Мимоза стервоза

Волчара позорный

– Мама! Это что? – Мимозка впервые держала в руках послание, адресованное лично ей, зеленый с черным конверт. Писем ей никто не писал. Да и зачем, есть же телефон.

– Золотко, это заключение, – родители переглянулись. Что в конверте они знали, днем звонил менеджер проекта.

– Какое еще заключение? – фыркнула Мимозка, но уже догадалась сама. По всем каналам крутили рекламу правительственного проекта о поощрении смешанных браков. Счастливая парочка держится за руки. Швырнув, конверт на стол, Мимозка спряталась в саду. Как маленькая. Села в заросшей беседке, надеясь, что в письме ничего опасного для нее нет. Но врать себе было глупо, предчувствие неприятных обязательств заставляло бессильно сжимать кулаки и тихонько скулить.

Неприятности начались на следующий же вечер, когда к ужину вознамерился прийти нежданный гость. Мимозка сбежала к себе в комнату и зверски злилась на родителей. Для представительницы цветочного клана зверски злиться это как ходить на голове, но другие слова не отразили бы масштаб охвативших ее эмоций. Пожалуй, впервые в жизни она так злилась. Гневные мысли жужжали в голове как дикие пчелы. Ее родители предатели. Обманщики. И ужинать она с ними не будет. И сегодня, и никогда. И прощать она их не будет, хотя они только того и ждут. Что она быстро остынет и позволит им выбросить на свалку все ее мечты.

– Золотко, спустись, пожалуйста, – крикнула мама снизу.

Еще чего. Разговаривать с этими обманщиками Мимозка не будет. И плевать ей на совместимость и законы. Она еще им покажет, она им такое устроит. Нельзя же так с живым человеком. С хрупкой девушкой. Цветочком. А Мимозка живой человек со своими мечтами и надеждами. И она им отомстит. Всем. Если бы существовал конкурс по мстительности, то в сию же минуту Мимозке выдали бы главный приз.

В глубине души Мимозка понимала, что родители желают ей только добра. Любят ее безмерно. И мамочка Леона и папочка Динас. Не они придумали закон, по которому все девушки, независимо от родовой принадлежности, кому исполнилось двадцать, сдают кровь. А ей исполнилось. И кровь пришлось сдать. Правда, зная ее неуступчивый и своевольный характер, мама даже не обмолвилась, что на стандартном медицинском осмотре у нее возьмут кровь и для Базы данных «ИСТИННЫЕ ПАРЫ».

Эту базу собирали всей страной. За огромные деньги доступ к базе получали мужчины: наследники ведущих кланов, альфы стай оборотней и главы лесных народов. Находили свою истинную пару и приезжали свататься. Надо признать, что истинные находились не так уж часто. И многие зря выкидывали деньги. Но никто не роптал. Все надеялись, что база пополняется, и значит, шансы найти пару увеличиваются.

Собственно, создание такой базы понадобилось потому, что истинных пар становилось все меньше. Не могли парни и девушки найти друга друга как в давние времена: мгновенно, по энергии, по запаху. Блокаторы, подавители, дезодоранты, нейтрализаторы меток, таблетки, спреи – все это помогало скрыть естественные проявления. Помогало обуздать инстинкты и избавляло от всех природных запахов.

Число разводов росло, рождаемость падала. Общественность вовсю увлекалась депрессивными идеями вечной тоски по второй половине. Что не способствовало укреплению семьи и мешало экономическому процветанию страны. Так считало правительство. И поскольку прижать производителей обезличивающих лекарств было нереально, да кто будет резать курицу, несущую золотые яйца, то был выбран другой путь.

Пять лет назад президент издал закон «О соулмейтах», призванный помочь истинным парам и родственным душам встретиться, и теперь Мимозка пала жертвой этого закона. Ей пара нашлась. Кто бы сомневался, она ведь такая везучая. Родители радовались. Да что скромничать, они были счастливы за свою девочку. Рассказывали друзьям, родственникам и соседям. Которые, в свою очередь, пересказывали дальше.

Мимозка стала знаменитостью их клана и города, но скрипела зубами от злости. По закону истинные пары должны были заключить хотя бы пробный союз. А это целый год. Почему она должна дарить неведомому высокородному оборотню год ее, Мимозки, единственной жизни? Как вообще она могла подойти оборотню? Ее мама наполовину фея, а папа из лесных, откуда этот истинный мог взяться?

Мимозка не хотела ни ухаживаний, ни регулярных отношений, ни подарков, ни семейных забот, ни тем более детей. Ей вполне хватало легкого флирта с однокурсниками и танцулек раз в неделю. Поэтому Мимозка психовала, топала ногами и не собиралась сдаваться. Она сразу решила, что будет изводить свою пару так, что тот сам от нее откажется. Если, конечно, прямые уговоры не подействуют.

Мимозка вздохнула. Ну, заперлась она в своей комнате, разве это ее спасет? Как будто никто не виноват, но, попробуй, докажи это хотя бы себе. С детства папа называл ее Стервозка моя. С тайной гордостью, надо признать. Прозвище определяло суть характера Мимозки на все сто процентов. Для нее не существовало авторитетов, ни лесных, ни цветочных, с другими кланами она мало зналась. Ей больше подошло бы родиться парнем. Ее родители любили друг друга, но не были истинной парой, да и встретились уже в зрелом возрасте – зачать парня, наследника, им было практически невозможно.

Мимозка и так появилась у них поздно, на излете детородного возраста фей, и была лучезарной крошкой, ангелочком и светом в окошке. Медовые кудряшки, серо-зеленые глаза, пухлые губы – в младенчестве к ней стояла очередь из рекламных агентств. Как только Мимозка подросла, чтобы понимать, что рекламировать подгузники и невкусную еду, это ниже ее достоинства, все контракты были разорваны к искреннему огорчению предприимчивой мамы.

Родители ей разрешали все и Мимозка-Стервозка привыкла всегда быть во главе угла. Единственно, в чем она не смогла победить, это в том, как мама ее называла. С самого рождения Мимозка была для добрейшей мамочки Золотком и только им. Мимозка рычала как дикой зверь в ответ на Золотко, пакостила и не слушалась, кромсала ножницами рыжеватые локоны, но мама прощала ей это, и не уступала.

В дверь вежливо постучали, но Мимозка не отозвалась. Постучат и уйдут, открывать она не будет. Сказала же, что не пойдет ужинать, и пусть ее совместимый жених, будь он хоть трижды альфа, катится ко всем чертям. Мимозка даже фото не стала смотреть. У нее были другие планы: путешествовать по миру, спуститься на дно океана и слетать в полукосмос до Луны, а тут на тебе – дурацкое сватовство. Суровость закона Мимозка недооценила, да и как она могла это сделать, если от нее скрывали все подробности. А то бы сбежала, не дожидаясь отметки в двадцать лет.

Дверь затрещала и распахнулась. На пороге стоял незнакомый, идеально брутальный альфа, типаж из мелодраматических сериалов. Гора мышц, бритый затылок, злые карие глаза, поджатые губы. В дорогом костюме, но без галстука, в распахнутом вороте светлой рубашки виднелась мощная шея с витой платиновой цепочкой. Такого с руками любая девушка оторвет, но только не она. «Волчара позорный», – несколько неромантично подумала Мимозка о будущем муже, но вслух буркнула:

– Чего надо?

– Свадьба через неделю. И в гробу я видел твои выкрутасы, – альфа развернулся и ушел, оставив густой запах можжевельника.

Вот повезло, так повезло, этот еще и подавителями запаха не пользовался. Мимозка вскипела, будущий супруг умудрился украсть ее любимый аромат. В бешенстве она подбежала к распахнутому окну, схватила с подоконника глиняный горшок с можжевельниковым бонсаем и с размаху швырнула во двор. Раздалось глухое рычание, потом смех и Мимозка услышала довольное:

– Я уже люблю тебя, малышка, – по закону подлости горшок попал жениху в плечо, и альфа как-то странно отреагировал.

– Золотко, это невежливо, – мама посмотрела на нее укоризненно и нагнулась поднять деревце, выпавшее из горшка, а отец отвернулся, пряча улыбку. Он никогда Мимозку не ругал.

Мимозка скривилась, ну кто же знал, что родители потащатся провожать жениха, а она тут со своим горшком. Не глядя ведь кинула. Если бы старалась, целилась, наверняка бы промазала. Хорошо, что можжевельник остался цел. Что за дела вообще. Невезуха, непруха и провал. Так, спокойно. Неделя у нее есть, сегодня пятница, и до следующей пятницы много чего может произойти.

Надо срочно придумать, а Мимозка обязательно придумает, как отмазаться от этого брака. То, что она скандалистка, жених уже понял. Может, справку добыть, что у нее не будет детей? А что, это мысль. Оборотни всегда хотят потомство. Тем более альфа. Недолго думая, Мимозка кинула на электронную Доску объявлений запрос: «Куплю справку о пустом чреве для девушки цветочного клана». Только бы мама не узнала. Иначе быть истерике. А нервы у Мимозки и так на пределе.

Облом со справкой

Выходные прошли безрадостно. Хотя родители очень старались отвлечь Мимозку от грустных мыслей. Ни семейный пикник на побережье, ни гонки на кайтах с друзьями, ни любимый Мимозкин пирог в воскресенье не улучшили настроения. Все было отравлено ложкой дегтя предстоящей свадьбы. И щебетом подруг про ее красивого жениха. Ну, красивый. Мимозка этого не отрицала. Представительный, богатый. Чего б ему на волчице не жениться.

Как жаль, что прошли те времена, когда расы жили обособленно и лесовику не пришло бы в голову жениться на фее, а оборотни предпочитали исключительно своих. Границы владений строго соблюдались. Но появились города, в которых невозможно было уследить, чтит ли чадо клановую чистоту. Бизнес окончательно стер различия. Смешанные браки поощрялись. И вот Мимозке прислали в конвертике волка. Ее предки, наверняка, перевернулись бы в своих гробах, будь они у них. Лесные и цветочные кланы гробов не признавали.

Странно, что и оборотни не роптали против таких браков. С их деловой хваткой они быстро подмяли под себя весь серьезный бизнес, торговлю и строительство. Как ни крути, выгодной партией для волка Мимозку не назовешь. Отец хорошо зарабатывал на лесозаготовках, их семья была обеспеченной, но с оборотнями все равно не сравнишь. Неужели вера в истинную пару так велика?

В понедельник Мимозке позвонили относительно объявления, уточнили имя и назначили время и место для встречи. В модном кафе с отдельными кабинетами по паролю «шиза». Пароль на что-то намекал, но Мимозка уже не могла сдать назад. Особенно после ежевечерних увещеваний родителей.

– Золотко, это счастье найти пару… Золотко, это пробный брак… Золотко, если через год ты потребуешь, то мы тебя заберем… Золотко, мы так за тебя рады…

– А если я за этот год прикончу своего альфу, вы меня от тюрьмы отмажете? – Мимозка издевалась, грубила и даже этого не стеснялась.

Мама горестно вздыхала и начинала по-новой.

– Золотко, несколько свиданий с истинной парой, и ты поймешь, как ты сейчас ошибаешься.

– Мы совершили ошибку, милая, – подключался к разговору отец, утешительно обнимая маму за плечи. – Надо было категорически запретить нашей Стервозке выходить замуж, и она была бы уже там.

– Я не идиотка, – Мимозка злилась, потому что отец был прав. Но такой уж у нее характер. Поперечный, не девичий. Кружавчики и в обтяжечку, такую одежду она терпеть не могла носить. И кокетство ненавидела. Венок на голове, как цветочная дева, носила через раз. А мама продолжала покупать модные вещички для себя и дочки. И потихоньку выбрасывала балахонистые свитера и темно зеленые спортивные костюмы.

На встречу Мимозка чуть не опоздала, потому что в очередной раз обнаружила, что надеть ей нечего. Вернее, было только девчачье. Узкие джинсики с вышивкой, мини-юбочки, майки на бретельках, светлые пиджачки в талию и яркие шарфы. Пришлось залезть в шкаф рабочей одежды. Позаимствовать мамин садовый комбинезон. Комбинезон был великоват, но в нем Мимозка чувствовала себя увереннее.

В кафе администратор мотнул головой в сторону приоткрытой двери, мол, там тебя ждут. Но в кабинете никого не оказалось, Мимозка огляделась и устроилась за пустым столом. Вошел официант, поставил перед ней сырники с вареньем, капучино, мороженое и положил с края сложенный вдвое лист бумаги. Кто-то отлично знал, что она любит. А бумага плотная, похожа на гербовую, наверно, справка. Проглотив сырники, Мимозка развернула лист. Красивым шрифтом с завитушками было напечатано:

Справка

дана Мимозе Динаполи в том,

что она отныне и навсегда пуста чревом

для всех альф мира, кроме

Антонио Талисси.

***

Вот дерьмо.

Хлопнула дверь и рядом сел тот самый волчара, ее жених. Антонио, как его, Талисси. Милое знакомство.

– Извини, малышка, другие справки кончились, может, мороженое тебя утешит? – альфа притянул ее за плечи, лизнул за ухом. – Я не такой урод, как ты сейчас думаешь. Дай мне шанс.

– Дам, если свадьбу отменим, – вот чувствовала же Мимозка, что засада какая-то с этим паролем, но как было не воспользоваться шансом.

– Давать надо после свадьбы, а не вместо, – Антонио ситуация явно веселила.

Мимозка презрительно выпятила нижнюю губу на такое остроумие, и ее жених тотчас этим воспользовался – наклонился, прихватил легонько зубами за губу, поцеловал. Мимозка пихнула его локтем, какие все-таки эти оборотни наглые собственники.

– Как ты меня выследил в сети?

– По телефону. Я задал поиск в сети по телефону. Это элементарно, малышка.

– Зачем?

– Ну, я догадался, что ты полна сюрпризов.

– И теперь ты думаешь, что получил меня с потрохами? – Мимозка сидела, нахохлившись под рукой Антонио, признавая, что не такой уж ее волк противный. И запах можжевельника дразнил, щекотал ноздри. Хотелось прильнуть поближе, вдохнуть протяжно и задержать запах внутри себя.

– Малышка, я…

– Еще раз назовешь меня малышкой, – вскинулась Мимозка.

– Это серьезное одолжение. Что я получу взамен? – Антонио провел носом по ее макушке, медленно спустился к шее.

– Не вздумай ставить мне метку.

– Слишком много условий, Мимоза. Не находишь?

– Нет, – буркнула Мимозка. – В самый раз.

– Доедай мороженое, отвезу тебя домой. Ты просто чудо, но у меня бизнес, полно дел.

– Иди, я тебя не держу, – проигрывать было неприятно, но стоило признать, что альфа вполне уважал ее свободу. И если честно, расставаться не хотелось.

– Ты привыкнешь, малышка, – Антонио легко встал, взял Мимозку на руки. У этих волков замашки еще те, хватают чуть что на руки. – Тебе нужно побыть одной, да?

– Да, и хорошо бы ближайшие пять лет, – недовольство Мимозка выплеснула на справку, порвав бесполезную бумагу в мелкие клочья.

Они неплохо смотрелись вместе, Мимозка успела глянуть в зеркальные двери на их отражение. Ей понравилось, что жених ничуть не запыхался, пока нес ее к машине. У дома помог выйти, поцеловал за ухом и тут же уехал. Может все не так уж плохо? Но поперечная натура кричала: «Плохо, плохо, плохо!» И Мимозка закрылась в своей комнате, дверь уже починили, достала блокнот. Надо разработать план, как испортить жизнь своему навязанному мужу и при этом выиграть. До свадьбы еще есть время.

Утром мама, как обычно, принесла ей чашку горячего фруктового чая. Мимозка привыкла: она открывает глаза, а рядом мама с серебряным подносиком в руках. Чай ароматный, приятно согревает внутри. Ну, как она будет без мамы? Без чая по утрам, с чужим мужиком в постели. Еще и ухаживать за ним придется, завтраки, поди, готовить. Мимозка чуть не завыла волком. С кем поведешься…

– Мама, а можно я жить буду с вами? Ну, свадьба там, то-се, а жить с вами? – Мимозка понимала, что говорит глупости, но искала хоть малейшую зацепку сохранить прежнюю свободную жизнь.

– Какая ты у меня еще маленькая, – мама всплеснула руками и поняла все превратно. – Я уверена, Антонио не обидит тебя и не будет спешить. Особенно в первый раз.

– Да плевать мне, будет Антонио спешить или нет, вообще не в нем дело – закричала Мимозка и отвернулась к стене.

– Золотко, не нервничай. Вот, посмотри, Антонио прислал каталоги. Выбери, какое кольцо ты хочешь.

– Чего? – Мимозка аж подпрыгнула на кровати.

– Вот, каталоги, посмотри, – мама успокаивающе погладила ее по плечу. – Знаешь, когда мы с твоим отцом начали всерьез говорить о свадьбе, он просто пошел и купил кольца. Сам. Мне кольцо не понравилось, но я постеснялась тогда сказать ему. И только через два года, он догадался, какое кольцо я хочу. А у тебя все будет иначе. Твоим мнением интересуются.

– Ну мам, что за муть ты несешь, – Мимозка рванула в ванную комнату, чтобы не чувствовать себя статисткой в театре абсурда. Ясно, что сейчас мама расстроится до слез, но Мимозка тоже не железная обсуждать глупые кольца.

Когда она вышла из ванной, мама уже заправила ее кровать и стояла с вытаращенными глазами, держа в руках блокнот.

– Что это? – пролепетала она, вырывая страничку и протягивая ее Мимозке.

– Мам, ну это я вчера, погорячилась, – Мимозка осторожно вытянула из маминой руки лист с планом. В плане «МУЖ» было всего три пункта:

1. скандалить каждый день,

2. транжирить деньги,

3. изменять по случаю.

– Золотко, ты меня пугаешь. И расстраиваешь, – мама нервно захрустела пальцами и закусила губу.

– А где, ты говорила, каталоги? Мам, помоги-ка мне выбрать кольцо. Ты же в этом разбираешься, мои вкусы знаешь, – листок Мимозка смяла и сунула незаметно в задний карман джинсов. Глупостью было с ее стороны разбрасывать такие бумаги.

– Золотко, а поехали сразу в магазин, там и примерить можно.

– Я что, сама должна кольцо покупать?

– Нет, конечно. Магазин принадлежит Антонио. Покажешь пальчиком и все, – мама так радостно смотрела на нее, реально восхищенная фактом, что ее девочке можно выбрать любое кольцо в магазине, что у Мимозки заныли зубы.

Обручальное кольцо

В огромном торговом центре настроение Мимозки только ухудшилось. Толпы девиц шлялись по бутикам, кокетливо посматривая на редких одиноких парней. В ювелирном магазине к ним сразу подскочила директриса, манерная и слишком угодливая.

– Вкусы господина Талисси нам известны, вот, посмотрите подборку, – даже не представившись, она выложила на стеклянную витрину обтянутую черным бархатом дощечку. – Тут сверху с бриллиантами. А внизу другие камни и жемчуг. Что вы предпочитаете?

– Из этого ничего не предпочитаю, – Мимозка небрежно отодвинула предложенные кольца. Директриса ей не понравилась. И еще Мимозка сразу заподозрила, что между Антонио и этой разукрашенной волчицей были отношения, а может и продолжаются.

– Вы не цените мнение будущего мужа? – слова директрисы источали яд.

– Достаточно, что вы его чересчур цените, – Мимозка за словом в карман никогда не лезла.

Мама пискнула что-то рядом, пытаясь сгладить ситуацию, пока эти две красотки сверлили друг друга глазами.

– Мне вон то кольцо, – Мимозка ткнула пальцем куда-то в пространство.

– Вот это? – глаза у директрисы полезли на лоб.

– Да это! – Мимозка даже не посмотрела, что за кольцо она выбрала. Но реакция директрисы ей понравилась. – И добавьте к кольцу серьги и колье!

Колье было ни к чему. На свадьбе оборотни ставили метку в основание шеи, и колье все равно пришлось бы снять. Но ради перекошенного лица директрисы стоило выпендриться. Посчитав задачу выполненной, Мимозка выскочила из магазина. Мама замешкалась, а директриса выбежала следом за ней, схватила больно за локоть.

– Ты маленькая нахалка. И дурно воспитана. Ты быстро надоешь Антонио, и он вернется ко мне, – глаза директрисы гневно сверкали, она буквально готова была разорвать Мимозку на части.

– Отпусти меня, ворона. Если бы ты так же крепко хваталась за Антонио, как за меня, то никакой свадьбы не было бы, – психанула Мимозка, назвать волчицу вороной было верхом неприличия. Виноватая во всех ее бедах, наконец, была найдена. И Мимозка от души двинула острым кулачком по физиономии отвергнутой любовницы Антонио. Мимозка выросла в лесу, церемониться не привыкла.

Директриса попятилась и врезалась спиной в стеклянную дверь магазина, которую мама за секунду до этого аккуратно прикрыла. Раздался звон, осколки полетели во все стороны. Директриса упала на пол и тоненько завизжала. А Мимозка весело засмеялась. Лично она после такого жениться бы передумала. По крайней мере, два пункта из своего плана она сегодня выполнила.

– Золотко, пойдем, пойдем отсюда, – мама уже был не рада, что привела поперечную дочь в магазин.

– Мам, да ладно тебе, – Мимозка увидела напротив ювелирного магазина огромный щит с нарисованным парашютом. – О, пошли, запишемся на прыжок!

– Но, Золотко, нам еще платье покупать, – взывала к разуму дочки мама.

– Платье я твое надену, у тебя ведь, наверняка, сохранилось свадебное.

– Сохранилось.

– Ну вот, дашь мне на денек, – Мимозка уже шарила по карманам, ища карту для оплаты завтрашнего прыжка. – Хоть порадую себя немного. А то все откладывала, а оно раз и свадьба, и некуда уже откладывать.

– Почему ты так к этому относишься, – мама в волнении потрясала руками. – Разве это конец света?

– Да я все сделала, что ты хотела! Наизнанку вывернулась! А тебе все не так, – Мимозка обиделась. – Пошли лучше пообедаем. Наверху есть кафе.

Только они устроились за столиком, как появился Антонио. Надо же, как тут оповещение быстро работает. Мимозка насторожилась, но жених улыбался и, похоже, не собирался предъявлять ей претензии. Ничего, зато Мимозка сейчас предъявит по полной программе.

Антонио сел рядом, обнял ее за плечи, вдохнул воздух за ухом, оборотням лишь бы нюхать, и поставил на стол перед невестой темно синюю бархатную коробочку. Кисло улыбаясь, Мимозка подняла крышечку и ожидаемо обнаружила внутри кольцо из платины с дорожкой крупных бриллиантов по окружности и необычным зеленым камнем в центре, делающим обручальное кольцо похожим на печатку. Серьги и колье в таком же стиле тоже присутствовали.

– Ты меня удивила, малышка. Я восхищен твоим вкусом, – Антонио так улыбался, будто кольцо и серьги не стоили бешеных денег, дверь в магазине не была разбита, а бывшая любовница не пострадала.

– Твоя бывшая мне синяков наставила, – произнесла Мимозка противным капризным голосом, предпринимая еще одну попытку поскандалить. Она закатала рукав рубашки и сунула локоть под нос Антонио. На сгибе руки виднелись маленькие синие пятнышки от цепких пальцев директрисы.

– Она уволена, – недовольно рыкнул Антонио, и не вдаваясь в подробности, наклонился и поцеловал каждое пятнышко на руке Мимозки. Этого ему показалось мало. Он тщательно вылизал сначала локоть снаружи, потом перебрался на нежную впадинку на сгибе.

Мимозка сжала зубы и вырвала у жениха свою конечность. Антонио не давал ей никаких шансов вспылить и разругаться. В присутствии оборотня Мимозке становилось все труднее психовать. То ли так действовала связь истинной пары, то ли она привыкала к покладистому характеру альфы. От влажных горячих губ, целующих нежное местечко в локтевом сгибе, внизу живота растеклось тепло. Хотелось обхватить жениха, прижаться щекой к груди, закрыть глаза и млеть. Но Мимозка взяла себя в руки и резко отодвинулась к явному огорчению мамы, сидевшей напротив.

После позднего обеда, а Мимозка даже не запомнила, что они ели, так ей задурил голову запах можжевельника от ее жениха, собрались, наконец, домой. У маминой машины Антонио обнял невесту, медленно провел руками по спине вниз, притягивая к себе, задержал ладони на ягодицах, скользнув пальцами в задние карманы джинсов, прижал к себе совсем уж вплотную.

Такая откровенная демонстрация желания заставила Мимозку покраснеть. Оборотни были гораздо раскованнее в проявлениях чувств, по их мерках Антонио вел себя нормально. В колледже Мимозка изучала обычаи всех рас. Для лесных народов подобные телесные контакты на людях считались недопустимыми. Парень из цветочного клана лишь пожал бы Мимозке запястье левой руки.

Пальцы Антонио между тем нащупали в кармане джинсов смятый листок и вытащили его наружу. Мимолетный взгляд, еще секунда на осознание написанного. Сведенные к переносице брови. И вот тут Мимозка увидела то, о чем мечтала – как за секунду превращается в зверя будущий муж, читая ее наивный план.

Первой среагировала мама. Молниеносно и правильно. Она защищала свое Золотко. Всегда. Пока Антонио гневно раздувал ноздри и сжимал кулаки, уже рыча и готовясь сокрушить все, что попадется под руку, мама затолкала глупую Мимозку на заднее сидение машины, а сама прыгнула за руль.

– Антонио, потом, все разговоры потом, – крикнула мама в открытое окно, отчаянно давя на газ, так что мотор взревел, и машина рванула вперед как бешеная.

До дома они добрались как никогда быстро. Ничего не понимающий отец, только что вернувшийся с работы, изумленно наблюдал, как мама тащит Мимозку наверх, толкает в ее комнату, бросается на кухню, заваривает успокаивающий чай, бежит с этим чаем к Мимозке, тут же выбегает, запирая дверь на ключ, мчится к себе в кабинетик, звенит бутыльками, капает капли в рюмку, выпивает, и, наконец, в полном изнеможении валится к нему на колени.