Повелительница радуги

Можно было не сомневаться, что организатором слухов являлась именно Ранга. Бывшая подруга осмелела настолько, что как-то раз, на удивление удачно оказавшись в гостиной наедине с молодой виконтессой, завела разговор:

– Ну и как тебе семейная жизнь? – небрежно спросила она, при этом старательно делая вид, что поправляет розы в одной из ваз.

Ненавистный с некоторых пор запах усилился. Но не стоит сообщать о своей нелюбви к ни в чём не повинным цветам, иначе Ранга обязательно использует это знание. А потому нужно улыбнуться и непринуждённо ответить:

– Благодарю, хорошо.

– Как же, хорошо, – собеседница презрительно скривилась. – Думаешь, никто не в курсе, что Дайтенчик, – мерзавка с особым удовольствием произнесла это имя, – посещает твою спальню только по обязанности? Уж не знаю почему, но Тэрашам нужен наследник именно от тебя! Ты нужна ему только как утроба! – от возбуждения щёки Ранги пошли некрасивым румянцем. – А любит он меня! И…

Здесь она, поняв, что и так наговорила лишнего, резко замолчала.

Были ли эти слова неожиданными? И как их стоило расценивать? Как правдивые? Или как бред менее удачливой соперницы? Ведь подозрения уже давно закрались в голову Тэис. А потому первый порыв – начать оправдываться – удалось сдержать. Может, заклятая подруженька, ещё что интересного расскажет.

– Что же ты остановилась? Хотела похвастать, что, как обычная гулящая девка, допустила чужого мужа до своего тела? Это не делает тебе чести. Я помолюсь Милостивой Нирене за спасение твоей заблудшей души, погрязшей в разврате. Мне тебя жаль, – говоря так, Тэис удалось не опустить взгляд. Оставалось надеяться, что этот самый взгляд изображал именно жалость.

– Да как ты смеешь…

Ранга подскочила к диванчику, на котором сидела Тэис. Пришлось подняться навстречу. У рассвирепевшей соперницы хватит злости броситься в драку. Стоит признать, слова были излишне вызывающими, но Тэис не жалела, что высказалась. Сколько можно терпеть.

– Извольте выйти вон, – когда-то эту фразу она вычитала в одной из книжек, кстати, принадлежавших самой Ранге. Да, напыщенно, но так соответствует желанию и моменту.

– Что?! Ты меня гонишь?

– Виконтесса Лэйни. Не так уж сложно запомнить имя, принадлежащее мне по праву.

Первый раз за всю историю их отношений Тэис выиграла войну взглядов. Она была права. И находилась на своей территории, пусть и принадлежащей семье мужа. А Ранга всего лишь гостья.

– Да чтоб ты от родов умерла! – бывшую подругу понесло. – Да чтоб ты в блуждающий портал провалилась! Ты, ты, ты… ещё пожалеешь! – зло бросила она и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью.

Маленькое сражение выиграно. Поле боя осталось за Тэис. Отчего же так гадко на душе, как будто проиграна жизнь?

***

Молодой супруг явился в спальню раньше обычного. Пнул ни в чём не повинное кресло, смёл со стола письменные принадлежности, стукнул по нему кулаком и только потом, то ли успокоившись, то ли, наоборот, доведя себя до нужной кондиции, угрожающе-тихо спросил:

– Ты что себе позволяешь?

Сжаться и начинать оправдываться? За Тэис нет вины.

– А что я позволяю? Велела заменить розы на хризантемы? Мне не нравятся розы.

Даже удалось небрежно пожать плечами.

– В бездну все розы и хризантемы! – ваза с хризантемами со звоном полетела на пол. – Я спрашиваю, почему ты позволяешь себе оскорблять благородных гостей?!

– Гостей? – Тэис, как могла, сделала вид, что задумалась. – О каких гостях идёт речь? Что-то я не помню, чтобы оскорбила кого-то из благородных, – она интонацией выделила последнее слово, – гостей.

– Ты назвала леди Рангу гулящей девкой!

– Так Ранга по её же собственному признанию не леди, а гулящая девка. И да, кстати, коли у нас речь зашла о столь низменных вещах, я бы попросила, чтобы вы избавили меня от существования под одной крышей с падшей женщиной, даже если ваши родственницы подобное допускают. Я согласна уехать в Лэйни, – Тэис удивлялась спокойствию, с которым она это говорит, – можно даже без вас, ваша милость, – само собой получилось перейти на вы, называть на ты такого Дайтена не хотелось.

Он же, сжав кулаки, подскочил к креслу, в котором сидела жена, грозно навис над ней, постоял так некоторое время, словно размышляя, а не скинуть ли и её, как разнесчастную вазу, но, видимо разглядел что-то в глазах, шумно выдохнул, резко развернулся и сел на кровать.

– Как заговорила, скромная овечка, – словно сам для себя произнёс он. – Взяли без приданого в приличный дом. Мало того, ещё и приплатили! А ты! Как ты посмела?

– Что я посмела, ваша милость? Назвать вещи своими именами? Я всегда старалась по возможности говорить правду. И да, если вас не устраивает такая жена, я согласна на развод.

– Моя семья никогда не позволит позорить честное имя разводом! А тебя, милая послушная жёнушка, ожидает в этом случае ещё больший позор! Высший свет от тебя отвернётся!

– Он и сейчас повёрнут ко мне не самой своей милой стороной, как-нибудь перетерплю. Обязательной доли, полагающейся мне, как вашей бывшей жене, хватит для скромного существования. А вы. Вы, как честный человек, сможете жениться на своей любовнице, – говоря это, Тэис и сама уверилась в своей правоте.

Да, именно развод решит все их проблемы. Со стороны виконта не было даже и намёка на любовь. А теперь стало понятно, что и сама Тэис приняла за высокое чувство наивное восхищение ярким красавчиком.

– Как всё распланировала, – виконт скривил губы в презрительной усмешке. – Только этому не бывать! Хочешь в Лэйни? Что ж, будет тебе Лэйни. Но сначала, дорогая жёнушка, мы должны кое-что сделать, вернее, кое-кого зачать, – он поднялся и принялся показательно медленно снимать с себя одежду. – Как понимаю, и в твоих, и в моих интересах сделать это как можно скорее и расстаться к обоюдному удовольствию. Ты удалишься в Лэйни вынашивать моего наследника, а я наконец-то, смогу заняться делами.

Значит, Тэис не ошиблась, Тэрашам нужен наследник, рождённый именно от неё. Вот и удобный момент, чтобы узнать, что же в её будущем ребёнке может быть такого.

– Вам нужен наследник именно от меня? Но почему? Думаете улучшить кровь? Но в моих предках нет никого с выдающимися способностями. Даже в миры силы никто не ходил. По крайней мере, не возвращался оттуда, – неуверенно добавила она. Тэис старалась смотреть прямо в глаза мужу, ибо, как бы ни храбрилась, но видеть то, что находилось у него ниже пояса, была не готова.

Дайтен лишь хмыкнул в ответ. А ведь, похоже, Тэрашам известно больше. Или они думают, что это так. И делиться своим знанием они не собираются. Жаль, не удалось вывести его на откровенность. Но рожать только потому, что кому-то понадобился именно её ребёнок, совсем не хотелось. Что же делать?

А муж уже склонился над ней, подхватив на руки, понёс к кровати. Сопротивляться бесполезно. Он в своём праве. И сильнее.

Бросил на кровать, не замечая сопротивления, сорвал халат, склонился, чтобы стянуть панталоны. В золоте мужских волос отразилось неверное пламя свечей. Какие нелепые вещи привлекают внимание в такой момент. А вот у корней волосы светлее. И не блестят.

– Ваша милость, вы красите волосы?! Нужно делать это чаще. У корней они немного другого цвета, – какую чушь она несёт от ужаса?

Муж замер, остановив поползновения на нижнюю часть её гардероба. Мотнул головой. Зло скрипнул зубами и вышел из спальни. Так, как и был, голым. Пропало желание? Тэис нисколько не расстроилась.

***

Завтракала Тэис одна. Ничего удивительного, старшие родственницы мужа приглашали составить компанию только после того, как Дайтен посещал её по ночам, вернее сказать, исполнял свой супружеский долг. Прошлой ночью долг – на редкость подходящее для их случая слово – исполнен не был.

Можно сказаться больной и на обед тоже не пойти, но тогда это будет капитуляцией перед торжествующей соперницей. Тэис, в отличие от Ранги, член семьи, и не самый последний по положению. Прячась сейчас ото всех, она навсегда определит своё место. Не бывать этому! Пора понять, что за просто так ничего не даётся. Каждая букашка, каждая травинка борется за своё место под солнцем, и Тэис, виконтесса Лэйни тоже будет бороться.

В обеденную залу она зашла с самым решительным видом. Огляделась. Ни Дайтена, ни Ранги ещё не было. За столом, что было редкостью, собрались только члены графской семьи: сам граф, его жена, маркиза Реноа и младшие дети Виорес и Лаита. Промолчать и сделать вид, что не происходит ничего необычного? Ну уж нет.

– Ваше сиятельство, – она обратилась напрямую к графу, ибо общий вопрос все могли проигнорировать, а так ответить придётся, – а где мой муж?

Граф посмотрел на невестку так, как будто с ним заговорили его столовые приборы.

– Простите? – всё же смог выдавить он.

– Меня интересует, где Дайтен. Завтра утром я планирую отправиться в Лэйни. Я считаю, что там у нас будет гораздо больше времени только друг для друга.

Это последний шанс, который Тэис согласна предоставить мужу. Родственники не так уж и глупы, они должны понять, пока возле него крутятся розы, подобные Ранге, тот не будет уделять должного внимания жене.

– Милая, но почему Лэйни? – проигнорировав вопрос и то, что он был обращён к мужу, вмешалась в разговор графиня.

Ну что ж. Они сами хотели этого. Хорошо, что за столом нет посторонних, можно говорить откровенно. Вряд ли родственники не знают о похождениях Дайтена.

– В Лэйни не будет дам лёгкого поведения, отвлекающих виконта от обязанностей по отношению к жене, – говоря так, Тэис радовалась, что голос её не дрожит. И пусть щёки горят жарким румянцем, можно списать это на гнев. – Если мой муж не пожелает меня сопровождать, я уеду одна! Можно без компаньонки, – она бросила предостерегающий взгляд в сторону маркизы Реноа. – По дороге заеду к моей бабушке, думаю, она не откажется составить мне компанию. Благодарю за обед!

Тэис осторожно, не звякнув, положила приборы в тарелку с нетронутым жарким, в полной тишине поднялась из-за стола и вышла из комнаты, напоследок отметив задумчивый взгляд графа, восхищённый – Виореса, и недовольные – женской части благородного семейства.

Она смогла! Она это сделала! Высказала своё мнение. Правда, стоит признать, потом позорно сбежала, чтобы не успели ответить. Но для начала и этого достаточно. Даже к новой себе нужно привыкать осторожно. Всё же, что уж от себя-то скрывать, страха во время своих смелых речей Тэис натерпелась достаточно, остаётся надеяться, что не показала его. Пока эту победу можно было назвать победой над собой.

Вернувшись в свои покои, она велела горничной собирать вещи, а сама отправилась искать управляющего. Нужно было отдать распоряжения к завтрашнему отъезду. Если мужчина и удивился подобному, то свои вопросы смог удержать при себе.

Не стоило и надеяться, что подобный демарш останется без ответа. Уже через час к Тэис явились графиня и маркиза. Решили, что вдвоём справятся с ней? Решение принято, она готова отправиться даже пешком. Правда, уже не в Лэйни, а к бабуле. Да, её имя будет опорочено, но и на графское семейство ляжет некрасивое пятно. Как же, невестка сбежала через месяц после свадьбы. От достойных мужей жёны к бабушке не сбегают.

Женщины долго не решались начать разговор. И Тэис не собиралась облегчать им задачу. Она перекладывала вещи, которые горничная вытащила из гардероба, но не успела разобрать, так как исчезла сразу после появления графини и маркизы. Хорошо, что есть чем занять руки. Дорогие вычурные платья – в одну сторону, удобные, заказанные по настоянию самой Тэис, – в другую.

– Тэис, милая, может, не нужно решать сгоряча? – решила начать разговор графиня.

Только бы не сорваться. Если подумать, мать Дайтена не виновата в таком вызывающем поведении сына. И в своё время, возможно, перенесла не меньше. Вряд ли её муж такой уж паинька. Смирилась? Её право. Это не значит, что и Тэис должна следовать её примеру. Глубокий вздох. Выдох.

– Скажите, где мой муж?

– Милая, у мужчин могут быть свои дела, – кажется, графиня обрадовалась, что с ней заговорили, и решила, что уж вдвоём-то они убедят строптивую невестку в неправильности принятого ей решения. – Дела и обязанности, – веско повторила она. Опять это слово.

– Обязанности, говорите? Я думала, наши обязанности схожи: родить графству очередного наследника. Или виконт спутал, кто ему должен того наследника родить? А может, наследник родится сам по себе? Или не от виконта?

Тэис и сама пришла в ужас от своих слов. Но сказанного не воротишь.

– Вижу, ты не готова слушать, – графиня высоко подняла голову, выпрямила и без того прямую спину и направилась к выходу.

Маркиза, так и не сказав ни слова, последовала за ней. Но неужели в глазах тётушки, помимо осуждения, промелькнуло и уважение к строптивой жене своего непутёвого племянника?

***

До ночи Дайтен так и не явился. А ведь Тэис считала себя обязанной поговорить с ним ещё раз. Всё же тяжело принимать подобные решения в одиночку. Людям свойственно взрослеть, и бабуля не раз говорила, что у мужчин взросление происходит, как правило, гораздо позже, нежели у женщин. А ещё она в этих случаях вздыхала и говорила, что с некоторыми этого так и не случается.

Завтрак ничем не отличался от всех прочих завтраков. Только взгляд постоянно цеплялся за собранные сундуки и баулы, среди которых затерялась небольшая сумка с самыми необходимыми вещами, её Тэис возьмёт, если распоряжение насчёт кареты не будет выполнено. Правда, тогда стоит понимать, что и покидать поместье Тэраш придётся втайне. Пора. Муж так и не появился, ждать больше нечего.

– Сильда, – обратилась Тэис к горничной, – пойди узнай, готова ли карета. Через час я выезжаю.

Служанка покорно вышла.

Сколько нужно времени, чтобы дойти до замковых служб и выяснить такой простой вопрос? Достаточно посмотреть из окна. Жаль, что окна покоев Тэис выходят в парк, а не в каретный двор. Что ж, она не гордая, посмотрит сама. Прошла в галерею, тянущуюся по другую сторону коридора, и выглянула.

Двор был пуст. Что ж, ожидаемо. Можно возвращаться к себе. Взгляд растерянно бродил от конюшен и каретных сараев до башни, за которой скрывался поворот к главным воротам, и обратно. Конюх провёл две лошади, в одной из которых Тэис признала жеребца виконта. Явился? Но почему жеребец без седла? И почему внизу все так забегали? Сердце сжало нехорошее предчувствие.

Пожалуй, стоит вернуться, вызвать Сильду или ещё кого-нибудь из слуг и узнать, что случилось.

Тэис ещё не дошла до своих комнат, как из противоположного крыла, где располагались покои графини, раздался крик, полный невыносимой тоски и боли. Да что случилось? Пожалуй, не стоит ждать слуг, лучше узнать самой.

Из другого конца коридора спешил доктор Кёрлис. Двери в гостиную графини были распахнуты настежь. Сама графиня Тэраш бессильно, похоже, даже нисколько не притворяясь, лежала на изящном диванчике, рядом бестолково переминались две горничные.

– Что случилось? – Тэис замерла в стороне. Если не могла помочь, то хотя бы не нужно мешать.

Горничные и доктор суетились возле хозяйки, лакей, приведший доктора и, скорее всего, и сообщивший леди дурную весть, сжался и моментально исчез из покоев, сделав вид, что очень торопится. Заговор молчания? Тэис подождала, пока доктор Кёрлис отгонит одну из горничных, которые больше мешали, нежели помогали и, крепко схватив её за руку, чтобы не убежала, повторила вопрос. Взгляд служанки беспомощно забегал по комнате, с надеждой останавливаясь на госпоже.

От этого вопроса или же, скорее, от действий доктора, графиня стала приходить в себя и застонала:

– Отойдите, – женщина открыла глаза, оглядела собравшихся, похоже, не узнавая их и, словно что-то вспомнив, забилась, как будто в припадке и пронзительно закричала: – Даечка-аа!

Даечка? Что такое даечка? Графиня повредилась умом? Догадка пронзила, словно молния. Даечка, так мать могла звать своего ребёнка. А шок графини быстро переходил в истерику. Она остановила полубезумный взгляд на невестке и заявила:

– Это ты! Это ты виновата в смерти моего сына!

Тэис подозревала что-то нехорошее, но услышать подобное была не готова. Дайтен мёртв. Мало того, в этой смерти обвиняют её. В голове стал нарастать назойливый звон. Как же так? Почему? Это не может быть правдой. Ей лгут. Как быстро темнеет.

***

Очнулась Тэис в собственной спальне. Рядом сидела горничная.

– Сильда? Скажи, что это неправда.

Служанка лишь виновато опустила глаза.

– Я должна узнать, что случилось! Помоги мне встать и одеться.

– Ваша милость, доктор Кёрлис велел вам лежать.

– Ты знаешь, что случилось? – Тэис строго глянула на служанку и, получив отрицательный ответ, продолжила: – А я должна узнать. Понимаешь, должна! Помоги мне одеться.

Интересно, горничные графини успели разнести безумные слова своей хозяйки или ещё нет? Почему в смерти виконта обвиняют его жену?

Дом словно замер. И у кого узнать о случившемся? В покоях маркизы Реноа пусто, наверняка, тётушка сейчас у графини. К графине идти совсем не хочется. И к Лаите тоже. В идеале нужно бы расспросить того, кто принёс эту ужасную весть, но кого? Не будешь же бегать по замку и выяснять. Остались сам граф Тэраш и его младший сын. Тэис решительно направилась к кабинету, если там никого нет, она не остановится перед тем, чтобы самой прийти в комнаты Виореса.

Дверь в кабинет была слегка приоткрыта. Тэис охватила оторопь. По доносившимся голосам она поняла, что там находятся и граф, и Виорес. Как же удачно получилось, они говорят именно на интересующую её тему. Хотя, чему удивляться, нелепо в этой ситуации ожидать других разговоров.

– …эта глупая шлюшка решила разыграть обиженную невинность, устроила показательные гонки и прямо на лошади влетела в блуждающий портал, – с досадой рассказывал старший Тэраш. – Жеребец Дайтена оказался умнее и затормозил, правда, так резко, что всадник вылетел из седла и сломал шею. Доигрался, бабник! До смерти доигрался! А наследник Нидора так и не получен, даже не зачат! Столь долго вынашиваемый план летит к дигорту.

Что-то Тэис не уловила сути разговора. При чём здесь наследник знаменитого мага Нидора, прославившегося тем, что открыл и стабилизировал сразу несколько ранее неизвестных порталов? Какое отношение к нему имеет Дайтен? И что за план вынашивал его отец? Граф точно не в себе. И сложно сразу понять от чего: от горя, как его жена, или же от злости. Можно уходить, пока её здесь не обнаружили, всё, что нужно, уже выяснила.

Тэис уже отступила от двери, но свёкор говорил так громко, что она невольно услышала его следующие слова:

– После положенного срока траура ты женишься на ней!

– Что? Жениться на этой серой мыши? Не-ет, папа, ты не посмеешь. Только не это! И потом, как ты обоснуешь отказ от помолвки с Норной Дайрени?

– Да, с Дайрени могут возникнуть проблемы, – судя по звукам, граф Тэраш поднялся и стал шагать по комнате. А вдруг, он выглянет за дверь? Нужно бы бежать, но разговор зашёл о Тэис. Кого ещё в этом доме могли презрительно назвать серой мышью? – Как же плохо, что Дайтен не успел обрюхатить жену!

А ведь граф больше расстроен не тем, что умер его наследник, а тем, что Тэис не забеременела. Пусть её поймают под дверью, но она дослушает до конца. Жалеть о принятом решении не пришлось, отец семейства продолжил:

– У нас остаётся один выход. Правда, времени совсем немного. Её обрюхатишь ты! Для всех же рождённый ребёнок будет ребёнком Дайтена.

– Что-о?!

Сколько труда стоило Тэис не присоединиться к возмущённому воплю Виореса. Пришлось до боли закусить костяшки пальцев. Да как такое могло прийти в голову старому развратнику? Ворваться и расцарапать ему лицо? И что это даст? То-то и оно, что ничего. Виорес самый адекватный из всего семейства, он непременно откажется.

– Ты меня услышал. Уже сегодня ночью придёшь в спальню к вдове и утешишь её, проведя с нею всю ночь, а не так, как этот лоботряс! И так каждую ночь, пока Кёрлис не сообщит, что она беременна.

– Папа, я не смогу с нею каждую ночь! В чём-то я понимаю Дая. Он рассказывал, какая она в постели – холодная бессердечная рыба!

Что? Братья обсуждали их интимные отношения? Как же мерзко. А ведь с некоторых пор Виорес нравился Тэис больше всех Тэрашей.

– Справишься, – почему-то поверилось, что старый граф имеет в виду не физическую силу. – Ради будущего нашего рода ты должен справиться. Если так уж противно, обмотай её голову одеялом, и представляй кого-нибудь из более аппетитных шлюх, только не придуши. Сам знаешь, этот ребёнок – наш единственный выход. А чтобы ты не думал, что испытание достанется только тебе, так и быть, ночи мы поделим. Одну ночь будешь работать ты, другую – я. Главное, что ребёнок будет Тэрашем.

Дальше Тэис слушать не стала. Она не помнила, как ушла от кабинета, как добралась до своей комнаты, попыталась запереться и машинально отметила, что задвижка на дверях её покоев, скорее, символическая, и сильному мужчине достаточно дёрнуть разок посильнее, чтобы та вылетела напрочь.

Что же делать? Тэис полностью в их власти. И не только юридически, они же просто-напросто сильнее физически.

Время! Ей нужно выиграть время. Похоже, старый граф решил сообщить всем, что невестка беременна, и вдвоём с сыном приняться за воплощение этого утверждения в жизнь. Тэис нужно спрятаться от них на месяц или чуть больше, и она сделает это. Вот и вещи уже собраны. Только вряд ли её теперь отпустят. До ночи ещё есть время, а потому нужно бежать. И бежать немедленно.

Тэис отпустила горничную и велела не беспокоить, в конце концов, у неё умер муж, и она имеет право оплакать его в одиночестве.

***

Гнетущая тишина, воцарившаяся в доме, настойчиво давила на психику. Слуги, прежде суетящиеся вокруг, исчезли неизвестно куда. Стыдно радоваться подобному, но Тэис это было на руку: её не заметили. Удобное тёмно-серое платье, в котором можно ехать верхом, замшевые лосины и ботинки на низком каблуке. Небольшой саквояж, в котором были собраны необходимые вещи и только те драгоценности, которые она привезла с собой, слегка оттягивал руку.

Пешком, как она решила вначале, далеко уйти не удастся, а потому нужна лошадь. Главное, вести себя решительнее, и слуги не будут сомневаться в её праве. Тэис, даже после смерти мужа, является виконтессой Лэйни, пусть и вдовствующей.

Удача, неужели ты решила улыбнуться забытой тобою серой мышке? Ибо, если это не так, то серая мышка сама заставит тебя вспомнить о ней. Только бы не рассмешить. Многие верят, что Удача – тоже богиня, а боги ещё те шутники.

Как бы то ни было, в конюшне находился только молоденький парнишка помощник конюха.

– Леди? – мальчишка даже и не пытался скрыть своего удивления.

– Оседлай мне лошадь! – приказала Тэис. У него не должно возникнуть сомнений в праве молодой хозяйки отдавать приказы. И уж, тем более, не его дело, для чего ей понадобилась лошадь.

– К-какую? – похоже, слуга был туповат, но это и к лучшему.

Своей лошади у Тэис не было. Велеть оседлать одну из кобылок графини или Лаиты? Ещё обвинят в воровстве. А вот на некоторое наследство от мужа она право имеет, потому указала на жеребца Дайтена, мирно стоящего в стойле.

– Он не ходил под дамским седлом, леди, – озвучил проблему мальчишка.

– Седлай мужское! – пора на него прикрикнуть, время утекает, её могут хватиться или увидеть здесь. – И приготовь торбу с овсом, – добавила Тэис после того, как её указание было выполнено.

Можно отправляться. Впереди предстоял едва ли не самый сложный момент её бегства. Если страже на воротах отдали приказ не выпускать виконтессу из замка, то всё напрасно. Но нет, и здесь повезло. Ворота были открыты, и Тэис проехала, даже не глянув на вытянувшихся стражников. Она в своём праве, и, как и другие члены семьи, не обязана отчитываться, куда выезжает.

Неприветливый замок с его неприятными обитателями остался за спиной. Теперь нужно сдержаться, чтобы не пришпорить коня и не пустить его вскачь. Воображение услужливо подкидывало картинки, одна другой красочнее, как разозлённые родственники обнаружили её отсутствие и кинулись в погоню. Жеребец, почувствовав волнение всадницы, сам ускорил аллюр, Тэис не стала ему препятствовать, ведь их желания совпадали. Скорее, скорее скрыться из виду. Что делать дальше, девушка особо не задумывалась. Теперь только вперёд, к бабушке, а уж бабуля не даст её в обиду. И ещё. Ещё бабуля должна, просто обязана кое-что рассказать.