Двойня для босса. Стерильные чувства

Глава 6

Алиса

Сквозь свои же судорожные стоны я, кажется, слышу твердые шаги, грохот, звон стекла и… сдавленное ругательство. Списываю все на игры воспаленного разума.

Я ведь в полном одиночестве сейчас!

Однако моя уверенность разбивается вдребезги, когда кто-то хватает меня за плечи и поднимает, заставляя сесть. Нагло забирает спасительную подушку и нервно отбрасывает в сторону, а потом встряхивает меня грубо.

Испуганно моргаю, пытаясь восстановить зрение. Сквозь пелену слез вижу… Стаса. Трясу головой, чтобы прогнать наваждение, но оно не исчезает.

Зачем этот странный мужчина вернулся? Судя по его виду, чтобы меня убить. С особой жестокостью.

Он в ярости, дышит тяжело, раздувая крылья носа, играет желваками на скулах. И зубы стискивает, чтобы не наорать на меня.

– Пей! – все же повышает голос и протягивает мне стакан с янтарной жидкостью.

– Что это? – шмыгаю носом, втягивая резкий запах. – Я не пью. Мне нельзя.

Вспоминаю, ради чего все эти месяцы держала диеты, принимала витамины, вела здоровый образ жизни. Ради ЭКО. Которого не будет. Потому что все бесполезно.

Зажмуриваюсь и опять реву. Слишком больно, чтобы скрывать эмоции.

– Клянусь, я сейчас волью в тебя это силой, – рявкает Стас так громко, что, кажется, стекла в шкафах гремят. – Пей!

Дрожащими руками беру стакан и вливаю в себя его содержимое. Горло горит огнем, дыхание перехватывает. Кашляю надрывно, невольно утыкаюсь лицом в плечо Стаса. Чувствую, как он приобнимает меня, проводит рукой по затылку.

– Теперь в душ! Переоденься! Там должны быть свежие халаты, – отдает короткие приказы. – Справишься? Или мне проследить? – добавляет с раздражением.

– М-м-м? – теряюсь на мгновение. – Да. Нет. Я сама! – заливаюсь румянцем.

Выбираюсь из уютного плена, быстро нахожу в огромном номере ванную, наверное, в состоянии аффекта. И скрываюсь за ее дверями.

После душа действительно становится легче. Ощущение тепла и чистоты немного успокаивает. Теряю счет времени. Укутавшись в махровый халат, занимаюсь своими вещами, застирываю пятна, развешиваю одежду на сушилке.

Собираюсь выйти из ванной, но замираю у зеркала. Пугаюсь своего отражения: измученное лицо, припухшие веки, красные глаза и… потухший взгляд.

– Алиса! – доносится из-за двери, вынуждая меня подскочить на месте. – Все нормально?

Не желаю испытывать терпение сурового мужчины, который непонятно почему носится со мной, как с ребенком. Вылетаю из ванной и едва не сталкиваюсь со Стасом. Поднимаю на него растерянный взгляд.

– Тебе лучше? – ровным тоном интересуется он и тут же приказывает. – Иди на кухню.

Подчиняюсь, потому что я не в том положении, чтобы играть с огнем. Да и, честно говоря, доверяю Стасу. Глупо, но ничего не могу с собой поделать.

Плетусь за мужчиной. Преодолеваю просторную столовую, на ходу удивляясь роскоши апартаментов. Не номер, а полноценная квартира со всеми удобствами. Стас перестарался! Мужчина, который не терпит полумер – привык брать от жизни по максимуму. Вот только почему его желания распространяются и на меня тоже?..

Через арку захожу в мини-кухню. Осматриваюсь бегло, отмечая благородно-сдержанный интерьер и занимаю стул возле стены. При этом устраиваюсь боком к столику, чтобы… лучше видеть Стаса.

Тем временем он закатывает рукава рубашки и подходит к электрической плите – глянцевой поверхности, которой явно никто не пользуется из посетителей. Но сейчас на одной из конфорок стоит турка. Стас колдует над ней некоторое время, и его действия, признаться, завораживают.

Мужчина на кухне, тем более, богач-бизнесмен, привыкший получать все по щелчку пальцев, – это в принципе редкий экземпляр. Стас же выглядит здесь весьма спокойно и… гармонично.

Мгновение – и он разливает по кружкам кофе. Поворачивается ко мне.

– Ты сам варишь кофе? – ошеломленно округляю глаза.

Стас усмехается и ставит передо мной чашку с ароматным, дымящимся напитком.

– Я люблю кофе, – пожимает плечами. – Качественный, вкусный, идеально сваренный. Как известно, хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам.

Садится за стол напротив меня.

– Что у тебя случилось, Алиса? – спрашивает Стас тоном, не терпящим возражений. – Неудачное ЭКО? Это не повод, чтобы…

– ЭКО назначено на завтра. Но его не будет, – твердо чеканю я и делаю глоток кофе. – Нет смысла. И беременеть мне не от кого.

– Почему? – хочет докопаться до сути.

– Муж изменил, – пытаюсь говорить равнодушно, но надрывный всхлип выдает меня с головой.

– Так любишь мужа, что жертвуешь собой? Даже сейчас? – произносит с легким укором.

– Любила, – признаюсь тихо. – А ты? – дерзко смотрю на Стаса: не только ведь ему можно задавать неудобные вопросы. – Ты любишь свою жену?

Видимо, я затрагиваю запретную тему. Стреляю метко. И больно.

Потому что вместо ответа Стас поднимается, достает из мини-бара бутылку – и наполняет стакан. Возвращается к столу уже с «успокоительным».

– Мне кажется, такие, как ты, не женятся по любви, – выпаливаю я и понимаю, что во мне начинает говорить алкоголь.

– Какие «такие»? – постукивает пальцем по ободку стакана.

– Ну, ты… Расчетливый бизнесмен. Привык контролировать все и всех. В твоем мире все решают деньги. Ты руководствуешься разумом и холодным расчетом, а не чувствами, – спотыкаюсь о напряженный графитовый взгляд и икаю. – Прости, – виновато закусываю губу. – Лишнего наговорила.

– Ты права. Мне не нужна любовь, – хмыкает Стас с едва уловимыми нотками горечи и обводит меня долгим взглядом. – Она делает человека слабым и глупым.

– Раньше я думала наоборот, – откидываюсь на спинку стула и опираюсь затылком о холодную стену. – Но сейчас мы оба видим, к чему это меня привело, – ухмыляюсь обреченно.

– Не ставь на себе крест из-за какого-то урода. Он просто не понимает, кого потерял, – неожиданно заявляет Стас на выдохе.

Смотрю на мужчину, тону во тьме черных глаз – и не знаю, как реагировать на его слова.

Стас залпом опустошает стакан и резко поднимается.

– Мне пора, – произносит твердо.

Он прав: и так задержался неприлично долго. Дома его ждет законная жена. А я пока что замужем, пусть ненадолго, но все же. Факт остается фактом.

– За руль? – уточняю взволнованно, покосившись на пустой стакан.

– На такси.

Стас врет. Чувствую, вижу по его глазам, но это не мое дело.

Сейчас я должна отпустить его, не компрометировать и дальше. Но вместо того, чтобы дождаться, пока Стас покинет номер, зачем-то плетусь следом за ним в коридор.

Опираюсь плечом о выступ в стене и наблюдаю, как он собирается. Быстро, нервно, рывками. Словно спешит разорвать тонкую, почти прозрачную нить, что натянулась между нами. Все правильно. Это самый верный выход. Но почему внутри меня что-то настойчиво и возмущенно скребет?

Накинув влажный после дождя пиджак, Стас замирает на секунду, размышляя о чем-то, и делает шаг ко мне.

– Тебе нужно что-нибудь еще? – приподнимает бровь.

«Нужно, Стас. Не оставляй меня одну», – хочется закричать в его непроницаемое лицо, но я сдерживаю себя. Не имею права.

*

– Ты и так много для меня сделал, – выдавливаю из себя улыбку. – Спасибо.

Стас кивает, чуть наклонив голову набок. Но не торопится покинуть номер.

Мысленно ругаю его за это. И себя.

Намереваюсь разорвать зрительный контакт, развернуться и уйти, чтобы больше никогда не встречаться со Стасом. Однако тело не слушается меня, превращается в статую, а из глаз предательски скатываются две слезинки.

Опускаю голову, желая скрыть от мужчины свою мимолетную слабость. Но он успевает заметить.

Неожиданно приближается вплотную ко мне и заключает лицо в ладони. Смотрит внимательно, прямо в душу забирается. Подчиняет и обездвиживает одним лишь взглядом. Большими пальцами стирает соленые капли с моих щек.

– Лиса, ну что ты делаешь со мной? – шепчет с непривычным надрывом.

Растерявшись, выдыхаю рвано. И каменею, когда Стас вдруг запечатывает мой рот поцелуем. Требовательным, страстным, с налетом отчаяния.

Издает тихий рык, когда я отвечаю. Сдаюсь желанному напору, потому что хочу. Так сильно, что по телу мгновенно распространяется жар.

Наш порочный поцелуй длится секунды, но именно он переворачивает все внутри. Возрождает меня к жизни, заставляет сердце биться с новой силой.

Все прекращается так же быстро, как и началось. Стас отклоняется, убирает руки от лица и упирается локтями в стену по обе стороны от моей головы. Все еще слишком близко. Интимно. И волнительно.

– Прости, я не должен был, – выдыхает мне в губы и прижимается холодным лбом к моему.

Не должен! И я тоже!

Он – чужой муж, я – чужая жена. Как мы умудрились всего за три дня стать родными друг для друга?

Но последние проблески здравого рассудка меркнут, когда я осознаю, что хочу почувствовать себя живой, нужной, желанной. И не с кем-либо, а именно со Стасом. Принимаю это, не хочу бороться с собой. Не сегодня.

Хватаюсь дрожащими пальчиками за ткань его рубашки, сминаю, тяну на себя.

Вдох. Рваный выдох.

Впиваюсь в жесткие губы. Жадно, словно от этого зависит моя жизнь. Пробую, запоминаю их вкус, впитываю в себя.

Стас мгновенно перехватывает инициативу. Углубляет поцелуй, буквально пожирая меня. Горячими ладонями скользит по лицу, шее, плечам, груди…

Но вдруг резко останавливается.

Отстраняется, и я едва не падаю в его объятия, но вовремя упираюсь руками в мускулистый торс. Моргаю растерянно, не сводя непонимающего взгляда со Стаса. В его глазах плещется лава, а обжигающие ладони стискивают мою талию.

– А-Лиса, – часто дышит он мне в лицо. – Если ты хочешь остановить меня, то лучше сделай это сейчас. Достаточно будет одного твоего «нет».

Стас издевается сейчас? Так, по его мнению, выглядит свобода выбора? Или он намеренно не оставляет мне ни единого шанса отказаться?

Вместо ответа кусаю губы и шумно выдыхаю. Стас не торопится, ждет моего решения. Как будто сам не чувствует, каким оно будет.

– Не смей, – сипло шепчу, – останавливаться, – уточняю на всякий случай.

Стас смотрит на меня лукаво и чуть заметно усмехается. Я была права: улыбка идет этому суровому мужчине.

Наконец я делаю то, чего желала с нашей первой встречи. Отталкиваю Стаса, но лишь для того, чтобы скинуть с него пиджак. Нетерпеливо расстегнув пуговицы, снимаю рубашку. И провожу руками по рельефным мышцам. Царапаю коготками грубую кожу и еле сдерживаюсь, чтобы не замурлыкать.

С каждым моим невинным движением дыхание Стаса становится все чаще и сбивчивей. Наконец он срывается.

Обнимает меня и подхватывает под бедра, чтобы сделать своей. А я… не собираюсь сопротивляться.

Отвечаю на жадные ласки и растворяюсь в руках Стаса. Чужого мужчины, который хотя бы на одну ночь станет моим.

***

На следующее утро. Алиса

Томно потягиваюсь, чувствуя окутывающий меня жар мужского тела. Улыбаюсь сквозь дрему: значит, это был не сон.

Нетерпеливые ласки прямо в коридоре, на тумбе. Горячее продолжение в душе. Мне кажется, что все происходило не с нами.

Он – холодный истукан, циничный и расчетливый. Который вдруг просчитался. Я – правильная девушка с высокоморальными принципами. Которые неожиданно низко пали. В эту ночь нас обоих будто подменили.

Вспоминаю объятия, обжигающие поцелуи и… такие взрывоопасные минуты близости. Или часы? От них до сих пор немеет тело, сжимаются пальчики на ногах, а грудь сладко покалывает.

Правда, ощущения несколько омрачают тянущие боли внизу живота. Проклятая подготовка к бесполезному ЭКО дает о себе знать.

«Мы стерильны, А-Лиса, во всех смыслах», – вспоминаются слова Стаса, сказанные в самый «ключевой» момент нашей близости. Когда он оставил во мне свою метку. Заклеймил. Мы были вместе без преград и защиты. Потому что нам это ничем не грозит.

Больно до горечи во рту и одновременно чувственно до сладостной истомы.

Стас ворочается во сне, по-хозяйски укладывает руку на мою талию и прижимает к себе, одними губами проговаривая мое имя. Мгновенно отвлекает меня от мрачных мыслей. Когда я с ним, вокруг словно купол образуется. Остаемся только мы вдвоем. В вакууме. Отсеченные от всего мира, жестокого и несправедливого.

В голове до сих пор слышится страстное рычание Стаса.

«Моя», «не отпущу», «не сбегай» – звучало вчера так искренне, что на тот момент я верила. А по-особенному произносимое «А-Лиса» сводило с ума.

Впрочем, что только не готовы сказать мужчины, лишь бы получить желаемое. Странно, что в любви не признавался. Наверное, я сдалась быстро. «Отчаянный прием» не пригодился.

Поднимаю голову и смотрю в умиротворенное лицо Стаса. Он непривычно расслабленный и даже… милый, когда спит.

Лишь сейчас замечаю, что на мне его рубашка. Когда он успел надеть ее на меня? И почему не халат? Словно показать хотел, кому я принадлежала этой ночью.

Не стану себе врать: мне нравится чувствовать мягкий хлопок на голом теле, пропитанный запахом Стаса. Приятно и волнительно просыпаться в его объятиях. Подобные детали даже интимнее, чем то, что происходило ночью.

Позволяю себе маленькую слабость и провожу ладошкой по мускулистой мужской груди. Разрешаю «испорченной Алисе» понежиться в теплых объятиях. Еще чуть-чуть. Прежде чем оставить Стаса навсегда.

Я взрослая девочка и прекрасно понимаю, что одна ночь с незнакомцем не имеет будущего. Там более, с таким.

Богатый, солидный, самодостаточный, Стас привык брать то, что хочет. И вчера он захотел меня. Небольшая прихоть большого человека, о которой он легко забудет.

Но… я никогда не пожалею об этой ночи. И если отмотать время вспять, поступила бы точно так же.

Отстраняюсь, медленно протягиваю ладонь к лицу Стаса, но пальчики замирают буквально в паре сантиметров от его шершавой, покрытой еле заметной щетиной щеки. Не касаюсь, а вместо этого сжимаю руку в кулачок и убираю прочь.

Нет, разбужу. И останусь. Не смогу уйти…

Аккуратно убираю со своего тела тяжелые руки Стаса, освобождаюсь из порочно-уютного плена. И дыхание задерживаю, как бы трудно это ни было, когда сердце стучит безумно, стремительно разгоняя кровь по венам.

– Лиса, куда? – спросонья бурчит Стас.

Дергаюсь, испуганно всматриваюсь в его лицо. Что за мужчина! Он даже во сне все контролирует!

– В душ, – лгу я молниеносно.

И краснею, вспоминая нашу ночь. Эпизоды близости со Стасом будоражат мое сознание. Хлесткие струи горячей воды, ароматная мыльная пена. И руки Стаса. Всюду.

Шумно выдыхаю и тут же прикрываю рот ладошкой.

– Не сбегай, – повторяет он, не открывая глаз.

Прости, Стас. Но роль любовницы или твари, что уводит мужа из семьи, – не для меня. Не справлюсь.

Но все же…

Не сдержавшись, целую его в щеку. Легко, невесомо. Прощаюсь. И это оказывается больнее, чем я думала.

Глупая Алиса, как можно было так быстро привязаться к незнакомцу?

Стаса мой поцелуй успокаивает. Он кивает удовлетворенно и переворачивается на живот, обхватывая руками подушку.

Поднимаюсь медленно и нехотя покидаю постель. Вздрагиваю, когда слышу вибрацию мобильного.

Не моего. Стаса.

Хватаю телефон с тумбочки, чтобы отключить сигнал, но не решаюсь. Сжимаю в руках, гипнотизирую дисплей, на котором большими буквами светится надпись «Жена». Коротко, сухо и холодно. Вполне в стиле Стаса. Фотография стервозной блондинки на иконке не оставляет сомнений, что это именно та девушка, которую я видела с ним в клинике.

К счастью, звонок прекращается сам. Мобильный мигает в последний раз, и я успеваю заметить мелькнувшее сообщение о тринадцати пропущенных вызовах.

Жена потеряла своего мужа. В чужой постели. А ведь ситуация совсем как у нас с Глебом, только теперь я – на месте любовницы.

Выдыхаю протяжно, но при этом тихо, насколько могу. Подумав, запихиваю мобильный под мою подушку, что пустует сейчас рядом со Стасом. Это хоть немного заглушит жужжание вибросигнала в случае очередного вызова. И даст мне время, чтобы незаметно сбежать, ослушавшись приказа.

Судорожно вспоминаю, где моя одежда. Щеки горят смущением, и я сглатываю ком в горле. Ведь белье было разорвано Стасом вчера в порыве страсти. Значит, осталось найти лишь блузку и джинсы.

Подумав, снимаю с себя мужскую рубашку и оставляю ее на краю кровати.

Бросаю прощальный взгляд на Стаса. Пользуясь тем, что он спит, пару секунд бесстыдно рассматриваю сильные руки, грубо обхватившие подушку, голую широкую спину, крепкие, напряженные даже во сне мышцы. Дорисовываю в голове то, что сейчас прикрыто одеялом.

С трудом подавляю нервный кашель и заставляю себя вернуть взор вверх. Скольжу по мощной шее и мускулистым плечам, глубоко расцарапанным мною. Изгибаю губы в смущенной полуулыбке.

Я буду скучать. По чужому мужу.

Соберись, Алиса, и покинь этот номер достойно! Не жалея о содеянном, но ни на что не надеясь. Никогда не раскаивалась в своих поступках, начинать не намерена.

Прошмыгнув в ванную, быстро переодеваюсь. Напоследок включаю воду в душе на полную, чтобы ее шум перекрыл звук закрывающихся дверей. И усыпил бдительность Стаса.

Беру сумку, снимаю с зарядки телефон и бросаю его внутрь.

На цыпочках, почти бесшумно покидаю номер. Спускаюсь на лифте, нервно теребя лямку. Чувствую себя беглянкой, покидающей место преступления.

Вздыхаю лихорадочно, намереваюсь незаметно преодолеть ресепшн. Но с треском проваливаю миссию. Стоит мне пройти половину холла, как в спину летит знакомый голос администратора.

– Вы одна? Ваш супруг остался в номере? – задает он, на мой взгляд, бестактные вопросы. – Ему что-нибудь нужно?

Морщусь от мерзкого скрипящего звука, который действует на мои и так расшатанные нервы.

Вчерашний «англичанин» окидывает меня оценивающим взглядом, чуть прищуривается. Выглядит не таким подобострастным и интеллигентным, как при Стасе. Неудивительно. Он ведь все понимает. Сколько таких «супругов» повидал! «Девочка на ночь» отработала свое – и может быть свободна.

Смотрит с едва различимым пренебрежением, отчего ощущаю себя грязной. Но вместо того, чтобы осунуться и уползти побитой собакой, я расправляю плечи и вздергиваю подбородок.

– Если моему супругу что-нибудь понадобится, он сам вас вызовет, – надменно произношу я. – Всего хорошего, – выплевываю ядовито.

Администратор хмурится и сжимает губы. Но мне плевать. Он и так подумал обо мне невесть что. Соответствую! Все равно не собираюсь сюда возвращаться.

С облегчением покидаю слишком роскошный для меня отель «Президент», даже не оглядываюсь. Ловлю первое попавшееся такси и скрываюсь в салоне.

Подумав, называю адрес Глеба. Эта ночь, какой бы противоречивой ни была, помогла мне принять окончательное решение. Соберу вещи – и перееду. Сначала к Лиле, а в ближайшее время сниму квартиру или комнату.

Намереваюсь набрать подругу, но мобильный вдруг вибрирует. Недовольно смотрю на входящий от Андреева, смотрю на циферблат часов: ровно восемь утра. Время, на которое назначено ЭКО. От Глеба. Некогда родного человека, который безжалостно разрубил нашу связь.

– Алиса Игоревна, у вас пункция назначена на восемь. Мы вас ждем, – непривычно добрым тоном говорит врач.

Прикрываю глаза, набираю полные легкие воздуха – и озвучиваю свой нелегкий выбор.

– Роман Александрович, – серьезно и строго произношу я. – Я не приеду. ЭКО не будет.

Повисает тяжелая пауза, во время которой слышу слабые перешептывания. С медсестрой говорит?

– Вы столько всего прошли, Алиса Игоревна. Нельзя останавливаться, когда мы близки к цели как никогда прежде. Вы же хотите детей? – бьет прямиком в солнечное сплетение.

Киваю, но, скорее, сама себе. Радуюсь, что врач не видит моих слез. И попутно отмечаю: Андреев говорит со мной слишком любезно. Он общается обычно так при Глебе.

– Алиса, я понимаю ваше психологическое состояние, но… – продолжает уговаривать.

Ни черта он не понимает! Это ведь не его променяли на быстрые оральные ласки в машине!

Впрочем, теперь мы с Глебом квиты.

Мысленно даю себе оплеуху, со всей силы. Ночь со Стасом не была местью! Я впервые за последние напряженные месяцы отпустила свои желания – и получила удовольствие, не только физическое, но и духовное. Словно случилось то, что должно было. В тот момент я даже не думала о муже, будто он перестал для меня существовать.