Двойной исекай

Глава 5. Архивные хроники

Вытащив пыльный том с полки, Кайриэн чихнул и аккуратно промокнул глаза чистым влажным платком. Пыль, скопившаяся в архиве башни волшебников, лежала на полках толстым слоем и раздражала слизистую глаз.

Однажды юный Кай спросил у наставника, почему они запрещают прислуге убираться в архиве.

— Чародеи, мой мальчик, свято хранят свои тайны, — ответил тогда почтенный мэтр магии. — Тем более что эти тайны могут навредить несведущим людям. В наших архивах собраны фолианты, содержащие такую силу, что, будь она использована во зло, от нашего мира остались бы одни руины. Например, здесь хранятся пророчества и их исследования. Поэтому мы накладываем на книги заклятья сохранения и не пускаем сюда посторонних. Иногда посылаем в хранилища провинившихся магов для уборки, но лишь тех, кто уже имел к ним допуск.

— Но почему пророчества опасны?

— Потому что понять их могут только маги, да и то не все. Ты — один из тех, кто может, хотя и не обладаешь полноценным даром предвидения. Магия света — одна из твоих специализаций, позволяет заглядывать за границы времени и пространства.

— И всё же, чем они опасны?

— Пророчества — не абсолютная сила. Есть разные факторы, влияющие на то, сбудется оно или нет: свобода воли, вмешательства извне… Пророки выхватывают из потоков времени наиболее вероятные события, которые могут никогда не случиться. Однако люди, неверно воспринявшие их, могут направить ход истории по менее желательным путям.

— И всё-таки я не понимаю, наставник.

Верховный маг выхватил с полки пухлый том и, быстро пролистав его, прочитал:

— «Падёт истинный наследник, и взойдёт на престол солнечной империи кровавый тиран, и покорится ему каждое живое существо, каждая травинка будет восхвалять его страшные деяния…» Как ты думаешь, о чём это, Кай?

— О том, что грядут в нашей империи ужасные времена, кто-то убьёт наследного принца…

— А теперь прочти сам.

Ученик волшебника начал читать, но едва его уста произнесли несколько слов, как активировалась магическая формула, заложенная в тексте. Перед глазами всё побелело, и из клочьев светлого тумана вышли видения: наследник, с детства проявивший себя жестоким по отношению к подданным, погиб в ходе восстания. А на престол вступил Эларин I, родной брат наследного принца.

Эларин правил жёстко, карал преступников, ввёл суровые и жестокие казни за некоторые преступления. Однако при нём в империи Соларис наступил мир. Простолюдины славили его, потому что он не закрывал глаза на произвол и зверства аристократии, а прилюдно карал и лишал титулов, заявляя, что власть и привилегии даны для защиты, а не для того, чтобы безмерно тешить свою алчность.

Моргнув, Кай прогнал видение и спросил:

— Наставник, а что за погибший принц? Историю Эларина Первого я помню — это выдающийся правитель VII века, но никогда не слышал о его восстании.

— Дело в том, что пророк Дорон, которому было послано это видение, хранил его в тайне, пока не прошли все ключевые поворотные моменты. Представляешь, как было бы ужасно, если бы люди, неверно поняв слова мага, попытались спасти наследника и подавить восстание? Однако Дорон не хотел, чтобы в восстании погибли люди, а Эларин был вынужден занять трон через бойню. Поэтому он сумел подстроить так, что жестокость и безумие наследного принца бросились в глаза людям и он скомпрометировал себя. Мальчика обследовали и признали невменяемым. Историй о нём практически не осталось, потому что в те времена безумие было позором всего рода. Ребёнка закрыли в лечебнице для душевнобольных и объявили о его гибели. Так Эларин совершенно законно вступил на престол.

Кайриэн встряхнул головой, возвращаясь в настоящее. Как бы ни были приятны прошлые воспоминания, ему было необходимо найти информацию об обмене телами между сноходцами и о возможности снятия чар, блокирующих способности. Маг продолжал методично перебирать древние фолианты, внимательно изучая каждый том. Его пальцы скользили по пожелтевшим страницам, а глаза выхватывали важные детали, однако ничего нового найти пока не удавалось.

— Проклятье, мне не помешала бы помощь…

Внезапно его внимание привлекло странное мерцание между страницами одного из томов. Кайриэн осторожно раскрыл книгу и обнаружил тонкий пергаментный свиток, запечатанный древней рунической печатью.

«Странно, — подумал маг. — Как я мог этого не заметить?»

Он аккуратно сломал печать и развернул свиток. Пожелтевшая от времени бумага хранила выцветшие чернила, но текст оставался разборчивым:

«В год, когда звёзды сойдутся в созвездии Серебряного Дракона, а два сердца, связанные одной нитью, но разделённые мирами, найдут путь друг к другу через звёздную бесконечность, древнее пророчество о Великой Тьме пробудится и станет истинным. Самозванки примут судьбу и станут ключами, отворяющими пространство, а сила, что казалась утраченной, обретёт новое воплощение».

Очевидно, это было пророчество, однако оно не активировалось и не показало Кайриэну своего истинного значения. Возможно, кто-то намеренно изменил формулу, чтобы скрыть истинный смысл?

— Проклятье! — зло выругался маг. — Пусть великая Тьма заберёт древних волшебников, которые так любят загадки. Что же делать? Как расшифровать текст без видения? Сейчас как раз идёт год Серебряного Дракона. Два сердца, нашедших путь друг к другу, очевидно — Ри и Анна. Но что за древнее пророчество о Великой Тьме?

Мужчина с тоской оглядел архив: полки, хранящие знания, уходили высоко, теряясь во мраке. Множество уровней, бесчисленное количество информации. Но что-то подсказывало ему, что времени на разгадку у мира остаётся не так много.

— Проклятье…

Кайриэн задумчиво провёл рукой по светлым волосам, размышляя над прочитанным. Слова пророчества эхом отдавались в его сознании, вызывая всё больше вопросов.

«Самозванки примут судьбу…» — эта часть особенно тревожила мага. Почему именно они станут ключами? Ри и Анна… Они должны принять новую жизнь как собственную? А может, всё же имеется в виду кто-то другой? Разгадки пророчеств бывают крайне неожиданными.

Внезапно его внимание привлёк едва слышный шорох за спиной. Обернувшись, Кайриэн увидел, как к нему неспешно — сказывался возраст, приближается великий маг Астериус.

— Кай, мне сказали, что ты уже сутки не выходил отсюда. Что-то случилось?

— Наставник, — маг снова промокнул покрасневшие глаза платком. — Скажите, вы когда-нибудь видели это пророчество? Оно не активируется на просмотр.

Старый волшебник аккуратно взял хрупкий пергамент и нахмурился.

— Нет, — Астериус поднёс пергамент к магическому светильнику, внимательно изучая каждую руну, каждый изгиб древнего текста. Его брови сошлись на переносице, выдавая глубокую задумчивость. — Более того, я не помню и пророчества о Великой Тьме.

— Это… необычно, — наконец произнёс он. — Формула пророчества искажена, но я не чувствую и не вижу следов.

Кайриэн подался вперёд:

— Вы можете восстановить первоначальную версию?

— Не уверен, — покачал головой Верховный маг. — Необходимо найти связанное изначальное пророчество о Великой Тьме, возможно, тогда мы сможем пролить свет и на эту загадку. Ты оказался здесь из-за этого пергамента?

— Нет, наставник. Я искал информацию о чарах, запирающих дар. А этот свиток… Он сам привлёк моё внимание.

— В этом месте, мой мальчик, часто происходят загадочные вещи. Это пророчество мы обязательно изучим и отыщем решение. А что ты хотел узнать о чарах?

— Наставник, позвольте ответить вопросом на вопрос. Как часто вам приходилось их использовать?

Астериус задумчиво потёр подбородок, его глаза сверкнули стальным блеском:

— Чары, запирающие дар… Это древнее искусство, Кай. Мы используем его только в крайних случаях, когда магия может причинить больше вреда, чем пользы. Несколько раз я запечатывал дар или его часть. Самая известная персона — леди Сильвербрайт. Но скажи, почему ты спрашиваешь об этом? С твоей подругой что-то случилось?

— Нет-нет, просто интересуюсь, так ли это необходимо с Ри? Возможно ли снять чары? И насколько это легко? Бунтовал ли кто-то против таких действий? — Кай не решился напрямую спрашивать о переселенцах между мирами — наставник далеко не дурак и раскусит заинтересованность ученика как орешек.

Астериус тяжело вздохнул, его взгляд стал ещё более серьёзным:

— Необходимо, Кайриэн. Императрица, имеющая почти безграничную власть… Представь, что будет, если она заблудится, а её место займёт другая душа? Противостоять соблазну бывает очень сложно. Пока подмену обнаружат, пока помогут императрице вернуться в тело… Захватчик может натворить много непоправимого. Снять такие чары… Это как пытаться починить сломанную скрипку, не имея права ошибиться. Одно неверное движение — и инструмент будет испорчен навсегда.

— Но ведь есть способ?

— Есть, — медленно произнёс наставник. — Хотя он крайне рискованный. Чары, запечатывающие дар, оставляют след в самой сути человека. Они становятся частью его природы, и попытка их снять может привести к… непредсказуемым последствиям. Я смогу. Ты сможешь, после практики. Но таких, как мы, единицы.

— Какие последствия? — голос Кайриэна дрогнул.

— Например, полная потеря магических способностей. Или их неконтролируемый всплеск, который может уничтожить или изменить носителя.

В архиве повисла тяжёлая тишина. Только мерцание магических светильников нарушало её.

— То есть, как я и думал, фактически это нереально, — произнёс Кайриэн. — А что насчёт сопротивления?

— Теоретически — да. Но практически это почти невозможно. Для этого нужно обладать невероятной силой воли и пониманием своей природы. И умениями моего уровня. Большинство людей, подвергшихся такому воздействию, со временем просто смиряются с утратой способностей.

— А возможно ли, что запирающие чары развеются или спадут сами?

— Кай, ты же не ребёнок. Магия такого уровня меняет человека и развеивается сразу. То есть дар запирается собственной сущностью.

Кайриэн опустил голову, его плечи поникли под тяжестью услышанного. Он так надеялся найти решение, которое прольёт свет на произошедшее и поможет Ри и Анне вернуться на свои места. Пока же всё лишь запутывалось, а найденная информация указывала на то, что в игру вступили силы, неподвластные человеку.

— Всё это, может, и интересно, Кай, но я тебя не за этим искал. Почему ты поменял тему исследования? — с чувством спросил Астериус. — Вернись к изучению борьбы со скверной. Ты же знаешь, что полноценно помогает лишь божественная сила, а она не появлялась в нашем мире уже несколько веков. Тем временем заражение становится всё больше, а плодородных земель — всё меньше. Людей, подвергшихся влиянию тьмы, приходится казнить, ибо излечить их мы не можем, а сами они с момента заражения преследуют лишь одну цель — распространить скверну как можно дальше.

— Да, я знаю. Последние отчёты на вашем столе, наставник. Там наметился слабый прогресс.

— Как?! А почему я не знаю?

«Потому что я занялся проблемой Рианны, — подумал Кай. — И всё остальное стало неважным».

— Вы были заняты в Совете магов, — вслух произнёс он дежурную отговорку. — Вот я и не счёл необходимым вас беспокоить. Тем более что я лишь нащупал дорожку, не факт, что она выведет к решению.

— И что же в твоих исследованиях?

— Так как скверна очищается только Святыми, я предложил формулу трансформации магии света в магию, схожую по своим свойствам с божественной силой. Скверна начинает реагировать и уступать, но эффект пока крайне мал.

— И ты молчал, паразит! Это же прорыв! Скорее пойдём, я при тебе изучу отчёт, и мы обсудим…

Старый маг воодушевился и потащил слабо сопротивляющегося Кайриэна из архива.

«Кто может остановить наставника, когда он захвачен идеей? — мысленно вздохнул Кай, бросив попытки вырваться, и покорно последовал за верховным магом. — Пожалуй, лишь десятитонный тролль, усевшийся на заинтересовавшие Астериуса рукописи, и то вряд ли».

Однако Кайриэн неожиданно получил опровержение своим мыслям, когда они вышли в вестибюль. Наставник был остановлен яростным воплем одного из старших магов:

— Магистр Астериус! Срочные новости!!! Это невероятно!

— Орф, не кричи, я здесь. Секретность? — старый маг оглядел зал, полный людей.

— Да какая там секретность! Уже весь город знает! А к вечеру будут знать по всей стране. К утру информация уйдёт в другие государства.

— Да что случилось-то?

— В храме зафиксировано явление Богини! Прямо во время церемонии!

— Как?! Такого не было… Да никогда не было!

— Более того, её чётко видно на записях в кристаллах.

— Не тяни ты, говори подробнее!

— Богиня сказала что-то о свершении предначертанного и одарила божественной силой девушку, которая в этот момент касалась реликвии Святой! Астериус, это свершилось! Нам явилась Святая! Впервые за триста лет!!!

— Кто? — внезапно охрипшим голосом спросил Кай, который начал что-то подозревать. — Кто Святая?

— А, я не сказал? Да, подруга твоя, невеста наследного принца, леди Рианна Сильвербрайт.

В воцарившейся тишине было ясно слышно, как с громким стуком упал на пол, выскользнувший у Кайриэна из рук толстый фолиант, который он случайно прихватил из архива.

Император Гордений II Эр Соларис откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на мерцающие огни освещающих кристаллов, и запустил руку в свои чёрные волосы, чуть тронутые сединой. Его лицо, изборождённое глубокими морщинами, хранило следы пережитых лет и принятых решений. В памяти всплывали события сегодняшнего дня, когда в храме произошло то, чего не случалось уже три столетия — избрание Святой, и то, чего за известную историю мира никто и вовсе не видел — публичное явление Богини Эллиадары.

Правитель запечатлел в памяти каждое мгновение той церемонии. Помнил, как зал наполнился неземным светом, как голос Богини эхом разнёсся по святилищу. И главное — как Рианна Сильвербрайт обрела божественную силу, сияющим ореолом возникшую вокруг неё.

«Интересно, как волшебница могла стать Святой, если это противоречащие друг другу силы?» — подумал император, перебирая пальцами резные подлокотники кресла.

Становление невесты его сына избранницей Богини, сначала вызвало у него смешанные чувства. С одной стороны, это было знаком свыше — союз принца Кристиана со Святой мог укрепить позиции империи как никогда. С другой — слишком многое теперь зависело от этой девушки, от её решений и поступков.

Впрочем, Гордений даже не сомневался в том, что Рианна станет отличной императрицей — в её воспитание и обучение внесли лепту и её семья, и императорская чета. Однако тревожила его мысль о том, что Кристиан не спешил сочетаться браком с девушкой, выбранной ему родителями.

— Рианна — мой хороший друг, — говорил принц отцу. — Не могу, не готов я воспринять невестой ту, что с детства была как сестра.

Леди Сильвербрайт от брака не отказывалась, но следовала воле жениха и откладывала назначение даты свадьбы уже который год, в очередной раз подтверждая мнение императора о том, что она будет идеальной опорой и поддержкой раздолбаю Крису.

«Богиня не выбирает случайных людей», — напомнил себе император, поднимая чёрные глаза на портрет основателя династии, висящий над креслом.

Мысли императора вернулись к недавнему докладу о распространении скверны. Появление Святой должно стать поворотным моментом в этой борьбе. Если Рианна действительно обладает силой, способной противостоять тьме, то будущее империи выглядит оптимистично.

«Пусть так и будет», — подумал император, поднимаясь с трона. — «Пусть Богиня хранит нашу империю и свою избранницу».

В это же время его высочество принц Кристиан Тор Соларис смотрел в окно своей спальни на яркие краски закатного неба, держа в руке бокал с нетронутым вином. В его душе поднималась волна гнева: теперь, с избранием Ри Святой, отец тем более не позволит ему разорвать помолвку. Только добровольный отказ Рианны от брака будет допустимым поводом для разрыва помолвки — нельзя принуждать Святую, ведь божественная сила сама указывает ей истинный путь.

Вот и страдал несчастный принц от раздирающих его противоречий: с одной стороны, он был искренне рад — избрание Святой было невероятным событием, благословением для всей империи. С другой — это окончательно связывало его по рукам и ногам.

Крис, не справившись с бурей эмоций, слишком крепко сжал бокал, и вино смешалось со струйками крови из порезов осколками.

«Почему именно сейчас?» — думал Кристиан, не обращая внимания на боль. — «Почему не через полгода, когда я смог бы разорвать помолвку, ссылаясь на древний закон об отборе?»

Теперь же отец никогда не пойдёт на это — союз со Святой укрепит позиции династии как никогда. А сама Ри… Хоть и соглашалась каждый раз отдалить вступление в священный союз, была слишком благородна, чтобы отказаться от своего долга перед страной. Она верила, что в качестве императрицы принесёт пользу, а потому следовала воле родителей.

Он любил Рианну. Всегда любил. Но как друга, как сестру, как ту, кто была рядом, поддерживала и помогала. А теперь…

«Проклятая скверна!» — мысленно выругался принц, отбрасывая в сторону осколки раздавленного бокала, с тихим звоном разлетевшиеся по полу.

Кристиан прижался лбом к холодному стеклу окна. Солнце окрасило небо в багряные тона, подчёркивая его настроение. Крис чувствовал себя заложником ситуации и не мог найти выхода из неё.

Но нет, он не мог так просто принять это. Не после всех лет, проведённых в попытках оспорить выбор родителей. Не после того, как позволил себе надеяться на свободу в принятии решений.

Нечто тёмное начало подниматься в его душе, как древний, забытый инстинкт пробуждался от долгого сна. Крис почувствовал, как внутри растёт что-то чуждое, незнакомое — то, чего он никогда раньше в себе не замечал.

«Это неправильно», — шептал разум, но тёмная волна накатывала всё сильнее, затуманивая сознание. Принц ощутил, как в нём просыпается жажда власти, желание контролировать ситуацию, даже если это противоречило его прежним убеждениям.

Кристиан отпрянул от окна, пытаясь убежать от собственных мыслей. Его дыхание стало тяжёлым, прерывистым. Он чувствовал, как тьма внутри разрастается, как странные чувства противостоят его человечности.

«Что со мной происходит?» — спросил он себя, но ответа не было. Только глухая, давящая тишина в ответ.

Внезапно всё закончилось. Тёмная пелена, застилавшая разум, рассеялась, оставив после себя лишь неприятный осадок. Кристиан несколько мгновений стоял неподвижно, пытаясь осознать произошедшее.

Принц растерянно огляделся вокруг. Разбитый бокал, лужица вина на полу, смешанная с его кровью — всё это показалось частью какого-то дурного сна. В этой оглушительной тишине лишь боль в порезанной руке была реальной.

Глава 6. Трансформация

В этот раз пробуждение было крайне неприятным. Голова гудела, словно в ней поселился целый оркестр, играющий на медных тарелках. Рианна с трудом разлепила глаза и уставилась в потолок. Снова… Снова этот сон, но какой-то другой, не такой, как раньше.

Девушка видела прекрасное, невероятно глубокое озеро с ярко-голубой водой. Солнце, бликующее на водной глади, превращало водоём в расплавленный драгоценный камень, так похожий на глаза Богини Эллиадары как их изображали художники её мира. Ри подошла к воде и опустила руку. Ощущения были настолько реальными, что она на мгновение забыла, где находится. Холодная, кристально чистая вода обволакивала пальцы, даря странное успокоение.

Сомнений нет, в очередной раз она отправилась в путешествие во сне. И, как и раньше, совершенно не могла контролировать процесс. Межмировую грань пересечь также не удалось — увиденное прекрасное озеро явно принадлежало этому миру.

«Байкал. Это Байкал», — пронеслось в голове у Рианны.

Холодная вода продолжала ласкать пальцы, даря странное, почти гипнотическое умиротворение. Ри ощущала, как энергия древнего озера, пронизывает всё её существо, наполняя до краёв.

Она сбросила наваждение и сделала шаг назад, оглядываясь по сторонам. Воздух был кристально чистым, наполненным ароматом трав и свежести, но что-то настораживало. Прислушавшись к своим ощущениям, Рианна почувствовала чьё-то присутствие. Не оборачиваясь, она уже знала — кто-то стоит за её спиной. Медленно, боясь спугнуть нежданного гостя, она повернулась.