – По-моему, мама дала ей совет не бояться мужчин.

– Тогда побежали? – предложил Крячко с энтузиазмом.

– Спокойно! У нас остался еще один номер, – сказал Гуров. – Парк никуда не денется, тем более что чувствуется в этом какой-то подвох. Не думаю, что нам стоит торопиться. Сначала я позвоню.

Он набрал последний номер из списка. Крячко с напряженным вниманием наблюдал за ним. В трубке тихо щелкнуло, и неприветливый мужской голос сказал одно слово:

– Ну?!

– Баранки гну, – спокойно ответил на это Гуров. – Вас беспокоит служба собственной безопасности компании «Фэйрплэйгейм». Мы разыскиваем девушку по имени Анастасия. У нас есть подозрения, что между ней и вами есть связь. Если это так, то предлагаю встретиться и поговорить. Только не надо врать, я не люблю, когда врут.

– Круто завернул, – после короткой паузы заметил голос в трубке. – Сам-то понял, что сказал? Я лично не врубился. Ты когда водку пьешь – закусывай, а то тебя люди понимать не будут.

– У меня сухой закон, – сказал Гуров, тоже переходя на ты. – А не врубился ты потому, что не хочешь шевелить мозгами. Попробуй еще раз. Твой телефон у Сумского в трубке. Сумской знает Анастасию. Высока вероятность, что ты ее тоже знаешь. Нам она нужна. Вопрос очень серьезный, и последствия могут быть очень серьезными. А нам хотелось бы решить все миром. Поэтому предлагаю договориться.

На самом деле Гуров, конечно, не был уверен, что его собеседник имеет отношение к Анастасии. Но к Сумскому тот должен был иметь отношение в любом случае, а значит, по меньшей мере должен был проявить любопытство к происходящему. Так оно и вышло.

– Постой! – сказал человек на другом конце провода. – От какой ты конторы? Фер-пер… Я не понял – это что за фуфло?

– Это контора, которая делает деньги, – объяснил Гуров. – И кое-кто в вашем городе решил, что может распоряжаться ее имуществом. Но такие вещи даром не проходят.

– Это ты точно подметил. Бабки даром не даются. Только я-то тут при чем?

– Может, ты и ни при чем, а вот Анастасия очень даже при чем. Теперь дошло?

– Не врубаюсь я, о чем ты толкуешь. Но так и быть, я попробую вспомнить, где есть такая телка – Анастасия. Если вспомню – позвоню. У тебя какой телефон, земляк?

– Невнимательный ты, друг! – с сожалением сказал Гуров. – Не слушаешь, что тебе говорят. Телефон тот самый, по которому ты Сумскому звонил. Только ты очень-то не тяни с воспоминаниями. У нас ведь терпение может иссякнуть.

– Как ты сказал – иссякнуть? – удивился собеседник. – Нормально завернул! Откуда ты все слова знаешь? Энциклопедию купил?

– Уже второй том, – ответил Гуров. – Могу дать почитать.

– Договорились! Так я тебе позвоню, если что. Бывай!

Разговор прервался. Гуров разочарованно посмотрел на телефонную трубку, а потом перевел взгляд на Стаса.

– Никто не спешит с нами встретиться, – сказал он. – Никто не знает Анастасию. Все почему-то аккуратно обходят личность Сумского. Ни один ведь еще не признался напрямую, что знаком с этим типом. Зачем, спрашивается, он забивал их телефоны?

– Может, они его жертвы? – предположил Крячко. – Может, он с этих людей деньги выколачивал, и им противно о нем вспоминать?

– Как-то не очень похожи они на жертв, – вздохнул Гуров. – Ну ладно, что выросло, то выросло. Пошли на прогулку. После обеда полезно подышать свежим воздухом. Только нужно выяснить, где здесь находится городской парк.