- -
- 100%
- +
Глава 1
Я слышу их голоса…
Не вижу, но слышу каждое слово, каждый вздох и шорох. Я словно парализована, тело отказывается двигаться. Не могу поверить в происходящее, оно кажется слишком нелепым, абсурдным, ненастоящим… Может, это сон? Просто кошмар, из которого скоро проснусь… Иллюзия? Мираж?
– Так тебе нравится? – сладко, с нарочитой нежностью тянет Арина.
Ответа нет. Лишь тяжелое дыхание мужа, его низкий стон, от которого мне становится тошно. Я сжимаю пальцы до боли, впиваясь ногтями в ладони, чтобы хоть как-то убедиться: я не сплю…
– Подожди… Сейчас… – звякает пряжка ремня, и сердце мое проваливается вниз, в пустоту.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим. И от этого я вдруг чувствую себя беспомощной и ненужной, словно ребенок, которого бросили одного в темноте.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Внутри вспыхивает ярость, смешанная с отчаянием. Я резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
Саша стоит, запрокинув голову к потолку, закрыв глаза… Перед ним, на коленях, самодовольно и почти профессионально движется Арина.
Его пальцы сжимаются в ее волосах, она шумно изображает удовольствие, подыгрывая и ему, и себе…
Я замираю, забывая, как дышать.
Они не видят меня. Им не до меня.
– Так? – на секунду она отрывается, и я вижу ее лицо, самодовольное, бесстыжее, с мазками моей помады на губах…
– Умница! – сипло, с наслаждением отвечает Саша.
– Еще? – сладко дразнит его эта маленькая дрянь, и я вижу, как он кивает, жадно хватая ртом воздух.
– Да… – приказывает он не своим голосом.
Он никогда так не говорил со мной…
Арина послушно, словно опытная актриса, выполняет команду. Саша резко дергается навстречу ей, и я чувствую, что сейчас меня вырвет. Ком подкатывает к горлу.
– Да! – выкрикивает он, его голос ломается от удовольствия.
Арина медленно поднимается, ведет руками по его торсу вверх, оставляя на теле невидимые следы своей власти. Она подставляет губы, и мой муж без колебаний целует ее…
– Зачем ты взяла ее помаду? – вдруг спрашивает он, чуть отстраняясь.
Я отступаю назад, дышать становится совсем невозможно. Арина тихо смеется, в ее голосе презрение ко мне и уверенность в себе:
– Захотела! Мне этот цвет идет гораздо больше, – произносит она победоносно и, не скрываясь, целует его рубашку, плечо, шею, оставляя алые пятна на его коже. – Да и… если она найдет следы, то ничего не заподозрит! Это же ее помада, – хохочет она над собственной хитростью, – ей кажется, что ее, а на самом деле уже моя…
Последняя фраза – словно удар в лицо.
– Как и ты, – завершает Арина, ласково скользя губами по его щеке. – Здесь скоро все будет моим…
***
– Ну как вам? – спрашиваю бодрым голосом, оглядывая сидящих за столом.
Со мною завтракают мой муж Паша и Карина!
Почти племянница. Дочь близкой подруги. Живет у меня временно. Второй курс и проблемы с общежитием. А я только рада! Обожаю эту девчушку! К тому же сразу появилась куча новых поводов поболтать с подругой…
– Ну? – откладываю планшет с текстом. – Чего же вы молчите? – спрашиваю почти обиженно. – Я вам принесла начало своего романа, а вы…
– Вер, – откашливается мой муж.
Мой странно побледневший муж.
– Ты же знаешь, что я совсем не ценитель подобных историй… – он прячет взгляд в чашке с кофе. – Написано эмоционально, – кривится он.
Ставит чашку на блюдце, и она предательски звякает. Так, будто его руки дрожат.
– Персонажи странные! – выпаливает Каринка, сверля меня взглядом.
– А в чем же странность? – вскидываю брови.
– Почему это вы девочку так опускаете? – с вызовом спрашивает она. – Профессионалка, дрянь… Кто она там еще у вас… Может, – Карина задирает подбородок, – она просто влюбилась!
– Так, мне пора! – вскакивает Пашка, чуть не опрокидывая стул.
– Я провожу тебя, дорогой! – медленно встаю из-за стола, но…
Каринка гораздо быстрее меня выпархивает в коридор.
– Ваш портфель, дядь Паш, – подает она ему кожаный кейс, невинно хлопая ресницами.
– А! Да! Спасибо! – словно смутившись, кивает он и шагает к двери, не поцеловав меня.
– Ну, – отмахивается. – Давайте, до вечера!
И тянется к Карине.
Берет из ее рук портфель. Берет его, мимолетно касаясь ее руки…
Дверь захлопывается…
В прихожей повисает тяжелая тишина.
– Тебе ко скольки на занятия? – задаю, в общем-то, будничный вопрос я.
– Сегодня к третьей паре и до самого вечера! – воркует мелодично, глядя мне прямо в глаза. – У нас лабораторная, преподаватель сказал, что будем работать до самого конца!
Хихикает и закатывает глаза к потолку.
– Ну что ж! – улыбаюсь, поддерживая эту пошленькую игру слов. – Надеюсь, что этот самый конец будет эффектным!
Каринка мелодично хохочет и скрывается в ванной.
Она там проводит столько времени, что мне иногда становится страшно, не утонула ли…
Эгоистичная, как все дети…
Крутится перед зеркалом, часами болтает с подругами, гуляет до полуночи…
Я, у которой никогда не было дочери, была к этому не совсем готова…
Но…
Элька, ее мать, меня успокаивала: “Она же, по сути, еще безбашенный ребенок!”
И тут у меня пиликает телефон.
Открываю мессенджер, смотрю сообщение.
Это от Паши.
“Забыл сказать, аврал на работе, вечером не жди!”
А вот вам и эффектный конец…
.
Глава 2
Я медленно возвращаюсь за обеденный стол, беру в руки планшет…
Я их не обманула – это действительно начало моего нового романа.
Что-то из серии “Очень горячо”. Побольше эффектных постельных сцен, страстей на грани приличия и обязательно раздирающее душу предательство…
Видит бог, я никогда не мечтала стать героиней такой истории. Мне всегда казалось, что в жизни должна быть справедливость, что все сестры должны получить именно свои серьги…
А я… Я же всегда была правильной женой… Поддерживающей, вдохновляющей… Я старалась ради мужа, ради семьи… Жарила картошку, ожидая его бесконечными вечерами, и утешала, что у него обязательно получится… Обязательно!
Только квартира все также оставалась съемной, из ванной я никак не могла вывести плесень, а очередной Пашкин “гениальный проект” привычно проваливался…
И тогда я стала писать…
Нет, не сразу… Филолог по образованию, я начала с корректуры. Исправляла ошибки в чужих работах. Морщилась, читая эти примитивные тексты, и в качестве противоядия брала с собой на ночь Сартра…
А потом… В один из вечеров, когда мой муж как обычно где-то пропадал, я отложила в сторону чужую рукопись и начала представлять, а как бы в ситуации главной героини поступила я…
Мои представления кардинально отличались от представлений автора, заказавшего мне работу. Я была уверена, что напишу не плоско, не примитивно, не шаблонно!
Поэтому, едва сдав рукопись, я открыла свой ноутбук, создала новый файл и…
Это был полный провал.
Книгу прочли, кажется, восемь человек.
Но это был первый шаг на трудном пути автора.
Понять законы жанра, научиться чувствовать предпочтения публики. Шаг за шагом я поняла, как заставить читателя почувствовать боль, страсть, интригу. Я научилась балансировать на тонкой грани между простотой текста для широкой публики и глубиной описаний, которой требовала моя гордость филолога.
Я смогла.
Не сразу, но смогла.
Вот только теперь, кажется, у меня есть шанс пройти этот путь заново. Попробовать себя в новом амплуа.
Откладываю планшет, поднимаю чашку с уже остывшим, но все еще приятным кофе…
В этом романе горячим будет не только предательство, но и возмездие!
Сладкое, терпкое, справедливое…
Улыбка сама собой трогает уголки губ.
О да! Это будет нечто. То, чего в этом жанре еще не было.
И тут, как и в жизни – или пан, или пропал! Или я стану законодательницей моды и основательницей нового жанра, или…
Или в этом месяце мой благоверный не полетит со мной на Мальдивы…
Да, именно так.
Все почему-то считают, что в нашей паре деньги зарабатывает именно он. А я вальяжно сижу на шее мужа, красиво хлопая ресницами.
Я не спорю.
Во-первых, мне хочется, чтобы Пашка хотя бы на людях чувствовал себя мужиком и добытчиком, а во-вторых… меньше знают – крепче спят.
Все.
Даже самые близкие.
Вот и строю образ слегка фривольной, богемной дамочки, делающей вид, что занимается чем-то несерьезным и легкомысленным. Этакой ленивой, но милой бездельницы с идеальным маникюром и безупречным вкусом…
И, судя по отношению Карины, мне это удается.
Дверь ванной хлопает, в дверном проеме мелькает силуэт. Дочь подруги выходит в коридор, демонстративно стряхивая с волос капли воды. Ее молодое тело облачено в роскошное, слишком роскошное для студентки нижнее белье. Она бросает на меня короткий взгляд – насмешливый, вызывающий…
Я делаю еще один глоток кофе и чувствую, как во мне просыпается настоящая хищница.
Видит бог, эту игру начала не я.
Но мне самое время сделать свой ход!
.
Глава 3
Мой день расписан по минутам.
Существует заблуждение, что те, кто работают из дома, никогда не ходят на работу… О нет! Совсем наоборот. Они никогда не уходят с работы!
А сегодня мне надо выйти.
Очень надо.
Я кое-что задумала.
Поэтому я подхватываю ноутбук с собой, бросаю в сумку мышку, зарядное устройство и…
Лечу исполнять свой план “Барбаросса”!
Точнее, план Марьиной…
Кому еще упражняться в коварстве, как не писателю любовных романов?
И начинаем мы с главного для женщины… С внешности!
Это моя последняя попытка. Мое оправдание моему мужу. Всем…
Ведь…
Я и правда немного потеряла свой блеск… Никакой косметики дома, потому что она попадает в глаза и мешает работать. Удобное трикотажное платье, а зимой еще и пуховая шаль… Нет, я не мерзну. Просто люблю укутаться.
После появления Карины у нас дома, я оглянулась на себя в зеркало и поняла, что в глазах окружающих, а, возможно, и Паши, я действительно до него не дотягиваю.
Он же у меня всегда лощеный. Любит дорогие костюмы, представительские аксессуары. Недавно купил себе свеженькое авто…
А я…
Дама неопределенного возраста с пуховой шалью на плечах.
Поэтому… сегодня я записана в салон красоты!
У меня там три процедуры на несколько часов.
Нет, я часто там бываю для уходовых процедур. Но сегодня я заказала не только массаж и маски… Сегодня я готовлюсь к особенному вечеру.
Меня встречает Леночка. Девчушка, не сильно старше Карины. Но, в отличие от нее, крайне приятная и… хорошо зарабатывающая! Я-то знаю, сколько ей плачу.
Моя косметолог уже привыкла, что я что-то печатаю во время депиляции. Называет меня маньячкой и смеется, что, вероятно, я смогу работать даже с патчами на глазах. Если честно, я думаю, что она права. Хотя печатать на слух еще не пробовала…
– А ты представляешь! Она от него родила! – вдохновенно рассказывает мне девушка, уверенная, что поставляет мне новые сюжеты.
Я сейчас сижу в отдельном кабинете, мне делают одновременно маникюр и коррекцию бровей…
– Он, значит, ее обобрал до нитки и свалил в закат с этой… Рыжей… А она…
– Стоп! – взмахиваю рукой.
Прислушиваюсь…
Какие-то капризные возмущения в фойе…
– Я хочу сделать лазерную депиляцию зоны бикини! – слышу до тошноты знакомый голос. – Что значит “все мастера заняты”?!
– Лена, – оборачиваюсь к маникюрше, – с меня три книги в подарок, если ты сейчас назовешь мне имя этой клиентки, – сиплю, вытаращив глаза.
Моя фея щипчиков и пилочки мне заговорщически подмигивает, встает, аккуратно открывает дверь…
Возвращается быстро… С распахнутыми от удивления глазами…
– Карина Марьина! – произносит тихо. – Однофамилица ваша, наверное…
Стискиваю зубы… Молчу…
Нет.
Не однофамилица…
Просто взяла и записалась моей фамилией. Фамилией моего мужа…
Я сама виновата, я ей этот салон порекомендовала…
Закрываю глаза, откидываюсь в кресле, чувствуя, как к горлу подступает обида и горечь:
– Да, наверное, – произношу равнодушно, еле скрывая дрожь в голосе. – Так что там у твоей подруги любовник украл?
У меня в запасе два часа…
Два…
Я совершенно точно знаю расписание Паши. Секретарша мужа может быть хорошей подругой жены, если к ней правильно подойти.
У него сегодня деловой обед и селекторное совещание.
А с четырех он свободен!
Делаю глубокий вздох…
Я смогу.
Я справлюсь.
Так будет лучше. Так надо.
Время летит неумолимо быстро. Девчонки в салоне хлопочут вокруг меня, о чем-то щебечут и хихикают. Я механически стучу по клавиатуре, с трудом собирая мысли в единое целое.
Работа. Любимая, мать ее, работа… Единственное, что сейчас помогает не думать о худшем.
Около трех выползаю из салона.
Безупречная укладка, свежий маникюр, профессиональный дневной макияж и элегантное платье, подчеркивающее мою талию…
Нервно смотрю на часы.
Успею? Должна…
Пробок почти нет, но у меня все равно сбивается дыхание, потеют ладони…
Я хочу дать ему шанс.
Я хочу попробовать сохранить семью…
Паркуюсь, поднимаюсь на лифте…
Каждый этаж – как отсчет к приговору.
Глубокий вдох.
– Любимый… – открываю дверь.
Шагаю.
И застываю.
В кабинете моего мужа сидит Карина.
.
Глава 4
Дочь подруги тут же вскакивает из его кресла.
В глазах ни тени смущения. Скорее, злость, досада…
– Теть Вер? – хлопает она ресничками, стараясь незаметно застегнуть блузку. – А что вы тут делаете?
– Ой надо же! – картинно прикладываю ладонь к щеке. – Я как раз хотела спросить у тебя то же самое!
– А у нас пары отменили, и я заехала сюда окно переждать, а дядь Паша предложил выпить кофе, а я…
– Вера?! – слышу за спиной возмущенный голос мужа.
Медленно поворачиваюсь к нему. Павел без галстука, верхние пуговицы рубашки небрежно расстегнуты, взгляд взбудоражен, а губы припухли. И он явно не ожидал увидеть меня. Совсем не ожидал.
Пашка изумлен… Только вот не моим шикарным внешним видом, а фактом моего появления…
– Что ты тут делаешь? – кривится он.
– Хотела устроить тебе сюрприз, дорогой, – улыбаюсь ласково, делая шаг вперед и позволяя платью красиво заиграть вокруг бедер. – Может, поужинаем вместе?
– Я же сказал, что занят, – сухо произносит он, отворачиваясь к столу, словно скрывая раздражение оттого, что я застала его врасплох.
Карина бросает на меня торжествующий взгляд и слегка улыбается уголками губ, явно наслаждаясь моментом.
– Вот, держи, – Павел нервно достает из кармана портмоне, вытягивает карту и протягивает мне. – Купи себе что-нибудь, сходи с подругами в кафе...
Я застываю, не сразу понимая смысл происходящего. Он серьезно? Вот так просто откупается от меня, от собственной жены?
Взгляд мужа холоден и тверд. Ни грамма сожаления. И от этого становится невыносимо больно.
– Спасибо, дорогой, у меня, – выдавливаю из себя, сквозь улыбку, – вроде что-то еще есть на счету, – затем медленно поворачиваюсь к Карине, нарочито весело произнося: – Ну что, составишь компанию?
– Ой, теть Вер, я не могу! – сладко тянет она, садясь на диван, как полноправная хозяйка кабинета. – У меня же лабораторная! Я вот только кофе выпила и уже бегу!
– Так я подвезу тебя, – не сдаюсь я, сохраняя внешнюю невозмутимость.
– Нет-нет! На метро гораздо быстрее! – тут же машет она рукой, еще глубже устраиваясь на диване, демонстративно подчеркивая, что уходить не собирается.
Павел резко поднимает голову, раздраженный этим диалогом:
– Дамы, хватит! Вера, я тут вообще-то работаю...
Он смотрит исключительно на меня. Холодно и безапелляционно. Словно это я лишняя в его кабинете, его жизни.
– Конечно, дорогой, – отвечаю я спокойно, сглатывая горький ком в горле. – Извини, что помешала…
На мгновение задерживаю взгляд на Карине. Она чуть заметно усмехается, победоносно вскинув подбородок.
Я медленно разворачиваюсь и выхожу, тихо прикрывая за собой дверь кабинета.
В груди саднит унижение. Сердце колотится болезненно и резко. Но внутри, где-то глубоко под болью, уже просыпается холодная ярость.
Значит, так, да?
Значит, ты решил отправить меня в утиль…
Ну что ж!
Я давала тебе шанс!
А теперь, берегись!
.
Глава 5
– “Подсыпать в кофе пурген?!”
Зачитываю хорошо поставленным голосом.
Паша нервно дергается, давится, закашливается… С испугом смотрит на свою чашку.
Я делаю вид, что не обращаю внимания…
Играю роль так безупречно, что даже сама почти верю в свое равнодушие. Но внутри все сжато в тугую пружину. Боковым зрением отмечаю каждую деталь, в уме просчитываю каждый звук, каждое движение… Вплоть до высоты изгиба брови.
“Ну, не-ет!” – продолжаю свой спектакль одного актера.
“Просто застрять на унитазе – это для него слишком слабое наказание!” – зачитываю с неприкрытым торжеством.
Карина опускает лицо, нервно покусывает губы… Похоже, ее я все-таки развеселила.
А Пашка это заметил и просто побагровел от ярости…
Но высказаться я ему не даю. Продолжаю:
“Хотя что-нибудь можно и подсыпать! Но веселенькое, неожиданное, с огоньком. В конце концов, писатель я или где?”
– Мне так нравится это писать! – я нетерпеливо ерзаю на стуле, листая планшет. – А какие тут комментарии, ты бы только видел!
Я якобы открываю страницу книги…
“Отрезать ему хозяйство ржавыми ножницами!”
“И проститутке малолетней в глотку запихнуть, чтоб подавилась!”
На этой фразе Карина испуганно вздрагивает, устремляет свой встревоженный взгляд на Пашу.
– Так, хватит! – рявкает мой муж.
Минут на десять позже, чем я ожидала…
У меня уже почти все гадости в рукаве закончились.
Отрываю взгляд от планшета, смотрю на них невинно…
– В смысле? – хлопаю ресничками. – А что случилось?
– Знаешь, Вер, – кривится Павел. – Мне больше нравилось, когда ты писала про своих боссов и секретарш!
– Паша, – усмехаюсь смущенно. – Только не говори, что ты читал! – смотрю на Карину, втягивая ее в это обсуждение.
Не реагирует.
Поиздеваться над мужиком, читающим дамское чтиво, она со мной не хочет…
Ну что ж…
– Нет, не читал, – запинается Пашка, – но…
– Не читал, но осуждаю, – перебиваю мужа.
– Вер, знаешь что?! – резко встает он из-за стола. – На сегодня с меня хватит твоей писанины!
– Как скажешь, дорогой, – покорно киваю я.
Опускаю руку в карман, стискиваю блистер из-под виагры… Вжимаю пустые ячейки так, словно это красные кнопки в ядерном чемоданчике.
– Ты, конечно, можешь не слушать, – улыбаюсь ему нежно.
Голос мой звучит на удивление спокойно и даже весело, но каждый мой вдох обжигает горло огнем ярости.
– Спасибо! – отворачивается почти удовлетворенно. – Уже поздно. Я спать.
– Я тоже к себе, – встает из-за стола Карина.
– Да, конечно, – киваю. – Я еще поработаю.
На самом деле действительно уже поздно… Эти двое, совершенно ничего не стесняясь, вернулись домой почти в девять… Вместе.
Для меня это был удар под дых.
А они вели себя так, словно ничего не произошло.
Каринка даже прильнула поцеловать меня в щеку.
И я в который раз ощутила на ней аромат собственных духов.
Сердце предательски сжалось, я почти неосознанно бросила тоскующий взгляд на мужа…
От его рубашек стало слишком ярко пахнуть моими духами…
Моими…
Только он вот уже почти третью неделю как перестал меня обнимать.
Совсем.
Ссылается на усталость.
Боже, как же больно…
Но не время горевать!
Время ужинать!
Я им немного соврала. Сказала, что весь вечер работала над новым текстом, и снова потребовала слушать.
На самом деле это все я написала еще в салоне красоты, во время педикюра.
А после того, как Паша выставил меня из офиса…
Сначала я брела словно оглушенная по набережной.
Я не строила планов на вечер. У меня и в мыслях не было, что муж способен от меня вот так нагло отделаться.
Я просто брела, ничего и никого не видя, пока не врезалась в старикашку, торгующего букетами полевых цветов.
– Ай, разве такая красивая женщина может плакать?!
Плакать?
Я?
И тут я поняла, что по щекам действительно текут слезы.
– Боже, нет, конечно! – засмеялась я, собрав в кулак весь свой артистизм. – Я – писатель! Придумала грустный эпизод!
– Ах, вы, вероятно, очень талантливый писатель! – заискивающе улыбнулся старичок.
– Я надеюсь! – улыбнулась я в ответ, протянула ему купюру.
Просто так, не знаю зачем.
А он вдруг всучил мне перевязанные лентой тысячелистник с пижмой…
И еще что-то фиолетовое…
Боже, где он их набрал? Вполне возможно, вдоль близлежащей дороги.
Но… это было так мило! Нежно! Это было так по-настоящему, что я не смогла их выкинуть!
Сжала в руке, кивнула дедульке и перебежала на другую сторону дороги.
И…
Оказалась нос к носу перед адвокатской конторой.
А! Нет! Конечно, я в нее не пошла.
Все мои дела ведет вполне конкретный юрист. Еще с тех времен, когда у меня однажды украли книгу.
Он дока в авторском праве и наследовании нематериального имущества. И вот ему-то я и позвонила.
– Валентин Сергеевич, – произнесла я спокойным голосом. – Придумайте, пожалуйста, как сделать так, чтобы при разводе мой муж не получил ни копейки с моих книг.
Адвокат помолчал минуты три и ответил мне, что подумает и перезвонит завтра.
Ну что ж…
Это был не тот ответ, который я хотела услышать, но это было лучше, чем категоричное “нет”...
И вот тогда я уже направилась домой… заскочив по пути в аптеку.
У Паши никогда не было проблем с потенцией. Именно поэтому эта его трехнедельная “усталость” была так унизительна.
И именно поэтому он совершенно не представлял, какова на вкус виагра.
Сварила кофе покрепче.
Сказала, что обычное молоко кончилось, налила соевого…
В общем, объяснила легкую горечь естественными причинами.
И…
Уселась работать не в кабинете, а в гостиной, которая по планировке была связующей комнатой между всеми спальнями…
Я раскрываю на коленях ноутбук, разворачиваю свой рабочий файл…
Но не вижу ни строчки…
В уме одни лишь цифры…
Обратный отсчет…
Десять минут… Девять минут… Семь минут… Пять…
И тут дверь нашей спальни распахивается, и на пороге появляется сгорающий от нетерпения Павел!
.
Глава 6
– Вера! – хрипит он, задыхаясь. – Ты еще не спишь?
– Как видишь, – удивленно округляю глаза. – Меня же нет в нашей постели… – делаю упор на “нашей”.
– А… – он нервно делает круг по комнате. – А Карина?
– Уже спит! – произношу категорично.
Но не успеваю закончить, как та самая Карина, словно по сигналу, возникает в дверях своей комнаты. На лице – фальшивое смущение.
– Ой, – хлопает глазками. – А я водички попить!
– Карина! – чуть не кидается к ней мой муж. – Нам надо поговорить!
Та краснеет, распахивает дверь своей комнаты пошире, словно приглашая его…
Но… слишком быстро они списали меня со счетов!
– О чем же ты собрался говорить с молоденькой девчушкой?! – усмехаясь, встаю между ними. – Ты ж для нее старик! Вот оно надо ей, среди ночи с тобой разговаривать!
С радостью наблюдаю, как вытягивается лицо моего мужа.
– Ты и так сегодня совсем ребенку голову задурил, – нежно приобнимаю ее, чуть высокомерно глядя на Павла. – Она вместо того, чтобы с мальчиками гулять, сидела у тебя в офисе, как на привязи! – хмыкаю, глядя, как багровеет мой благоверный. – Карин! Скажи! – подмигиваю ей. – У тебя мальчик-то есть?
– М-м-мальчик? – крутит головой эта кукляшка, переводя взгляд с меня на моего мужа.
– Так! Хватит! – рявкает Паша.
Хватает меня за руку, оттягивает от Карины…
– Ой, ну ладно! – хохочу. – Не будем вмешиваться в чужую личную жизнь. Кстати, – лучезарно улыбаюсь, – про личную жизнь! – перехватываю мужа под руку, заговорщически подмигиваю Карине и…