В крепких руках графа

Глава 3

– Насколько мне известно, Савари довел до вашего сведения, что вам нужно мое разрешение, чтобы выйти замуж.

– Это не дает вам права быть моим опекуном.

– Верно, но, поскольку я унаследовал графский титул, это обязывает взять вас под опеку.

– Покойный граф не был моим попечителем. Мне не нужен опекун. Уже много лет я живу на собственные средства.

– Вы жили за счет помощи графа, – он указал на бухгалтерскую книгу, – каждый квартал выделялась определенная сумма на содержание и образование мисс Уилдинг. Надо признать, королевская сумма. – Взгляд графа скользнул по груди девушки, которая то вздымалась, то опускалась от частого дыхания.

Он снова заглянул ей в лицо, на скулах заходили желваки.

– Потом вы явились сюда в лохмотьях с надеждой получить еще денег.

Черт бы побрал его и эти ужасные обвинения. Мэри развела руками, граф схватил ее за запястье. Его пальцы, словно железный обруч, сковали ей руку.

– Чтобы застать меня врасплох, вам надо быть проворнее. Как вы думаете, что я за человек?

Лицо графа потемнело.

– Бересфорд. – Он отбросил ее руку в сторону.

Мэри раньше и предположить не могла, что в одно слово можно вложить столько ненависти. Граф произнес его с таким чувством, словно его язык обожгла кислота.

– Вы Бересфорд.

– Сомневаюсь, что с вами многие согласятся. Уж точно не я.

– Тогда вы не должны были наследовать титул.

– Вы снова отклоняетесь от темы, мисс Уилдинг.

Разговор стал крайне неприятным и скользким, как угри.

– Я уже достаточно наслушалась ваших обвинений.

– Вы хотите сказать, что явились сюда вовсе не за деньгами.

– Нет. Вернее, да, но для школы. – Она покраснела. – Нужна новая крыша. До вчерашнего вечера мне ни разу не доводилось видеться с графом. Я ничего не знаю об огромных суммах денег, выделенных для меня или для Ледбрука.

Граф бросил взгляд через весь кабинет на стол, на котором лежала бухгалтерская книга. Он определенно не верил ее словам.

Мэри почувствовала сильное жжение от подступавших к глазам слез. Она была уверена, что это все неправда, если только… Нет, она этому ни за что не поверит.

– Я должна вернуться в школу. Мне необходимо поговорить с миссис Ледбрук.

Граф так пристально посмотрел на нее, что тут же захотелось отвести взгляд. Но она не смогла. Не осмелилась, иначе бы он решил, что она лгунья.

Да какая разница, что он подумает?

Мэри не намерена была уступать. Она снова заметила в его серых, походивших на расплавленное серебро глазах теплоту, которая, казалось, распространилась по всему телу. Мэри густо покраснела, сердце бешено забилось, словно она совершила пробежку.

Граф медленно опустил ладонь ей на плечо и провел по руке, словно хотел изучить контуры.

Выражение его лица оставалось мрачным, будто он не хотел этого делать, но не смог устоять.

Мэри вскинула голову и приоткрыла рот, чтобы возразить… Как вдруг ощутила нежное прикосновение его теплых бархатистых губ к своим. Зародившаяся в животе дрожь мигом распространилась по всему телу.

Она почувствовала, как он провел языком по ее губам, вызывая сладостное томление в теле. Со вздохом блаженства она приоткрыла рот. Их губы слились в лихорадочном порыве. Мэри обвила руками его широкие плечи, граф обхватил ее за талию, крепче прижав к своему крепкому телу.

Мэри чувствовала биение его сердца и ощутила, как пульс застучал в висках. Это было подобно удару молнии, страшному, но захватывающему явлению, от которого нельзя оторваться.

Пробормотав что-то себе под нос, граф резко отступил назад, в его глазах застыло выражение крайнего изумления.

Дрожь, еще минуту назад пронзившая Мэри постепенно прошла. Что, ради всего святого, она здесь делает? А граф, что он себе позволяет?

– Да как вы посмели, сэр? – изумленно проговорила она, плотнее укутываясь в шаль.

С его губ сорвался короткий вопрос.

– Посмел что?

– Поцеловать меня.

– Это вы меня поцеловали.

Неужели она? Мэри и предположить такого не могла, хотя не помнила в точности, как все произошло.

– Только не думайте, что у вас получится заставить меня выйти за вас замуж и испортить мне репутацию. Меня, знаете ли, такое положение вещей совершенно не устраивает.

– И каков план? – Граф широко распахнул глаза, долгое время внимательно изучал девушку, словно пытаясь понять. – Знайте, я докажу, вас подослал мой дед. Я выведу вас на чистую воду, чего бы мне это ни стоило. Вы плохо представляете, на что я способен.

Мэри все прекрасно могла вообразить. Этот человек способен на все, что угодно. То, каким путем он будет достигать своей цели, волновало ее не так сильно, как мысли, роящиеся в голове. Она вспомнила их поцелуй и теплоту его тела.

– Самое лучшее, что вы можете сделать, – отправить меня на тот свет.

Взгляд серых глаз стал холодным как сталь. Лицо приняло жесткое выражение.

– Решили, я об этом не задумывался?

Дыхание девушки участилось, сердце забилось так сильно, что она потеряла способность ясно мыслить. Теперь все время придется быть начеку, но она сумеет за себя постоять.

После ночи беспокойного сна Мэри с трудом могла вспомнить сновидения, ее сильно лихорадило, она предположила, что ей снился граф и его поцелуй. Проснувшись, она обнаружила оставленный Бетси возле кровати поднос с чашкой горячего шоколада и свежеиспеченными рулетами.

– Который час?

– Девять часов, мисс.

Так поздно? Как можно после долгого сна чувствовать себя разбитой? Видимо, ложась спать, Мэри не удалось справиться с нескончаемым вихрем беспокойных мыслей. А может быть, она не смогла выбросить из головы страшные слова. Решили, я об этом не задумывался?

– Погода, похоже, налаживается, мисс. – Бетси встала на колени, чтобы подбросить угля в камин. – Довольно тепло для этого времени года.

Мэри выскользнула из постели и подошла к окну.

– И правда. Пойду-ка я прогуляюсь. – С присущей ей расторопностью девушка быстро надела свое лучшее платье.

Бетси поднялась с колен.

– Летом съезжается много туристов посмотреть на руины, – проговорила служанка, наблюдая за тем, как Мэри застегивает пуговицы. – Они очень старые. Поговаривают, что их населяют духи старых монахов, убитых королем Генрихом.

Мэри спрятала простой льняной шарф в корсаж и взяла щетку.

– Глупые суеверия. – Резкими движениями она принялась расчесывать волосы. – Ты сама-то когда-нибудь видела привидение? – Она взглянула в зеркало на отражение служанки, которая заметно побледнела.

– Нет, мисс. – Бетси вздрогнула. – Я уже три года работаю здесь, но ни разу не ходила туда ночью.

Мэри намотала волосы на пальцы и потянулась к шпилькам.

– Вообще звучит заманчиво. Я обязательно схожу к руинам. – Она пожалела, что вместо того, чтобы изучить карту местности в библиотеке, увлеклась чтением романтической поэзии.

– Может быть, мисс желает, чтобы я занялась ее прической? – поинтересовалась Бетси, искоса глядя на нехитрый пучок на голове Мэри. – Я могу уложить волосы не хуже служанки миссис Хэмптон, если, конечно, хотите. Я много тренировалась на других девушках.

В ее голосе прозвучали нотки сожаления.

– Да ты, Бетси, намереваешься стать горничной?

Та густо покраснела, глаза заблестели.

– Да, мисс. Я хочу этого больше всего на свете.

Мой брат работает на оловянных рудниках Бересфорда. Если я заполучу более оплачиваемую работу, он сможет пойти в школу.

Ее рудники. Или они будут принадлежать ей только после замужества?

– Там тяжело работать?

Бетси заметно смутилась.

– Работа нелегкая, но управляющий мистер Трелони честный человек.

– Сколько лет твоему брату?

– Десять, мисс. Он работает вместе с отцом. Ходит гордый, как павлин.

Узнав, что в таком юном возрасте дети вынуждены работать на руднике, Мэри стало не по себе. Что поделаешь, семье нужны деньги. Став владелицей рудников, она смогла бы что-нибудь изменить. Однако, чтобы это сделать, необходимо выйти замуж. Полнейшая неразбериха получается. Быть школьной учительницей – одно, а богатой наследницей – совершенно другое. Кроме того, несложно догадаться, если она выйдет замуж за графа, он возьмет бразды правления в свои руки. Он не из тех мужчин, которые станут прислушиваться к женщине.

В этом случае стоит обзавестись компетентным адвокатом, который помог бы разобраться во всей этой сумятице. Даже если Салли Ледбрук не самый радушный человек, по крайней мере, она обладает здравым смыслом.

– Давай ты как-нибудь в другой раз поможешь мне с волосами. На сегодня достаточно.

Как ни странно, Мэри давала поручения, а Бетси, похоже, принимала это как должное. Служанка сделала реверанс и вышла из комнаты.

О господи, Мэри надеялась, что Бетси не слишком огорчится, что нет другой работы. Мэри было просто невыносимо здесь оставаться. Особенно узнав, что граф Бересфорд думал о ее смерти как о возможном варианте разрешения непростой ситуации, в которой оба оказались.

Кроме того, ей крайне важно было обсудить с Салли вопрос, который его очень заботил. Деньги. Должно же быть какое-то правдоподобное объяснение их незаконного присвоения. Граф неверно его истолковал.

Мэри принялась за шоколад, поедая столько рулетов, сколько могла в себя вместить. Она завернула в салфетку пару оставшихся и спрятала их в ридикюль, чтобы поесть в дороге, тщательно посчитала монеты и с облегчением вздохнула, обнаружив, что на оплату дилижанса до Уилтшира денег хватит. Упаковав чемодан, Мэри закуталась в зимний плащ, надела шляпку и направилась к боковой двери, которую заприметила еще во время блужданий по дому. Она отчаянно надеялась, что снова сможет отыскать ее в бесконечном лабиринте коридоров и лестниц.

После нескольких неудачных попыток наконец-то нашла заветную дверь. Быстро оглядевшись, убедилась, что ее никто не заметил. Она повернула черное железное кольцо, соединенное с замком, и с усилием дернула. Ручка выскользнула из рук, и тяжелая дверь, подхваченная сквозняком, с оглушительным хлопком ударилась о стену.

Сердце Мэри готово было выпрыгнуть из груди. Вдруг кто-нибудь услышал? Что, если они спустятся? Она не стала задерживаться, вышла на улицу и после секундного колебания закрыла за собой дверь.

Мэри не ожидала, что ветер будет такой сильный. Она надела капюшон и потянула ленты, оглядываясь на разрушавшиеся стены и заросшие сорняками каменные арки. Мрачные зубчатые башни зловеще выделялись на фоне свинцового неба, хотя в солнечный денек они, несомненно, напоминали бы о прекрасной старине.

Крепче вцепившись в чемодан, она направилась через руины в северном, как надеялась, направлении. И вдруг увидела перед собой зеленое пятно. Не море и не скалы. Вдали, пересекая парк, скакал всадник на великолепном черном жеребце, за ним по пятам бежала собака.

Граф. Кто же еще? С непокрытой головой и развевающимися на ветру полами пальто он был похож на всадника Апокалипсиса, мужчину, обладавшего мистической силой. В действительности он просто хотел заполучить то, что ему полагалось по праву рождения. Мэри оказалась у него на пути. Стоило ей об этом подумать, как тут же становилось не по себе.

Осознав, что она, должно быть, повернула на юг, Мэри, обогнув руины, стремительно двинулась в другом направлении, вверх по холму.

Ветер все усиливался, задувал в уши, трепал ленты шляпки и полы плаща вокруг ног. Мэри хватала ртом воздух, задыхаясь от сильных порывов. Чтобы быстрее добраться до Сент-Ивса, придется ускорить шаг.

Мэри облизнула губы и с удивлением почувствовала привкус соли на языке. Море. Интересно. Она никогда бы не подумала, что и воздух может быть соленым. Мэри опустила голову в поисках тропинки через скалы. Взбираться наверх становилось труднее, приходилось каждый раз внимательно следить за каждым шагом, чтобы не упасть. Наконец она остановилась и огляделась.

В нескольких футах перед ней земли видно не было, все, что она могла лицезреть, – серые бушующие волны с белыми пенными гребешками. Мэри посчастливилось остановиться именно в этом месте.

Но где дорога, про которую говорил Джеральд? Мэри огляделась по сторонам и решила пройти по еле заметной тропинке, которая вела вдоль вершины скалы и скорее походила на тропку для овец, нежели для людей.

Ветер, казалось, намеренно осложнял путь, но Мэри упорно продолжала идти в опасной близости от самого края.

Сильный порыв ветра откинул капюшон и сорвал шляпку, которая, удерживаясь на лентах под подбородком, теперь болталась за спиной. Из пучка выбились пряди волос и затрепались на ветру. Снизу раздался рев, подобный грому.

Мэри наклонилась и глянула через кустарник на бушующие воды. Несомненно, адская кухня должна выглядеть и реветь, как это море. Рычащие волны, отступая назад, обнажали острые камни у подножия скалы. Слева от себя девушка заметила скалистую бухту с небольшим песчаным пляжем.

Вдалеке небо и море слились в огромную серую мглу. После жизни в небольшой уилтширской деревушке Сарум мир казался просто огромным. Мэри встала спиной к ветру и, вдохнув его чистую природную силу, почувствовала себя совершенно невесомой. Не смогла удержаться и рассмеялась. Еще никогда в жизни она не испытывала такой необузданной силы и свободы.

Вдруг Мэри почувствовала толчок в спину, раскинула руки в стороны, чтобы не потерять равновесия. Чемодан полетел вниз с обрыва, земля ушла из-под ног.

Она закричала.

Глава 4

Чья-то рука крепко схватила ее за талию, в то же мгновение Мэри оторвалась от земли. На несколько секунд, которые, казалось, длились часы, она повисла над бушующим морем. Та же рука вывернула ей запястье, и она упала на что-то твердое. Не на землю, а на крепкие мускулистые ноги, сжимавшие седло.

Зубы застучали, сердце бешено заколотилось, Мэри подняла глаза и увидела перед собой графа. Щелчком языка он скомандовал лошади отойти от обрыва. С ума что ли сошел? Они запросто оба могли сорваться в пропасть.

Отъехав дальше от края, он остановил лошадь и развернулся. Теперь море было у них за спиной. Вдоль скал навстречу бежал пастух, сжимая в руке крюк. Взмахом руки граф показал, что все в порядке, хотя ошибался. Пастух махнул рукой в ответ.

– Опустите меня, – потребовала Мэри.

Вместо ответа, она услышала бессвязное ворчание.

Граф снова щелкнул языком, она почувствовала, как под ней зашевелились его бедра. Лошадь направилась вниз по холму. Тем же самым путем, каким она сюда добиралась. В порыве крайнего негодования Мэри крепко сжала кулаки и завопила, стараясь перекричать ветер.

– Вы с ума сошли? Я чуть не сорвалась в про пасть.

Холодный взгляд скользнул по ее лицу. Граф глубоко, прерывисто вздохнул, словно пытаясь совладать с сильными эмоциями. Страхом? Нет, скорее гневом. Его слова это подтвердили.

– Это послужит тебе хорошим уроком, моя девочка. Что, черт возьми, ты там делала?

Мэри отбросила с лица длинные пряди волос. Проклятье, придется говорить правду.

– Шла в Сент-Ивс. А теперь я потеряла чемодан.

– Вам повезло, что это единственная ваша потеря, – пробормотал ей в ухо граф угрожающим голосом.

Он хотел добавить, что она могла лишиться жизни. Мэри сглотнула и оглянулась в сторону мыса, где пастух, приставив ладонь ко лбу, продолжал на них смотреть. Если бы она сорвалась со скалы, все проблемы графа были бы мигом решены. Мэри могла поклясться, что кто-то толкнул ее в спину. Неужели он изменил решение в последний момент?

Неприятный холодок поселился в животе. Мэри взглянула на его мрачное выражение лица. Он очень разозлился, узнав содержание завещания. Она легко могла вообразить, что он возьмет дело в свои руки. Но убийство? По спине пробежала неприятная дрожь.

Чем дальше они удалялись от скалы, тем тише ветер и море отзывались в ушах. Она вскинула подбородок и встретилась взглядом с холодными глазами графа.

– Вы не имеете права меня здесь удерживать.

– Я имею полное право. Я ваш опекун.

– Вы сами себе это придумали.

– Вам нужен сопровождающий, раз уж вы решили пренебречь опасностью и прогуляться по вершине скалы.

Теперь он прикидывается, будто беспокоится, как бы она не упала. Зачем? Неужели она никогда не поймет, что у него на уме? Из живота неприятный холодок перебрался в область груди. Мэри приготовилась спрыгнуть и убежать, чтобы спастись.

– Во имя всего святого, прекратите ерзать, – прошипел граф с болью в голосе.

– Тогда опустите меня на землю.

– Всему свое время.

Огромный жеребец заржал и встал на дыбы. Мэри инстинктивно ухватилась за крепкие плечи его светлости, услышала, как он тихо пробормотал под нос проклятия. Граф остановил лошадь и, обняв Мэри за талию, опустил девушку на землю и спешился сам.

– Совсем не обязательно из-за меня прерывать прогулку, – заявила она. – Я сама найду дорогу.

Граф словно железными тисками сжал ее предплечье, однако не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно для того, чтобы помешать ей высвободиться.

– Как вам удалось выбраться из дома незамеченной?

– О чем вы?

– Я распорядился не выпускать вас из дома.

– Вы не имеете права отдавать подобные распоряжения.

– Не надо испытывать мое терпение, мисс Уилдинг. Иначе я буду обращаться с вами, как вы того заслуживаете.

– Хотите сказать, убьете меня? – О нет. Мэри с трудом поверила, что смогла произнести это вслух.

Граф отпустил ее руку, словно она стала горячей как пламя. В глазах сверкнул огонек, Мэри не могла разгадать, что за ним скрывалось, возможно, боль? Вероятно, сильное недовольство, потому что на его скулах резко заходили желваки.

– Уверяю вас, если я захочу вашей смерти, свидетелей поблизости не окажется.

Так, значит, пастух спутал его планы. Мэри попыталась сдержать дрожь, которую вызвал ледяной голос графа.

– Хорошо, милорд, учту на будущее. Спасибо, что предупредили.

Граф уставился на Мэри, губы скривились в ухмылке, глаза блеснули, словно она сказала что-то забавное.

– Всегда пожалуйста, мисс Уилдинг. Пойдемте, я провожу вас до дома.

А теперь они сделают вид, будто ничего не произошло? Словно у него и в мыслях не было столкнуть ее со скалы. Возможно, ей следует притвориться, что она пошутила, сказав ему, что он хотел ее смерти. Мэри с трудом сдержала дрожь. Она не выносила страха и пришла в бешенство, ощущая слабость. Ей надо придумать, как обыграть его в затеянной им же игре, но голова, как назло, отказывалась работать. Мэри бросила на него полный презрения взгляд.

– Вам кто-нибудь говорил, что подкрадываться сзади к человеку нехорошо?

– Я ехал по скале. Едва ли можно сказать, что я крался.

– Я вас не слышала из-за шума моря. Так что вы не совсем правы.

Граф бросил на девушку взгляд, который даже в самые бесстрашные умы мог вселить ужас.

– Я так не думаю.

Так же как и не думал толкнуть ее в пропасть. Мэри ускорила шаг. В отличие от большинства знакомых ей мужчин, он с легкостью выдержал заданный ею темп. Лошадь покорно следовала за ними, пес кружил вокруг. Как ни удивительно, они шли в ногу. В тех редких случаях, когда доводилось идти рядом с джентльменом или просто с разносчиком почты, Мэри приходилось сокращать шаг, потому что те зачастую были на добрую голову ниже ее. Граф же, наоборот, возвышался над ней как скала. Немного волнительное ощущение.

Все чувства, которые возникали у нее к этому человеку, можно было назвать волнительными. То легкий трепет, когда он целовал ее, то страх и ужас, которые она испытывала сейчас, то странное чувство восхищения его красотой, силой и решимостью. Казалось, даже при наличии острого как игла разума тело поддавалось порывам чувств.

Именно воцарявшееся между ними молчание заставляло ее вести себя подобным образом. Ей было необходимо срочно отвлечься от спутанных мыслей и неуправляемых чувств.

– Какое странное сооружение это аббатство, не так ли? – Мэри указала жестом на громадину, со стоявшую из пролетов и башенок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.