Невеста наоборот. Синдром первого свидания

И даже наша единственная поездка на курорт – в Таиланд – была организована не с целью отдыха, а ради того, чтобы встретиться с друзьями мамы – Петровыми. Алевтина Ивановна и Игорь Константинович учились и работали с моей мамой, а потом судьба повернулась так, что они уехали из России и обосновались в Таиланде, открыв там собственный образовательный центр.

Лев приходился им сыном, единственным и обожаемым. Впрочем, последствия излишней опеки и внимания сказались на его характере и поведении.

Сейчас семейство Петровых в полном составе гостило у нас. Так сказать, ответный визит дружественной делегации.

Чем ближе мы были к родителям, тем большей трансформации подвергался мой жених. В этом мы были с ним похожи: играли в своих семьях непривычные нам роли…

Подойдя ко входу в дом, Лев мгновенно включил джентльмена и галантно распахнул передо мной дверь, хотя не сильно баловал меня вниманием, когда мы оставались наедине. Впрочем, меня это более чем устраивало, если бы еще не его постоянные упреки и нравоучения… Тяжело вздохнула и покачала головой, слыша неодобрительный кашель жениха, и медленно переступила порог родного дома, который все больше становился чужим для меня.

Стоило мне скинуть верхнюю одежду и преодолеть узкий коридор, как я услышала знакомый топот ног – и буквально через мгновение мне навстречу вылетел радостный Георгий. Случайно столкнулся по дороге со Львом, но, ничего не сказав ему, бросился в мои объятия.

Брат – единственный, кто заставлял меня сомневаться в правильности принятого решения. Пытаясь найти способ изменить свою жизнь и вырваться из-под гнета родителей, я все время вспоминала о Георгии. Его детство тоже нужно спасать, но как – я пока что не имела ни малейшего понятия.

– Ты должен был поздороваться, Георгий, – процедил Лев с плохо скрываемой злостью. – И вести себя сдержаннее…

Я давно заметила, что мужчина на дух не переносил детей. Не удивлюсь, если он окажется ярым сторонником идеологии чайлдфри. Впрочем, может, это и к лучшему. Страшно представить, как он будет воспитывать своих детей и кого из них вырастит…

Представила когорту маленьких мальчиков с ржавыми волосами, надменными лицами и тщедушными фигурами – и вздрогнула.

Чайлдфри – это определенно идеальный путь для Льва, вот пусть по нему и идет.

– Он ничего тебе не должен, – произнесла я так, словно ядом в него прыснула. – Ты здесь в гостях, так что веди себя соответствующим образом!

Лицо жениха начало медленно покрываться багрянцем, что вкупе с легкими веснушками и рыжими волосами выглядело скорее комично, чем пугающе. Однако испытывать терпение Льва я не стала, а вместо этого взяла Георгия за руку и повела в столовую.

Там нас уже дожидались оба семейства в полном составе.

Едва завидев меня, мама расплылась в улыбке и, привстав из-за стола, как бы невзначай поправила свои каштановые, уложенные в вычурную прическу волосы. И только потом протянула ко мне руки, дожидаясь, пока я сама подойду. Несмотря на наши противоречия, я все равно любила ее и нуждалась, пусть в показной, но родительской ласке.

Не задумываясь, нырнула в мамины объятия, а потом подскочила к отцу, который сидел во главе стола, но даже там умудрялся быть незаметным: его бежевая рубашка сливалась с обоями на стенах, словно он специально подбирал ее в тон. Поцеловав папу в щеку, я наконец повернулась к гостям.

Собралась подойти и поприветствовать их, но Алевтина Ивановна опередила меня, стремительно приблизившись и крепко обняв. Игорь Константинович стоял чуть поодаль, прищурив бесцветные глаза, совсем как у сына, но при этом искренне улыбался мне.

– Ну, как ты, красавица? – Петрова нежно провела ладонями по моим плечам, что выглядело немного… по-матерински. – Как твои дела?

С теплом посмотрела на миловидную рыжеволосую женщину, скользнула взглядом по ее приятному лицу с изящными чертами, усыпанному веснушками, тонкой шее, спустилась по хрупкой фигуре, облаченной в деловой брючный костюм терракотового цвета. Алевтина Ивановна выглядела молодо для своих лет, и все в ней было идеально: от гладкого карэ, в котором, казалось, одна волосинка плотно и ровно прилегала к другой, до аксессуаров, грамотно подобранных к наряду.

Чем дольше изучала на эту прекрасную женщину, тем отчетливее понимала, что и меня Лев усиленно старался «довести до эталона», но пока что у него получалось лишь довести до ручки.

Возможно, я реагировала бы иначе на его замечания, если бы любила. Не исключено, что и он вел бы себя по-другому, если бы чувствовал отдачу. Но нам этого никогда не узнать…

– Ангелина достигла значимых успехов в учебе, – внезапно вмешалась в разговор мама. – Особенно ей хорошо дается английская литература. Неудивительно, ведь я всегда повторяла ей, что профильные предметы нужно знать в совершенстве, – назидательно подняла палец вверх.

Я невольно закатила глаза: умела же она испортить семейную идиллию!

Мама действительно пристально следила за моей учебой, хоть, к счастью, и не преподавала в нашем университете. Однако не упускала случая созвониться с коллегами и уточнить, как идут мои дела на «научном поприще». Переживать мне было не о чем: я всегда отличалась ответственностью и старательностью, поэтому сейчас легко совмещала учебу со стажировкой в мужском журнале…

Внутренне порадовалась, что жила отдельно, на съемной квартире, и по будням могла сполна наслаждаться свободой. Правда, оплачивали жилье родители, ведь моей стипендии почти ни на что хватало. Главная причина, которая заставляла меня подчиняться: без постоянного заработка многого не добиться.

А скольких трудов мне стоило уговорить маму снять квартиру! Она беспокоилась, что я не смогу жить самостоятельно и обязательно наделаю глупостей… И только утвердилась в своем мнении после ситуации в Таиланде, где я познакомилась с одним безответственным мужчиной и чуть не потеряла голову. Когда мама узнала о наших отношениях, то сразу увезла меня обратно в Россию, заставив согласиться с ее доводами. Курортный роман – это несерьезно и мимолетно. Ведь так?..

Вот только почему сердце до сих пор предательски ныло, а из головы все никак не выходил образ нахального блондина с лукавой ухмылкой? И даже тяжелый разговор, состоявшийся с мамой уже дома, не смог перечеркнуть теплых воспоминаний, привезенных из Таиланда вместо сувенира…

Вновь завоевать доверие мамы и получить таким образом больше свободы оказалось нелегко. Но мне это было остро необходимо, ведь на горизонте как раз замаячила стажировка в мужском журнале, словно подарок судьбы. И если раньше я бы в очередной раз наступила на горло своей мечте стать журналистом, то после Таиланда, перевернувшего мое сознание, я была намерена идти к цели.

По доброй воле мама никогда бы не позволила мне заниматься подобной «ерундой», ведь видела мое будущее исключительно в науке и преподавательской деятельности. Поэтому пришлось импровизировать. Однако мое исключительное послушание и робкие просьбы не возымели должного эффекта.

Родительница смягчилась и пошла на уступки лишь, когда я согласилась на предложение Льва. В тот момент во мне говорило отчаяние, и такой вариант казался мне неплохим и безопасным, но с каждым днем я все больше разочаровывалась в своем решении.

Все шло гладко, пока Лев жил в Таиланде, а нас связывали лишь редкие и короткие телефонные звонки. На это я и рассчитывала, начиная отношения с ним. Идиллия продолжалась до тех пор, пока Петровы не решили приехать в Россию и провести здесь отпуск, безжалостно растоптав мою распланированную двойную жизнь.

Держать Льва на расстоянии и при этом делать вид, что мы пара, оказалось не так легко, как я думала. Мужчина, кажется, раскусил мое истинное отношение к нему, но разрывать связь не торопился. Неужели тоже был во власти своих родителей, которые отчаянно хотели видеть нас вместе?

Украдкой покосилась на Льва. Интересно, о чем он думает сейчас? И правда ли хочет провести всю свою жизнь с девушкой, которую все никак не удается превратить в идеал?..

Вздрогнула, отвлекаясь от размышлений и медленно возвращаясь в реальность.

В этот же миг, словно желая напомнить о своем существовании, Лев уложил хлипкую, холодную ладонь мне на талию. Не сумев вовремя совладать с собой, я с отвращением передернула плечами. Моя реакция не могла укрыться от жениха, но ему было глубоко наплевать. Лев подтолкнул меня к столу, демонстративно отодвинул стул, приглашая присесть, после чего степенно устроился рядом.

С другой стороны от меня расположились Алевтина Ивановна с мужем. Ну а мама оказалась напротив, привычно буравя меня своими янтарными глазами-бусинами и следя за каждым движением. Георгий предпочел соседство с папой, и я даже позавидовала ему немного. Впрочем, заслужил, он и так в этом террариуме двадцать четыре часа в сутки проводит.

Тем временем Лев пробежался своими бесцветными глазами-стекляшками по сервированному столу. И в итоге, изображая исключительную любезность, подал мне блюдо с греческим салатом.

Послала жениху полный негодования взор, в очередной раз возмущаясь его наглым намекам на мою фигуру, но покосилась на мать и, стиснув зубы, все же наполнила свою тарелку овощами. Под пристальным контролем Льва, похоже, ничего более сытного мне сегодня не грозило.

– Твое усердие напрасно. Я заранее поела… вместе с Крис, – не удержалась и ехидно шепнула ему, нехотя ковыряя вилкой овощи.

При упоминании имени моей подруги Лев вздрогнул, а потом нахмурился.

– Эта легкомысленная девица плохо на тебя влияет, – чуть слышно процедил он. – Вам не следует жить в одной квартире, и я думаю… – протянул он, все сильнее повышая громкость своего голоса.

Таким образом жених пытался припугнуть меня, ведь понимал, что моя мама обязательно прислушается к его мнению – и сделает все, чтобы сменить квартиру, а может, и вовсе заставит вернуться домой.

Лев продолжал говорить, а я не придумала ничего лучше, как ущипнуть его за предплечье. Мужчина дернулся и укоризненно посмотрел на меня, неодобрительно покачав головой, словно дедом моим был, а не женихом. Зато умолк. Миссия выполнена.

Наши перешептывания, в целом, остались незамеченными для родителей, увлеченных непринужденной беседой. И только раз Алевтина Ивановна скользнула по мне взглядом, когда я ущипнула Льва, но ничего не сказала, а лишь улыбнулась и вернулась к общему разговору.

– Когда вы планируете возвращаться в Таиланд? – между делом поинтересовалась мама, а я затаилась и вся превратилась в слух.

– Мы с Игорем уже билеты забронировали. Рейс в ночь на понедельник, – отозвалась Алевтина Ивановна, заставив меня чуть ли не взвизгнуть от радости, однако в последний момент я сделала вид, что закашлялась.

Мама с подозрением посмотрела на меня, тут же ее примеру последовал и Лев. Мужчина был на редкость проницательным, впрочем, и из меня актриса всегда выходила неважная…

Нарочито невинно взмахнула ресницами и улыбнулась, отчего жених мгновенно помрачнел.

– Но Лев решил задержаться в России, – добавила вдруг Алевтина Ивановна, вырвав с корнем первые ростки моей надежды. – Кое-кто не отпускает его, – чуть слышно произнесла и тепло посмотрела на меня, заставив меня потупить взгляд.

Мне невероятно нравилась эта добрая женщина, и, уверена, из нее вышла бы идеальная свекровь. Да и Игорь Константинович был весьма приятным, только загадочно молчаливым. Надеюсь, поговорка о тихом омуте его не касается.

Жаль только, что в этом славном семейном комплекте моего будущего мужа заменить нельзя… Нервно повела плечами об одной мысли о возможном браке – и поспешила себя успокоить: до этого не дойдет. Я успею…

– Вы уже обсудили вашу свадьбу и отъезд в Канаду? – вскользь спросила Алевтина Ивановна, и вслед за этим раздался оглушительный звон стекла.

Тщетно пытаясь подавить нервный комок в животе, опустила затуманенные глаза и только сейчас заметила, что источником звука была я: у ног валялись осколки разбитого бокала, а по моей юбке распространился темный водяной развод. Однако это последнее, что беспокоило меня в данный момент…

– Свадьба? Канада? – просипела я, округляя глаза. – Что?..

– Лев, ты ничего не сказал еще Линочке? Ой! – Алевтина Ивановна прикрыла рот ладонью, но в данный момент мне показалось, что она лукавит, а разговор завела специально. – Извини, что вмешалась. Но раз уж это произошло, то значит, пора раскрыть девочке планы на будущее, – подмигнула мне и протянула салфетки.

Дрожащими руками я принялась вытирать свою юбку, понимая, что зря, ведь вода уже впиталась в ткань. Подобное происходит и в моей жизни: пытаюсь починить ее, когда все уже сломалось. Причем, еще в момент моего рождения…

Тем временем в столовой повисла жуткая тишина, и сложилось впечатление, что все сейчас следят за моими неловкими действиями и ждут чего-то. Сердце сжалось в предвкушении катастрофы, грозящей растрепать мою судьбу в клочья.

Осмелев и бросив свое неблагодарное занятие, я повернулась ко Льву и хмуро свела брови, ожидая объяснений. Он же, в свою очередь, выглядел сейчас непривычно растерянным. Исподлобья посмотрел почему-то на своего молчаливого отца, а потом нехотя перевел взор на меня.

– Следовало бы рассказать будущей жене о такой прекрасной перспективе, – неожиданно подал голос Игорь Константинович, испепеляя взглядом нас обоих.

«Прекрасная перспектива», безусловно, не казалась мне таковой, однако я предпочла благоразумно промолчать. Лишь слабо кивнула и вновь посмотрела на Льва, который был бледным и напряженным.

– В Канаде созданы все условия для молодых семей. Приехав, они получают мощный пакет соцподдержки. Лучшего места для жизни и развития не найти, – продолжал вещать отец моего жениха, а я сморщила нос: покидать родину и быть иммигрантом в чужой стране, принимая подачки, для меня было дикостью.

– Но… – шепнула я неуверенно, однако Лев сильно сжал мой локоть, вынуждая умолкнуть.

– Льву предложили работу в Канаде: преподавать языки на курсах для русских иммигрантов. И мы… – Игорь Константинович сделал паузу. – То есть… Лев решил переехать в Канаду. Неплохой старт, но потом, думаю, сын достигнет более серьезных высот, – испытывающе уставился на Льва, но через секунду удостоил и меня своим вниманием. – Ну, а твоя задача, Лина, поддерживать мужа, – сказал как отрезал.

Я слушала его, приоткрыв рот и сбивчиво дыша. Да уж, Игорь Константинович нравился мне намного больше, когда молчал. Зато теперь понятно, в кого пошел Лев своим характером, вот только отыгрывался он на мне, а отцу не мог ничего противопоставить…

Значит, для жениха я всего лишь билет в Канаду и талон на «пакет соцподдержки»? Ради этого он терпит мое равнодушие?

– Когда? – обреченно всхлипнула я, потому что обязана была знать, сколько времени у меня в запасе.

– После Нового года, – отозвался внезапно Лев, и мне захотелось его ударить.

Сделала глубокий вдох и очень медленно выдохнула. Нужно успокоиться и все обдумать. До Нового года осталось меньше трех месяцев, до конца испытательного срока в редакции журнала – несколько недель, а потом я получу свою идеальную работу и съеду от родителей.

– Свадьбу запланируем на декабрь, – отец Льва вбил последний гвоздь в крышку гроба, в котором упокоилась моя надежда. – Отпразднуем в Таиланде. Мы сами все организуем. От вас нужен только список гостей.

Хватит!

Хотелось закричать, чтобы он прекратил говорить так, словно все уже решено! Однако я понимала, что тем самым только сделаю себе хуже. Следует действовать осторожно и мягко. Ровно до тех пор, пока я наконец не обрету постоянный заработок.

Нервно сглотнула ком в горле и повернулась ко Льву, буравя его взглядом, но тот будто спрятался в свой панцирь, как карликовая черепаха, и просто ждал, когда закончится разговор. Вся его бравада испарилась, стоило лишь Игорю Константиновичу выйти на сцену…

– У меня университет, – рискнула возразить я, но стушевалась под пристальным взглядом будущего свекра и посмотрела на мать, ища поддержки.

Она выглядела не менее ошеломленной. Выдохнув, мама налила воды в стакан и, осушив его залпом, тихо проговорила:

– Да, Ангелина должна получить образование, а потом…

– Лина может учиться заочно. Будет приезжать в Россию на сессии. Перелеты мы оплатим, – отчеканил Петров-старший.

– Нет, заочное образование – это несерьезно. И скоропалительный брак нам не нужен. Я рассчитывала, что они со Львом пока повстречаются и присмотрятся друг к другу. Но замуж Ангелина выйдет только после окончания вуза, – не сдавалась мама, впервые в жизни разделив мою позицию. – Моя дочь мечтает связать свою жизнь с наукой, стать профессором! – добавила уверенно и повелительно взглянула на меня, требуя подтвердить ее слова.

И все-таки мы с ней не на одной стороне баррикад. Просто планы мамы на мое будущее кардинально отличались от мнения Игоря Константиновича. Поэтому и столкнулись два титана в смертельной схватке. А я лишь трофей, и при любом исходе битвы проиграю…

– Нельзя отказываться от такого подарка судьбы! Лев и Лина должны отправиться в Канаду! И обязательно расписанные, чтобы получить там все льготы, – устав притворяться, грозно выдал Игорь Константинович.

Мама внезапно утихла, задумчиво сжимая губы. Неужели сдала позиции? Отступила?

И зачем я только ввязалась в это! Какой же дурой чувствую себя сейчас! Хотела обвести всех вокруг пальца, а в итоге только себя обманула!

А если у меня ничего не получится? Если мне не дадут место в редакции? Если все напрасно? Если…

– Может, следует спросить у Лины и Льва, что они думают по этому поводу? – раздался приглушенный голос моего отца.

Как по команде, мы все уставились на него, словно впервые за весь ужин увидели.

– Обязательно, – хором выдали Игорь Константинович и моя мама, но по интонации прозвучало это скорее как «отстань, не вмешивайся».

Не выдержав, я резко встала из-за стола и обвела присутствующих хмурым взглядом. Расправила прилипшую к коже ткань юбки и, сложив руки на груди, приподняла подбородок, стараясь смотреть в глаза Игорю Константиновичу, хоть это было непросто.

– Подобные вопросы не обсуждаются впопыхах. Я подумаю и сообщу вам о своем решении, – мой голос звучал на удивление ровно. – А теперь извините, мне нужно переодеться, – и, не дожидаясь ответа, стремительно покинула столовую, слыша нервный кашель Льва.

Прячусь в своей комнате, где и провожу остаток вечера, ссылаясь на головную боль. При этом чувствую, что где-то там, за закрытыми дверями мама и Петров-старший решают мою дальнейшую судьбу. Я должна успеть сделать это раньше них…

Чтобы немного отвлечься, удобно устраиваюсь в постели, лежа на животе, и снимаю мобильный с блокировки. Незамедлительно касаюсь привычной иконки сайта интернет-знакомств и жду загрузки.

«Чем занята, Ангел?» – мгновенно всплывает сообщение, и я догадываюсь, от кого.

«И тебе привет, Уильям. Грущу», – пальцы сами набирают и отправляют текст.

Почему-то хочется быть искренней с ним. Наверно, потому что легче общаться с человеком, о котором ничего не знаешь.

«Что-то случилось?» – прилетает незамедлительно.

Жаль, не могу прочесть эмоции собеседника в этот момент.

«Нет… Или да… Просто все в моей жизни складывается не так, как хотелось бы», – мои путаные сообщения уходят обрывками.

«Мы сами строим свою жизнь. Если хочешь добиться цели, складывай ее самостоятельно», – приходит ответ с тремя подмигивающими смайлами.

Невольно улыбаюсь, но тут же обреченно вздыхаю и чувствую, как по щеке стекает слеза.

Я пыталась, Уильям. Старательно складывала пазл своего будущего, но он рассыпался за один вечер…

Мысленно обращаюсь к мужчине по ту сторону интернет-сети, но пальцы замирают над сенсорной клавиатурой.

Остро, до жжения в груди хочу продолжить виртуальную беседу с незнакомцем, однако одергиваю себя, понимая, что не должна открываться ему и тем более привязываться к образу, который сама себе выдумываю. Он всего лишь часть проекта «Синдром первого свидания», а во мне сейчас говорит отчаяние. И не более…

Быстро набираю короткое «спокойной ночи» и сразу выхожу из сети, чтобы не читать сообщение от Уильяма.

Переворачиваюсь на спину и некоторое время просто лежу, уставившись в потолок и теребя подушечками пальцев кулон в виде ангела на моей шее, привезенный из Таиланда около двух месяцев назад…