Жена Командира. Отчаянные

Глава 1

Анна

Все южное крыло первого этажа было заполнено светом. Никто не занавешивал окна, отчего создавалась атмосфера простора и спокойствия. Однако терять бдительность было смерти подобно, в прямом смысле фразы.

– Налей себе сок, – устало улыбнулась женщина в потертых джинсах и водолазке с высоким воротом. – Нашим мужчинам удалось прорваться на склад, а там этого добра предостаточно, – криво улыбнулась она: через щеку к уголку рта змеей спускался тонкий шрам, искажая красивое лицо.

Склад, о котором упомянула женщина, находился на нулевом этаже, прямо под крупным, некогда оживленным супермаркетом. Я слышала, что это место просто кишело Пустыми. Наша группа даже в самые сложные дни мысли не допускала о том, чтобы высунуться за пределы своего убежища. А они не только рискнули, так еще и опустошили склад? И сколько же заходов им пришлось совершить? Не зря их называют Отчаянными. Интересно, какому сумасшедшему пришла в голову эта идея и какой ценой была реализована. Хотя мотивы понятны: в сложившихся условиях запасы провизии приравнивались валюте.

А стаканчик теплого фруктового сока, который мне сейчас предлагала женщина, был наравне с редким деликатесом.

Несмотря на удрученное состояние и пережитый страх, я все же подалась ближе – и протянула руку. Кисть предательски дрожала, а из груди вырвался невольный вздох.

– Досталось тебе, да? Скольких потеряли прежде, чем к нам добрались? Кстати, меня Искра зовут… – представилась она, а я внимательно всмотрелась в ее лицо, ожидая пояснений. – Не спрашивай, – отмахнулась.

Новый мир – новые имена. Это один из принципов группы Отчаянных. Но я от своего отказаться еще не была готова, а может, подходящий случай не представился. Ведь их имена были скорее прозвищами, которые характеризовали человека или то, что с ним произошло. Поэтому Искра и добавила поспешно "не спрашивай" – предупредила, что вспоминать случившееся и делиться со мной этим не хочет. Не сейчас. А может, никогда…

– Да… Нет… – замялась я, пока Искра внимательно смотрела мне в глаза, дожидаясь четкого ответа. – Наша группа была разделена Пустыми у главного входа. Мы вчетвером попали к вам, остальные должны были уйти из здания, – коротко объяснила я и поспешила отойти, чтобы не слушать слова сожаления, ведь выжить в окружении Пустых крайне сложно. Но я верила в наших ребят. И пообещала себе найти их, несмотря ни на что…

На ватных ногах я медленно пересекла холл и подошла к огромному, на всю стену окну. Руки все еще дрожали, приходилось прилагать все силы, чтоб удержать стакан с соком. Глаза сильно слезились от непривычно яркого света – и я не сразу заметила приоткрытую стеклянную дверь, ведущую на просторный балкон.

С ума сойти! Мало того, что обосновались на первом этаже, в стеклянных офисах, так еще и двери нараспашку! Нет, надо рвать отсюда когти, чем быстрее, тем лучше, – и искать своих…

Однако, противореча своим мыслям, я все же подошла к перилам, сделала глоток сока и полной грудью вдохнула прохладный воздух. Лишь мельком взглянула на плечистого брюнета, который стоял истуканом чуть поодаль, – и собралась возвращаться в помещение: все-таки я не Отчаянная, а тем более не самоубийца. Но в этот момент на мою талию легла тяжелая мужская рука.

Как он оказался так близко? Кожу под горячей ладонью мгновенно охватило жаром: то ли от возмущения, то ли… Что за?..

– Помоги их сдержать, – размеренно и грубо сказал мужчина. – Метрах в пяти от дороги, двое. Пустые.

Я всмотрелась вдаль: мужчина и женщина направлялись к зданию. На вид обычная семья, которой нужна помощь.

– Но… Как?

– Не моргай, сейчас… – отрывисто произнес он, и я подчинилась. Голос звучал властно и строго, с еле уловимым налетом обеспокоенности.

– Вот и умница, – пренебрежительная похвала заставила поежиться. – Парни подготовят сеть минут через пять. Но если не держать, Пустые подберутся слишком близко. Тогда они проникнут в здание и примкнут к своим «сородичам», и вместе станут еще сильнее. Нельзя этого допустить. Закрывать глаза будем по очереди. По сигналу, – и он сжал мою талию. – Сейчас смотришь ты!

Я сильно напрягла глаза, тем самым только усложняя себе задачу. Но, вглядываясь в очертания семьи, по-прежнему не чувствовала опасности. Не похожи эти люди на Пустых, с которыми мне приходилось сталкиваться.

Было лишь одно "но", которое заставляло меня и дальше следовать сигналам обжигающей руки на моей талии: семья не двигалась все то время, что я смотрела на них, ни на шаг. Они застыли каждый в своей позе, будто живые скульптуры на фестивале. Сравнение заставило меня передернуться – все это осталось в прошлом, а впереди – неизвестность и… Пустые, чтоб им пусто было!..

Рука на талии ослабла – и я прикрыла полные слез глаза.

– Как это работает? Почему не завесите окна? Они же нас видят! – забросала мужчину вопросами. Эта группа не перестает меня удивлять!

– Нет, они нас чувствуют! – многозначительно прорычал тот. – Вы там на пятом вообще не в курсе были? Теперь ясно, почему так все закончилось, – хмыкнул и, видимо, почувствовав, как я напряглась, добавил. – Соболезную…

– Они живы, – только и смогла выдавить из себя я.

При этом непроизвольно сжала кулаки. Пластиковый стакан хрустнул – сок пролился на край футболки, стек по джинсам и запачкал измятые кроссовки. Выругавшись, я подалась назад и, не заметив очередного "сигнала", опустила взгляд.

– Черт! – послышалось пару секунд спустя.

Я дернулась и посмотрела в окно, туда, где должна была быть та самая «обычная семья». Сердце забилось где-то в горле, стало трудно дышать, а в голове всплыл вчерашний злополучный день, когда нас заставили покинуть пятый…

Семья успела приблизиться практически вплотную к зданию. И это буквально за пару секунд! Невозможно! Изменилась и внешность каждого из них. Кожа была пронизана тонкими черными линиями, глаза светились, а лица потеряли свои очертания, превратившись в гладкие блестящие маски.

Пустые…

– Прости, – только и смогла прошептать я.

– Внимательно! – рявкнул мужчина и опять сжал руку.

На этот раз я уж точно не отвлекусь, теперь сомнений в том, что передо мной Пустые, не осталось.

– Слушай и слушайся, глупая девчонка! – продолжил грубиян, ослабив хватку, – Без напарника я сейчас не справлюсь. Или хочешь сегодня стать десертом?

Его тон раздражал и отталкивал. Хотелось осадить неприятного мужчину, но что могла сейчас противопоставить ему я – обычная женщина, которая взяла на себя слишком много и потеряла почти всю группу.

– Не думал о том, что следует дежурить по двое? Так в гляделки играть проще, – только и смогла сказать я, держа «на прицеле» Пустых.

– Не думала о том, что в твоем положении не следует мне дерзить? – он ослабил руку.

– Я у вас ненадолго, – парировала я, уже и не надеясь на нормальное объяснение.

Однако мужчина продолжил:

– Данная точка раньше не патрулировалась: на пустыре давно никто не появлялся, да и стекла днем выполняют роль зеркал. Ошибку исправим. Ну, а я вышел сюда, как и ты, сока попить, – усмехнулся. – Похоже, ты приносишь неудачу.

– Зеркала? – зацепилась я за неизвестную мне информацию, пропустив мимо ушей издевку «напарника». Но сильные пальцы опять грубо сжали мою кожу, заставляя смотреть.

В этот же момент на поясе мужчины зашумела рация. Рация! Да, захваченный Отчаянными склад действительно оказался сокровищницей…

Свободной рукой «напарник» зажал кнопку и после короткого: «Командир, мы на месте», – облегченно выдохнул.

Командир, значит? Ну, супер! Теперь все стало на свои места.

Не кто иной как глава группы Отчаянных, которого все упоминают с благоговением и страхом, сейчас крепко прижимает меня к себе и выслушивает мои пререкания. Да уж, знакомство не заладилось с самого начала. Долго я здесь не задержусь…

Поток недобрых мыслей прервала возня вокруг «семьи». Парни, как называл их Ком, обогнули Пустых с трех сторон, оперативно направили на них оружие, из которого выстрелили пучки света – и сияющей сетью накрыли врага.

Короткое замыкание, вспышка – и на месте «семьи»… не осталось ничего! Как это возможно? Только яркое свечение взметнулось вверх, растворяясь в небе.

Парни не пострадали.

Я замерла: ходили слухи, что у военных есть оружие, способное развеять Пустых на мелкие частицы. И вот я вижу его здесь, на первом, считай, по соседству. Так близко и в то же время слишком далеко, чтобы помочь нашей группе.

– Откуда у вас?.. – шепнула я, но мой голос потерялся в треске рации.

«Сделано» – «Двоих на эту точку, немедленно». В голосе Командира прозвучало негодование.

Что ж, пора исчезнуть, пока и мне не досталось. Я отстранилась от уже бывшего «напарника», однако хватки тот не ослабил. Вместо этого развернул меня к себе лицом и бесцеремонно осмотрел – словно я была новой зверушкой в его личном зоопарке.

– На тебя смотреть приятнее, чем на Пустых, – ухмыльнулся он, не сводя с меня глаз.

– Сомнительный комплимент.

Сейчас я могла изучить его лицо: большие карие, почти черные, глаза, острый нос, тонкие губы, густая щетина, мимические морщины на лбу, шрамы на коже. Ком не был привлекательным, скорее, наоборот, но рядом с ним не хватало воздуха. Слишком близко, слишком опасно…

– Меня зовут Анна, – я попробовала сменить тему, но…

– К черту имена, когда на дворе конец света, – Командир слегка наклонил голову набок и прищурил глаза, как зверь, который готовится напасть на жертву.

Он придвинулся вплотную, так что я могла чувствовать его дыхание на своих губах.

Ну, уж нет! Мимо, Ком, совсем в молоко! Привык получать все, что хочешь, пользуясь властью и влиянием? Не на ту нарвался! Конец света не равно вседозволенность!

Задыхаясь от возмущения и навязчивой близости, я приготовилась оттолкнуть нахала и даже отвесить оплеуху, тем самым подписав себе приговор об изгнании, но что-то пошло не так.

Голова закружилась, к горлу подкатила тошнота – и мой разум поглотила тьма…

Глава 2

Около полугода назад

Анна

Я сладко потянулась в кровати. Наконец-то, долгожданные выходные! Этой ночью я вернулась из длительной командировки в Африку. Редкий вирус убивал местное население, пока на «тропу войны» не ступили наши ученые, разработав вакцину. Информационный центр, в котором я работаю, безусловно, не мог обойти вниманием эту тему. Поэтому вместе с группой медиков отправили меня и Диму – видеооператора.

В Африке мы провели неделю, сняли несколько коротких новостных сюжетов и спецвыпуск. В целом, проделанной работой я осталась довольна. В итоге получила плюсик в профессиональную копилку специального корреспондента и кругленькую сумму на личный счет.

Жаль только, что Максим моего воодушевления не разделял. Работу считал опасной (в этом утверждении, конечно, есть здравый смысл), саму специальность – продажной (вот тут бы я с ним поспорила, чем, собственно, и занималась все время), а что касается денег, то «в семье вообще должен зарабатывать мужчина». За те полгода, что живем вместе, мы успели серьезно поссориться раз пять – и все на почве моего журналистского поприща.

«Что ж, где пять, там и шесть», – невесело подумала я и, готовясь к очередному тяжелому разговору, вынырнула из постели и проскользнула в ванную. С утренними процедурами справилась быстрее, чем хотелось бы. И, дабы не оттягивать неизбежное, поплелась на кухню, где Макс с задумчивым лицом разливал по чашкам свежезаваренный кофе.

– Привет, – хрипло пролепетала я и устроилась за барной стойкой, которая отделяла рабочую часть кухни от столовой.

Макс промолчал, только легонько кивнул головой и отставил пустую турку.

– Ну что, какой вирус привезла вместо сувенира? – съязвил он.

– Никакой, вакцина защитила. Или не доверяешь российским ученым? – не растерялась я.

Макс гордо носил звание доктора медицинских наук, преподавал в университете и возглавлял центр микробиологии. Это было делом всей его жизни.

Мы познакомились, так сказать, при исполнении: я готовила сюжет об очередной вспышке мутирующего вируса гриппа и брала комментарии специалистов, среди которых оказался он…

Высокий, темноволосый, статный, в строгом костюме, Максим всем своим видом внушал уважение и трепет. Сначала он рявкнул, чтобы я не мешала ему работать, а потом пригласил на свидание. Ох, мужчины…

– Нам нужно поговорить, – серьезно сказал Макс, отвлекая меня от воспоминаний, и тут же добавил с улыбкой, – я заказал столик в ресторане на вечер. Надеюсь, ты никуда не уедешь сегодня.

– Ну уж нет. У меня заслуженные выходные, – уверенно сказала я и улыбнулась в ответ.

После завтрака Максим умчался в университет, а я решила посвятить это утро Ее Величеству Лени. Забравшись на диван с книгой и бутербродами, почувствовала себя по-настоящему счастливой и углубилась в чтение. То ли роман был таким «интересным», то ли сказалась изнуряющая командировка, но я даже не заметила, как уснула.

Вскочила от настойчивой трели мобильного телефона. На пол шлепнулась книга, а после, звякнув на прощание, разлетелась вдребезги тарелка с остатками хлеба и колбасы. Но больше меня расстроило не это, а высветившееся на дисплее имя контакта. Звонил главный редактор, что, как известно, не к добру.

– Анна, на вас последняя надежда!

Ни тебе «здравствуйте», ни «как дела?», а сразу к делу. Как это похоже на нашего шефа, для которого каждый сотрудник – не человек, а винтик большого механизма. Механизм должен непрерывно работать, а винтики – крутиться. Выпал один – заменить другим. Что ж, я приготовилась слушать и защищать заслуженный отдых винтика, тьфу-ты, то есть свой.

– Срочная работа. Там дел на два дня максимум. Через час необходимо вылететь в Самару – билеты на рейс забронированы. На такси доберетесь в одну деревеньку – всю информацию скинул в мессенджер…

Станислав Петрович – так зовут моего шефа – без пауз выдавал мне "ценные указания", как будто все уже решено. Хотя для него, по сути, так и было. Препирательств редактор не терпел. Каждый сотрудник должен был мчаться на задание с радостью, выполнять его оперативно и качественно, а в перерывах еще и заниматься саморазвитием. Отговорки на подобие «заболела», «уехала за границу», «свадьба» и прочие жизненные события – в расчет не принимались. Мы в редакции шутили, что даже смерть не является уважительной причиной: сначала сюжет сдай, а потом уже с чистой совестью отправляйся на тот свет.

Шансы избежать работы сводились к нулю, но все же я не могла не попытаться.

– Подождите, Станислав Петрович, – спокойно, но твердо произнесла я, чем вызвала тяжелый вздох на другой стороне линии. – Я только ночью вернулась из Африки. И мы с вами договаривались, что после этой командировки я получу три выходных, так?

– Да, конечно! И они у тебя будут! – поспешно заверил редактор, и по его тону я поняла: не сегодня. – Понимаешь, буквально час назад поступила информация о крупном взрыве в глухой деревеньке в Самарской области. Местные утверждают, что метеорит. Власти еще не дали комментариев, но это я возьму на себя. Нам нужно выйти в эфир уже вечером, чтобы быть первыми, понимаешь?

– Метеорит? Немножко не мой профиль, не находите? – ретировалась я.

– Ну, смотря что подать, смотря как подать… Поверь мне, я чувствую, там нечто большее… – задумчиво протянул Станислав Петрович. – Ты же профессионал! Новеньким не доверю – пусть на городских праздниках тренируются. Олег в Израиле, Никиту на замену тебе в Африку направил, а остальные по России на заданиях.

– И Маша? – не сдавалась я.

– А Маша… беременна, – зло огрызнулся редактор. – Она еще на планерке утром заявила: «Отныне ни в какие командировки не поеду, я беременна. По закону вы должны предоставить мне соответствующие условия труда. А уволить не имеете права».

Я представила лицо редактора в тот момент и еле сдержалась, чтоб не прыснуть в трубку от смеха. Ай да Маша, ай да… молодец!

– А вдруг и я беременна? – не удержалась я. Повисло молчание. – Да шучу я! Но вы же понимаете, что отправлять сотрудника из командировки в командировку…

– Анна, добавлю неделю к отпуску!

Ого! Видимо, совсем дело туго, раз шеф идет на такие крайние меры.

– Две! – решила немного понаглеть.

– Согласен! Через час вылетаешь с Маратом! Информация – уже у тебя! – и бросил трубку. Видимо, чтоб не успела передумать. Эх, а нашему видеооператору Диме повезло больше – его выходной не забрал беременный коллега.

С мрачными мыслями я открыла мессенджер. В целом, редактор и так уже успел описать ситуацию.

Как говорилось в сообщении, ночью местные жители проснулись от землетрясения и резкой вспышки света. Вызвали МЧС, но, так как спасателей пришлось бы ждать часа два-три, на разведку отправились сами селяне. Они-то и нашли посреди лесочка внушительную воронку в земле, откуда исходило странное свечение.

Хм, чушь какая-то. Может, еще и зеленые человечки вокруг бегали? Обычно редактор пользуется только проверенными источниками информации, а тут… бред пьяного Васи (да простят меня все Васи, пьющие и непьющие, ничего личного). Ох, чую, только зря время потратим…

В конце документа редактор указал номер рейса и описал координаты нужного нам места. А оказалось оно, как говорится, у черта на куличках.

Тяжело вздохнув, я решила набрать редактора. Делать сюжет о нашествии инопланетян или что-то в этом роде ох как не хотелось! Абонент оказался занят, и так пять раз. Марату тоже дозвониться не получилось: видимо, мчится уже в аэропорт.

Черт! Надо было отключить телефон – и отдыхать себе спокойно.

Собралась я по привычке быстро, как будто не журналистом работаю, а в армии служу. Хотя я не далека от истины…

Вызвала такси и уже выходила из квартиры, но тут вспомнила о Максе.

Черт! Вечер, ресторан. Накрывается моя личная жизнь медным тазом! Дзынь!

Отправив короткое сообщение: «Извини, меня вызвали на работу. Будут завтра-послезавтра! Целую!» – я выключила телефон, чтобы не читать гневные ответы любимого.

***

Долетели мы с Маратом без приключений. В аэропорту долго и подробно объясняли таксисту, куда ехать. И… конечно же, заблудились! По закону подлости, буквально в нескольких километрах от необходимой нам точки.

Осложнил ситуацию внезапно обрушившийся на землю ливень с градом. Проселочные тропинки в мгновение ока превратились в бурлящие реки грязи. Навигатор потерял все спутники, а таксист ругался самыми разными оттенками великого и могучего. Мы кружили по лесочку, но все никак не могли выехать к воронке. Фантастика какая-то…

– Может, вернуться в село, мимо которого мы проезжали, и там переждать дождь? Я технику в такой ливень не достану! – после нескольких часов блужданий подал голос Марат.

И я уже готова была с ним согласиться, как вдруг заметила вдалеке расплывчатую фигуру. Она двигалась между деревьями быстро, но как будто рывками. Вот я вижу очертания в одном месте, а через секунду – моргнула – и уже совершенно в другом. Сквозь плотную стену дождя сложно было рассмотреть человека. Возможно, это кто-то из местных и он сможет указать нам путь?

– Марат, смотри, там кто-то есть! – толкнула я оператора. – Давайте подъедем к тому человеку и спросим дорогу? – это уже таксисту.

Мужчины всмотрелись туда, куда я указала. А фигура как будто почувствовала наш взгляд и замерла (ожидая нас?). Водитель приоткрыл окно и крикнул что-то, однако его голос утонул в шуме дождя. Тогда мужчина прибавил газу, колеса забуксовали и… увязли в грязи.

Отвесив очередное смачное ругательство, таксист вышел из машины. А я попыталась вновь найти глазами загадочную фигуру, но она исчезла. Черт! Я выскочила на улицу и, не обращая внимания на крики Марата, помчалась вперед, вглядываясь в каждое дерево.

А что если мне просто показалось, а та фигура – это и не человек вовсе, а какая-нибудь коряга?

Однако пусть и призрачная, но в данный момент наша единственная надежда добраться до места падения метеорита заставляла меня бежать дальше, углубляясь в лес. Я промокла до нитки, перепачкала грязью кроссовки и джинсы, замерзла, и все никак не могла найти таинственную фигуру.

Обернувшись, увидела, что оставила машину далеко позади. Рядом с ней стоял Марат и махал руками. Да, он прав, это была плохая затея, нужно возвращаться. Переведя дух, я быстро пошла обратно. В какой-то момент нога увязла в грязи, я потеряла равновесие и плюхнулась на колени. Да что за!..

Пожалеть себя и как следует расстроиться я не успела – между деревьев вдали блеснула яркая вспышка. Взрыв?

Секунда – и я вскочила на ноги. На ходу включила видеозапись на мобильном телефоне (благо, он водонепроницаемый), и, на всякий случай прячась за деревьями, побежала в том направлении, где увидела свечение…

Из-за дождя и листвы я не сразу смогла рассмотреть людей в камуфляже. Заметив их, решила быть осторожнее.

Военные? Это как-то связано с метеоритом? Уже интересно! Чем дальше в лес, тем больше партизан… в моем случае, военных… Стараясь оставаться незамеченной, я подобралась ближе.

Мужчины стояли плотной стеной, как будто окружив кого-то или… что-то. Разглядеть детальнее не представлялось возможным. До меня доносились лишь обрывки разговора.

– …объект два семь во… обнаружен…

– …ликвидирован…успешно…

– Зачистить местность!

А вот это мне определенно не нравится! Военные расступились, а я нырнула за ближайшие кусты прямо в грязь. Расцарапала руки о какие-то колючки, но мне было плевать. Главное – не высовываться! Кровь стучала в ушах, а ладони крепко сжали телефон.

Фигуры в камуфляже потоптались недалеко от моего убежища. Мне показалось или я действительно заметила в их руках оружие, незнакомое мне? Рискуя оказаться разоблаченной, просунула сквозь заросли телефон – видеозапись шла все это время.

Внезапно один из военных повернулся в мою сторону. Я отдернула руку, глубоко до крови расцарапав кисть, и сжала зубы, чтоб не вскрикнуть от внезапной боли. Лица мужчины я разглядеть не могла – его закрывала балаклава. Зато точно убедилась, что он вооружен, правда, что это за оружие – я не поняла. Спрошу потом в редакции – надеюсь, на видео оно запечатлелось…

Ну, вот о чем я думаю! О работе! Да меня, возможно, вообще пристрелят сейчас из этого неизвестного мне оружия, как случайного свидетеля…

Страшные мысли оборвал звук рации. Военный принял сигнал и послышалось что-то вроде: «На дороге… автомобиль с гражданскими… разберитесь!»

В смысле, разберитесь? На дороге, насколько мне известно, только одна машина… Я вжалась в землю и лежала так до тех пор, пока военные не скрылись из виду.

Кое-как выкарабкавшись и отряхнувшись, начала набирать Марата. Противный визг из динамика возвестил, что сигнала нет. И тогда я рванула со всех ног по направлению к дороге.

Успею ли я добраться до своих раньше, чем эти "камуфляжные"? Вряд ли. А если и получится, сможем ли мы вместе что-то сделать?..

Размышляя так, я сломя голову бежала, как мне казалось, к оставленной машине. Однако где-то я свернула не туда – и в итоге вышла на поляну – о, чудо! – прямиком к воронке! Из нее действительно исходило свечение. Как завороженная, я подходила все ближе и ближе к краю.

Внутри воронки что-то бурлило и пенилось, поглощая и обволакивая искореженные металлические осколки и детали (неужели инопланетный корабль разбился, бред какой-то). Светящаяся субстанция ручейками переливалась из стороны в сторону, текла вдоль границ ямы, как будто пытаясь найти выход. Словно живая…

На это можно было смотреть вечность! В голове пронеслось выражение о бездне, в которую лучше не вглядываться… Однако, игнорируя голос разума, в итоге я не удержалась, присела на край воронки и протянула руку прямо к бурлящей жиже.

Как только кончики пальцев коснулись ее, субстанция потекла вверх, опутывая кисть тонкими светящимися нитями, поглаживая кровоточащие царапины и заполняя боль приятным теплом. Я подалась вперед, протягивая вторую руку…

– Отойди! Ты очумела совсем?! – раздался грубый голос прямо за спиной, а чужие сильные руки схватили меня за плечи и с легкостью подняли на ноги, как будто я пушинка!

Потом меня грубовато встряхнули, развернули – и я оказалась лицом к лицу с этим «силачом».

Передо мной стоял военный, похоже, тот, которого я видела в лесу рядом с моим импровизированным убежищем – возле кустов, проще говоря. Хотя я могу и ошибаться – все они на одно лицо, точнее, на один камуфляж.

Застукали меня, мягко говоря, на горячем. Крыть нечем, придется сдаваться. Хотя кто меня спрашивает…

Военный бегло осмотрел меня, задержался на руках: удивительно, но они были чистыми: ни светящихся нитей, ни грязи, ни… царапин. Я ошеломленно уставилась на кисти. А мужчина прищурил глаза и прорычал: