- -
- 100%
- +
– Да, Наталья Васильева, – сказал Поддубный. – Но мы очень внимательно ее расспрашивали.
– Верю, что так оно и было, – заявил Гуров. – Но я все-таки поговорю с ней еще раз.
– А с родителями похищенных детей вы тоже будете встречаться? – спросил майор Буренин.
– С родителями? – Сыщик пожал плечами. – Нет, я думаю, что вряд ли услышу от них что-то новое. Они знают только то, что преступники говорили им по телефону. Такие вот беседы – это настоящее театральное представление. Похитители детей создавали такое представление о себе, какое хотели. Я хочу получить представление о реальной картине. Для этого нам в первую очередь нужно заняться информаторами бандитов. Ведь вы их так и не установили.
– Почему же мы их не установили? – с удивлением проговорил Поддубный. – Ни у кого из нас нет ни малейшего сомнения в том, что основным информатором бандитов являлся охранник Марат Сулейменов, потом сбежавший. Мы его ищем, но пока без всякого результата.
– Сулейменова исчез два года назад, да? Это так? Я правильно понял? – спросил Гуров.
– Да, он исчез в сентябре, два года назад, – сказал полковник. – Скорее всего, этот негодяй прячется где-то у себя на родине, в Дагестане. Мы хотим провести операцию по внезапной проверке всех его родственников. Это около полутора десятков семей, проживающих в разных районах республики. Но пока тамошнее МВД не дает разрешение на такое мероприятие.
– И правильно делает, что не дает, – сказал Гуров. – Прежде всего потому, что вы хотите напрасно взбудоражить людей, не делаете нужных выводов из той информации, которая у вас уже есть. Ведь вы не нашли никаких свидетельств того, что Сулейменов откуда-то получал деньги. Я прав?
– Да, не нашли, – сказал майор Буренин.
– Почему же вы думаете, что охранник работал на похитителей, если он ничего от них не получил?
– Но он мог увезти эти деньги с собой, когда сбежал, – произнес Поддубный.
– Мог, – согласился Гуров с этими словами. – Если он действительно сбежал, в чем лично я сомневаюсь.
– Что-то я вас не понимаю, – признался Поддубный. – Если охранник не сбежал, то где он в таком случае находится уже два года?
– А вам не кажется, что Марата Сулейменова нужно искать не среди живых, а среди мертвых? – в свою очередь спросил его Гуров.
Тот явно не знал, что ответить на этот вопрос.
Лев Иванович понял это и продолжил:
– Конечно, существует вероятность, что охранник действительно дал похитителям нужную информацию, получил за это крупную сумму денег и после этого скрылся, но не в родном Дагестане, а где-нибудь за границей. Однако почему родственники не получают от него никаких вестей и денег? Это странно. Может быть, дело обстоит иначе и охранник мертв? Скажите, за эти два года в вашей области были обнаружены неопознанные тела?
Местные правоохранители переглянулись, и капитан Коренев, видимо, лучше других знакомый с этим вопросом, произнес:
– Да, у нас каждый год находят полтора-два десятка тел, которые не удается опознать. Особенно много их появляется по весне, когда Волга вскрывается.
– Ну да, это люди, которые погибают на реке зимой, – сказал Гуров. – Но зимние утопленники нас не интересуют. Ведь Сулейменов исчез в сентябре, сразу после похищения. Вы сделали вывод, что он связан с преступниками. Но надо понимать, что «после того» и «по причине того» равнозначны далеко не всегда. Кроме того, охранник мог пропасть за день до похищения, только тогда этого никто не заметил. В общем, Сулейменова надо искать. Ведь у вас есть его данные: группа крови, ДНК, состояние зубов и тому подобные вещи?
– Да, это все имеется, но… – начал было Поддубный, однако остановился и не закончил фразу.
– Но не хочется рыться в могилах, где лежат неопознанные тела, – договорил за него Гуров. – Что поделать, придется. Вот вам второе направление расследования. Повторные беседы с детьми я беру на себя, а уж трупы – это на вас. Третьим направлением должна стать тотальная проверка всех банковских работников, которые трудятся у Михаила Эткинда. Вот тут необходима именно такая операция по прочесыванию, как та, которую вы хотели провести в Дагестане. Где-то там, в банке, должен сидеть крот, через которого похитители узнают о состоянии своих жертв. Ищите его!
– А четвертое направление есть, товарищ полковник? – спросил Коренев.
В то время как Буренин и Поддубный слушали сыщика с растерянным и отчасти скептическим видом, капитан внимал ему с горящими глазами, впитывал каждое слово.
– Да, есть и четвертое направление, – сказал Гуров. – Надо составить список всех людей, работавших у потерпевших за последние три, даже четыре года. Он должен включать не только охранников, но и горничных, кухарок, поваров, садовников, водителей – словом, абсолютно всех. Нужно установить, когда эти люди ушли от своих хозяев – Прошина, Эткинда или Зимина, а главное, почему они так поступили. Я уверен, что кто-то из этих людей также является информатором похитителей. Может, и не один человек, а несколько. Мы сдвинемся с места, когда составим полный список всех бывших слуг и каждого проверим. Я думаю, что при грамотной организации всю эту работу можно проделать за несколько дней.
– Давайте я возьму это на себя, – сказал Коренев. – Можно, товарищ полковник? – Он с надеждой взглянул на Гурова.
Однако тот покачал головой и сказал:
– Руководителем расследования остается полковник Поддубный. Он и станет решать, кто чем занимается. У группы может быть только один начальник, иначе это будет не полиция, а детский сад. У меня и Станислава Васильевича роли, так сказать, приглашенных консультантов.
При этих словах сыщика Аркадий Поддубный удовлетворенно хмыкнул, искоса взглянул на Коренева и сказал:
– Нет, капитан, списками бывших слуг займется Буренин. У него для этого опыт соответствующий имеется. Я возьму на себя банковский сектор, много с ним раньше работал. А ты, раз уж у тебя такой энтузиазм и желание, начнешь раскапывать трупы. Это занятие позволит тебе приобрести закалку, необходимую для работы в полиции.
Коренев с надеждой взглянул на Гурова – не окажет ли тот ему поддержку? – понял, что ничего подобного ждать не стоит, вздохнул и ответил Поддубному:
– Вас понял, товарищ полковник. Разрешите идти?
– Погоди, капитан, не лезь в бутылку, – остановил его Лев Иванович. – Сейчас все разойдемся, и каждый из нас начнет работать в своем направлении. Думаю, на выполнение основного объема хватит двух дней, но спешить особо не стоит. Если потребуется, будем работать больше. Каждый день с утра станем встречаться здесь, обмениваться полученными результатами. Возражений нет? Тогда можем расходиться. Только я тебя попрошу, Аркадий Семенович, выдай нам с полковником Крячко адреса и телефоны пострадавших бизнесменов, чтобы мы могли с ними связаться. Еще выдели нам машину для поездок, а то каждый раз брать такси, пожалуй, накладно будет.
– Конечно, все данные я сейчас предоставлю и машину выделю, – заявил Поддубный. – Вот тебе, Лев Иванович, список адресов и телефонов, а вот ключи от «Весты», которая закреплена за нашей группой. Машина черного цвета, без опознавательных знаков полиции, стоит с торца здания. Но не лучше ли будет, если я сам позвоню Прошину, Эткинду и Зимину, предупрежу их о твоем визите? Они меня хорошо знают, сразу поймут, о чем речь идет.
– Спасибо за предложение, но мы с Крячко предпочитаем действовать самостоятельно, – ответил на это Гуров. – Я думаю, мы сами сумеем найти общий язык с этими людьми. – С этими словами сыщик взял список адресов и телефонов, и они с Крячко вышли из кабинета.
Капитан Коренев сделал это раньше них. Спускаясь по лестнице, Лев Иванович видел, что тот вел с кем-то оживленные переговоры по телефону. Как видно, капитан, обладавший кипучей, деятельной натурой, не умел долго грустить. Он принял новое задание как должное, как часть общего дела, пусть и самую тяжелую, неприятную. Теперь Коренев, скорее всего, выяснял места захоронения неопознанных тел, собирал команду, которая будет их раскапывать и изучать.
Глава 4
Выйдя из управления, Гуров и Крячко потеряли Коренева из виду. Они обогнули здание и отыскали на стоянке «Весту», выделенную в их распоряжение полковником Поддубным.
– Давай я за руль сяду, – предложил Крячко лучшему другу. – Я лучше тебя вожу.
– Правильно, ты садись за руль, а я буду звонить родителям, – откликнулся Гуров. – Потому что я лучше тебя с людьми разговариваю. Ты на них только рычать умеешь.
– Очень смешно! – отозвался Крячко. – Не любишь ты, Лева, когда в чем-то хуже меня оказываешься. Ладно, звони. Мы что, вместе будем опрос проводить?
– Я думаю, нет, – ответил сыщик. – Вдвоем мы любого ребенка испугать можем. Давай сделаем так. Я возьму на себя Аллу Прошину и Ирину Зимину, а ты поговоришь с Женей Эткиндом и его гувернанткой Наташей Васильевой.
– Да, в этом есть логика, – согласился Крячко с этим предложением. – Ребенок и его гувернантка будут рассказывать об одном и том же эпизоде похищения, я смогу сравнить их показания. Да, давай так сделаем.
– В таком случае я начинаю с Прошина, – сказал Гуров. – Ты меня к нему доставишь, а потом поедешь к своему Жене. Я к Зиминым как-нибудь сам доберусь. – Он набрал первый номер из тех, которые имелись в его списке.
Однако поговорить со строительным магнатом Кириллом Зиминым сыщику удалось не сразу. Номер был все время занят. Когда связь наконец-то установилась, выяснилось, что Зимин находится у себя в офисе, проводит важное совещание и оторваться от него ради встречи с сыщиком никак не может. Он вообще был несколько раздражен и даже не пытался скрыть такое вот свое состояние.
– Я не очень понимаю, зачем должен терять свое время ради этой беседы, – заявил Зимин. – Полиция не смогла мне помочь, не сумела вызволить мою дочь из рук бандитов, провалила все, за что взялась. Неужели я должен опять все это рассказывать, причем только потому, что теперь расследование поручено вам, новому человеку, еще одному полицейскому полковнику? Я считаю, что нам незачем встречаться. Конец связи! – Магнат замолчал и выключил телефон.
Гуров попытался вновь до него дозвониться, но ответа не получил.
Однако Лев Иванович не привык сдаваться не только в таких случаях, но и в куда более сложных. Он нашел в списке номер телефона супруги Прошина Ольги Михайловны и позвонил ей. Она оказалась дома, как раз обедала вместе с дочерью, которая только что вернулась из школы.
Сыщик представился, объяснил, зачем ему нужно поговорить с Аллой, а заодно и с ее родителями, и немедленно получил приглашение приехать. Уже в конце беседы Гуров сообщил Ольге Прошиной о том, что недавно имел разговор с ее супругом, причем неудачный.
– Передайте, пожалуйста, вашему мужу, что он неправильно понимает сложившуюся ситуацию, – сказал полковник женщине. – Я не повторяю расследование похищения детей, но стараюсь сдвинуть его с мертвой точки, ради этого специально прибыл из Москвы, из Главного управления уголовного розыска. Если господин Прошин будет уклоняться от встречи со мной, то я непременно найду способ заставить его дать показания, вызову повесткой в управление, скажем, на восемь ноль-ноль и пошлю наряд полиции, чтобы обеспечить его явку. Но это произойдет завтра. Сегодня он мне не нужен. Пожалуй, даже лучше, что его не будет во время моего разговора с Аллой. Сейчас мне важно обстоятельно, не торопясь поговорить с вашей дочерью. Но затем у меня обязательно возникнут вопросы и к вам обоим. Так что передайте, пожалуйста, вашему супругу мои слова. Вы это сделаете?
Ольга Прошина заверила сыщика в том, что непременно донесет до мужа все, что тот хотел сообщить ему.
После этого Гуров сказал ей, что будет через несколько минут, и обратился к Крячко:
– Все, поговорили, можно ехать.
По дороге он связался со следующим человеком, указанным в списке, банкиром Михаилом Эткиндом. С ним никаких проблем не возникло. Правда, Эткинд тоже находился на работе. Однако он сразу откликнулся на просьбу сыщика о встрече и сказал, что сейчас же выедет домой.
– Только имейте в виду, Михаил Соломонович, что с вами будет разговаривать мой коллега полковник Крячко Станислав Васильевич, – предупредил его Гуров.
– Я с равным удовольствием поговорю и с господином Крячко, – заявил банкир.
– Вот видишь, Стас, о твоем деле я тоже договорился, – сказал другу Гуров. – Приятно все же иметь дело с банкирами. Деловые люди!
– Дело не в том, что деловые, а в том, что умные, – отреагировал на это Крячко. – Им элементарные вещи объяснять не надо. Навигатор мне сообщает, что мы приехали. Кажется, твой строительный магнат живет в этом доме.
– Это намек на то, что мне пора выметаться из машины? – спросил Гуров, открыв дверцу. – Все, выхожу. На, возьми адрес и телефон Натальи Васильевой. Вечером увидимся в гостинице, тогда расскажешь, что удалось узнать.
– Ты только за этими опросами пообедать не забудь, – напомнил другу Крячко. – А то я тебя знаю. Ты ведь так и будешь весь день думать только о работе.
– Постараюсь не забыть, – пообещал ему Гуров.
Крячко развернулся и уехал.
Сыщик по гранитным ступеням поднялся к парадной двери дома, где жила семья Прошиных, и потянул ручку, но ничего этим не добился. Тогда он нашел панель домофона и ткнул пальцем в кнопку вызова.
Ему ответил суровый мужской голос:
– Вам кого?
– Я из полиции, – ответил Гуров. – Иду в квартиру Прошиных. Ольга Михайловна меня ждет.
– Сейчас я у нее спрошу, – отозвался страж дверей. – Если она вас ждет, то вы пройдете. А так у нас указание от Кирилла Васильевича – никого посторонних не пускать.
Спустя некоторое время замок щелкнул, и дверь открылась.
Гуров вошел в холл, где по стенам висели картины, стояли вазы с цветами, а глубине виднелись двери трех лифтов.
На его пути высился охранник величавого вида, как видно, тот самый, который не хотел пускать сыщика в дом.
Когда Лев Иванович с ним поравнялся, этот субъект открыл было рот, чтобы сделать посетителю внушение. Дескать, кого попало мы сюда не пускаем. Однако Гуров не доставил ему такого удовольствия.
Он быстрым движением схватил охранника за нос, крепко зажал его, заставил супостата скрючиться и произнес:
– Запомни, дружок, я полковник Гуров из Москвы, из Главного управления уголовного розыска. Мне не пристало подчиняться тем правилам, которые тут установил Кирилл Васильевич. Я буду сюда входить, когда мне надо, и ты всегда мне откроешь. Иначе я вызову наряд полиции, и мы разнесем эту вашу дубовую дверь к чертовой матери. Уяснил? Если нет, то я тебя сейчас на пол уроню, и будешь лежать, пока не уразумеешь.
Здоровенный охранник пытался сопротивляться, вырваться из пальцев сыщика, но сделать это ему не удалось. После того как Гуров в третий раз спросил, уяснил ли тот его слова, этот парень нехотя кивнул.
Тогда Лев Иванович освободил его нос, из которого уже капала кровь, и направился к лифту.
Квартира Прошиных находилась на пятом этаже из четырнадцати. Однако когда полковник вышел из лифта, у него возникло впечатление, что он оказался под самой крышей. Так много вокруг было окон и света. Он осмотрелся и сразу понял, в чем тут дело. Дом был разноуровневый. Этот блок, в котором находилась квартира миллионера, заканчивался именно пятым этажом. Только с одной его стороны нависала громада остальных девяти.
Возле лифта Гурова встретила женщина лет сорока в переднике.
– Меня зовут Галя, я горничная в семье Кирилла Васильевича, – представилась она. – Я вас провожу к Ольге Михайловне.
Они двинулись через анфиладу комнат, совершенно разных по своей отделке и убранству, но роскошных.
Вскоре сыщик оказался в помещении, напоминающем один из залов Эрмитажа. Мебель тут стояла соответствующая, словно взятая из дворца.
Здесь визитера встретила хозяйка всего этого великолепия. Ольга Прошина оказалась милой женщиной примерно сорока лет, одетой довольно скромно. Она предложила сыщику сесть, чтобы они могли побеседовать, однако он отказался.
– Спасибо, но мне прежде всего необходимо поговорить с вашей дочерью, – сказал Лев Иванович. – Можно сказать, что я только ради этого и приехал сюда. Потом, после беседы с Аллой, у меня, возможно, возникнут вопросы и к вам, и к вашему мужу. Но разговор с Аллой стоит на первом месте. Так что, пожалуйста, проводите меня к ней. Вы можете присутствовать при нашем общении или уйти. Это как хотите, сами решайте.
– Хорошо, я вас поняла, – сказала хозяйка дома. – Пройдемте к Алле. Она сейчас делает математику, но, возможно, уже закончила.
Гуров прошел по коридору вслед за Ольгой Михайловной. Она постучала в дверь и вошла к дочери.
Сыщик сразу отметил, что комната Аллы отличалась от всех прочих, которые он видел в этой роскошной квартире. Здесь не было ни позолоты, ни малахита, обстановка оказалась очень скромной, но яркой, веселой. Под потолком порхала пара волнистых попугаев, их клетка была открыта. В углу стоял аквариум с рыбками. Еще здесь было много зелени и самых разных игрушек.
За удобным, сделанным по специальному заказу столом сидела девочка лет девяти. При появлении незнакомого человека она нахмурилась и встала.
Аллу Прошину нельзя было назвать красавицей. В ее лице была какая-то неправильность.
«Наверное, девочка лицом скорее в отца, чем в мать, – подумал Гуров. – Хорошо бы, чтобы с характером у нее было иначе».
– Алла, Лев Иванович специально приехал из Москвы, чтобы расследовать то самое дело, – сказала Ольга Прошина. – Он хочет с тобой поговорить, задать несколько вопросов. Тебе еще много уроков осталось делать?
– По математике только одно упражнение, – ответила девочка. – Потом стих придется учить. Но это я быстро сделаю. Там и запоминать нечего. Так что я могу ответить на вопросы Льва Ивановича, а потом снова сяду за уроки.
– Алла у нас умница, – сказала Ольга Прошина, с любовью глядя на дочь. – Круглая отличница, лучше всех в классе учится.
– Ты ведь сейчас уже в третьем, да? – спросил Гуров. – Ведь когда это все случилось, ты была в первом.
– Да, я учусь в третьем, – ответила девочка. – Хотя мама с папой думали, что у меня не получится нагнать. Ведь я месяц была там, в том месте, после этого долго не могла никого видеть, учиться. Но потом все наладилось.
– Да, я понимаю, – произнес сыщик, доставая блокнот. – Можно я присяду здесь, к столу, чтобы записывать?
– А я вот тут устроюсь, в уголке, – сказала Ольга Михайловна. – Здесь побуду.
– Как хочешь, мама, – сказала девочка. – Но не обязательно тебе с нами сидеть. Я теперь не боюсь. – Она повернулась к сыщику и пояснила: – Я после этого долго всех незнакомых людей пугалась. Еще и поэтому не могла в школу ходить. До конца первого класса дома училась. Но потом это прошло. Так что сейчас я уже в порядке. – Словно для того чтобы подтвердить свои слова, Алла села почти вплотную к Гурову.
Сыщик открыл блокнот, но не спешил задать первый вопрос.
Он внимательно взглянул на девочку и сказал:
– Я хочу, чтобы ты поняла, зачем мы это делаем, снова тебя беспокоим. Этих бандитов, которые тебя тогда увезли и в плену держали, мы ведь так и не нашли. Они после тебя похитили еще двоих детей, могут еще кого-то украсть. Мы хотим их поймать, сделать так, чтобы никто из детей больше не пострадал. Я ради этого приехал из Москвы и надеюсь узнать от тебя какие-то подробности, которые помогут нам найти этих людей. Здесь важна каждая мелочь. Поэтому не удивляйся тому, что я буду тебя спрашивать о всяких вещах, вроде совершенно незначительных. Постарайся как можно больше вспомнить о тех днях. Хорошо?
– Да, я постараюсь, – серьезно ответила Алла.
– Тогда начнем. Я знаю, что тебя увел прямо из дома человек, одетый в форму полицейского. Ты его позже видела, когда преступники тебя в заключении держали?
Алла ненадолго задумалась, глядя куда-то в сторону, потом решительно покачала головой и сказала:
– Нет, не видела. Тот, в форме, он был русский. Волосы светлые, говорил как мы. Очки носил.
– Какие очки? Темные, солнцезащитные?
– Нет, обычные очки, без оправы.
– Усы, борода у этого полицейского были?
– Нет, бороды не было, только усы. Вообще он сперва показался мне привлекательным, пока тот платок к лицу не прижал.
– После этого ты сознание потеряла?
– Ну да. Очнулась уже в их доме. Русских там уже не было, все черноволосые, говорили с акцентом.
– Скажи, этот полицейский был молодой или пожилой?
– Я возраст людей плохо определяю, не умею этого делать. Но мне показалось, что молодой.
– А там, у бандитов, значит, молодых не было?
– Почему не было? Руслан был молодой. Это их водитель. Ахмат то и дело говорил: «Руслан съездит».
– Руслан не был похож на того полицейского?
– Нет, что вы! Руслан был бородатый, волосы черные. Говорил он, правда, чище всех… Но нет, не может быть. – Алла внезапно замолчала, задумалась, потом подняла глаза на сыщика и сказала: – Знаете, когда вы вот так стали спрашивать, я вдруг сомневаться начала и теперь уже не уверена. Но мне все равно кажется, что это разные люди. А может, они братья?
– Может быть, – сказал Гуров. – А ты могла бы помочь нам нарисовать того полицейского и Руслана?
– Так я это уже делала, – ответила Алла. – Когда меня освободили, один ваш начальник, важный такой, просил составить… как это называется?
– Фоторобот.
– Ну да, фоторобот. Я это сделала. Вы разве не видели картинки?
– Нет, пока не видел, – произнес сыщик. – Потом посмотрю. Значит, Руслан был самый молодой из бандитов. А остальные? Опиши их.
– Главным у них был Ахмат, – начала рассказывать девочка. – Это такой здоровяк. Я его в первый раз увидела и сразу поняла, что на Кавказе оказалась. У него борода такая черная, как в фильмах про всяких шахидов показывают. Еще он всегда с кинжалом ходил и по-русски говорил плохо.
– Сколько лет Ахмату?
– Он старше Руслана. Я же вам говорила, что не умею точно определять возраст. Ему лет пятьдесят, наверное.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.