Первый Гвардейский кавалерийский корпус

В 10.00 14 ноября корпус перешел в наступление. По данным разведки здесь должно быть сосредоточено 2–3 батальона пехоты пр-ка. Лесистая и сильно пересеченная местность не давала возможности быстрого маневра силами и средствами. Противник оказывал сильное сопротивление и гораздо большими силами, чем докладывала разведка. Позже выяснилось, что против частей корпуса сосредоточено три пехотные дивизии в первом эшелоне. Танковая и механизированная во втором. 13 и часть 12 армейских корпусов пр-ка заняли исходное положение для наступления. Эта ударная наступательная группировка должна была начать наступление в ближайшее время. Наш удар для пр-ка был неожиданным и сорвал все их планы. До 22 ноября шли ожесточенные бои у Серпухова.

18 ноября 2 танковая армия Гудериана перешла в наступление в районе Дедилово Тульская обл. Сходу прорвав оборону, танки противника вырвались на оперативный простор и стремительно двигались вперед. В несколько дней были захвачены города Венев, Узловая, Сталиногорск (Новомосковск) и Михайлов. С захватом Михайлова открывался путь на Рязань. 22 ноября корпус стали выводить из боя и заменять пехотными частями. Корпусу надлежало выдвинуться на оборону Рязани.

25 ноября в 17.30 корпус получает приказ Западного фронта выдвинуться и занять оборону на фронте Зарайск – Рязань. Этим же приказом его подчиняют 50 армии. Корпус начинает выдвигаться к указанным пунктам. К этим пунктам отправляются по ж. д. дополнительные силы. Им была дополнительно придана 9 танковая бригада. Но в 22.35 следует другой приказ – остановиться и развернуться на оборону г. Кашира. Так как немцы уже захватили Венев и быстро продвигаются к Кашире. Войска корпуса могли занять оборону только 27 ноября, Белов со своими офицерами прикладывают титанические усилия к организации обороны имеющимися очень небольшими силами.

Пришлось отправить офицеров в Зарайск и Рязань, чтобы встретить и перенаправить приданные корпусу силы, но направленные по первому приказу в указанные пункты. 26 ноября утром Белов обнаружил, что подошли небольшие силы 5 кд во главе с командиром дивизии Барановым. Тут же, этим силам была поставлена задача – занять оборону у Каширы и послать посыльных, чтобы ускорить прибытие войск корпуса. Но скорость движения кавалерии была низкой, так как почти все лошади не были подкованы и кавалеристы не могли на них ехать, только шли рядом и вели коней в поводу. В самом городе в Кашире оказалось много разрозненных частей, не объеденных общим командованием. Командир 5 кд Баранов был назначен начальником гарнизона, он сразу же начал подчинять себе части и ставить им задачи. Наряду с удержанием города, необходимо было не допустить захвата противником мостов и переправы через р. Ока передовых сил противника. Противник поддерживал наступление своих войск авиацией. Постоянно бомбил наши боевые порядки и населенные пункты, поэтому самые масштабные передвижения и работы совершались ночью. Танки Гудериана вечером подошли к Кашире, но были остановлены нашими войсками. В районе Зарайска сосредотачивался танковый кулак для нанесения удара во фланг наступающей немецкой группировке. Ночью на 27 ноября Сталин позвонил Белову и попросил доложить обстановку. Спросил что еще ему необходимо. Предложил выдать его войскам еще автоматов. Что очень обрадовало Белова, но еще больше его обрадовало, что И.В. Сталин предложил ему писать представление на дивизии и полки для присвоения им званий Гвардейские. Но времени на писанину не было.

Вечером 27 ноября Совинформбюро передало Указ президиума Верховного Совета Союза ССР о присвоении корпусу и его дивизиям звания – Гвардейский. Обошлись без лишней бумажной волокиты. Это воодушевило геройских казаков 1 Гвардейского кавалерийского корпуса на дальнейшие подвиги.

Полковник Таранов, назначенный для встречи и постановке задачи танковым частям в Зарайске, самоустранился от решения проблем и не информировал командование о ситуации. Он тут же был снят с должности и отдан под суд военного трибунала. В Зарайск выехал начштаба полковник Грецов, который на самолете начал быстро собирать танки. Увидев с самолета группу танков, он садился рядом с ними и шел к танкистам. Его несколько раз чуть не расстреляли, но он все равно выполнил поставленную задачу и собрал танковую группу и уже 30 ноября наносит танковый удар по тылам немецкой танковой группировки, что привело противника в замешательство и он начал отступать. Танковая группа постоянно пополнялась танками, подходящими из Зарайска, и их удар только усиливался. Этот удар сыграл большую роль, так как Барабаново являлось тылом передовых частей противника, ведущих бой под Каширой, а именно в селе Пятница. Вскоре немцы Грецова из Барабаново выбили, но появление наших танков в тылу у немцев заставило их ослабить напор на Каширу и действовать более осмотрительно. Отряд Грецова, составленный из двух отдельных танковых батальонов, присланных т. Сталиным, все время будет усиливаться по мере подхода наших танков из Зарайска. Танков у нас мало. Причина в том, что по дороге от Подольска на Коломну и Зарайск очень много танков отстало якобы по техническим неисправностям.

Силы корпуса в ночь с 28 на 29 переходят в контрнаступление. Основной удар был нацелен на с. Пятница. Оттуда вел наступление немецкий танковый батальон, имеющий 30 танков. Немцев в Пятница окружили, но они стойко оборонялись. Потом все-таки вырвались из окружения и начали отступать в направлении Венев. 5 и 9 кавдивизии стали упорно преследовать противника, не давая ему остановиться и организовать оборону. Не вступая в бой за крупные населенные пункты, которые просто окружались, основные силы преследовали врага. Сказывались потери и в личном составе и технике. Много техники выбывало из строя из-за неисправностей. 9 декабря был освобожден г. Венев. В боях за этот город противник потерял до 2000 человек. А уже на следующий день у врага отбили большой город Сталиногорск, ныне Новомосковск. За время боев было захвачено до 2000 автомашин, 100 мотоциклов, 50 танков, 40 орудий и много другого военного имущества.

Об этих днях маршал В. Д. Соколовский писал: «Подвиг конногвардейцев навечно вошел в историю, как пример самоотверженных действий, заставивших повернуть вражеские танки в самый напряженный период обороны Москвы».

Сам П. А.Белов об этом времени написал: «Скорей, скорей торопили нас приказы. Враг у стен Каширы. Первый прибыл в город 131 Таманский полк. Он совершил марш-бросок в 100 км, не останавливаясь на ночлег, пешком ведя усталых лошадей в поводу. Не выдерживала техника, кони. Только наши люди, – настоящие солдаты – выполнили приказ. Зная, что впереди их ждет бой, а может быть смерть».

Но враг был еще силен и прощал небрежного к себе отношения. 11 декабря попытки разведчиков 1 и 2 ГКД пронкнуть в р-н Быковка – Дедилово были отбиты огнем противника. Большая часть конского состава и разведчиков погибли у речки Моржевка у шоссе Тула – Рязань. 13 декабря у той же деревни Быковка вырвался вперед из-под прикрытия своей артиллерии 3-й батальон 1089 сп 322 дивизии, приданной кавкорпусу, и был немедленно атакован пятью танками противника. Батальон принял бой, но его два противотанковых орудия были раздавлены немецкими танками в самом начале боя и в течение полутора часов было потеряно 142 человека включая всех командиров рот и командира батальона капитана Мильера. Белов тут же издал жесткий приказ по этому случаю. Вот небольшая цитата: «О событиях в бат-не командир 1089 сп узнал в 12.00 14.12.41. Штаб полка не принял мер к контролю за действиями третьего б-на, Штаб 1089 сп вообще плохо учитывает силы и состав своих подразделений, до сих пор нет точного учета и списка погибших, а командование дивизии, сложив всю вину на героически погибшего командира бат-на и комсостав, не сочло нужным расследовать о случившимся и немедленно донести мне, а лишь только под моим давлением, спустя двое суток, занялось выяснением обстоятельств неудачного боя третьего бат-на, но так и не выяснило. Трупы погибших были убраны не заботой командира и военкома 1089 сп, а распоряжением командования 2 Гв кд под руководством капельмейстера 108 кп. Это обстоятельство тоже говорит о преступном безразличии командования дивизии и полка к погибшим героям.

Приказываю:

1. Военному прокурору 1 Гв кк произвести детальное судебное следствие обстоятельств неудачного боя третьего батальона 1089 сп пришедшего в 8.00 14.12.41 у Криволучье.

2. Комдиву 322 сд срочно представить мне к посмертной награде героев бойцов и командиров третьего батальона 1089 сп, мужественно погибших в бою с танками.

3. Настоящий приказ прочесть всему среднему н/с конницы, а в пехоте от комбата и выше. Из этого тяжелого урока сделать поучительные выводы.

Командир 1 Гв кавкорпуса Военный комиссар

Генерал-майор Белов ст. батальонный комиссар Милославский

Нач. Штаба корпуса Полковник Грецов.»

Генерал Белов очень бережно относился к своему личному составу и каждый случай больших потерь подвергался серьезному анализу, после чего вырабатывались мероприятия по профилактике таких случаев. Командование 322 дивизии сформированной в г. Горьком, видимо относилось к своему личному составу наплевательски, погибших даже не похоронили и они болезные пролежали на земле до весны. Да и сейчас я на их могиле не видел ни одного венка от Горьковской области. Это что недоразумение или традиция?

Разведотряд под командованием начальника Разведотдела капитана Дмитриева направлен в Прилепы (20 км южнее Тулы), на которые с запада наступали наши войска из Тулы, тем самым был нанесен удар с тыла по обороняющемуся противнику и облегчила выполнение задачи нашим наступающим войскам.

Не стоит забывать, про трескучие морозы, обильные снегопады, которые останавливали передвижение всякой техники и только наши лошадки могли со всем этим справиться. Не давала покоя нашим войскам немецкая авиация, которая, на тот момент, господствовала в воздухе. Потери от ее действий были очень большими. Поэтому большую часть передвижения и маневров приходилось делать ночью. Благо зимой ночи длинные.

15 декабря при поддержке 5 танков был освобожден райцентр Дедиловского района село Дедилово – родное село начштаба корпуса полковника Грецова и автора этих строк. Здесь в ноябре шли ожесточенные боя и враг был задержан на целые две недели. При отступлении фашисты сожгли почти все постройки в селе. Из 1100 домов было сожжено около 1000, в том числе и родной дом Грецова. О чем 22 декабря написала газета «Правда» в статье «На пепелище». Население Дедилово радостно встречало освободителей. Это село, прежде бывший славный пограничный город Дедилов, 150 лет отражавший набеги с Дикого поля, население его состояло из казаков и других воинских людей, гражданских тут долгое время не было. Эти люди на генном уровне солдаты нашего отечества и знают цену ратному подвигу. Особенно запомнился всем момент, когда через село проходила наша кавалерия на монгольских лошадях, на пригорке стоял дед Чукай с маленькой дочкой на руках, которая звонким голосом кричала: «Бейте их! Ети их мать! Бейте!».

16 декабря было перерезано шоссе Тула-Орел – основная магистраль снабжения войск ведущих бои под Тулой, что ускорило отступление немецких частей. Мимоходом была разгромлена группировка противника у г. Щекино и кавалерия устремилась дальше вперед.

20 декабря с серьезным боем был освобожден г. Крапивна и ряд населенных пунктов вокруг нее. Противник, прикрываясь арьергардами и используя населенные пункты как опорные, стремился задержать наступление частей нашей Красной армии. Но ему это не удавалось. Был специальный приказ, не ввязываться в бой за отдельные населенные пункты, превращенных в опорные узлы обороны, оставлять там штурмовые группы, а основным силам двигаться дальше не теряя боевого контакта с противником и не давать ему остановиться, организовать оборону по фронту, отдохнуть и перегруппироваться. Немецкое командование хотело остановить наше наступление на шоссе Тула-Орел, но это ему не удалось. Немецкие войска продолжали отступать, теряя личный состав, технику и военное имущество.

22 декабря 1941 г. освобожден древний русский город Одоев. Через много лет в 1975 г. на крутом берегу реки Упы благодарные горожане поставят монумент своим освободителям – кавалеристам Первого гвардейского кавалерийского корпуса, а в районном краеведческом музее будет собрана большая коллекция документов о деятельности корпуса и жизни генерала Белова. На высоком постаменте стоит кавалерист на коне с карабином в руке.

26 декабря кавалеристы совместно с 413 дивизией освободили г. Лихвин. Под Лихвиным отлично сработал партизанский отряд, в котором воевал Саша Чекалин. Этот отряд мощным зарядом взрывчатки разнес железнодорожные пути и выездные стрелки и тем самым заблокировал на станции паровозы и 300 вагонов с фашисткой техникой, боеприпасами и продовольствием. Это все богатство досталось нашим войскам. Когда встал вопрос о награждениях, весь партизанский отряд единогласно выдвинул на звание Героя Советского Союза 16-ти летнего бойца Шуру Чекалина, который провоевал в отряде немного, но сделал очень много для обустройства в лесу, организации разведки и сбора информации, собрал радиоприемник. На очередной разведке был выдан предателем немцам и после пыток повешен в Лихвине. Теперь этот город носит его имя – Чекалин.

Самолеты пр-ка действовали очень нагло и без противодействия со стороны наших истребителей. Видимо наши войска так быстро двигались вперед, что авиация не успевала перебазироваться на новые аэродромы, да еще ее было мало. Поэтому тактика оставалась прежней, все передвижения и маневры, вплоть до боев с пр-ком производить ночью. Потому что днем всякое передвижение замечалось, наносился авиаудар и гибли наши воины. Вот что докладывал Белов командующему Западным фронтом генералу армии Жукову: «Докладываю Вам, что днем почти невозможно двигаться. Постоянно в воздухе 10 – 12 бомбардировщиков бомбят и обстреливают из пулеметов любые цели. Много гибнет лошадей. Гибнут лучшие люди. Отчаянно прошу прикрыть истребителями главные силы корпуса в районе Бобынино, Мещовск, Козельск, Каменка… Очень нуждаюсь в боеприпасах. А главный бой впереди. Настроение у всех боевое. Желательно замкнуть кольцо окружения у Юхнов, подвижной группой вашего правого крыла. Белов».

Связь с дивизиями плохая. Рации штаба корпуса и дивизий отстали из-за обильных снегопадов, а войска быстро продвигаются вперед. Выручали только верховые лошади. Они преодолевали все снежные заносы и не позволяли снизить темп наступления, даже по глубокому снегу.

1 Гв кд и 75 кд продолжали вести бой за Козельск, Демовка к 9.00 28.12.41 года овладели Козельск, с утра 29.12.41 года в движении в район Мещовск. Опергруппа Белова, продолжала преследование отходящих частей противника в северо-западном направлении, к исходу 30.12 основными силами достигла района г. Юхнов. Продолжая перехватывать Московско-Варшавское шоссе, войска Белова вели упорные бои с крупными силами противника, стремящимися прорваться по шоссе на запад. И эти все успехи достигнуты без поддержки авиации и танков, а у противника был полный ассортимент необходимой авиации, танков, вооружения и боеприпасов.

2 января 1942 г. 1-му Гвардейскому кавалерийскому корпусу ставят новую задачу – сначала разбить противника в районе Мосальск, затем наступление и захват г. Вязьма в тылу противника. С юга к Вязьме должен был подойти корпус Белова, которую с севера должна была атаковать 33 армия под командованием генерала Ефремова. Пришлось остановить успешную операцию у Юхнова. Наши войска уже подошли близко к Юхнову, захватили юхновский аэродром противника, некоторые наши отряды пересекли Варшавское шоссе южнее Юхнова, причем освободили большую колонну пленных красноармейцев, которых немцы отводили из Юхнова на Спас-Деменск. Однако все это пришлось бросить и повернуть налево. Для выполнения новой задачи, необходимо было серьезно заняться вопросами тыла. Главные вопросы – это техника, боеприпасы, валенки и водка для бойцов. Прибыл 152-й отд. зенитно-артиллерийский дивизион и встал на огневые позиции. Теперь самолеты противника поубавят свой пыл.

Эта директива отменяла вчерашнюю директиву, где фронт требовал разбить Юхновскую группировку, а потом наступать на Вязьму.

В районе Мосальска противник не только упорно оборонялся, но и переходил в яростные контратаки. Дороги сзади наших войск были занесены снегом, так что подвоз боеприпасов крайне задерживался. Корпус получил подкрепление в виде нескольких отдельных лыжных батальонов (ОЛБ), которые отважно воевали совместно с корпусом и на фронте и в тылу врага во время рейда. Через сутки, после подвоза немного боеприпасов, было принято решение на охват Мосальска с двух сторон. Для выполнения этой задачи, корпусу были подчинены две дивизии 325 и 328. 9.1.1942 был освобожден древний русский город Мосальск.

Прорваться через Варшавское шоссе не получалось. Все попытки отбивались огнем пр-ка. Немцы хорошо выстроили оборону, разумно расставили огневые точки. Все населенные пункты вдоль шоссе были превращены в опорные пункты обороны шоссе и перекрывали огнем все шоссе. Лишние кусты и деревья, в основном, были вырублены, чтобы освободить обзор и зону обстрела. По шоссе постоянно курсировали подвижные патрули на бронетехнике. Но в одном месте лес очень близко подходил к шоссе, что позволило сосредоточиться 2 ГвКД и 75 кд. Передвигаться по лесу и в глубоком снегу танки и большая часть артиллерии не могли и ее пришлось оставить. В ночь на 27 января эта группа под командованием полковника Осликовского прорвалась в тыл врага. 28 и 29 января через Варшавское шоссе в тыл противника прорвались остальные силы корпуса. Через оборонительную полосу противника удалось прорваться пяти кавалерийским дивизиям и с ними около трех лыжных батальонов. Войска шли параллельно двумя колонами. Проводники из местных вели, минуя большие дороги, все больше лесом по глубокому снегу. Лошади кавалеристов справлялись с этой задачей. Командир корпуса постоянно находился в движении, его жеребец «Победитель» донской породы уверенно преодолевал снежные заносы. Снега было настолько много, что дороги представляли из себя большие канавы, прорытые в снегу, в которых полностью скрывалось передвижение не только людей, но и машин. Предпринятые меры по соблюдению тишины, маскировка, снегопад и метель скрывали передвижение наших кавалеристов. Такая большая масса войск проходила рядом с населенными пунктами, занятыми немцами, но они их не замечали.

В лесу попадаются небольшие деревни, в которых кавалеристы иногда останавливаются на привал. Деревни были набиты нашими людьми. Тут и кавалеристы, и лыжники, которые сумели группами прорваться через Варшавское шоссе во время попыток пробиться главными силами. Некоторые здесь жили уже уже несколько дней и привыкли к обстановке. Тут же встретились с войсками корпуса и наши парашютисты, которых Белов тут же подчинил себе.

30 января все силы, прорвавшиеся в тыл к немцам, собрались в р-не д. Вязовец. Оттуда они двинулись через ст. Угра на Вязьму, с целью захватить ее в тылу у немцев совместно с войсками 33 армии. По пути им встречались партизаны и вооруженные люди, охраняющие свои дома, среди последних было много женщин.

Нашим войскам удалось пройти без боя до д. Бабенки. Здесь наших кавалеристов заметили и их обстреляли из деревни. Начался бой. Немцев поддерживала авиация, но это им не помогло. Деревня были занята. В ней оказалась база карательного отряда, немцы там бросили много обозов с оружием и другим имуществом. В деревне Покров был обнаружен наш госпиталь, который попал в окружение еще осенью 41 года, но медики, несмотря ни на что, лечили раненых солдат, а местное население помогало им продуктами. В корпусе постоянно увеличивалось количество своих раненых. Командование корпуса настаивало на их эвакуации на «Большую землю» авиацией. Был организован авиамост и прикрытие боевых порядков корпуса нашими истребителями.

В начале февраля на помощь корпусу была сброшена на парашютах 8 воздушно-десантная бригада, которая в своем составе имела до 3000 чел., но при десантировании их разбросало на большой площади и первоначально удалось собрать всего 800 десантников. Некоторые приземлились в расположение пр-ка и были убиты или попали в плен, но большая часть оказалась у партизан или в наших кавполках. Необходимо было пополнять наши части. Оказалось, что по лесам и в населенных пунктах прячется много окруженцев. Их стали собирать и зачислять в подразделения. Многие партизаны тоже просились к кавалеристам. Было произведена реорганизация партизанских отрядов. Из них были сформированы две партизанские дивизии и один партизанский полк.

Передвижение наших войск постоянно сталкивалось с хорошо организованной оборонной немцев, но это их не спасало, хотя существенно замедляло движение к цели рейда – г. Вязма. Был освобожден г. Дорогобуж, в нем и в населенных пунктах освобожденных нашими войсками восстанавливались советские органы управления. Немецкие войска действовали активно, то и дело наши части попадали в окружение и с боем выходили из кольца. В этих условиях командиры должны были быть примером для своих подчиненных. Быстро собирать информацию, принимать правильное решение и тут же реализовывать его. Нерадивые командиры отстранялись от командования и заменялись другими, которые могли выполнять поставленные задачи в этих сложных условиях. Некоторые отдавались под суд военного трибунала. Так был отдан под суд начальник штаба корпуса полковник Заикин, который струсил и совершил самострел. В части корпуса немцами засылались шпионы из числа завербованных наших пленных и запуганных граждан, но они быстро выявлялись и большей частью уничтожались.

Частям корпуса было очень тяжело вести бои без артиллерии и танков с до зубов вооруженным врагом. Нашлись танкисты, которые взялись восстанавливать подбитые танки, брошенные на полях сражений еще летом, и тут же на них шли в бой. Всего было подобрано на полях боев, по дорогам и отбито у немцев и восстановлено 28 танков. Боевые порядки корпуса стали так же пополняться трофейной артиллерией. Из местного населения были созданы специальные бригады, которые по местам боев из-под глубокого снега откапывали оружие и боеприпасы. В одном месте было откопано сразу более 20 пулеметов. За все время рейда через линию фронта корпусу не было переброшено ни одного патрона, все необходимое собирали на местах боев и по дорогам. Зачастую снаряды приходилось переснаряжать под необходимый калибр. Это была очень опасная, но необходимая работа. Беловские «Кулибины» из обломков оружия собирали действующие образцы. Так иногда одну пушку собирали из трех разбитых.

Командующий Западным фронтом Жуков настаивал на скорейшем выполнении основной задачи – захват Вязьмы, но это выполнить было очень трудно, так как город был хорошо укреплен и имел достаточное количество войск. К тому же разгром 33 армии и отсутствие помощи с ее стороны делал эту задачу невыполнимой. К корпусу стали пробиваться остатки разбитых частей 33 армии, которые тут же включались в бои. Практически в каждом населенном пункте был немецкий гарнизон. Чтобы не терять силы и время брались штурмом только те пункты, которые нельзя было обойти. Поэтому на флангах и в тылу корпуса оставалось много гарнизонов пр-ка, которые отвлекали силы, не давали спокойно маневрировать и полноценно снабжать войска всем необходимым.

Через 38 суток боев в тылу пр-ка группировка Белова насчитывала 6 тысяч человек в строю и 1500 раненых. Были организованы госпиталя, но многие раненые бойцы старались лечиться, оставаясь в своих частях. Начали ощущаться перебои с медикаментами, продуктами и фуражом. Все это, в основном, в корпус перебрасывалось по воздуху, а обратными рейсами забирали тяжелораненых и больных.

В конце марта начались оттепели. Личный состав был поголовно в валенках, которые набухали водой и своим весом быстро утомляли людей. Необходимо было учитывать, что скоро начнется таяние снега, большие лужи в лесу, разлив рек и речек, что очень осложнить маневрирование силами и средствами, так как дорогами наши войска могли пользоваться только на небольших участках.

31 марта Командующий фронтом поставил новые частные задачи перед вверенной группой Белова:

1) Полковнику Завадовскому искать соединения с генералом Ефремовым (33 армия) в другом месте;

2) Произвести разведку в направлении Милятино с целью обеспечить предстоящее наступление навстречу 50-й армии генерала Болдина;

3) Продолжать блокаду немецких гарнизонов в районе ст. Угра;

4) Расследовать действия партизанского отряда «ФД» (командир отряда Гнездилов, военком Амиров).

В этот же день были получены сведения, что ст. Угра занята нашими силами. Вражеский гарнизон этой станции два месяца находился в окружении так плотно, что немцам в своем тылу приходилось снабжать свой гарнизон по воздуху.

В наших войсках росло число раненых и заболевших, их число уже приблизилось к трем тысячам.

Немцы совершенствуют свою оборонительную тактику и укрепления. Чтобы не замораживать свой личный состав, немецкие саперы придумали, как из обычного жилого дома сделать теплый ДОТ. Было два варианта: 1) укрепляли пол, вытаскивали землю из подпола и насыпали ее на пол, что давало защиту от снарядов и осколков. Для ведения огня пробивались бойницы в фундаменте и цоколе дома; 2) на чердаке выкладывали небольшой сруб, который защищал солдат от пуль и осколков. В срубе и в кровле делались бойницы. Получалось, что солдат всегда в тепле и для ведения боя ему не было нужды выходить на улицу.