Дождь до конца осени

Дождь до конца осени

Рина Лесникова

Пролог

Выпускной вечер удался на славу. Приглашённые оркестранты честно отрабатывали полученные деньги, впервые за всё время обучения преподаватели не только не наказывали студентов за употребление веселящих напитков, но и сами с удовольствием присоединялись к их распитию. Среди кружащих на площадке пар была даже замечена метресса Ниранга – строгая пожилая дама с неизменным седым пучком на голове, преподающая травничество и введение в траволечение. А бедный мэтр Дюранг – предмет тайных и явных воздыханий большей части женского контингента училища боевой и прикладной магии – похоже, был вынужден прятаться от воздыхательниц, ведь отказывать в танце в этот вечер было не принято. Вот и устроили девчонки соревнование за его внимание. Так сказать, напоследок. Уже завтра они покинут эти стены, и уже другие адептки будут подбрасывать ему записки и устраивать друг дружке мелкие гадости в попытке завоевать сердце самого притягательного холостяка родного учебного заведения.

Лессания эд'Бюрон дин Корэйта в этой детской войнушке давно не участвовала, ведь она уже отхватила своё счастье. За него, между прочим, тоже пришлось выдержать немало битв, и поползновения наглых юных прелестниц на тело её жениха почти прекратились. Очень уж изобретательна была синеглазая магичка в своих каверзах. И что самое обидное, все знали, что сотворённое – дело её рук, а доказать-то и не могли. А не пойман – не виноват! И ходили соперницы с пятнистыми лицами, сбитыми в плотный войлок причёсками или же с жуткими чёрными когтями, не поддающимися никакой стрижке. И пусть это были лишь иллюзии, но зато какие! Даже преподаватели не могли их снять. А может, не хотели. Всё же, магии иллюзий адептов здесь тоже учили, пусть и факультативно. А что это за маг, если не может справиться с тем, что наслали на него самого. Нужно было посещать все занятия, а не только те, по которым сдаются обязательные экзамены и зачёты. Только однажды директор Пайк смилостивился и собственноручно снял иллюзию с Юниры – вредной девицы с третьего курса поисковиков – курса, на котором училась и сама Лесса, но годом старше – очень уж жутко кричали первокурсницы, встречая безголовое тело, гордо шествующее по коридорам училища. Юнире и самой пришлось взять академический отпуск для восстановления душевного равновесия. И зачем только она решилась проверить в зеркале слова подружки?

Впрочем, учёба и милые шалости остались позади. Впереди – работа и взрослая жизнь. Уж там не будет заклятых подружек, пытающихся покуситься на её Корда.

– Лесса, позволь пригласить тебя на танец, – Мэйт, как всегда, был в её присутствии стеснителен и немного робок.

Милый парень. Если бы не Корд, Лессания обязательно в него влюбилась. Высокий, широкоплечий, классический красавец. Да что там говорить, мечта, а не мужчина. Вот только не её мечта. А где, кстати, её мечта? Не удалось отмахаться от очередной особо назойливой поклонницы? Совсем расслабились. Или ещё не поняли, что с сегодняшнего вечера ректор не обязан снимать с них иллюзии? Или ладно уж, пусть последний вечер помечтают. Что-то она сегодня необыкновенно добрая. Не иначе, игристое так действует.

– Лесса? – напомнил о себе Мэйт. А она уже и забыла про него.

– Что? Потанцевать? А давай! – заодно и поискать Корда среди танцующих. Лессания добрая, но не забывчивая.

Как же горячи руки партнёра. И взгляд. Такими голодными глазами страждущий в пустыне смотрит на вожделенный оазис. Смотрит и отказывается понимать, что это всего лишь мираж. Прижал к себе крепче, чем того требуют фигуры танца. Ничего, сегодня можно, ведь это последний день перед расставанием. Пусть не навсегда, всё же, работать они будут в смежных сферах, но прежнего ученического сплочения уже не будет. К тому же, Лесса останется в столице, а Мэйт уедет в дальнюю приграничную крепость. Выпускники боевого факультета обязаны отработать на короля не менее десяти лет, иначе для чего их учили.

Музыка смолкла.

– Спасибо! – Мэйт не спешил отпускать партнёршу.

– Тебе спасибо за танец, – улыбнуться совсем ничего не стоит, но и напомнить, что они всего лишь танцевали, будет не лишним.

– Да, конечно, танец, – кивнул гигант и, следуя зазвучавшей вновь музыке, опять начал двигаться.

Где-то там, в высших аристократических кругах, два танца подряд с посторонним мужчиной считались ужасным моветоном, но у студенческого бала свои законы, и если двое танцуют, это только их дело.

Музыка смолкла. Оркестр объявил очередной перерыв. А Корд так и не объявился.

– Всё, Мэйт, всё. Пора освежиться. Уже и музыканты устали.

– Как скажешь. Пить?

– Да, не откажусь.

Бокал, поданный парнем, оказался наполнен игристым вином. Прохладным, лёгким и волнующим кровь. Пожалуй, излишне волнующим. Уж не ведуньи ли приложили к этому свои шаловливые ручки? С этих станется. Хотя, немного безумия не повредит. В голове тут же замелькали картинки, как можно закончить сегодняшний вечер. Или начать приближающееся утро? Не важно. Стоит быстрее отыскать Корда и рассказать ему о разыгравшихся фантазиях. Он и сам был на них большой мастак. А ещё – любитель игрищ в не совсем приспособленных для этого местах. На лекционной кафедре, например, или в приёмной ректора. Но тогда был уж совсем крайний случай. И ничего. Что же её затейник сможет предложить сейчас? На Лессании такая широкая юбка… и совсем тонкое бельё. Можно сказать, что и нет его совсем. Так, больше дразнилка. Да, сегодняшнее развлечение предложит она! Где этот негодник? Его девушка уже готова к новым экспериментам.

Под куполом, надёжно укрывающим территорию училища от разыгравшейся непогоды, было тепло и сухо. Маленький огонёк-поисковичок послушно тянул вперёд. Крытая терраса, широкая парковая аллея, сияющая по случаю праздника разноцветными огнями иллюминации, менее освещённые ответвления, притенённые беседки, безнадёжно занятые пришедшими раньше. Дальше, дальше. И зачем Корду понадобилось уходить так далеко?

Старый дуб. Сколько признаний и ссор он слышал за всю свою многовековую жизнь? Сколько девичьих спин прижимали к его тёплой коре? У Лессании тоже есть воспоминания об этом месте, приятно щекочущие нервы.

Женский игривый смех. Что? Этого не может быть. Нет, этими идиотскими смешками полнится весь близлежащий парк, это как раз нормально. Но вот то, что сюда привёл поисковик, настроенный на Корда, нормальным считаться не может.

Можно ещё развернуться и уйти. Но сзади стоит Мэйт. И зачем только увязался за ней. Молчит. А что здесь скажешь? Ситуацию, когда Корд лобызает нагло выставленные напоказ груди какой-то бесстыжей девицы, при этом беззастенчиво задрав её узкую атласную юбку, никак не спутаешь с невинным ухаживанием.

– Кх-м, кх-м, ну и что, нашёл у неё под юбкой что-то новое?

– Лесса? – Корд отпрянул от девицы, излишне грубо толкнув её на узловатые корни.

Подбородок приподнять, глазам – смотреть прямо, губам – не трясись.

– Да, это я Лесса, а не та леди, что верещала под тобой. Всего хорошего, Корд.

– Лесса, постой! – бывший жених подскочил и кинулся к ней, но запутался в спущенных штанах и чуть не упал. Какой дешёвый фарс.

– Да, Корд, я всё не так поняла. Но избавь меня от жалких объяснений. И поправь, наконец, штаны, не всех заводит твой возбуждённый вид.

Всё же хорошо, что можно опереться на подставленную руку и удалиться, гордо держа выпрямленную спину и ни разу не споткнувшись. И не важно, чья это рука. Ещё и молчит. Да спутнику цены нет.

Как она оказалась в комнате Мэйта, Лесса не помнила. Обрывки смеха, музыки. Кто-то выкрикивал её имя. Пустое. Всё пустое. Многие девчонки поменяли за время обучения по нескольку парней, а были и такие, которые и замуж выскакивали по нескольку раз, и ничего, все живы, здоровы и, в большинстве своём, счастливы. Вот и пришла очередь Лессы кардинально поменять свою жизнь.

– Жалеешь? – спросила она у Мэйта, сидящего на полу возле кровати, на которой тот устроил гостью.

– О чём? О том, что ты стала свободной?

Точно, она же теперь свободная девушка, и как об этом не подумала сама.

– Меня жалеешь?

– А тебе нужна жалость?

– Умеешь ты ставить вопросы. Ладно, всё прошло! – Лессания лихорадочно содрала с пальца помолвочное кольцо и хотела швырнуть его в открытое окно.

Внизу раздался довольный женский смех. Ну уж нет, не будет она швыряться помолвочными кольцами. Ведь не зря существует примета, что нашедшая подобное обретёт безмерное счастье в личной жизни. Лесса, конечно, добрая, но не в данный момент. И не настолько. А потому колечко плавно опустилось в небольшой кармашек на платье. Утром нужно будет переслать этот атрибут закончившихся отношений его хозяину. Палец казался голым и беззащитным. Ничего, скоро привыкнет. Глупая рука, сама тянется и поглаживает опустевшую фалангу.

– Лесса, – начал Мэйт, – если я спешу, ты так и скажи, – он быстро поднялся, забрался в одну из почти собранных сумок, поискал там что-то, несколько раз тихо ругнувшись, затем победно вскрикнул и вернулся к гостье, присевшей на кровати и с любопытством взирающей на него. – Вот, нашёл!

В руках у Мэйта было кольцо. Оно было гораздо больше того, другого. В центре сиял загадочным блеском крупный фиолетовый камень, его, словно лепестки, обрамляли сиреневые и розовые камушки. Аметист? Но как красиво.

Жизнь закончена. Да здравствует новая жизнь! И Лессания протянула руку.

Глава 1

– Конечно, иерина дин Корэйта, я принял во внимание ваш отличный диплом, но, к большому для меня сожалению, вакансия уже занята.

Голос у сухого, как пустынное дерево ируал, мужчины, был таким же сухим и неживым. Таким голосом хорошо беседовать с просителями и теми, кто пытается устроиться на работу. Услышал человек первое слово, и сразу же понял, ничего у него не выйдет.

Впрочем, до этого Лессе отказывали и более приятными голосами. Неважно, каким голосом разговаривали те, кто проводил с ней беседы, главное, что результат везде был одинаков.

М-да, совсем не о таком начале карьеры мечталось ещё совсем недавно. Главное Магическое Управление Правопорядка, отдел расследования магических правонарушений. Именно сюда должны были поступить на службу Лессания и её бывший жених Корд. Громкие имена и связи родителей не имели почти никакой роли. Только собственные знания, умения и физическая подготовка. Так просто в подобные учреждения никого не брали. Почти полтора года жесточайшего отбора и различных испытаний, о многих из которых соискателей даже не предупреждали. Работа, о которой грезил почти каждый выпускник их курса поисковиков. И вот она ищет работу, а изменник Корд гордо занимается тем, о чём Лесса мечтала всю жизнь, ведь именно она убедила его, что он сможет пройти все испытания, именно она вытянула его. И что? Каждый день видеться с этим ничтожеством и выслушивать жалкие оправдания? Ну уж нет. Изменивший и прощённый один раз будет считать, что прощение – это многоразовая опция. Лучше уж, как в хирургии, которую, кстати, будущим следователям-поисковикам тоже преподавали, отрезать и не мучиться.

Отрезать получилось. Не мучиться – почти тоже. Но в итоге Корд служит в месте её мечты. А Лесса? Лесса ищет работу. Её нынешний жених Мэйт, конечно же, настаивал, чтобы они поехали к месту его службы – в отдалённую крепость на границе с полудиким Ростором, куда его назначили заместителем начальника гарнизона. Но что делать квалифицированному магу-поисковику в такой глуши? Искать грибы? Отговорка, признаться, так себе, но заводить новые отношения, тем более, такие серьёзные, что предложил Мэйт, она ещё не готова. Мэйт хороший, и даже очень. Но… В итоге, он всё понял сам и согласился, что его невеста должна отойти от потрясения, и поспешная свадьба может только всё испортить. Похоже, боевик был безумно рад, что Лесса согласилась оставить себе его кольцо. А ведь были мысли… Ну да ладно. Кольцо на пальце не только не мешает, но и в какой-то мере защищает. А там – жизнь покажет. Всё же, Мэйт неплохой парень.

Отказывали ей в работе по разным причинам: нет опыта, нет вакансий, а если приходила по объявлению – вакансию только что заняли. Нужен физически крепкий мужчина, и собеседника совсем не убеждали предложения Лессы проверить её физическую и магическую подготовку. Шовинисты. А ещё правительство уверяет, что мужчины и женщины равны. В паре мест отказали уже после того, как дали согласие на сотрудничество. Заговор? Нет. Но чья-то злая воля здесь просматривалась. Лесса даже догадывалась, чья. Кордес эд'Пинкрон устраивал её родителей, и фиер Теркан эд'Бюрон дин Корэйта, отец Лессы, не терял надежды, что их размолвка надолго не затянется. Подумаешь, застала с другой, женится-то Кордес в итоге всё равно на ней. Вот и её место в управлении по-прежнему было вакантно.

Но Лесса докажет. Докажет им всем, что и сама, своим умом и силами, может добиться в жизни всего, что пожелает.

За месяц поисков работы она обошла все столичные полицейские участки, как с магическим уклоном, так и те, служба в которых предполагала банальное патрулирование городских улиц. Искала работу и в детективных агентствах. Сначала – в крупных, потом обошла те, что попроще, везде её поиски заканчивались одинаково: либо сразу отказ, либо спустя день-другой. Папа не признавался, что это его происки. Но и не отрицал. Мало того, в их городской дом зачастил отвергнутый жених. Вроде бы и не к самой Лессе, но как бы случайные встречи происходили подозрительно регулярно.

Ах, так! Фиер эд'Бюрон забыл, что его дочь совершеннолетняя и уже не зависит от его воли. После одного из визитов кающегося Корда Лесса собрала самые необходимые вещи и решила уйти из отчего дома, предупредив родителей запиской, что желает жить самостоятельно.

Утром они найдут записку и тут же бросятся на поиски. Нужно срочно наложить противорозыскные чары. Перстень Мэйта – единственное украшение, которое решила оставить себе, – прекрасно для этого годится. Ещё можно и небольшую иллюзию на себя наложить. Всё же, внешний вид о многом может сказать. Коли уж в престижные конторы дорогу закрыли, нужно пытаться найти работу в местах попроще, значит, и выглядеть нужно как можно проще. Так, чтобы лицо и осанка не кричали о длинной череде высокородных предков. В конце концов, талант везде пробьёт себе дорогу, а уж то, что Лессания талантлива, ей говорили не единожды.

Работалось легко и быстро. Вот что значит вдохновение. И вот уже из зеркала смотрит не синеглазая блондинка с роскошными золотистыми волосами, весь вид которой просто кричит о её высоком происхождении, а крепко сбитая иерина с непослушными соломенными волосами, серыми глазами, слегка курносым носом и скромным помолвочным колечком на пальце. Вроде бы изменения несущественны, но Лессания эд'Бюрон исчезла, на свет появилась Лесса дин Корэйта. Вторая фамилия их рода не на слуху, может, так удастся хотя бы не сразу обнаружить своё родство с одним из самых могущественных людей королевства.

В доме всё затихло. Вещи – несколько смен белья, любимая клетчатая юбка и к ней несколько блузок и шарфиков, пара платьев, ночная сорочка, всё самое простое – уложены в сумку. Можно уходить. Лесса не прощается. Она говорит до свидания. Она вернётся. Вернётся тогда, когда сама добьётся всего, о чём мечтала не только во время учёбы, но и задолго до её начала.

***

И куда теперь идти? Унылый дождь полностью соответствовал настроению беглянки. Но остаться дома означало сдаться. Сначала смириться с присутствием Корда в их доме, потом внять голосу разума и выйти работать на столь желанное место в Министерстве. А потом… потом оставалось согласиться, что все мужчины одинаковы, и нет ничего страшного в том, что миляга Корд поддался чарам настойчивой студентки.

Новенький магомобиль последней модели, подаренный отцом на совершеннолетие, почти все деньги и украшения она оставила в доме родителей, с собой взяла лишь остатки последней стипендии. Их хватит либо на две недели проживания в простенькой гостинице, либо на неделю проживания там же и питания. Если питаться очень скромно, то дней на десять. Значит, за десять дней нужно найти работу. Желательно, ещё раньше, так как на подъёмные, как в Госуправлении, или даже на небольшой аванс надеяться не стоит.

Гостиница нашлась без проблем. Неказистое здание с жалкими клетушками, в которых помещалась лишь кровать, небольшой шкаф и стол с парою потёртых стульев. Комната, которую хозяин этого заведения иер Сурин гордо назвал умывальней, – одна на весь этаж.

Иер Сурин не поленился сам проводить новую постоялицу до номера, расписал все достоинства его заведения, отдельно обратил внимание, что крыша совсем недавно отремонтирована и почти не протекает, затем прошёлся по девушке липким оценивающим взглядом и, сделав свои выводы, вкрадчиво заговорил:

– Иерина попала в затруднительное положение и ищет возможность подзаработать? – вот же психолог нашёлся, просчитал её на раз. – Наша гостиница приличная, но если иерина желает…

Ей предлагают работу? Вряд ли по специальности. Горничной? На кухне? Придётся соглашаться. Ведь это временно. Как только Лесса найдёт работу по специальности, она сразу же сбежит из этого подозрительного места.

– Что вы можете предложить, иер?

– Эм, видите ли, иногда нашим постояльцам бывает скучно, и они просят, чтобы их досуг скрасили. Вы не подумайте чего, всё прилично…

Лесса резко захлопнула дверь, едва не прищемив нос мерзкому иеру Сурину. Нужно бы немедленно уйти, но деньги за неделю проживания уже заплачены, и вряд ли он их вернёт.

Гадко. Как же всё гадко. Но к отцу она всё равно не вернётся.

Как же не похож шум в коридоре гостиницы на шум студенческого общежития. Вроде бы и там, и там громко разговаривают, смеются и выясняют отношения. Но дерутся в общежитии гораздо реже. Вернее, подыскивают для выяснения отношений менее людные места, очень уж суров комендант, у такого много не пошалишь. И голоса не такие пронзительные. И смех девушек не настолько вульгарен. И только шум дождя везде одинаков: монотонен и уныл.

Утром Лесса поднялась злой, голодной и невыспавшейся. Нужно отправляться на поиски работы. Ей повезёт, ей обязательно сегодня повезёт. Или завтра. Может, пройти по конторам по второму разу? Мало ли что, вдруг, вакансия открылась.

Какая ирония! Маг-поисковик не может найти работу. А всё почему? А всё потому, что вы, фиерина Лессания, дура. Нет, не так, круглая набитая дура! Вы маг-поисковик? Вот и воспользуйтесь своими возможностями! Ищите работу с их помощью!

Она быстро умылась, вышла из гостиницы и глянула на хмурое небо. Оно, наверняка, поджидает, когда соберётся побольше жертв, чтобы намочить всех сразу. Ну и ладно, это всего лишь дождь. Не будет же он лить вечность. Это наше настроение делает погоду, а не погода настроение, как любила говаривать её нянюшка. Лесса тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, улыбнулась и показала язык мрачным тучам, затем купила пару горячих пирожков в близлежащей пекарне и тут же их съела. Матушка была бы в ужасе. Впрочем, она и сейчас в ужасе. Наверное, исчезновение блудной дочери уже заметили. Обязательно позовут Корда. А кого же ещё? Он же маг-поисковик. Правда, не самый лучший на их курсе. Лучшей являлась Лесса. Её, конечно же, найдут, но до этого нужно устроиться на работу и доказать, что она может жить самостоятельно.

Она опустила веки и пошла вперёд, почти не замечая, куда идёт. Лесса интуитивно обходила препятствия и спешащих по своим делам прохожих, сейчас её вели не глаза и разум, сейчас её вёл дар.

Дар. Хороший маг с предрасположенностью к поисковой магии может найти почти всё. Главное, знать или хорошо представлять, что нужно искать. Ещё лучше, если у поисковика есть какая-либо часть искомого. И самое главное – чтобы искомое, в принципе, существовало. Лессе предстоял самый сложный поиск. То есть, у неё не было ни единой частички того, что искала, и, что гораздо хуже, она плохо представляла свою цель. Здание? Помещение? Суровых и загадочных детективов, которым нужна помощница-магиня? И всё же, она старалась.

К сожалению, первый день поисков результатов не дал. Как всегда после длительного и напряжённого использования способностей, очень хотелось есть. Пожалуй, сэкономить на еде не получится. Лесса нашла небольшое уютное кафе и, не обращая внимания на удивлённо приподнятые брови официантки, заказала такое количество еды, с которым не каждый мужчина бы управился.

После плотного ужина настроение поползло вверх. Ничего, она справится, она обязательно справится. Справится и докажет. Всем докажет! Недаром девчонки с факультета ведовства и предсказаний называли её везучей.

Не принёс результатов и второй день поисков. Третий и четвёртый так же закончились ничем. Лесса уже согласилась на работу курьера в почтовой службе, куда забрела совершенно случайно, но на утро пятого дня внезапно выяснилось, что им требуется шустрый молодой человек. Как будто она не шустрая. И не молодая. И не человек. Как она заметила, приняли, вообще, гоблина. Можно бы оспорить такую несправедливость, ну да ладно, место курьера – это совсем не то, о чём она мечтала всю жизнь.

***

Остатки денег растаяли быстрее, чем Лесса рассчитывала. Она брела домой расстроенная и голодная. В руке был зажат свёрток с куском капустного пирога, который предстояло растянуть на ужин и завтрак. Думы были невесёлые. Через два дня закончится оплата за проживание в гостинице. Как вариант, можно было отправиться в загородное поместье, где проживала бабушка, и там неспешно продумать стратегию и тактику поиска работы. Оттуда уже можно будет разослать резюме по другим городам, ведь маги-поисковики требуются не только в Большом Иуренге. И зачем ей далась эта столица? Её границами жизнь в королевстве не ограничивается. Не хватало самой малости – денег, чтобы добраться до поместья. А ещё, мать отца – фиера Эссинта эд'Бюрон – дама очень чопорная и, что уж скрывать, излишне занудная, впрочем, как и большинство пожилых фиер их круга. Она обязательно прочитает внучке тысячу нравоучений и нотаций. И о том, что благородной фиерине не подобает работать, да ещё и в такой ужасной сфере, и о том, что внучка поступила опрометчиво, когда отказалась от такой партии, как «милый Кордес». Подумаешь, застала с другой. Все мужчины склонны погуливать, это их полигамная суть. А если бабуля узнает, что Лесса допустила того до своего тела… А Корд может и это устроить. Нет, бабушка – это самый крайний вариант.

Что делать? Что делать?!

Лесса так глубоко задумалась, что не услышала надсадного тарахтения магомобиля. В последний момент, услышав возмущённый гудок и скрип тормозов, она успела отскочить в сторону, при этом выронив свёрток с ужином. Конечно же, в как будто специально для этих целей приготовленную лужу! Хотя, стоит признать, лужа на улице была не одна. Древняя бренчащая развалина свернула на ту же обочину, из машины выскочил взъерошенный молодой мужчина и, наступив на то, что совсем недавно было пирогом с капустой, окончательно закончив его уничтожение, возмущённо закричал:

– Эй, я понимаю, у каждого бывают моменты, когда не хочется жить. Но зачем же заканчивать свою жизнь именно под моим красавцем? Если так уж желаете попасть в чертоги Тогритта*, я могу посоветовать отличный мост. Высокий и перила удобные.

– Каким красавцем? Какой мост? – Лесса была так ошарашена случившимся и, в не меньшей степени, потерей ужина, что совсем не понимала смысла слов.

Мужчина ласково погладил бывшее когда-то хромированным крыло магомеханического раритета и важно сказал:

– Магир, мой малыш.

Ничего себе малыш! Да у него на заднем сиденьи свободно разместилась бы машинка Лессы! Старьё, оно и есть старьё. Таких монстров уже давно не делают! Его же, чтобы напитать магией… впрочем, о чём она думает. Несчастная с тоской глянула на уничтоженный пирог и, пробормотав извинения, направилась прочь. Про мост она поняла сама. Неужели, со стороны она так похожа на самоубийцу? Дожила.

Незнакомец уже собирался скрыться за обшарпанной дверью, над которой висела выцветшая вывеска названия какой-то конторы, такая же старая и жалкая, как его магомобиль. Похоже, он заметил раздавленный пирог и взгляд, которым его окинула девушка.

– Эй, иерина, – окликнул он, – может, я могу вам чем-нибудь помочь? К примеру, пригласить на ужин. Кажется, я испортил ваш.

Дался ему этот пирог! Сколько таких приглашений Лесса уже слышала за время поисков? Ужин и, непременно, завтрак. Она была зла. Зла и голодна. Медленно развернулась, чтобы разразиться гневной отповедью и послать этого нахала подальше вместе с ужином и его древней развалиной. Взгляд зацепился за перекошенную несуразную вывеску. ДЕТЕКТИВНО-РОЗЫСКНОЕ АГЕНТСТВО ШНУРОК Поиск пропавших жён, вещей и животных. Что за нелепое название. Нелепое? Но это шанс. Последний шанс.