Место встречи назначает пуля

– Нам нужен Шаланда. – Сыщик развернулся таким образом, чтобы иметь возможность держать в поле зрения и бармена, и тех двух ребят, что грозно поднялись из-за столиков. – Только я не в курсе, как он выглядит. Но дело срочное, и мы…

– Ты – легавый, что ли? – соизволил-таки разомкнуть губы бармен.

– Почему это? – Гуров нахмурился, и от его былой простоватости не осталось и следа.

Но вместо бармена ему ответил один из посетителей «Лагуны», подошедший к полковнику почти вплотную. Среднего роста мужик с трехдневной щетиной на лице. Контуры глубоко посаженных глаз с трудом угадывались в тени мощных надбровных дуг. Второй мужчина держался немного в стороне, но тоже при этом не спускал с Гурова глаз.

– Как у тебя может быть дело к Шаланде, если ты даже не знаешь, как он выглядит? – с вызовом произнес первый. – Горбатого лепишь.

Гуров полностью развернулся к нему лицом.

– Ты – Шаланда?

– Нет, не я, – последовал ответ. – Но я тот, кто советует тебе как можно скорее уносить отсюда ноги. Сделаешь это быстро и незаметно – останешься в живых. А если нет, то в лучшем случае я могу гарантировать тебе медицинскую койку. На ближайшие пару месяцев.

– Знаешь что, медик. – Гуров выпрямился во весь рост и расправил плечи, готовый к неминуемой схватке. – У меня, честно признаюсь, нет блата в местной клинике, но и переть на меня танком всякому быдлу я тоже не позволю. Врубаешься?

– Че ты сказал, козел? – Лицо визави побагровело, а его громогласный бас эхом разнесся по всему помещению.

Из– за дальнего столика, расположенного почти у самого входа, поднялись еще двое. Эта парочка была чуть моложе, чем та, с которой пришлось вступить в полемику Гурову, но в руках одного из них блеснуло стальное лезвие выкидного ножа. Второй сунул руку в карман, и можно было смело предположить, что у него в наличии тоже имеется холодное оружие. Казалось, будто сам воздух стал вязким от витавшего в нем напряжения. И тут дверь в «Лагуну» за спиной Крячко распахнулась, и в помещение ворвался тот растрепанный тип, которого сыщики встретили у входа.

– Мочи их, засранцев! – выдал он боевой клич аборигенов.

Но ничего добавить к этому и уж тем более перейти от слов к действию он не успел. Резко выброшенный назад локоть Крячко врезался ему в живот. Воздух со свистом вырвался изо рта мужчины, а уже в следующую секунду, все так же не оборачиваясь, Станислав врезал ему кулаком по лицу. Из разбитого носа хлынула кровь, глаза аборигена закатились, и он, как подкошенный дуб, рухнул на дощатый порог. Парень с ножом кинулся на Крячко, но полковник с легкостью отвел его руку в сторону и встретил прямым ударом в челюсть. Противник оказался на полу, но следующий уже был на подходе. В отличие от предыдущего, у него, как выяснилось, скрывался в кармане не нож, а кастет, в который он достаточно быстро просунул пальцы.

Стоящий напротив Гурова мужчина на секунду замешкался, и это стало для него роковым. Гуров действовал не менее стремительно, чем его напарник. Не дожидаясь нападения, он атаковал первым. Подался вперед и с силой врезался лбом в переносицу неприятеля. Хрустнула кость, мужчина схватился за нос и отступил. Его товарищ прыгнул вперед и выбросил руку, целясь полковнику в лицо. Гуров выставил блок, нырнул вниз и поддел оппонента апперкотом снизу. Зубы клацнули друг о друга, мужчину слегка подбросило вверх, а затем он хлопнулся на пол у ног своего держащегося за разбитый нос приятеля.

Кастет просвистел над головой Крячко. Короткий тычок в грудь деморализовал парня. Станислав дважды ударил его. Ногой в паховую область и кулаком в ухо. Его товарищ с ножом предпринял попытку подняться, но Крячко, держа в поле зрения всю картину происходящего, шагнул вперед и погрузил носок ботинка парнишке под ребра. Тот опрокинулся на спину.

Бармен тем временем отступил назад к находящейся у него за спиной галерее бутылок и неизвестно откуда выхватил двуствольное ружье. Выплюнул изо рта изжеванную спичку. Гуров, быстро расправившись со своими противниками, ловко перемахнул через стойку и перехватил двустволку за дуло. Приподнял вверх, потянул на себя, а затем ударил бармена прикладом по лицу. Последний обрушился спиной на нижнюю полку с уже распечатанными бутылками, опрокинул их, и напитки разных цветов угодили ему на брюки. Двустволка осталась в руках Гурова. Он развернулся вместе с ней – и, как оказалось, вовремя. Еще один тип с обритой под ноль головой поднялся из-за столика, выхватил из кармана пистолет и навел его на полковника.

– Оружие на пол! – приказал ему Гуров.

Зашевелились и остальные завсегдатаи «Лагуны», которые до этого только с интересом наблюдали за развитием событий, но и в руках стоящего у входа Крячко тоже появился пистолет.

– А ну, сидеть, уроды! – гаркнул он, и его крик, как это ни странно, оказал куда более эффективное действие, нежели вид огнестрельного оружия.

Никто не стал понапрасну искушать судьбу. Пистолет был только в руках того типа, что уже стоял возле столика и целился в Гурова.

– Брось оружие! – повторил полковник, пристально наблюдая не столько за мимикой мужчины, сколько за его пальцем, лежащим на спусковом крючке.

– Да пошел ты! – ответил он.

– Стреляю, – спокойно, но жестко предупредил Гуров. – На что ты рассчитываешь, приятель?

Помимо двустволки, на лысого был нацелен с противоположной стороны еще и пистолет Крячко, но лысый, похоже, не обращал на это никакого внимания. Все остальные посетители «Лагуны», даже те, кто был уже ранее нокаутирован сыщиками, замерли в ожидании. Все, кроме одного. Гуров краем глаза заметил его только сейчас. Крепкий ширококостный мужчина лет тридцати пяти с крючковатым носом и пухлыми губами. Он сидел за тем же столиком, что и лысый с пистолетом, но в отличие от всех остальных на лице у него не отражалось никаких эмоций. Поглядывая то на Гурова, то на Крячко и словно оценивая их по какой-то неведомой остальным шкале, мужчина с пухлыми губами сосредоточенно смаковал длинную, коричневого цвета сигарету. К тому моменту, когда между Гуровым и его лысым приятелем напряжение достигло апогея, мужчина погасил окурок в пепельнице, неторопливо поднялся на ноги и положил руку на плечо лысому.

– Опусти оружие, – негромко произнес он, но в повисшей тишине его слова расслышал каждый из присутствующих в «Лагуне».

Лысый недовольно повернул голову в его сторону, и на лице у него промелькнуло неподдельное изумление.

– Опусти-опусти, Лещ, – все так же спокойно посоветовал крепкий мужчина. – Я хочу немного потолковать с этими ковбоями, мать их.

Лещ подчинился. Он не спрятал пистолет обратно в карман, но опустил его дулом вниз. Гуров тоже отвел двустволку в сторону, кивнул Крячко. Стас опустил оружие.

Крепкий мужчина вразвалочку подошел к Гурову и протянул раскрытую ладонь через барную стойку. На скулящего рядом парня с разбитым носом он не обратил ни малейшего внимания. Крячко под взглядами остальных завсегдатаев «Лагуны», которые пока не спешили проявлять новых признаков агрессии, тоже прошел вперед и оказался у стойки.

– Таран, – представился крепкий мужчина, поочередно пожав руки Гурову и Крячко. – Кто вы такие, ребята?

– Мое погоняло Рашпиль, – представился Гуров.

– Черкес, – в унисон ему откликнулся Крячко.

– Ну и? – Холодный неподвижный взгляд Тарана напоминал взгляд мертвеца. – Зачем вам нужен Шаланда?

Гуров ухмыльнулся.

– Ну, вообще-то нам нужен не он, – в той же простоватой и развязной манере, в какой он начал общение с барменом несколько минут назад, поведал полковник. – Мы ищем выход на Кулона, и один наш землячок, прикормленный Шаландой, посоветовал поискать этот выход здесь. Через Шаланду…

В глазах Тарана всего лишь на долю секунды вспыхнуло нечто напоминающее простой человеческий интерес и тут же погасло. Лицо его вновь сделалось непроницаемым.

– А зачем вам Кулон? – спросил он.

Гуров бросил взгляд за спину Тарана и мазнул им по всем присутствующим в «Лагуне».

– Не хотелось бы базарить об этом с кем попало, – сказал сыщик. – Тема щекотливая. Ты реально можешь чем-то помочь?

– Ну, а если могу, то что?

– Тогда, может, перекинемся с глазу на глаз? – предложил Гуров.

Таран размышлял не больше секунды.

– Хорошо, – произнес он. – Пошли.

И, развернувшись, первым направился к выходу из «Лагуны». Гуров, бросив двустволку на барную стойку, перепрыгнул через нее и направился следом. Крячко замкнул шествие, все еще пристально наблюдая за Лещом, но сейчас, когда новички временно находились под опекой Тарана, их, похоже, никто не собирался ни на что провоцировать. Стас опустил пистолет в карман и за Гуровым и Тараном вышел на улицу.

– В некоторой степени я работаю на Кулона, – признался Таран, приваливаясь спиной к стене и глядя не на собеседников, а на огни супермаркета напротив. – Поэтому если то, что вы собираетесь сказать ему, заинтересует меня…

– Ты имеешь влияние на Кулона? – В глазах у Крячко мелькнуло недоверие.

Таран напрягся, но тут же взял себя в руки.

– Скажем так: лично я не имею, но я знаю близкого Кулону человека, который такое влияние может иметь. В чем ваша мутка, ребята? Учтите, я начинаю терять к вам интерес.

Гуров сделал вид, что крайне обеспокоился последним предупреждением Тарана, и поспешно заговорил, оглядываясь по сторонам и понижая голос до шепота:

– У нас есть товар. Хороший, качественный товар. И в приличном объеме. Не стану распространяться, как он к нам попал, скажу только, что нам хотелось бы как можно быстрее от него избавиться. По разумной цене, разумеется. У нас на хвосте повисли одни ублюдки…

– У которых вы и скоммуниздили товар? Да? – На губах у Тарана появилась улыбка, и уже по ней Гуров понял, что его байка прошла успешно.

– Это имеет отношение к делу? – нахмурился Крячко, профессионально подыгрывая напарнику.

– А если эти ублюдки повиснут на хвосте у нас?

– Для Кулона это проблема? Я думал… – Крячко многозначительно помолчал.

– Сколько у вас товара? – спросил Таран.

– Мы не взвешивали, – небрежно ответил Гуров. – Но, думаю, килограммов семь набежит…

– Семь кило «герыча»? – Таран утратил былое спокойствие, и глаза его буквально полезли из орбит. – Нехилая партия, ребята! Кого же вы так круто кинули?… Ладно, не о том речь. И сколько вы хотите за свои семь кило?

– Мы готовы отдать все за трешку. – Гуров рубанул рукой воздух. – И к чертовой матери все это дерьмо.

Таран промолчал. Комментарии к услышанному были излишни. Даже не сильно разбиравшийся в специфике торговли наркотиками человек мог бы понять, насколько выгодная подворачивалась сделка и какой нехилый навар можно было на этом поиметь. Мгновенно просчитал все это и Таран.

– Секунду. – Он отлепился от стены и отошел в сторону.

Гуров и Крячко видели, как он отстегнул с пояса мобильник, набрал чей-то номер, а уже через пару секунд приступил к разговору с невидимым абонентом. Телефонная дискуссия Тарана длилась минут десять, затем он прицепил мобильник обратно на пояс и вернулся к ожидавшим его сыщикам.

– Сегодня ничего не получится, – сказал он. – Человек занят, но он готов встретиться с вами завтра. Прямо с утра. Здесь же.

– Это Кулон? – спросил Гуров.

– Нет, это человек, о котором я говорил. Можно сказать, он правая рука Кулона. Решать вопросы с ним – все равно что решать их с Кулоном. Товар у вас где?

Гуров невразумительно хмыкнул и презрительным взглядом смерил Тарана с головы до ног. Всем своим видом он стремился показать, что они с напарником не лохи и считать их таковыми не стоит.

– Сначала надо все обговорить, – сказал он. – Утрясем все детали, а потом уже будет товар. Чтобы никакого кидалова.

– Резонно. – Таран качнул головой. – Тогда на этом все, пацаны. На сегодня расход, а завтра подгребайте сюда часикам к десяти утра. Внутрь не заходите. Я и Скулатый будем ждать вас в машине. Черный «Фольксваген».

С этими словами он развернулся и вновь скрылся за дверью «Лагуны». Сыщики переглянулись и направились прочь к оставленному в двухстах метрах дальше по дороге «Пежо».

В десять часов следующего дня сыщики вновь были у «Лагуны». Как и сказал Таран, черный «Фольксваген» уже стоял в ожидании, дерзко разместившись в пешеходной зоне. Тонированные стекла не позволяли разглядеть тех, кто находился в салоне, но сыщики решительно направились к автомобилю. Передняя пассажирская дверца открылась, и Таран ступил на асфальт.

– Здорово, дельцы! – с легкой усмешкой приветствовал он подошедших. – А вы – пунктуальны. Хорошее деловое качество.

– По делу есть что сказать? – угрюмо отреагировал на его реплику Крячко.

Он только пять минут назад засунул в зуб очередное обезболивающее лекарство, и его действие еще не достигло желаемого результата.

– Конечно, есть. Один вперед, другой со мной назад, – распорядился Таран и распахнул заднюю дверцу.

Крячко выбрал для себя заднее сиденье. Протиснулся в салон и расположился у окошка, держась ладонью за щеку. Таран сел рядом с ним, а Гуров занял место спереди.

– Приветствую вас, коллеги, – иронично бросил сидящий за рулем атлетического телосложения мужчина.

На нем была просторная кремовая рубашка и легкие хлопчатобумажные брюки. Взгляд сосредоточенный, мрачный, губы плотно поджаты. На виске, там, где заканчивались небольшие светлые бакенбарды, едва заметный шрам.

– Это Скулатый, – представил его Таран с заднего сиденья. – Человек, о котором я говорил вам вчера. Он готов рассмотреть ваше предложение.

– А чего тут рассматривать? – Гуров вставил в рот сигарету и закурил. – Наши условия вам известны?

– Да. Таран изложил. – Скулатый помолчал немного, пристально глядя на Гурова, затем бросил взгляд в зеркало заднего вида на Крячко и продолжил: – Но у меня есть к вам встречное предложение. Как насчет пары «лимонов» за всю партию?…

– Не годится, – резко отсек Крячко.

– Может, вы сначала дослушаете? – насупился Скулатый.

– И нечего тут слушать…

– Подожди, Черкес. – Гуров предупредительно вскинул вверх руку, и Крячко замолчал. – Пара лимонов? А что еще?

Скулатый поиграл желваками, желая показать, что реакция Крячко оскорбила его до глубины души и стала причиной крайне негативного настроения. В салоне «Фольксвагена» повисла непродолжительная пауза. Гуров курил, небрежно стряхивая пепел за окошко.

– Насколько я понял, вы кого-то кинули, парни? – произнес наконец Скулатый. – Так? Я не хочу знать, кого. Это ваши личные дела, ваши личные разборки… Но я хотел поинтересоваться, какие у вас планы на ближайшее будущее. Куда вы планируете податься после того, как сплавите нам товар?

– Мы еще об этом не думали. – Гуров пожал плечами. – Наверное, рванем куда-нибудь за кордон. Бабки-то будут, а с ними совсем иные перспективы открываются…

– Не скажи, – не согласился с таким подходом к ситуации Скулатый. Складывалось впечатление, что его мрачное лицо никогда не знало улыбки. – Бабки – это еще не все, баклан. И если люди, которых вы взгрели, – серьезные, а учитывая семь кило героина, я склонен думать, что они серьезные, им не составит особого труда достать вас даже за кордоном. В любой стране. А через вас они выйдут на меня и на Кулона. И кинут нам предъяву. Не хотелось бы такого расклада. – Скулатый выдержал паузу. – Поэтому проще всего и эффективнее было бы вас замочить, забрать товар, и все концы в воду.

Гуров моментально напрягся, Крячко машинально потянулся к карману, но Таран уверенно накрыл своей рукой его руку. Скулатый покачал головой.

– Я сказал, что так было бы проще, – пояснил он. – Но как-то не по-человечески. А потому мы не станем этого делать. Есть другой путь. Он сложнее, но он такой же надежный.

– Что это за путь?

– Вместо того чтобы убивать вас, можно держать вас под присмотром. Я забираю у вас героин, даю за него два «лимона» и предлагаю место в своей бригаде в качестве боевиков. Работенка непыльная, по «лимону» на рыло у вас будет… Так что с голоду не помрете. А нам спокойнее. И все довольны. Меньше риска.

– А что будет, когда на нас все-таки выйдут те ребята? – ввернул Крячко.

Скулатый вновь встретился с ним взглядом через зеркало заднего вида.

– У вас будут новые документы, и вы будете находиться под моей непосредственной защитой. Никто ничего вам не сделает. Но есть и еще один момент. – Теперь уже Скулатый переглянулся с Тараном. – Рано или поздно вам придется познакомиться с Кулоном. Я хочу, чтобы вы ни словом не обмолвились при нем о товаре. Нет никакого товара. Вы – просто боевики, которых я нанял. Ясно?

– Проще пареной репы, – усмехнулся Гуров.

– Вот и отлично. И имейте в виду, задумаете играть в собственные игры, я порву вас раньше, чем те, кто сейчас охотится за вами. И то, что вы крутые ковбои, как мне рассказал Таран, вам не поможет. Я тоже могу быть крутым.

– Это еще спорный вопрос, – набычился Крячко.

– Черкес! – вновь осадил его Гуров.

– Ладно, замяли… В конце концов, решать тебе.

Некоторое время в салоне «Фольксвагена» висела напряженная тишина. Гуров словно обдумывал свое решение. Позади него щелкнула зажигалка. Таран закурил.

– Ну? – не выдержал Скулатый.

– По рукам, – выдал полковник. – Только вытащить товар из норы раньше чем через неделю у нас не получится. Ну, пять дней – это минимум. Иначе все накроется медным тазом.

– Я не тороплюсь.

Скулатый протянул раскрытую ладонь, и мужчины скрепили сделку рукопожатием. Зубная боль Крячко к этому моменту утихомирилась. Он едва заметно улыбнулся одними уголками губ. Сидящий рядом Таран не мог этого заметить.