- -
- 100%
- +
Оставшись одни, мы с Иви закрыли дверь на все замки и молча присели у горящего очага. День пролетел незаметно, оставив после себя чувство какой-то вселенской усталости. За окном уже было темно. Где-то вдалеке заухал филин. И когда в очаге громко затрещали дрова, я вздрогнула. Что нас ждёт впереди? Чего ожидать от новой жизни? И сколько пройдёт времени, прежде чем нас найдут? У меня уже появились сомнения по поводу удачной конспирации. Всё-таки виконт непростой человек, и со своими связями он мог запросто отыскать сбежавшую дочь. Оставалось надеяться на то, что удача не покинет нас.
Огонь бросал теплые блики на стены, озарял задумчивое лицо Иви, на котором тоже читалось смятение. Я была уверена, что наши с подругой волнения и мысли созвучны.
Внезапно она повернулась к зашторенному окну и напряжённо застыла.
– Ты слышишь?
Я прислушалась. Кроме уханья филина никаких звуков. Но буквально через мгновение мой слух уловил шорох. Кто-то ходил под стенами нашего нового дома.
Мы с Иви обменялись многозначительными взглядами. Подруга кивнула на каминную кочергу, а потом на дверь. Я же сразу схватилась за ножку от стула, который оказался сломан в нескольких местах, ремонту не подлежал и был выброшен. А вот крепкая дубовая ножка могла пригодиться для защиты. Поэтому я её и оставила.
Дверь подёргали с обратной стороны, потом попытались вскрыть замок. И снова воцарилась тишина. Но буквально через минуту в комнате, где мы обустроили спальню, послышался звон разбитого стекла.
Мы бросились к тёмному дверному проёму и застыли по бокам от него. У меня сердце выпрыгивало из груди, стоило только представить, что в дом пробралась целая банда. С двумя ещё можно было справиться, но вот с целой оравой – вряд ли.
Иви подняла кочергу, приготовившись ударить ею злодея, а я зажала ножку двумя руками, встав в стойку.
Из темноты показалась старая кепка со сломанным козырьком, и у меня в голове промелькнула мысль: «Карлик, что ли?». Но потом я испуганно вскрикнула:
– Иви, остановись! Это ребёнок!
Кочерга замерла на половине пути, а я успела схватить за воротник «нежданного гостя».
– Отпусти, шкурка арбузная! – завопил тот, пытаясь вырваться. – Отпусти-и-и! А то сейчас как дам и панталоны треснут!
– Да это же мальчишка! – воскликнула подруга, отбросив кочергу. – Ты зачем сюда влез?!
Ребёнок всё-таки вырвался и, отбежав от нас на безопасное расстояние, угрюмо сказал:
– Влез, что бы ты спросила, линза-недоросток!
– Что-о?! – возмущённо протянула Иви. – Ты что сказал, поганец?!
Перед нами стоял беспризорник лет шести с россыпью веснушек на курносом носу. Старая кепка держалась на его торчащих ушах. На пиджачке не было ни единой пуговицы. Бриджи в заплатах и башмаки, казавшиеся слишком большими для его хрупкого телосложения, говорили о явной бедности. Глаза мальчишки были невероятно яркими и бездонными, почти изумрудного цвета. Но в них уже таилась тень тягот, которую он нёс на своих хрупких плечиках.
– Мы тебя не обидим, не бойся, – я бросила быстрый взгляд на подругу. – Просто скажи, зачем ты влез сюда?
– Ещё чего! Буду я бояться двух мамзелей! – фыркнул мальчонка. – Много чести!
– Хочешь пирог с чаем? – я понимала, что ребенок таким образом защищается. Видимо, жизнь у него была нелёгкая.
С минуту мальчик угрюмо молчал, а потом спросил:
– Два куска дадите?
– Да хоть три, – улыбнулась я. – Пойдём к столу?
Опасливо косясь на Иви, маленький гость подошёл к столу и, забравшись на стул, снял кепку. Оказалось, что он был настоящим красавчиком. Копне вьющихся белокурых волос могла бы позавидовать любая барышня.
Подруга поставила на огонь чайник и пододвинула к мальчишке блюдо с пирогом, который принесла миссис Фрид.
– Как твоё имя?
– Джай Мутти, – ответил ребёнок, облизывая губы. Он вытер ладошки о бриджи и спросил: – Бить точно не будете?
– Не будем, – заверила я его. – А где твои родители?
– Отец утонул в том году, а матушка умерла и того раньше. – Джай взял кусок пирога и затолкал его в рот. – Вы не обифзайтесь на меня, мифф… Я же не фзнал, фто фы тут фифёте уже.
Мальчик проглотил пирог и стал гипнотизировать второй кусок, продолжая объяснять нам своё появление:
– Я инструменты таскал отсюда… Здесь много было всякого… Хотите, я вам помогу окно досками заколотить?
Иви налила ему чаю и тяжело вздохнула, глядя, как ребёнок засовывает в рот второй кусок.
– Поешь сначала, помощник…
Глава 16
Допив чай, Джай засобирался уходить. Он надел кепку, поправил пиджачок, шмыгнул носом, а потом, немного смущаясь, спросил:
– А можно мне с собой пирог? Совсем немножко…
– Можно, конечно, – я взяла оставшуюся половину пирога и завернула их в чистую салфетку. – Где ты живёшь, Джай?
– В соседней деревне. Она здесь неподалёку, – ответил мальчонка, беря пирог. – Спасибо вам, мисс!
В это время из соседней комнаты вышла Иви. Она подошла и протянула Джаю несколько монет.
– Держи.
– Не нужно, – мальчик сделал шаг назад. – Я не попрошайка!
– Это от чистого сердца, – мягко произнесла подруга. – Никто и не считает, что ты попрошайка.
Щёки мальчика вспыхнули. Он смущённо взял деньги, а потом сказал:
– Я приду завтра. Покошу траву у дома. Так будет честно. Отец всегда говорил: «Джай, деньги нужно зарабатывать. Мы хоть и бедные, но у нас есть честь!».
– Хорошо. Приходи после обеда, – мне нравился этот ребёнок, который уже имел внутреннее благородство. – Нас не будет с утра.
– Я обязательно приду. Вы не думайте, что Джай трепло! – горячо заявил наш гость. – Ежели я дал слово, значит, всё сделаю!
– Ты не боишься ходить ночью? – Иви потянулась было к нему, чтобы погладить, но не стала этого делать. Несмотря на свой возраст, Джай выглядел настоящим мужчиной и мог обидеться на ласку.
– А чего тут бояться? – хмыкнул мальчонка. – Я знаю все тропинки и облазил все кусты! Диких зверей здесь не водится!
Он направился к двери, аккуратно неся пирог. На одном из его ботинок оторвалась подошва, и каблук весело шлёпал по маленькой пятке. У меня сжалось сердце. Бедный ребёнок…
– До завтра, дамы! – уже стоя на пороге, Джай повернулся к нам и деловито поклонился. – Спокойной ночи.
– До встречи, – я улыбнулась ему.
Мальчик нырнул в темноту, а Иви закрыла дверь на замок.
– Какой он славный!
– Мне хочется как-то помочь ему, – я грустно вздохнула. – Хотя бы купить обувь для начала.
– Завтра решим, – подруга зевнула. – Пойдём хоть подушкой окно заткнём…
На следующий день мы встали очень рано. Перед тем как отправиться в воскресную школу, нужно было забить окно досками. Возможно, отец Оппит подскажет, к кому можно обратиться за помощью, чтобы нам застеклили раму.
Досок здесь было полно, инструмент тоже имелся, поэтому мы справились быстро. Ярко светило солнце, в лесу щебетали птички. И все мои вчерашние сомнения развеялись, будто утренняя дымка. Какое чудесное отдалённое место… Ну кому придёт в голову здесь искать нас? Тем более в роли сельских учительниц?
Иви тоже была в хорошем расположении духа. Всю дорогу к деревне она напевала какую-то песенку, и даже стёкла её очков сияли как-то празднично.
А вокруг нас раскинулись сказочные пейзажи. Изумрудная стена леса, цветущие поля, благоухающие разнотравьем, создавали неповторимую атмосферу. На горизонте, где земля встречалась с небом, сияло утреннее солнце, рассыпая золотистые блики. Пение птиц, мягкий шёпот ветра, аромат цветов проникали в душу, наполняя её радостью и гармонией.
Вскоре показались первые дома, а за ними шпиль церкви. Встречные прохожие вежливо приветствовали нас. Мы отвечали тем же, чувствуя себя частью уютной деревни. Мне нравилось здесь всё больше и больше.
Отец Оппит стоял у церкви в окружении ребятишек шести – десяти лет. Здесь были и мальчики и девочки. Я пробежалась взглядом по лицам детей, но не увидела среди них Джая.
– А вот и наши учительницы! – воскликнул священник. Малышня, затихнув, с интересом посматривала в нашу сторону.
Мы подошли ближе, и отец Оппит обратился к ученикам, представляя нас:
– Ребята, это миссис Холмс, а это мисс Пинкертон. Они будут обучать вас чтению, письму и арифметике.
– Доброе утро, миссис Холмс! – в один голос затянули дети. – Доброе утро, мисс Пинкертон!
– Здравствуйте, дети, – я обратила внимание на их одежду. Она была в заплатах, в пятнах, которые уже не в силах выстирать ни одно мыло. Некоторые мальчишки были вообще босиком. – Давайте знакомиться?
Ребята стали подходить по одному и называть свои имена. Конечно, с первого раза запомнить их всех не получится, но у нас впереди было для этого достаточно времени.
После знакомства священник повёл нас в небольшое здание рядом с церковью. Это и была воскресная школа. Внутри имелось всего две комнаты. Класс и маленькая каморка, в которой стояли стеллаж с книгами и стол. Что-то типа учительской, если выражаться на современный манер.
Дети расселись за старые парты, на которых уже лежали листы серой дешёвой бумаги и стояли чернильницы. В класс вошла уже знакомая нам женщина. Она поздоровалась с нами, после чего заняла место за учительским столом.
– Сегодня урок ещё проведёт миссис Туки, а вы можете приступать к занятиям с завтрашнего дня, – тихо сказал отец Оппит, кивнув на дверь. – Давайте выйдем, чтобы не отвлекать детей.
Мы вышли на улицу и сразу же заметили всадника, вальяжно едущего по дороге, ведущей к церкви.
– А вот и граф Шетленд! – священник многозначительно посмотрел на нас. – Будьте осторожны в высказываниях. Чтобы у него не закрались подозрения по поводу вашего появления в Логреде. Он будет платить вам жалование.
Граф спешился, привязал коня к коновязи и направился в нашу сторону, стягивая перчатки.
Он был одет в черный камзол, белоснежную рубашку, бриджи и высокие сапоги. Его неприветливый взгляд скользнул по нам, и я немного занервничала.
– Добрый день, ваше сиятельство, – поприветствовал его отец Оппит. – Позвольте представить вам моих родственниц: – Миссис Адель Холмс и мисс Иви Пинкертон. Они будут учить детей в воскресной школе.
– Добрый день, святой отец, – произнес Шетленд с холодной вежливостью, а потом повернулся к нам. – Значит, вы станете учить детишек? Хм… интересно…
Я попытался улыбнуться, но ледяное высокомерие мужчины не дало этого сделать.
– Что же вам интересно, ваше сиятельство? – процедила Иви, поправляя очки.
– Надеюсь, в учебный процесс войдут только чтение и письмо, а не охота на домашних животных при помощи зубов? – язвительно произнёс граф, рассматривая подругу. – Прошу прощения, э-э-э… мисс Пинкертон, откуда у вас сия шикарная отметина?
Подруга вспыхнула.
– Несчастный случай.
– Как мне кажется, не первый и, увы, не последний… – протянул Шетленд. – Я буду наблюдать за вами и вашей жизнью в деревне, дамы. Если бы отец Оппит не поручился за вас…
– Ваше сиятельство, я уверяю вас, что это достойные мисс! – священнику, видимо, тоже было неловко от происходящего. Ведь ему ещё приходилось и врать.
– Вы что-нибудь слышали о нападении на карету нового маркиза Кессфорда? – вдруг спросил граф. – Говорят, его ограбили.
– Да что вы? И как же это случилось? – отец Оппит даже не скрывал облегчения оттого, что внимание Шетленда переместилось.
– Подробностей я не знаю, но в экипаже находилась дочь Кессфорда. А с ней было колье её покойной матери, – ответил граф. – Странно, что ребёнок путешествовал один, да ещё и с драгоценностями… Но не стану судить, ибо не знаю всех нюансов. Маркиз обещает большое вознаграждение за поимку воров, среди которых были и две женщины.
Шетленд бросил на нас быстрый внимательный взгляд. Я похолодела. Только этого ещё не хватало! Обвинений в ограблении!
И тут граф нахмурился, глядя куда-то выше наших голов. Он явно кого-то увидел.
– Прошу прощения, отец Оппит. Мне нужно идти, – сказал Шетленд и кивнул нам. – Удачи на новом месте. Миссис Холмс. Мисс Пинкертон.
Когда он отошёл от нас, мы с Иви повернулись. По дороге к церкви шёл крепкий старик с седой бородой, а с ним девочка лет четырнадцати-пятнадцати. Она была невысокой миловидной брюнеткой в светлой соломенной шляпке и лёгком платье в полоску. Шетленд направлялся именно к ним.
Посмотрев на священника, я заметила в его глазах горечь и осуждение. Так, так, так… И что происходит? Неужели хозяин этих земель положил глаз на молоденькую девушку? Почти ребёнка? Хороши же нравы местного аристократа…
Глава 17
Мы ещё некоторое время понаблюдали, как граф разговаривает с девушкой и её дедом. Она смущалась, опускала глаза, кивала в ответ на какие-то речи Шетленда. В голову сразу же стали приходить не самые хорошие мысли. Да и реакция священника говорила сама за себя.
– Жду вас завтра на уроках, – сказал отец Оппит, продолжая смотреть на беседующих. – А сейчас мне пора. Меня ждёт ещё масса дел.
Мы с Иви попрощались с ним и пошли в сторону деревни. Нужно было зайти в лавку и купить продукты.
– Что будем делать с маркизом? – Иви хмуро взглянула на меня. – Дело принимает опасный оборот.
– Нужно встретиться с ним и объясниться, – сказала я. – После чего вернуть украшение. Думаю, маркиз поймёт, что произошло. Скрываться не имеет смысла. Тем более держать у себя чужую вещь.
– И что ты предлагаешь? – подруга остановилась. – Когда мы займёмся этим? С завтрашнего дня начнутся уроки. Еще и обустройство дома… У нас просто не будет свободного времени.
– Значит, давай это сделаем сегодня. Что тянуть? – я глубоко вдохнула, представляя, как мы станем объясняться с маркизом. Неизвестно, какой он человек. Возможно, проблем у нас прибавится. – Наверняка в деревне можно нанять экипаж.
Иви согласилась со мной.
– Правильно. С такими вопросами нужно разбираться сразу. Покончим с этим.
Деревня Логред была достаточно большой. Здесь имелась и рыночная площадь, и лавки с различными товарами, и даже небольшой полицейский участок. Экипаж можно было нанять у трактирщика. Что мы и сделали.
– Куда едем, дамы? – лениво поинтересовался возница.
– Сначала к заброшенной железнодорожной станции, а потом в поместье маркиза Кессфорда, – сказала я, устраиваясь на широком сидении. – Вы знаете дорогу?
– А кто же её не знает? – хмыкнул мужчина. – На землях Кессфорда живёт много родственников наших деревенских. Кто-то выходил туда замуж, кто-то женился.
Мы взяли из дома футляр с колье, и возница повёз нас дальше. Земли маркиза действительно находились рядом с угодьями Шетленда. Их разделяла река, и, переехав через мост, мы оказались в чужих владениях.
Когда мы проезжали по деревне, я сразу заметила огромное различие между этим мрачным поселением и Логредом.
Серые дома с облезшей краской на ставнях, заросшие бурьяном палисадники, покосившаяся мельница – всё создавало атмосферу запустения. Казалось, даже время здесь остановилось. Тусклые лучи солнца освещали пустынные улицы. За всё время, пока экипаж ехал по деревне, я заметила лишь несколько прохожих: женщину, волочившую тяжёлую корзину с мокрым бельём, да пьяного старика на деревянной ноге. Здесь не осталось былой зажиточности, убогость читалась в каждой трещине кирпичной кладки, в каждой провалившейся крыше…
Я взглянула на старую сосну, растущую у одинокой церкви. Она, как единственный в этом месте символ надежды, тянулась в ярко-голубое небо своим золотистым стволом.
– Как здесь тоскливо… – тихо произнесла Иви, глядя по сторонам. – Эта деревня напоминает кладбище…
– Возможно, новый хозяин решит проблемы её жителей, – вздохнула я. – Мне вообще трудно понять такое отношение к своим же людям. Ведь если богат крестьянин, то богат и владелец угодий…
Экипаж выехал из деревни, и мы сразу увидели двухэтажный особняк. Он стоял в низине на берегу большого озера, окружённый густыми парковыми насаждениями.
Вблизи дом маркиза выглядел не таким величественным. В нём тоже чувствовалось запустение. Некогда сияющий белизной фасад покрылся трещинами, высокие окна покрывала грязь. А некогда наполненный ароматами цветник превратился в дремучие заросли шиповника. Но я заметила, что кругом уже работают слуги. На клумбах копошились садовники, фасад ремонтировали рабочие, стоя на высоких лесах, а грязные окна были распахнуты настежь. Здесь вовсю кипела работа.
Как только экипаж остановился, к нему подошёл слуга.
– Мы можем увидеть его сиятельство? – поинтересовалась я, спрыгивая на землю. – У нас к нему неотложное дело. Это касается ограбления.
– Я доложу хозяину, – сказал слуга, после чего скрылся за высокими дверями. Он вернулся довольно быстро и пригласил нас войти в дом. – Его сиятельство примет вас.
Нас провели в гостиную, на стенах которой уже была свежая краска. Мебель всё ещё накрывали чехлы, а свёрнутый ковёр стоял в углу.
Послышались быстрые шаги, и в комнату вошёл молодой мужчина. На вид ему было чуть больше тридцати, но тяжёлый взгляд из-под нахмуренных бровей добавляли ему лет. Тёмно-русые волосы незнакомца находились в лёгком беспорядке, как и одежда: белоснежную рубашку покрывали пятна краски. Мужчина обладал интересной внешностью. Эдакой хмурой привлекательностью. Черты его лица были резкими и выразительными. В уголках рта притаилась ироничная усмешка, будто он знал что-то, чего не знали все остальные.
При виде нас в его карих глазах промелькнуло удивление, смешанное с любопытством.
– С кем имею честь?
Итак, похоже, это и есть маркиз Кессфорд.
– Меня зовут миссис Адель Холмс, – представилась я. – А это моя кузина, мисс Иви Пинкертон. Мы живём в соседней деревне.
– Замечательно. Слуга сказал, что вы что-то знаете об ограблении. И что же это за информация? – маркиз сложил на груди руки.
– Никакого ограбления не было, ваше сиятельство. Вернее, мы с кузиной не дали ему произойти, – начала я, тщательно подбирая слова. – Бандиты, напавшие на вашу карету, не успели что-либо украсть. А вот это оказалось у нас совершенно случайно…
Я развернула платок, в котором был футляр.
Маркиз шагнул ко мне, взял коробку и заглянул внутрь. Глаза его расширились.
– Боже… колье Шарлотты… Я уже не надеялся его увидеть…
Мы с Иви переглянулись. Может, всё ещё и обойдётся?
Но когда маркиз поднял на нас глаза, в них мелькнула подозрительность.
– Как колье могло случайно оказаться у вас? Вы давно живёте в Логреде?
– Нет, как раз в тот день мы направлялись в деревню, – спокойно ответила я. – К своему дядюшке, отцу Оппиту. И стали свидетелями нападения на ваш экипаж.
– Папа! Папа! Посмотри, что у меня! – послышался звонкий голосок, и в гостиную вбежала уже знакомая нам девочка в грязном платье. С её волос свисали развязанные ленты, на правом чулке, прямо на колене зияла дыра, сквозь которую виднелась свежая царапина. Девочка сжимала пальчиками гусеницу с таким восторженным выражением лица, что я улыбнулась. Она заметила нас и спряталась за маркиза. Но потом её личико медленно появилось из-за его бедра.
– Я знаю этих леди. Вот эта била палкой злого человека.
Она указала на меня пальчиком и снова спряталась. Брови маркиза взметнулись вверх.
– Ты уверена, Эмма?
– Да. Леди Крошка била злого человека, – из-за маркиза появился любопытный глаз. – У него, наверное, потом отвалилось ухо.
Она назвала меня леди Крошка?
В гостиную быстрым шагом вошла взволнованная женщина в круглых очках и всплеснула руками.
– Леди Эмма! Вас ведь только час назад переодели! Ваше сиятельство, я обежала весь парк, разыскивая маленькую леди! Она снова прячется от меня!
– Я обязательно поговорю с дочерью, мисс Корди. А сейчас отведите её наверх и хорошенько вымойте, – маркиз поймал дочь за руку, которая медленно обходила вокруг него. – И усадите за чтение библии.
– Папа! – Эмма скривилась. – Ну, прошу тебя!
Гувернантка взяла девочку за запястье и повела за собой, тихо говоря при этом:
– Леди, к его сиятельству нужно обращаться на “вы”!
Тем временем Кессфорд повернулся к нам и сказал:
– Вы позволите пригласить вас на ужин завтра? Мне бы хотелось таким образом выразить свою благодарность. Миссис Холмс, вашего супруга, ровно как и дядюшку с женой, я тоже жду у себя.
– Я вдова, – ответила я, вспыхивая оттого, что приходилось лгать. – Благодарим вас, ваше сиятельство.
– Мы передадим ваше приглашение отцу Оппиту, – добавила Иви. – Думаю, он будет рад познакомиться с новым маркизом Кессфордом.
Мужчина склонил голову в вежливом кивке, а я заметила, что он аккуратно держит двумя пальцами гусеницу, спрятав руки за спину. Маркиз заметил мой взгляд и улыбнулся. В этот момент его лицо уже не казалось таким неприветливым. Я улыбнулась в ответ.
Глава 18
– А Кессфорд не такой уж и сноб, – задумчиво произнесла Иви, когда мы ехали обратно. – Видно, что он любит дочь и многое ей позволяет.
– Да, мне он тоже показался приятным человеком. Но выводы делать рано, – я снова вспомнила родителей Адель. – Порой внутри человек совсем не тот, что пытается демонстрировать снаружи.
Мы въехали в мрачную деревню, и я отвернулась от окошка. У меня не было желания смотреть на унылые пейзажи. Но когда раздались крики, я всё-таки с любопытством выглянула из-за шторки. Увиденное шокировало меня.
– Эй! Останови экипаж! – крикнула я вознице, стуча по крыше. – Да остановись же ты!
Карета, наконец, остановилась, и я спрыгнула на землю.
– Адди! Что случилось?! – закричала мне вслед Иви, но я лишь отмахнулась.
Здоровенный бородатый мужик держал за шиворот Джая и бил его кнутом куда придётся. Мальчонка кричал, пытался вырваться, но это лишь раззадоривало бородача, и кнут со свистом опускался на тощее тельце, снова и снова.
– Прекратите! – закричала я, расталкивая немногочисленных любопытных. – Немедленно!
Рука экзекутора замерла в воздухе, и мужчина с удивлением уставился на меня.
– Отпустите мальчика! – прошипела я, готовая вцепиться зубами в мерзавца, сжимающего плеть.
– Он украл у меня луковицу! – зло произнёс бородач, кивая на небольшой лоток с овощами. – И получает заслуженно!
– Вы за луковицу стегаете ребёнка кнутом! – я топнула ногой, поднимая пыль. – Отпустите мальчика, или я пожалуюсь новому маркизу! Он уж точно найдёт на вас управу!
Я не знала, как в действительности бы поступил Кессфорд, но угроза возымела действие. Видимо, люди ещё толком не понимали, что их ждёт при новом хозяине земель, поэтому осторожничали. Мужчина отпустил Джая, и тот упал на землю.
– Изувер! – ко мне подбежала Иви и возмущённо затрясла кулачками. – Чтоб ты сквозь землю провалился!
Я же бросилась к мальчику, который не шевелился, свернувшись клубочком.
– Джай! Посмотри на меня…
Его старенькая рубашка была разорвана, края ткани окрасились в красный от крови, выступающей из ран. Джай поднял на меня полные слёз глаза.
– Это вы…
– Да, это мы. Ничего не бойся, – я еле сдерживалась, чтобы не заплакать. – Ты поедешь с нами.
– Я не могу с вами, – всхлипнул Джай. – Мне нужно домой.
– Тебе нужна помощь. Раны могут воспалиться, – я погладила его по белокурой головке. – Давай я помогу тебе подняться.
– Нет, я не поеду с вами! – Джай с трудом поднялся на колени. – Мне нужно домой!
– Там ещё целый выводок! Поэтому он не хочет ехать с вами! – хмыкнул мальчишка с огромными ушами. – Мелкие Мутти лижут стены от голода!
– Заткнись, Бон! – вскинулся Джай, сжимая кулаки. Его личико побледнело. – Иначе я изобью тебя!
– Брысь отсюда! – Иви отвесила лопоухому подзатыльник, и тот, обиженно засопев, шмыгнул в кусты. Подруга многозначительно взглянула на меня, но я уже и сама понимала, что на нашу голову свалилась огромная проблема. Которую в любом случае придётся решать нам.