- -
- 100%
- +
Не дождетесь!
– Ну, – поджимаю губы, – ты девочка взрослая, – вижу в ее глазах торжествующий блеск. – Только маме сообщи! – тут же осаживаю ее я. – А то скажет потом, что мы эксплуатируем бедного ребенка!
Ехидно ухмыляясь, сажусь рядом с Павлом, протягиваю ему чашку кофе.
– Я передумал! – фыркает он, глядя на чашку. – Пойду, пожалуй, спать.
– Конечно, дорогой, – покорно киваю. – Я приду чуть позже.
Карина тоже подхватывается:
– Вы сейчас не собираетесь в душ? – скромно хлопает глазками она.
– Нет, нет… Иди, – взмахиваю пальцами. – Спокойной ночи, – улыбаюсь ее спине.
Откидываюсь на диван, оглядываю пустую гостиную и… улыбаюсь.
Спокойно спать сегодня буду только я…
.
– Господи, да что ж вы съели в этом своем ресторане!
Картинно заламываю руки, еле сдерживая смех…
– Дядь Паш… – стонет Каринка у дверей туалета.
– Вера! – кричит тот из-за двери. – Вера, у нас есть что-то от…
И затыкается… Она же тут… Рядом…
Ха!
Она не то, что рядом, она мечтает попасть на твое место…
– Я же говорила, что в том районе ничего порядочного нет! – ворчу я, уходя на кухню.
Аптечка у меня там…
Закрываю за собой дверь, сгибаюсь пополам от хохота, зажимая рот ладонью…
Божечки, дай мне сил сдержать эмоции…
– Пашенька, от поноса все кончилось, – расстроенно кричу, выбрасывая противодиарейное в мусорку.
Поглубже, чтобы он не увидел…
– Вот только смекта, – бегу с пакетиком.
Одним…
– Должна помочь… – смотрю на Павла, напряженно выходящего из туалета.
Карина топчется возле двери, судорожно поправляя растрепанные волосы. Тушь растеклась у нее под глазами, придавая ей вид измученной панды.
Павел выходит, бледно-зеленый, словно морская волна. На лбу и висках испарина, домашняя футболка вся измята, с явными пятнами пота по спине.
Он старается не смотреть на свою пассию, но той все равно! Совершенно! Словно Жанна Д`Арк, осаждающая крепость во время столетней войны, она вламывается в клозет, громко хлопает дверью…
Еще сильнее побледневший Павел судорожно нащупывает на стене выключатель вытяжки…
– А пакетик один? – удрученно тянет он.
– Один, – пожимаю плечами. – Тебе? Или Карине?
– Давай Карине! – с видом рыцаря ершика и вантуза откликается он.
– Конечно! – киваю.
Возвращаюсь на кухню, философски смотрю на пакет лекарства…
Карине его… Как же!
Открываю, с совершенно чистой совестью высыпаю содержимое в раковину, сама зачерпываю пол-ложки крахмала, немного сахара…
– Ребят, – возвращаюсь к дверям туалета, за который снова борются эти двое. – Может, вам скорую?
Протягиваю стакан Карине. Павел снова ныряет внутрь самой популярной сегодня ночью комнаты…
– Нет! – стонет Карина. – Сейчас пройдет…
Ну да, смотрю на нее скептически, наверное, действительно скоро пройдет.
– Вы, главное, пейте больше, – чуть не плачу со смеху, глядя, как Паша открывает, но тут же снова закрывает дверь туалета. Изнутри.
Карина хватается за живот, сжимает коленки…
– Боже, беги в ванную! Потом вымоешь! – ору я погромче.
Она смотрит на меня взглядом раненой белки и…
Несется в ванную!
Победа!
Размазала обоих по всем статьям!
Интересно, они будут это обсуждать во время ближайшего интима? И когда он у них будет? Ближайший…
Квартирку отдельную они захотели… Ага…
– Паша! Надо натравить на этот ресторан санэпидемстанцию! – кричу отчаянно.
– Не надо! – рычит он.
Снова пытается выйти.
– Хороший ресторан! – произносит зло. – Мы часто там обедаем!
Эта фраза звучит как пушечный выстрел. Я на мгновение теряю самообладание, изумленно смотрю на него…
Он распахивает глаза, понимая, что сказал, и тут же поправляется:
– С партнерами!
А у меня внутри все сжимается невидимой ледяной рукой…
Он часто обедает около ее института…
Он знает там рестораны. У него есть любимые среди них…
А когда началась эта связь?
Боже, аж под ребрами все дрожит… Я-то думала, что это после переезда… Эти ее халатики… Длинные, словно случайно выставленные ноги… А выходит…
И тут внутри воцаряется ледяная, оглушающая пустота…
Уничтожу.
Полностью.
Навсегда.
.
Глава 11
Эти двое герои…
После своей веселой ночки, они собрались и ушли из дома… Оба… В разное, правда, время.
Пашка вызвал такси. Сказал, что он не в состоянии сегодня садиться за руль. А у него там что-то важное в офисе.
Ну пусть. Важное, значит, важное.
Карина собралась и молча ушла спустя час. Судя по времени, ко второй паре.
А я сижу на кухне, перед своим ноутбуком…
Не пишется от слова совсем...
Да, развлеклась я знатно, поиздевавшись над своими героями и их прототипами. Но в любой истории должен быть логический конец.
Пора, кажется, и тут ставить точку…
Вздыхаю, смотрю на открытый чат с адвокатом. Еще вчера в ночи он прислал мне сообщение, что будет ждать меня в своем офисе с трех и до восьми. Нужно отнести ему оригиналы документов и обсудить последовательность действий.
Нужно.
Хватит.
Все, что требовалось, я сделала. Бумажки Паша подписал, авторские права на все у меня оформлены…
В общем, больше тянуть незачем… Подсыпать им то слабительное, то виагру так себе удовольствие… Приятно, конечно, посмотреть на их измученные лица, но я же смотрю и на их откровенные взгляды. Слышу Пашкины неуместные насмешки, терплю его высокомерие и фырканье…
Нет.
Все.
Хватит.
Только вот…
Карина – дочь Эли. А Эля мне… Ну… Сейчас она мне однозначно ближе, чем муж. Если бы она была рядом, то я совершенно точно пошла бы к ней плакаться на свою женскую долю.
И я уверена, что Элька бы выслушала, поняла бы и обняла… Несмотря на то, что разлучница ее собственная дочь…
И… С Элей надо объясниться. Надо поговорить. Спокойно. Без эмоций и без обвинений. Просто поговорить…
Долго решаюсь, беру наконец телефон…
И тут он сам звонит в моих руках!
Смотрю на имя абонента и улыбаюсь. Все же я права! Все же действительно между нами крепкая связь…
– Эля? – принимаю звонок. – Привет!
Мой голос дрожит… Да, она подруга, но сказать подруге, что ее дочь разрушила мою семью…
Хотя… Какую там семью…
Не успеваю подобрать слов, как слышу в трубке:
– Верка, ты там что, совсем сдурела?
Голос Эли раздраженный, даже злой…
– Ты чего мою дочь выгоняешь? – с вызовом начинает она, не давая мне и слова вставить. – Что тебе там в твоих московских хоромах тесно стало? – несет какую-то околесицу подруга, а я чувствую, как по моему телу рассыпается мелкая дрожь.
Словно землетрясение. Словно все рушится. Опора уходит из-под ног…
– Медовому месяцу моя Кариночка мешает? – распаляется Элька.
– Да не она мне мешает, а я им! – выпаливаю со слезами в голосе. – Кариночка твоя к Паше моему лезет вовсю!
– Что? – вопит Эля, и я слышу в ее голосе интонации, которых никогда не знала. – Что ты несешь? Ты там совсем на своих книгах помешалась? Реальность с выдумкой попутала? Ты хоть нос свой из романчиков-то высуни!
– Да при чем тут романчики! Эля! Да ты сама посмотри! Она с ним обедает, она устроилась к нему на работу, она… – срываюсь. – Я только и слышу: “дядь Паш”, “дядь Паш”… – мой голос дрожит от сдерживаемых эмоций.
– Верка, ты дура?! – очень твердо произносит Эля. – Девочка моя без отца росла! Нормально, что она ко взрослому мужику тянется.
– Нормально? – вскрикиваю. – Нормально? А то, что он ей учебу оплачивает, это тоже нормально? Втайне от меня, между прочим!
– В смысле “учебу оплачивает”? – переспрашивает Элька удивленно. – Учебу я оплачиваю…
– То есть? – рвано вздыхаю. – Ты в курсе?
– Что ее с бюджета отчислили? В курсе, конечно! Там какого-то министерского сынка надо было пристроить, вот мою Кариночку… – Эля картинно всхлипывает. – Кто ж за сироту заступится, – переходит на причитания она. – А Павлу твоему низкий поклон, что о девочке заботится. У него, в отличие от тебя, совесть есть…
– Эля, – хриплю я в трубку. – Услышь меня, Эля, они любовники…
– Не выдумывай! – орет на меня она. – Раз тебе моя дочь поперек горла стала – так и скажи! Нечего напраслину на честных людей возводить! Боже! Я знала, что деньги портят людей, но чтобы так! Вера, Вера… Хоть мужа своего бы пожалела! – сваливает Элька в одну кучу все мыслимые и немыслимые претензии. – Ты мне больше не подруга! А дочь свою я от тебя заберу! Хорошо, хоть Павел ей помогает, добрый человек! Хоть у кого-то сочувствие есть, сироту не обижает! – она переходит на привычный ей тон причитаний. – Ты бы хоть раз в жизни подумала! Каково мне! Ее! Одной! Без мужа!..
Я уже хочу ее прервать…
Напоминать Эле, что никто не заставлял ее хранить верность покойнику-алкоголику, бессмысленно. Но мы сейчас говорим о моей семье, а не о ее! И при чем тут ее картинное вдовство!
Но шанса расставить все точки над “И” подруга мне не дает.
С очередным всхлипом она выкрикивает:
– Зажравшаяся мразь! – и бросает трубку.
Отвожу смартфон от уха, смотрю на него так, будто увидела какую-то диковинку…
Что это было?
Это, вообще, как?
Это… Это моя подруга?
Да как же… То есть… Выходит…
О боже…
Никаких подруг у меня, выходит, нет…
Есть коллеги, знакомые, издатели и читатели…
А муж и та, кого сестрой считала, попросту предали. Растоптали. Выбросили.
Чувствую себя так, будто мне навешали оплеух… Палками побили. У позорного столба. На площади.
Ну не-ет! Так быть не должно! Это их стыдить надо, а не меня! И Эля… Эля…
Тут же сама набираю номер подруги и… “Абонент не может принять вызов!”
Еще раз…
Результат тот же.
Понятно! Либо она отключила телефон, либо, и того лучше, меня в черный список бросила.
Ну что ж…
Зато ж теперь я могу ничего не стесняться! Если вы со мной так, то и я буду с вами так же!
Вы у меня еще попляшете! Вам ночь на унитазе райской сказкой покажется!
Решительно швыряю в сумочку телефон, очки, меняю домашний халат на трикотажное повседневное платье и, вступив в кроссовки, выхожу из дома.
Адвокат.
Мне к нему.
Я буду отстаивать свою честь и достоинство в правовом поле!
.
Глава 12
– Ну, прежде всего, все доходы вашего ИП мы должны квалифицировать как персональный доход, полученный за счет личного таланта и способностей, – нудно и методично перечисляет Валентин Сергеевич.
Он не смотрит на меня, он смотрит в свои бумаги. И меня это устраивает. Юриспруденция, крючкотворство, называйте, как хотите. Но профессия адвоката прежде всего – это знание тысяч законов, подзаконных актов и способов их применения. А уже потом умение нравиться клиентам и судьям…
– Нужно в рамках бракоразводного процесса добиться аудита его фирмы, – мой адвокат поправляет очки. – Ну и, естественно, надо оценить ее как можно дешевле… – некрасиво улыбается он.
– В смысле “как можно дешевле”? – щурюсь я, соображая. – Это же совместно нажитое имущество. Разве нет?
– Да, а вы на нее претендуете? – спокойно уточняет Валентин Сергеевич.
– Нет, – качаю головой. – Даже если он скрывал от меня доходы, то там… Пф-ф-ф… – закатываю глаза. – Едва ли он в плюсе… Скорее, просто на нуле… Не банкрот он только за счет моих денег.
– Смотрите, – адвокат складывает руки в замок на своем животе, глубоко вздыхает, как будто собирается долго и обстоятельно говорить. – Фирма – это совместно нажитое имущество. А доходы, полученные благодаря вашему таланту – нет. Ваш супруг подписал бумагу, по которой ваше индивидуальное предприятие вкладывало деньги в его индивидуальное предприятие на правах займа. То есть, – Валентин Сергеевич вскидывает брови, – ваши личные деньги вкладывались в ваше совместное предприятие!
– Ага! – начинаю понимать я. – То есть моего там намного больше!
– Угу! – кивает адвокат, довольный тем, что я поняла. – А так как, – он спокойно поправляет очки, – долги тоже делятся при разводе, – хмыкает он, – то половину этой суммы, – Валентин Сергеевич кивает на договора займа, – вернуть вашему ИП должны вы, а половину – ваш супруг. Вы как индивидуальный предприниматель эту половину сами себе прощаете, а вот его часть остается висеть на нем. И компенсировать он ее обязан личным имуществом. Например, – тут адвокат с торжествующей улыбкой смотрит на меня, – долей в квартире!
– О! – восклицаю я, довольная таким неожиданным результатом. – Надо же как!
– Да, – адвокат снова едва заметно улыбается, и в этой улыбке мелькает настоящий профессиональный азарт охотника, загнавшего добычу в ловушку. – Можно постараться даже вывернуть дело так, что ваш супруг вам еще и должен останется… – он поднимает подписанные Пашей бумаги, всматривается в цифры. – Все покажет аудит, – тут Валентин Сергеевич плотно сжимает губы. – Увы, не исключено, что ваш муж скрывал истинное положение дел, и у нас не получится разыграть эту комбинацию, – вздыхает он. – Но тогда, – грустно разводит руками, – по крайней мере, получите возмещение этих средств, – он кивает на бумаги о займе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.