Не все ведьмы зло, или Белая ворона в академии магии

Глава 1. Уж попала, так попала

Я сидела на пустой кухне закрытого для посетителей кафе и грустила. Кафе «Три метлы» принадлежало моей тете, а я работала у нее посудомойкой. По мнению тетушки, это была единственная профессия, на которую я была способна. Впрочем, даже это занятие мне доверили всего неделю назад, а до этого я мыла тут полы. Теперь каждая моя смена начиналась со слов «если ты разобьешь хоть одну тарелку…», а дальше следовал список кар. Меня обещали то оставить без работы и без денег, то выгнать из дома, иногда, наоборот – запереть дома и никуда не выпускать. Можно подумать, что я кроме дома и техникума где-то еще бываю… Перемежалось все это закатыванием глаз со словами – «в кого ты такая неумеха», «Боже, дал же ты мне племянницу», «корова неповоротливая, все делаешь через ж…» и т.д. Все зависело от настроения тети, но заканчивалось одинаково – мне предрекали жизнь на панели.

А поскольку жила я у тети, то дома продолжалось то же самое. Поэтому туда я не рвалась, особенно после того, как я нос проколола.

Потом я и сама пожалела о том, что сделала – где я и где новомодный пирсинг, но тогда мне казалось, что это смелый шаг, который добавит мне авторитета в глазах однокурсниц. Зря, конечно. Я в первый же день, когда пришла в наш индустриальный техникум, одну из них случайно уронила. Засмотрелась по сторонам и врезалась в девушку передо мной, а та на шпильках, которые, как назло, на входе в решетке для обуви застряли. Девица упала на колени прямо перед парнями. Те ржать, в дверях давка, девица меня на месте испепелить готова…Нехорошо в общем получилось. Я извинилась, конечно, но оплошность мне не простили. К тому же я ни одеждой, ни гаджетами похвастаться не могла, и на тусовки не ходила, так что общаться со мной никто не хотел. А пирсинг я на спор сделала. Надоело слушать, что я мышь бледная и не способна ни на что. Сама не знаю, что меня за язык тянуло. Возразила. А они – «А докажи, вставь кольцо в нос». Я деньги все, что накопила, собрала и сделала.

Они посмеялись, конечно. Сказали, что теперь я не корова, а бык.

Было желание все убрать, но когда и тетя взъярилась, то решила, что буду носить. Назло всем.

- Варя, ты все сделала, иди домой уже! Чего сидеть-то, закрываться надо, – выдернул из воспоминаний голос уборщицы.

Кафе на территории торговых баз, кормит работников и закрывается рано, хоть домой и не хочется, но до ночи мне тут сидеть никто не даст.

Вот и сейчас тетя Зина меня выгоняет. Она приходит полы мыть и кафе закрывать. А мне тетя ключей не доверяет.

Перелила какао в термостакан, прихватила пару пирожков и немного хлеба, убрала все остальное на место, взяла сумку, попрощалась и вышла. Домой по-прежнему не хотелось, и я отправилась в парк.

Мне нравилось здесь. Если зайти поглубже, то будет небольшой пруд и возле него скамейка. Я иногда прихожу сюда покормить уток.

Вот и сейчас я крошила хлеб и бросала в воду, глядя, как пернатые ловко выхватывают кусочки из-под клювов друг друга. Лишь одна плавала в стороне и не присоединялась к пиршеству. Мне стало жаль утку, она напоминала мне меня. Я стала подкидывать хлеб ближе к ней, и она даже успела пару раз ухватить кусочки, но вскоре товарки окружили ее и оттеснили в сторону. Плохо быть нерасторопной тихоней, когда не умеешь бороться и никому не можешь дать сдачи, это я по себе знаю.

Хлеб закончился, и я вернулась на скамейку к стаканчику с какао. Но мое любимое место оказалось занято, там сидел серый полосатый кот и принюхивался к моим пирожкам. Я села рядом, кот заметил меня, но и не подумал оторваться от изучения бумажного промасленного свертка. Я забрала пакет.

Кот проводил его возмущенным взглядом.

Я достала и надкусила пирожок.

Кот посмотрел на меня с осуждением.

- Он с капустой, – объяснила я коту. – Ты его не будешь есть.

Кот принял обиженный и разочарованный вид и отвернулся. Мне стало стыдно.

- Ты, правда, хочешь пирожка? – спросила я.

Кот посмотрел на меня и кивнул.

Точнее он просто чуть наклонил голову, но мне хотелось думать, что кот разговаривает со мной, поэтому я решила, что он мне кивнул.

Я разломила пирожок на две части и одну отдала коту. Он обнюхал ее, даже лизнул, но есть не стал и отвернулся.

- Эх ты, говорила же, что не будешь есть с капустой. Но, извини, других нет. Точно не хочешь? Как знаешь.

Я забрала проигнорированное угощение и отошла к пруду, чтобы отдать его уткам. Очень хотелось, чтобы той одиночке все-таки что-то досталось. Пока я выискивала ее глазами, пока крошила второй пирожок, чтобы понять, где та, что не кинется в толпу, прошло буквально пару минут. Когда тихоне-утке все же перепало немного капусты, я вернулась к скамейке.

Но там уже сидел невысокий пожилой, сухощавый мужчина в шляпе-пирожке и светло-сером костюме не по размеру.

Я думала, как всегда, уйти, но почему-то не сделала этого. Захотелось отстоять скамейку, в конце концов, я пришла первая, пусть уйдет он. Я взяла стаканчик и присела рядом. Мужчина не уходил, сидел и наблюдал за утками. Я отхлебнула какао, покосилась на соседа. Мужчина продолжал невозмутимо взирать на пруд.

- Ваш какао остыл, – сказал он неожиданно. – Давайте, я подогрею.

Я растерялась, но почему-то протянула ему свой стакан.

Он был прав, напиток остыл, этот стаканчик только называется «термо», а по факту дешевый китайский пластик. Но у него есть большой плюс – плотная крышка.

Мужчина подержал стакан в руках и вернул обратно. Не обманул, какао было снова горячим.

- Вы волшебник? – спросила я.

Глупо, да, но я с детства верила в магию и в то, что волшебники живут среди нас. Как прочитала «Незнайку», так с тех пор ждала, что однажды такой же старичок встретиться и мне. А после «Гарри Поттера» даже не сомневалась, что все это так и есть. Вот и настал этот день.

- Да, – ответил мужчина, – я волшебник. А вы грустите, почему?

Говорят, откровенничать с незнакомцами легче. Может быть поэтому, а может потому, что в своем великоватом костюме и смешной шляпе мужчина напоминал мне дедушку, таким, каким я его помнила по фотографиям, которые украдкой рассматривала у тети в семейном альбоме, но я ответила.

- Да как-то надоело все, даже поговорить не с кем, вокруг одни сущие ведьмы.

- Ты хочешь быть такой же?

Хотела бы? Да, я очень хотела быть сильной, уверенной, яркой. А не тихой серой мышью с кольцом в носу.

- Конечно, хочу!

- Уверена?

- Еще бы!

Будь во мне хоть капелька стервозности, разве я бы позволила тетке помыкать мной? Я бы тогда вернулась жить в родительскую квартиру, я бы устроилась на работу за деньги, а не за еду, может быть даже секретарем, не зря же я на него третий год учусь.

- Я могу помочь тебе, – сказал мужчина. – Если ты готова мне довериться.

- Вы шутите. Зачем?

Он покачал головой:

- Я могу отправить тебя в другой мир, в Академию, где тебя научат быть ведьмой. Но надо будет продержаться там год, раньше этого времени я не смогу вернуть тебя обратно. Так как?

На год в другой мир? Да запросто!

- Я согласна!

Он улыбнулся и взял меня за руку. Тут же все вокруг подернулось дымкой, поплыло, расфокусировалось, и закрутилось, сливаясь в цветную спираль. Я испугалась и зажмурилась. А когда открыла глаза, то все также сидела на скамейке в парке.

Я повернулась к мужчине, чтобы спросить, что это такое сейчас было, но его рядом не оказалось. Зато на его месте сидел кот. Тот самый, что выманил у меня пирожок, но не стал есть!

- А что? А как? – я хлопала ртом, как рыба, вытащенная на лед, и не понимала, что сейчас было. Правда, другой мир что ли? И я должна стать в нем ведьмой?

Оглядела себя – я в белой блузе и черных леггинсах на скамейке со стаканом какао. Вылитая ведьма.

- Чего расселась? – услышала я мурчащий голос. – Иди уже, поступай. Это ведьмовская школа, идет прием документов, – заявил мне котяра.

Я еще некоторое время похлопала глазами, озираясь вокруг, но выдавила:

- Так нет у меня документов.

- Как нет, а зачетка? – промурлыкал кот. – Вот с ней и иди.

- Это шутка такая, да?

- Не попробуешь – не узнаешь, – убеждал меня кот. – Что ты теряешь?

И я подумала, что он прав, ничего не теряю. Схожу, посмотрю. Интересно же, странное тут все такое. Парк на первый взгляд похож на наш, а присмотреться – так вовсе и нет. У нас в парке светло сейчас – лето, вечера светлые, теплые, дорожки асфальтированные, фонарики, скамейки и урны повсюду. А тут не так – темно, зябко, деревья со стволами в три охвата над головой возвышаются, где-то вороны каркают, одним словом, жуть. Стоит, пожалуй, убраться отсюда, а то может, тут и волки водятся, а не только коты говорящие.

- Куда идти? – деловито спросила я.

- Прямо по дорожке, там двери большие будут, как зайдешь, спросишь, где комиссия, – кот махнул хвостом в сторону деревьев. – Иди уже, ведьма.

И я пошла. А чего нет-то? Дорожка петляла между деревьями, но она была отсыпана желтым песком и мелкой галькой, и ее хорошо было видно в сгущающихся сумерках. К тому же оставаться в лесу было боязно, и я прибавила ходу, чтобы до темноты успеть под защиту стен. С каждым шагом я все больше убеждала себя, что здесь за каждым деревом притаилось как минимум по вурдалаку, и они только и ждут, когда окончательно стемнеет, чтобы напасть и расправиться со мной. Ну да, я не только неуклюжая тихоня, я еще и трусиха страшная…

Я почти бежала, и вскоре дорожка вывела меня к замку ведьм. Даже завидно стало, всю жизнь думала, что ведьмы в избушках живут (кроме моей тети, у нее комфортабельный двухэтажный особняк за городом и квартира недалеко от кафе), а тут вот замок. Как поняла, что это замок ведьм? Да все об этом кричало – остроконечные крыши, похожие на ведьмовские колпаки, узкие стрельчатые окна на башнях, лестница, по которой пока поднимешься, ногу сломаешь, и вОроны. Огромное количество воронов, летающих над замком и сидящих на его крыше. Мрачное место. Идти туда не особо хотелось, но лес нравился еще меньше. К тому же огромные, в два моих роста, и тяжелые даже на вид двери со скрипом открылись, и пришлось войти.

Чтобы тут же пожалеть об этом. Открывались двери медленно, тяжело, словно нехотя, а вот захлопнулись весьма бодренько. И выглядели монолитом, даже ручки не было. Кажется, пришла пора проклинать себя за глупость и доверчивость. Правильно мне тетя говорит, что я дура доверчивая. Ну, это между тем, что я неумеха криворукая и приблуда бестолковая.

Но делать нечего, я уже здесь, надо найти кого-то, кто скажет, как вернуться. Осторожно прошла вперед.

Внутри замок был мрачным и негостеприимным, как будто его долго, со вкусом и смаком наряжали на Хэллоуин. Окон в холле не было, поэтому в полутемном зале горели свечи или что-то на них похожее, света они давали немного, его хватало лишь на то, чтобы разглядеть выщербленный пол под ногами и указатель «Приемная комиссия» на стене. Я подошла ближе, рядом с указателем стояла подставка с подсвечниками, в которых и горели странные огоньки. Похожие на пламя свечи, язычки были такие же вытянутые и даже двигались и мигали, но не обжигали. Подумала и взяла один. Ходить по странному замку в темноте совсем не хотелось, но стоять и ждать, пока меня найдут – тоже не вариант.

Освещая дорогу, двинулась в направлении, указанном на стрелке. Судя по всему, замок изрядно стар и запущен – коридоры выглядели необжито, на стенах и картинах висели ошметки паутины с пылью, на полу – мусор и мелкие камешки.

«Что я тут забыла?» – задавала себе вопрос, пробираясь под низкой аркой, чтобы попасть в очередной проход. Я уже успела пройти по чавкающим лужам и вляпаться в паутину, зацепиться за ржавый гвоздь и порвать леггинсы, помянуть незлым словом волшебника, свою доверчивость и доброту. Теперь мне оставалось только проползти на карачках, чтобы испытать всю гамму ощущений. Но когда я проходила под аркой, она внезапно вспыхнула чуть зеленоватым неоном. Я испугалась – вдруг чего сломала в ней, дернулась в сторону и наступила на что-то.

А оно как дернется под ногой! Я заорала.

Крик мой эхом от пустых стен отлетать стал и ко мне возвращаться. Жуть жуткая! Я зажмурилась, руками глаза для надежности закрыла, и к стене прижалась, так страшно стало. Потом стихло все, и тогда я глаза чуть-чуть приоткрыла. Смотрю, а в коридоре-то не темно, оказывается. На стенах точно такие же свечи горят. Так что рассмотреть, куда я попала и что под ногами лежит, можно. Решила, что я влезла в чулан или кладовку. Потому что такого захламленного помещения я в жизни своей не встречала. И сделай я еще шаг в сторону, то напоролась бы на палки, что из шкафа торчали.

Все-таки работа уборщицей, как говорит тетя, мое призвание. Потому что не смогла я просто уйти, наклонилась и подобрала то, на что наступила.

Расправила. Мамочки-и, а это шляпа! Ведьмовская, из черной бархатистой ткани, с широкими полями и высокой остроконечной тульей. Так захотелось примерить, что не удержалась, отряхнула и надела. Она села как влитая. Ну, думаю, теперь я совсем ведьма, надо только еще метлу найти. А потом думаю, – нет, зачем мне метла, я не то что летать не умею, я и на велосипеде катаюсь так, что потом в синяках и ссадинах хожу. Неловкая я просто. Так что нет, на метле я точно убьюсь. А надо мне… волшебную палочку! Как у Гарри Поттера. И тут мой взгляд на эти палки в шкафу упал. И я вообразила, что пусть я не Гермиона, так хотя бы Джинни, и вытянула себе палочку. Ну, как вытянула. Они в шкафу так придавлены были, что я, пока крутилась и доставала себе одну, успела снова за что-то зацепиться и окончательно без штанов остаться. Зато в честном бою с другими палочками добыла себе трофей!

Стою довольная, леггинсы сняла и рассмотреть пытаюсь, чтоб понять, можно ли их зашить, а то на новые денег нет. Вот только света не хватает. И тут, как будто в ответ на мои мысли, кончик палочки засветился. Тоже зеленоватым, красиво так! Залюбовалась и про все забыла. Это ж получается, палочка у меня и вправду волшебная, да? Не успела счастью своему порадоваться, как стук раздался, и кто-то говорит из-за двери:

- Госпожа ведьмочка, выходите, пожалуйста!

А как выйти-то? Я сюда через арку пролезла, а сейчас нет ее. Зато дверь в наличии. Я подергала, но она закрыта оказалась.

- Не могу, – говорю, – здесь дверь заперта.

- Мы и сами знаем, что заперта, – мне отвечают, – открывайте и выходите.

Да я бы рада, но не могу. Здесь в принципе неплохо, даже пыли вроде как меньше стало, свет опять же есть, еще бы прибраться, и совсем хорошо будет, по сравнению с остальным замком-то, но места маловато. Я снова дверь подергала, замок поискала – ничего. Стоит, как будто, так и надо. С виду, главное, тоненькая и хлипкая, как в деревенском сарае из досок сколоченная, а как я ее трясла-не трясла, даже не шелохнулась. Чудеса!

- Не могу, – говорю. – Не знаю, как она открывается!

- Отойдите, госпожа ведьмочка, – мне говорят, – сейчас мы дверь заклинанием откроем.

Ага, было бы, куда тут отойти в забитой кладовке два на два шага! Но прижалась к шкафу, с которым за палочку сражалась, он мне как родной уже. Да и некуда больше, стою, жду, когда заклинание прилетит.

Дождалась. Я. А дверь не стала. Она открылась. И в меня полетела вспышка. Я со шкафом практически слилась в одно целое, только штанами прикрылась. В них-то вспышка и угодила. В общем, думать о том, можно ли их зашить, больше не надо.

- Выходите, ведьмочка, – говорят мне из-за двери строго так.

Делать нечего, вышла.

А там зал большой, с окнами, можно сказать, светлый. Столы зеленым сукном накрыты. Табличка стоит «приемная комиссия». И сидят за столом три женщины и мужчина, все, как один в черном, и на меня смотрят. А я стою перед ними – без штанов, в одной белой рубахе, ведьмовской шляпе и с волшебной палочкой в руках.

- Здравствуйте! – говорю. – А я, наверное, поступать пришла.

Глава 2. Проваленный экзамен и первые знакомства

- И откуда вы, милочка, такая явились? – спросила меня одна ведьма из комиссии.

Что это была ведьма, я сразу поняла, у нее взгляд такой уничижительный был, королевишна наша в техникуме точно так же губы кривила. Только та блондинкой крашеной была, а эта постарше и черноволосая, но глаза, густо подведенные, и рот ярко-алый такие же. Ну и колпак, конечно же, ведьмовской. Неприятная тетя. Но я ответила. Меня так учили – спрашивают, не молчи:

- Из Нижних Хухрят я.

Это деревня так называется, где дом у тети. Я пока в техникум не поступила, там жила. Сама не знаю, почему так сказала, вроде сейчас в городе живу…

Ведьма еще сильнее скривилась:

- Из Хухрят, это где вообще такое? – фыркнула она и отвернулась.

- Документы ваши давайте, – это другая ведьма сказала, не такая высокомерная, но тоже со льдом в глазах, и руку протянула.

А у нее ногти ой-ей-ей какие – длинные, черные! Мне зачетку даже боязно отдавать стало, она же ее насквозь проткнет, а у меня там, между прочим, ни одной тройки! Я хорошо училась, потому что очень хотелось стипендию получать, а то тетя каждой копейкой меня попрекает, я же в ее доме живу, за ее счет ем и пью. И одежда мне от ее дочки досталась, она замуж вышла, а я донашиваю.

Отдала зачетку, они ее полистали и самая, наверное, главная, потому что у ее стула спинка самая высокая была, как трон, говорит:

- Ну что, Варвара Светличная, тяните билет.

Гляжу – на столе правда картонки небольшие лежат, ну, я взяла одну. Перевернула, а на ней написано: «Зелье правды». И ничего больше, ни номера билета, ни других заданий.

- Вот к тем столам идите и выполните задание, – говорит мне третья женщина, полная, как будто оплывшая, волосы растрепанные паклей свисают, глаза чуть навыкате, а на подбородке – бородавка. А сама глазками своими жабьими зло на коленки мои сверкает.

Смотрю, в сторонке действительно столы стоят, а на них чего только нету – травы, перья, корешки, в банках глаза чьи-то плавают, лапы, червяки, хвосты… И вот из этого мне надо что-то сварить? Как?

Это я вслух спросила, потому что мне опять третья ответила:

- Ну, вы же с котелком пришли, в чем проблема, в нем и варите.

Я посмотрела, конечно, вдруг и правда котелок со мной? Но нет, только стакан с какао недопитым, но не буду же я с ведьмами уважаемыми спорить, сварить так сварить, пошла к столам.

Стаканчик на стол поставила, крышку открыла и думаю, чего бы туда положить, чтобы зелье правды получилось. Понимаю, что абсурд – из шоколадного напитка зелье делать, но как будто под руку толкает кто-то – бросила щепотку одного, потом другого. Ничего не произошло, порошки по поверхности плавают и к стенкам стаканчика липнут. Понимаю, что все равно напиток уже испорчен, поэтому палочку волшебную в стакан направила, чтобы магии добавить. Просто подумала, что ведьмы ведь так делают, колдовство свое добавляют, чтобы зелье силу обрело. И тут слышу, как эти три нехорошие женщины за спиной шушукаются:

«Ну и вид у этой ведьмы! Специально так вырядилась!»

« А в носу-то, в носу-то что? Может, родня из шаманов?»

«Где там эти Курята, на границе со Степью может, от кочевников нахваталась?»

«Ой, да чего они умеют, глянь-ка, даже колдовать не может, как дите палочкой орудует!»

«Так может, в ней и силы нет никакой?»

«Ага, и шляпу, поди, чужую напялила»

«А как она тогда сюда дошла?»

«А помог кто? Вон, Силав, стоит и глазами лупает, может он и помог!»

«Ну еще бы, в таком-то виде на экзамен явиться! Возмутительно!»

Тут раздалось покашливание, и мужской голос прервал ведьм:

- Дамы, если вы вглядитесь, то увидите, что сила в ведьмочке есть, и шляпа ее признала, так что давайте проверять задание.

А меня такое зло взяло, пока я напиток свой мешала в стаканчике, так обидно стало, ведь нет моей вину, что я в таком виде тут оказалась! Ну, почти. И подумала я, что языки у них злые – гадости за спиной говорят, а в лицо лебезят, а кто слабый, того только и ищут, как побольнее укусить. Змеиные языки, одним словом. И захотелось им такое мерзкое пойло приготовить, чтобы они его выпили и ядом своим только себя поливали. И я бросила в стакан шкурку змеи, а чтобы это все не так ужасно выглядело, присыпала сверху какой-то розовой пудрой. И палочкой туда со всей злости шандарахнула. А с нее искорка слетела и… растворила все. Я стаканчик и так и сяк покрутила – нет ни шкурки змеиной, ни порошков на поверхности, какао как есть. Я даже понюхала – и запах тот. А вот пробовать не стала, не дура же я гадость всякую в рот тянуть!

А ведьмы мне говорят:

- Милочка, вы так и будете свои худосочные тылы нам демонстрировать или у вас есть, что нам более интересного показать? – спросила мисс жаба.

- Есть, – говорю, – пожалуйста, пробуйте.

Подошла и стаканчик перед ними на стол поставила. Они же сами велели мне сварить зелье, хоть бы спросили, умею я это делать или нет.

Сначала мужчины посмотрели – тот, который в меня заклинанием попал – Силав, и второй, что ведьм урезонил. Посмотреть, посмотрели, а пробовать не стали, к ведьмам стакан подвинули.

Первая, та, которая ярко размалеванная, ладонь свою над стаканом распростерла, губы поджала и отвернулась.

- Принято, – сквозь зубы процедила.

Вторая, что на троне сидела, на свет посмотрела. Мне интересно стало – что она в непрозрачном стакане разглядеть хочет? Из стороны в сторону его покачала и поставила.

- Принято, – говорит.

Третья, которая жабьей наружности, стакан взяла и к носу поднесла, понюхала. Поставила на место и снова на мои коленки зло зыркнула.

- Принято, – говорит.

М-да, немногословная комиссия мне попалась. «Принято» – это, наверное, хорошо, но любопытно же, чего такого я сварила.

- А вы разве не попробуете? – спрашиваю.

- А вы настаиваете, чтобы мы это попробовали? – старшая зло так на меня посмотрела, как на врага народа, честное слово. Вот не пренебрежительно, как до этого, а прямо таки с ненавистью.

А меня словно внутри подзуживает кто:

– Да, – говорю, – я хочу, чтобы вы это попробовали.

Тут все три ведьмы на меня очень недобро смотреть стали, но откуда-то стаканчики вытащили и какао мое по глотку в них разлили. Я даже дышать перестала, интересно же, неужели они взаправду эту гадость непонятную пить будут?

Выпили. Сначала ничего не происходило. А потом та, которая жаба, как зашипит на меня:

- Будь моя воля, я бы такую, как ты, и на порог не пустила бы! А ты, кобель блохастый, чего зенки вылупил, или голых коленок не видал, так на, смотри.

Это она уже Силаву сказала, потом ногу из-под стола высунула и подол задрала.

- Ой, Матиша, уж было бы перед кем тут ляжками своими трясти, не мог его Высочество кого поприличней прислать, раз уж взялся Академии курировать! Чего бы эти маги в ведовстве понимали, – это та, которая на троне, заявила и в мужиков еще пальцем потыкала.

А те сидят, молчат. Видимо ждут, чего еще кто скажет. Нет, ну не могло же какао такой эффект дать? Понос – могло, но не словесный же!

- И не говори, Захара, и принц у нас бесхребетный, и советники при нем такие же! А эту мерзавку надо прочь гнать, экзамен она провалила, потому что про дополнительные свойства в билете ничего не было, – это накрашенная снова на меня перекинулась и взглядом сжечь попыталась.

То есть, как провалила? Они же сами сказали: «Принято»?

Грустно стало. Хотя чего я ожидала – я же неудачница по жизни, у меня все всегда не так, как у всех. Вот и тетя говорит, что я бестолковая и непутевая…

Ведьмы же не обращали на меня никакого внимания и продолжали спор: