- -
- 100%
- +
Глава
Глава 1
Марьяне приснилась бабка Нашто. К ней, в деревянный дом на Сямозере, каждое лето отправляла из Петрозаводска мать. Нашто, по паспорту Анастасия Федоровна, была Тимофеевым какой-то дальней родственницей, седьмая вода на киселе. Марьяна не помнила точно. Но девочку принимала с радостью и суровым северным гостеприимством. Заботилась справно, а когда Марьяна подросла, то учила тому, что знала сама.
Марьяна росла крепкой и сильной, хоть и маленького росточку. Нашто научила ее ловить рыбу на блесну, и одиннадцатилетней Марьяне ничего не стоило добыть из озера здорового судака к ужину и победоносно отнести бабке на кухню, мол, кто добытчица… С раннего утра, обрядившись в штормовки, повязав вокруг шеи косынки от мошкары и кровососущих, Нашто с Марьяной собирали ягоды в карельском лесу, а позже, к августу – грибы. И все-то Нашто знала, каждую ягодку, каждую травинку-былинку, каждый грибочек. Говорила, что от всех лесных растений своя польза есть, если к ним с уважением. Всех Нашто любила, с каждым цветочком беседовала.
Потом, став старше, Марьяна поняла, что бабка Нашто была что-то вроде местной ведьмы, знахарки. Не раз она заговаривала коров или лошадей, которые не могли разродиться и тихо умирали, пока испуганный хозяин не сбегает за бабкой Нашто и не умолит ее спасти животину.
А сколько раз Марьяна с Нашто забредали в такую чащобу, что и подумать страшно. Темнота там такая была от деревьев, как ночью, так крепко сплетались их кроны, что не пропускали солнечный свет. Марьяна думала, все, сгинут они с бабкой в этой чаще. Но нет. Нашто что-то себе под нос побормочет, с одним деревом пошепчется, с другим – и, глядишь, выйдут они на полянку, а с полянки и на тропинку. И там уж с полными корзинами домой.
«Марьяша, вставай», - низким грубоватым деревенским голосом говорила Нашто. – «Что за денек? Уж озерцо наше заждалось Марьяшу, а вечером банька с донником. Вставай, девка, вставай».
И эхом звучал голос бабки Нашто в Марьяниной голове: «Вставай, вставай».
Шесть утра. Ну нет, что-то рано ее Нашто разбудила. За окном конец июня, белая ночь. Сразу и не поймешь, который час. Марьяна была человеком северным, к белым ночам привычным. Здесь, в Петербурге, спала без плотных штор крепко, без задних ног. Да и уставала сильно. Еще бы, уже третью чайную сегодня открывает. На Рубинштейна, в самом тусовочном месте.
Марьяна откинулась на подушке, собираясь проспать еще один свой законный час. Но смартфон, зажатый в ладони, беспокойно завибрировал. Звонил Михаил.
- Алло, Миш, - тут же ответила Марьяна. Потом помолчала и сухо сказала: - Поняла. Через час приеду. Нет, о чем ты говоришь? Миш, ты ж врач, не родит она через час. Дай бог, к вечеру, - Марьяна нажала отбой и пробормотала: - Папаша. Совсем съехал.
Все, все по закону подлости, впрочем, как обычно. Открытие новой чайной и роды лучшей подруги Лизы Ушаковой, а теперь Максимовой. В один день. Марьяна вскочила с кровати, сделала активную быструю гимнастику – нет, ну надо же как-то себя приводить в порядок, а когда? А так хоть что-то. Сейчас быстрый душ, кофе на ходу. В роддом нужно отнести настой. Хорошо, что он готов, вон стоит, в термосе. Третий день его уже готовит. Но все-таки надеялась, что Лиза родит в какой-то другой день, и не придется нестись в роддом, а потом на Рубинштейна, встретить первых гостей, раздать указания персоналу.
Занималась жара, июнь выдался совершенно не питерский. Марьяна покрутила в руках бежевую льняную рубашку. Нет, пожалуй, будет жарко. Хотя в этой рубашке она выглядела бы и свободно, и элегантно. Да и подходила она к ее серым глазам и русым волосам. Марьяна распахнула все створки шкафа. Да, гардероб явно требовал обновления. И не только гардероб, но и фигура. Похудеть бы. Но постоянная гонка и стресс заставляли все откладывать на потом. Открывала чайную на Литейном – думала, вот откроюсь, тогда и займусь фигурой. Потом была чайная на Невском и те же мысли. И вот теперь – на Рубинштейна, только теперь все, что висит в шкафу, стало откровенно тесновато.
Марьяна выбрала шаровары на резинке. А что? Сейчас модно, и в них она сможет дышать. И ладно, пусть будет льняная рубашка. И пусть она взмокнет, как загнавшаяся мышь, но выглядит в этой рубашке Марьяна и впрямь хорошо.
Марьяна вооружилась солнечными очками, схватила сумку и пакет с термосом и выбежала из дома.
Села в машину, завила двигатель. И еще раз посмотрела в зеркало – хорошенькое личико с веснушками и пухлыми губками. И щечками, чтоб их.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.