Гроссмейстер сыска

– Эта мастерская принадлежит лично вам? – поинтересовался Гуров.

– Ну-у… – замялся Бобров. – В каком-то смысле это действительно так. Но вообще-то главный хозяин – Черепанов Виталий Константинович. Он не здесь находится, он вообще-то в центре базируется. Вот у него там настоящий офис. Хотите встретиться с ним?

– Не думаю, – ответил Гуров. – Мне кажется, что вы тот человек, который нам нужен. Ведь вы, наверное, в курсе всех дел, которые происходят в мастерской?

– В принципе, конечно, в курсе, – осторожно сказал Бобров. – Ну, может, пацаны чего-нибудь отмочат – по личной инициативе, как говорится. За всем ведь не уследишь. Только вроде ничего такого я последнее время не замечал. У нас вроде все спокойно, – заключил он. Однако, наперекор словам, голос его звучал все тревожнее.

– Да вы не волнуйтесь, – проговорил Гуров успокаивающе. – Мы ведь ни на чем вас и не собираемся ловить. Вряд ли мы вообще к вам пришли бы, но у вас тут должна находиться одна машина, которая нас очень интересует. У нас есть основания полагать, что с хозяином этой машины вы знакомы лично…

– Кто такой? – поспешно спросил Бобров, настораживаясь. – То есть я хочу сказать, что это ведь совсем не обязательно, чтобы я был знаком, правда? У нас тут каждый день приводят по десятку тачек – сколько народу в Москве бьется – ужас! А еще плюс нормальные неполадки в моторе. Народ машину покупает, а что у нее внутри, понимает мало. Тоже к нам, значит. Так разве каждого упомнишь?

– Да мы про каждого спрашивать и не будем, – успокоил его Крячко, весело улыбаясь. – Нас всего-то один интересует. Дня три назад рано утром его «Форд» сюда приволокли – на вашем же фирменном грузовике, между прочим. Вы же не за каждым на своей технике выезжаете?

– Не за каждым, – подтвердил Бобров. – А только если кто обращается и у нас транспорт свободен… Три дня назад, говорите? «Форд»? – Он старательно наморщил лоб, будто пытаясь вспомнить. – И я вроде должен знать владельца, да?

Гурова эта игра совершенно не убедила.

– В двух соснах заблудились? – насмешливо спросил он. – Между прочим, около этого «Форда» мы только что стояли. И владелец его не случайный прохожий, а помощник известного депутата Кандинского. Скок его фамилия. Юрий Леонидович Скок. После аварии он первым делом позвонил в вашу контору, и ему мигом прислали грузовик. Теперь ваша память прояснилась?

– Ах, вон вы про что! – с ноткой озабоченности в голосе воскликнул Бобров. – Ну, в принципе, все правильно. Ставил Скок к нам машину, было дело. Точно не помню, что у него там было…

– Ну да, понимаю, народу бьется ужас сколько, всех не упомнишь… – перебил его Гуров. – Но я пока не о том. Конкретно – вы знакомы со Скоком?

Бобров подозрительно посмотрел на Гурова, потом на Крячко, озабоченно почесал щеку со шрамом и сказал:

– Ну, допустим, знаю я Скока. И что же из этого? Если за ним какие-то дела – я-то здесь при чем? Ну, обращался он к нам по автомобильным делам. Он ведь в моторах – лох полный, чайник! Вентилятора от карбюратора не отличает!

– Ну вот видите, как вы его хорошо, оказывается, знаете! – обрадовался Крячко. – А насчет каких-то нехороших дел, на которые вы намекаете и которыми якобы Скок занимался, мы про них ничего не знаем. Но если вы нам расскажете, мы с удовольствием послушаем!

Бобров заметно растерялся.

– Э! Какие дела? Ни про какие дела я не говорил! – запротестовал он. – Я просто в смысле – раз милиция интересуется, значит, неспроста, верно? А ни про какие его дела я ничего не знаю! Клянусь!

– Да не надо клятв, – с неудовольствием сказал Гуров. – Просто говорите правду. Мы же вас не заставляем какие-то интимные секреты раскрывать. А на то, что вы принимаете автомобили, попавшие в дорожно-транспортное происшествие, и не сообщаете об этом в ГАИ, мы закроем глаза…

– Как не сообщаем в ГАИ? – переполошился Бобров. – Вот это уж вы напрасно! Строго сообщаем! А если вы имеете в виду машину Скока, так я сам к нему выезжал на то место, где он в кювет сковырнулся. Это ж все на глазах у гаишника было! А если он, гаишник, со Скоком договорился, я-то чего лезть буду? Это, типа, я вашего сотрудника должен был, выходит, подставить?

– Ну и подставил бы, – жестко сказал Гуров. – Не жалко. Тоже мне, сотрудник! Ну да бог с ним! Я просто хочу намекнуть, что не все так уж спокойно на вашем горизонте. Если мы с вами сейчас не найдем общего языка…

– Так это понятно! – убежденно заявил Бобров. – При желании и к телеграфному столбу можно придраться. Только я с вами как на духу, не сомневайтесь! Мне ведь скрывать нечего. У меня тут все вась-вась, а чужие грехи мне ни к чему. Со своими вы сами разбирайтесь – мне как-то не с руки. А насчет Скока – пожалуйста, что знаю, скажу. А чего не знаю…

– Вот и чудесно! – одобрительно сказал Гуров. – Для начала нас интересует, что, собственно, случилось с машиной Скока? А то все – попал в аварию, попал в аварию! А что за авария-то конкретно?

– Ну, так, это… – замялся Бобров. – Стукнулся он. Капот помял, краска в некоторых местах слезла… Я точно не знаю – я ведь под машины не лажу. Так, иногда только… И то под свою.

– А кто знает? – спросил Гуров. – Кто-то ведь под нее лазил?

– Ну, это… Кто же у нас ей занимался? – Бобров опять принялся старательно морщить лоб.

– Может, Борис? – подсказал Крячко. – Ну тот самый, кто сейчас грунтовкой занят?

– А-а, нет, не он, – покачал головой Бобров. – Он у нас только отделочные. А это, кажется, Семин «Фордом» занимался. Только его сегодня нет, он в отгуле… – В глазах у него на мгновение мелькнуло плутоватое выражение.

Гуров подошел к нему вплотную – он был почти на голову выше хозяина мастерской – и сказал негромким, но очень внушительным голосом:

– Сказку про белого бычка мне читаешь? Я с тобой по-хорошему, а ты опять за свое? Я ведь не поленюсь сегодня же прислать к тебе роту экспертов – пусть проверят, что у тебя тут за хозяйство! Говорят, бизнесу это очень помогает…

Гуров, разумеется, блефовал – у него не было ни малейшего желания совать свой нос в коммерческие тайны автомастерской, – но Боброву нарисованная им перспектива показалась совсем не шуточной.

– Да нет, ну чего, в самом деле? – пробормотал он. – Я сейчас посмотрю – может, здесь Семин? Вроде говорили, что он в отгуле…

– При чем тут твой Семин? – сердито спросил Гуров. – Если ты сам ездил на место аварии, ты точно должен знать, что случилось с машиной! И кончай крутить, пока я не разозлился по-настоящему!

– Ну так что – что ездил? – обиженно проговорил Бобров. – А может, Скок мне по аварию ничего толком не рассказал? Может, у него свои причины? Почему бы вам его самого не спросить, чего у него там случилось?

Гуров с Крячко переглянулись, а потом Гуров, глядя прямо в глаза хозяину автомастерской, сообщил:

– А спросить его самого мы не можем по той простой причине, что гражданин Скок прошлой ночью был убит. Теперь ясно, что мы сюда не ваньку валять приехали?

– Оба-на! – с видом крайнего ошеломления выдохнул Бобров. Его глаза сделались круглыми и беспомощными, как у ребенка.

Такую непосредственную реакцию вряд ли можно было сыграть. Тем более что до сих пор Гуров не обнаруживал у Боброва артистических данных. В тех моментах, когда требовалось соврать, он не выглядел убедительным. Да Гуров, по правде сказать, и не предполагал, что этот человек имеет отношение к смерти Скока. Ему было важно ошеломить Боброва и в то же время отчасти успокоить того – ведь теперь Боброву не имело смысла хранить маленькие секреты своего знакомого.

– Так, выходит, Юрий Леонидович помер, что ли? – робко спросил Бобров, обретая дар речи.

– Удивительно меткое замечание! – встрял Крячко. – Его убили, и он помер – кто бы мог подумать!

– Да нет, я в том смысле, что вот ведь три дня назад я его видел… – пробормотал вконец запутавшийся Бобров. – Разговаривали… Так, значит, помер? Надо же! От судьбы, как говорится, не уйдешь! То-то, значит… – точно что-то вспомнив, он внезапно запнулся, с тревогой глядя на Гурова.

– Ну, смелее! – подбодрил его тот. – Здесь неглубоко, прыгай!

– А ведь тогда Юрий Леонидович не случайно тачку свою чпокнул! – вдруг серьезно заявил Бобров.

– Что имеется в виду? – деловито спросил Крячко, подвигаясь поближе.

– Ему кто-то тормоза испортил, – понизив голос, сказал Бобров. – Теперь-то я в этом на сто процентов уверен! А сразу не поверил. Он мне сказал, что на повороте у него вдруг тормоза отказали, просил посмотреть… Последствий не было, вот он тоже не придал значения. Машину оставил, а сам уехал – дела у него были срочные… А больше я его уже не видел. И не позвонил он мне. А у нас с ребятами сомнения были все-таки…

– Что за сомнения? С какими ребятами? – спросил Гуров.

– Ну, насчет машины, – объяснил Бобров. – Насчет тормозов. Ребята, которые тачку смотрели, говорят мне: Дмитрич, мол, кто-то тормоза нарочно испортил! А я тоже не придал значения. Да и закрутился… А оно вон как получилось! Опять в аварию попал?

– Не угадал, – сказал Гуров. – Все по-другому было. Только вряд ли это его утешило. Но давай сначала закончим с тормозами. Где эти ребята, которые в них так хорошо разбираются? Зовите их сюда!

– Понял! – послушно сказал Бобров и, быстро набрав на клавиатуре мобильника нужную комбинацию цифр, прокричал в трубку: – Семин? Дуй ко мне срочно! Дело важное, понял? Ждать не могу!

Семин появился так быстро, что Гуров даже не успел напомнить Боброву, что этот механик сегодня, согласно легенде, находится в отгуле. Было Семину около сорока лет, он выглядел крепким, себе на уме мужиком, с упрямым прищуром въедливых глаз и резкими скулами. На незнакомых ему людей он посмотрел с предубеждением, как будто был уверен, что ничего хорошего ждать от них не следует.

Бобров растерянно развел руками и почти извиняющимся тоном сказал своему работнику:

– Слышь, Петрович! Вот мы тут как раз о том, о чем ты мне говорил, – насчет «Форда», значит… Ну чего ты не понял? Юрия Леонидовича машина! И не смотри на меня, как Ленин на буржуазию! Люди вот интересуются… Между прочим, очень серьезные люди… Так что бросай прикидываться – чего ты мне там про тормоза говорил?

Семин выслушал с абсолютным хладнокровием, не моргнув глазом, а потом искоса изучающе уставился на Гурова.

– Что за люди? – с большим достоинством спросил он.

– Хорошие люди, – внушительно сказал Гуров. – Из Главного управления внутренних дел. Оперуполномоченные по особо важным делам – полковник Гуров и полковник Крячко. Или тебе меньше генерала не подавай?