- -
- 100%
- +
Глава 1. Мой дом, моя обитель
Всегда мечтала о своём доме – чтобы огород большой и сад цветущий. Теперь всё это у меня есть. Сегодня я впервые проснулась не в склепе на кладбище, не в пещере дракона, не в тесной каморке городской прачечной, а в собственном доме.
Пошарила рукой по дивану, нащупала под боком два свитка, с нежностью прижала их к груди и заулыбалась.
– Теперь я хозяйка этого дома!
Сладко потянулась, с удивлением обнаружила тёплый плед на ногах. Кто-то накрыл меня ночью, сама я этого сделать не могла. Когда Дама исчезла, гневно погасив все огни в доме, я какое-то время так и продолжала стоять в темноте. Но потом всё же перебралась на диван и к утру заснула.
Я перевела взгляд на огромную люстру под потолком. Все свечи на ней были целы, а это в принципе невозможно, потому что мы с Дамой весь вечер и полночи просидели, общаясь и согласовывая договор. Я села и удивлённо уставилась на дымящуюся чашку ароматного цветочного чая рядом на столе. Ну что ж, нельзя отказываться от угощения, предложенного столь заботливым духом, тем более, когда в горле такая засуха.
– Спасибо большое, – поблагодарила я незримого Дева скрипучим голосом, сделала глоток и поднялась с дивана.
Во входную дверь негромко постучали.
– Соня. Соня, – осторожно позвал меня знакомый голос. – Это я, Лута.
На ватных ногах я двинулась ко входу и открыла дверь.
– С тобой всё в порядке? – спросила Лута.
– Да, теперь всё хорошо, – ответила я и распахнула дверь ещё шире, приглашая войти: – Прошу.
Лута засмущалась, принялась зачем-то вытирать руки о передник, пошаркала ногами у входа, осторожно переступила порог, обвела взглядом зал и обомлела.
– Да это ж самые настоящие драконьи хоромы! – восхищённо прошептала она. – Значит, у тебя всё же получилось?
– Да, теперь этот дом мой! – ответила я, прошла к дивану, взяла свиток с магическим договором и потрясла им перед носом прачки. – Вот тому доказательство.
Лута крепко меня обняла, и я услышала, как она тихо всхлипывает.
– Как же я рада за тебя, – шептала она.
– За нас, – поправила я её и закашлялась, мне срочно надо было что-нибудь попить; потащила обомлевшую женщину к столу и удивлённо подняла брови: там стояли уже две чашки с чаем, а не одна. Ну просто скатерть-самобранка! – Давай присядем, попьём чаю и заодно поговорим.
Но Лута испуганно потянула руку из моей ладони и смущённо проговорила:
– Соня, я не могу, это неправильно. Так нельзя!
Я повернулась к женщине, положила руки ей на плечи и, дождавшись, пока та на меня посмотрит, сказала:
– Это там, снаружи, неправильно и нельзя, а в этом доме другие правила. – Решительно подтолкнула её к стулу: – Присаживайся!
Лута неохотно, но всё же подчинилась, но к чашке не притронулась, как и я вчера, смотрела на неё подозрительно и испуганно. А я с удовольствием отпила несколько глотков, точь-в-точь, как Дама, обхватила чашку руками и серьёзно посмотрела на свою гостью.
– Отныне мы будем жить здесь вместе. Сегодня же начни перебираться в этот дом.
На лице Луты отразилась внутренняя борьба. Я её понимала: с одной стороны, она очень хотела поверить в происходящее, но с другой – её что-то мучило, были какие-то сомнения. И Лута наконец решилась, тяжело вздохнула и робко спросила:
– А как же девочки? Они ведь ко мне пришли кто откуда, у каждой своя нелёгкая судьба. Оставь я их сейчас на улице, неизвестно, как повернётся их жизнь.
– Девочки тоже будут жить здесь, – пообещала я. – Куда ж ты без них!
– Соня, но я не смогу платить за аренду первое время! Да и потом мне будет сложно собрать такую сумму, а в долг жить я не привы…
– Ты не будешь платить мне за аренду, более того, отныне у тебя всегда будут деньги. Пусть небольшие, но будут! И неважно, есть у тебя постирушки каждый день или нет, заработную плату ты будешь получать регулярно.
– И мои девчонки?
– И твои девчонки! – подтвердила я.
– Да разве такое возможно? – прошептала Лута.
– Со мной возможно всё, – заверила я, поднимаясь из-за стола. – Давай пей чай, и я тебе всё тут покажу. Дом такой огромный! Здесь много спален, а на заднем дворе есть добротная хозяйственная пристройка, вот как раз там я планирую устроить прачечную. У меня такие планы! А ещё здесь есть чудесный сад.
Но Лута удержала меня за руку.
– Соня, а можно я девчонок позову?
– Хорошо, – подумав, кивнула я. – Иди тогда за ними, и мы потом вместе осмотрим дом.
Я спокойно допила чай, надёжно припрятала магический договор и поднялась на второй этаж, успела обойти несколько спален, намечая себе план работ, и вдруг услышала вдалеке девичий смех. Выглянула в окно.
В самом начале Теневой улице, обгоняя друг друга, бежали три девушки со своими котомками и мелкой хозяйственной утварью в руках. За ними следом ехала повозка, на которой важно восседала Лута на ворохе всяких приспособлений и белья из прачечной. А лошадью чинно правил пожилой мужичок, которого я уже видела, и не раз. Именно он привозил прачку с чистыми вещами на Скальную и отвозил обратно.
Впереди всех, держа в руках уродливый чайник с кривым носиком, бежала младшенькая – Анина, она без конца что-то восторженно говорила подругам и поторапливала их. За ней следом старшая – Рина; создавалось ощущение, что девушку только что разбудили, сообщили новость, она схватила пару тазов и помчалась переселяться в новый дом. Даже Кора, самая степенная из троих, и то не смогла удержаться от общего веселья.
Из окон соседних домов выглядывали люди и провожали любопытными взглядами девушек. Но завидя повозку с известной в городе прачкой, начали выходить на улицу, чтобы узнать, что нарушило размеренный уклад жизни на Теневой улице. А некоторые соседи даже пошли следом.
Я отправилась встречать новых жильцов.
– Какая же красота! – восторженно проговорила Анина, врываясь в дом первой и ставя страшный чайник на стол.
– Дворец, да и только, – подтвердила Кора, водворяя свой узел на диван возле окна и осторожно касаясь богатой ткани занавесок.
– Мы же теперь как принцессы! – восторженно прошептала Рина, подходя к подругам и обнимая их.
Девушки взялись за руки и закружились по залу.
Я спустилась по лестнице и с улыбкой наблюдала за ними. Первой меня заметила Анина, бросилась обниматься.
– Соня, Соня, ты же как самая настоящая королевишна теперь, а мы твои верные принцессы.
Я обняла в ответ девушку, хотела сказать, что никакая я не королевишна, но меня переполняли такие сильные эмоции, что казалось, ещё чуть-чуть, и разревусь белугой. Часто-часто заморгала, чтобы хоть как-то остановить зарождающийся слёзный поток, вдохнула полной грудью и даже смогла улыбнуться.
– Анина, какая же ты необразованная! – засмеялась Рина. – Тогда уж «твои верные фрейлины», – поправила она подругу. – И правильно говорить «королева», а не «королевишна».
Анина посмотрела на неё и обиженно произнесла:
– Можно подумать, у тебя есть учёная степень.
Только я хотела попросить, чтобы они не ссорились, как в дом зашла Лута и шутливо шикнула на девушек:
– А ну-ка, королевишны, быстро пошли разгружать телегу, а то ишь что удумали, принцессами заделались! Там, между прочим, вся улица сбежалась поглазеть на наши тазы да чаны.
Девушки стайкой выпорхнули на улицу, а Лута, отчего-то пряча взгляд, негромко проговорила:
– Это… Соня, ты не могла бы выйти к Валдаю? Поговорить он с тобой хочет.
Я не могла понять её смущения и поэтому спросила:
– Что-то случилось?
– Не знаю, – ответила Лута, явно слукавив. – Пойду помогу девчонкам занести вещи в дом, – и быстро выскочила за дверь.
Я выглянула в окно и обомлела. Надо же, сколько народа собралось! Быстро скинула передник, аккуратно подвязала волосы платком, безжалостно пощипала себя за щёки, чтобы не выглядеть бледной молью, и, приветливо улыбаясь, вышла на крыльцо.
На улице тут же повисла настороженная тишина.
Я спустилась по ступенькам и, ощущая на себя со всех сторон любопытные взгляды, степенно пошла к пожилому вознице. Старик, прихрамывая и нервно теребя в руках простенькую шапку, прохаживался вдоль забора, затянутого плющом, и разговаривал сам с собой, словно репетировал речь. Но, завидев меня, тотчас склонил голову в почтительном поклоне.
– Здравствуй, госпожа хорошая, – поздоровался Валдай, разглядывая землю перед собой.
– Здравствуй, – вежливо ответила я и коснулась его руки, чтобы он посмотрел на меня. – Ты хотел меня видеть, что-то случилось?
– Тут такое дело, – нерешительно начал он. – Разговор у меня, значится, есть к тебе серьёзный.
– Я слушаю.
Мимо нас промчались девушки, за ними следом прошмыгнула и Лута, и все скрылись в доме. Я удивлённо проследила за ними взглядом, совсем уже ничего не понимая.
Валдай покашлял, привлекая моё внимание к себе. Я посмотрела на него и как можно спокойнее сказала:
– Говори смело, ничего не бойся, чем смогу, тем помогу.
– Я тут подслушал, значится, что ты обещалась женщинам платить зарбату регулярную, – выпалил он, краснея от волнения. – Возьми меня к себе тоже, госпожа хорошая. У меня, правда, ничего нет, кроме тележки скрипучей да лошадёнки старой, но вдруг и я тебе на что-нибудь сгожусь? – Его взгляд напряжённо принялся шарить по двору. – Я ведь могу убираться во дворе, или там дров наколоть, или траву покосить, за садом, опять же, приглядеть, – затараторил он и вдруг встрепенулся, словно вспомнил что-то важное: – А зарбату мне не надо, просто выдели угол жилой да иногда миской похлёбки накорми, я и рад буду до беспамятства. Понимаешь… нет у меня никого больше, кроме Луты и девчонок этих.
Я снова оглянулась на дом. Лута с девушками, толкаясь и спотыкаясь, тут же попрятались кто за дверь, а кто за занавеску. Вот ведь козюли! Неужели сразу сказать трудно было?
Вернувшись взглядом к Валдаю, который так и стоял, не поднимая глаз, я поняла, что надо срочно что-то предпринимать.
– Валдай, я так рада, что ты пришёл. – Старик встрепенулся, посмотрел на меня, и в его глазах засветилась робкая надежда. – Потому что хотела сама уже идти просить, чтобы ты переехал вместе с девушками и стал помогать нам по дому. – Я улыбнулась и наклонилась к нему: – Ты ведь сам всё понимаешь! Ну куда пять женщин без строгого мужского догляда?! – заговорщически прошептала я, чтобы никто нас больше не слышал. – Так что выручай.
Валдай вдруг выпрямился, расправил плечи, но всё ещё смотрел с недоверием.
– Я, конечно, пойму, если ты не согласишься, всё-таки работа сложная, – продолжала я ломать комедию. – Но если откажешься, я уж тогда и не знаю, что мы будем делать.
Он долго изучающе смотрел на меня, а потом враз осипшим голосом проговорил:
– Спасибо, дочка, я тебя не подведу.
– Это тебе спасибо, – сказала я, намереваясь сегодня вечером непременно поговорить с Лутой: это ж надо такое устроить! Мало мне, что ли, потрясений в последнее время? Да я от смущения чуть сквозь землю не провалилась!
– И это… – продолжила я. – Не называй меня госпожой хорошей. Пожалуйста!
– А вот об этом даже не проси, – буркнул Валдай, и я поняла, что настаивать дальше бесполезно.
Я тяжело вздохнула, махнула рукой и предложила ему проехать со своей тележкой во двор; за моей спиной раздались приглушённые радостные возгласы.
«Во что же я вляпалась? – размышляла я, стоя возле ворот и ожидая, пока Валдай заведёт свою лошадку во двор. – Раньше мой мир сводился к склепу и к мыслям, чего бы поесть вечером. А теперь я в ответе за всех этих людей».
С улицы вдруг раздались истошные крики. На мгновение солнце заслонила огромная тень. Мы все, как один, подняли головы к небу. Над моим домом парил чёрный дракон. Люди в страхе бросились прятаться кто куда. Да это и понятно: драконам ведь запрещено появляться в городе в своём зверином обличье, а значит, случилось что-то страшное. Или сейчас случится.
А меня взяла такая оторопь, что я не могла ни сдвинуться с места, ни отвести взгляда от неумолимо приближающегося ко мне зверя. Дракон упал камнем с неба, снося часть крыш с соседних домов, выбивая крыльями каменную крошку из стен и поднимая клубы пыли вокруг себя, как собака отряхнулся и гневно заорал:
– Со-ня-а-а-а!!!
Глава 2. Что-то пошло не так…
Есть такое выражение: «Даже у стен есть глаза и уши». Но только теперь я смогла постигнуть весь смысл сего высказывания. В каждом окне, за каждым забором, из-за каждого дерева и дома – отовсюду торчали любопытные физиономии.
А я ничего не могла поделать – ни в дом убежать спрятаться, ни выйти на улицу, чтобы приветствовать нежданного гостя. Стояла как столб на месте и лишь растерянно хлопала ресницами.
«Да он и правда безумен!»
Дракон, наплевав на тесноту улицы и испуганные возгласы, величественно двинулся в мою сторону, но сделав всего несколько шагов, хвостом снёс забор у соседского дома. А когда решил посмотреть, что там рухнуло за его спиной, разрушил стену небольшой постройки. Истошно заголосила женщина: «Убивают!» Тотчас заплакал ребёнок. Его плач подхватили другие дети.
Крылатый гость гневно зашипел, попытался отступить и завалил стену у другого дома. И понеслось со всех сторон: «Спасите-помогите! Дракон! Он нас всех погубит!»
А мужчины, вооружившись подручными средствами – кто оглоблей, а кто и топором – высыпали на улицу защищать своих домашних и имущество.
Дракон посмотрел на меня и гневно прорычал:
– Если ты сейчас же не выйдешь ко мне, то к тебе зайду я, – и злорадно улыбнулся.
Перед глазами предстала страшная картина: поваленный забор, искорёженные ворота, сломанные деревья в саду. И его угроза возымела действие. Куда вся оторопь разом делась! Как же мне хотелось всё высказать, наорать на него, но я понимала: не стоит делать это прилюдно. Однако выбежав на улицу, не успела ни слова сказать, ни глазом моргнуть, как оказалась в лапах дракона, и через мгновение он взмыл в небо.
Порыв ветра ударил мне в лицо с такой силой, что я взвизгнула и вцепилась обеими руками в коготь, который обхватил мою грудь, и крепко зажмурилась, чтобы не видеть землю с высоты драконьего полёта.
«Ну что тут скажешь, моё заселение на Теневую улицу прошло феерично!»
Да, я понимала, что вокруг нас было много лишних ушей, а ему срочно приспичило поговорить, но это всё равно не оправдывало его поведения. Люди ведь всё запомнят и будут долго судачить об этом происшествии, а это плохо для моего будущего бизнеса.
Летели мы недолго, но высоко. Я расслабилась и даже осмелилась открыть глаза. Но лучше бы я этого не делала! Передо мной было то же самое поле с огромными стогами сена.
– Серьёзно, что ли? – возмутилась я, но вместо ответа дракон разжал лапу, и я полетела вниз.
Я сжалась, ожидая неминуемого удара, но «посадка» прошла на удивление мягко. Правда, как и в первый день нашего знакомства, я снова увязла в неплотно собранной душистой траве и какое-то время копошилась в ней. Зато, когда у меня всё же получилось освободиться, я кубарем скатилась вниз, вскочила на ноги и фурией налетела на дракона.
– Ты что творишь? Совсем из ума выжил?!
– Что я творю? – прорычал дракон, и голос его был такой силы, что взметнул вокруг меня мелкие сухие травинки и поднял пыль высоко в воздух. – Это что ты творишь! Ушла и пропала на целых пять дней. Да я не знал, что думать! В прошлый раз ты отправилась в Вещальское ущелье и чуть не погибла там, а в этот раз вообще исчезла.
– А поинтересоваться у Луты – не вариант? – в тон ему гневно проорала я, правда не с такими спецэффектами.
– А ты думаешь, я не интересовался? – дракон зло прищурился и пошёл на меня. – Да я первым делом спросил о тебе, когда на следующий день девушки приехали. И знаешь, что мне ответила твоя Лута? – Я отрицательно покачала головой. – Что ты оставила им распоряжения и просто ушла, а куда, они не знают. Да я ведь даже летал на… – выпалил дракон и вдруг осёкся, подозрительно скосив на меня глаза. – Везде летал, пытаясь найти тебя.
– Но для чего? – ошеломлённо проговорила я, невольно отступая от разгневанного дракона, из ноздрей которого уже показался лёгкий дымок. – Я ведь выполнила свою работу!
Но Дармат, словно и не слышал меня, неумолимо продолжал наступать и сердито шипеть:
– Пять дней. Пять проклятых дней все ищейки дома Брелзакс обшаривали Сальматар в поисках клининговой компании «Пчёлка». Да ты бы видела их лица, когда я им рассказывал весь тот бред, который ты мне наплела при первой нашей встрече! И знаешь, какие мне новости принесли ищейки из города? – Я старательно потрясла головой и вдруг почувствовала, что больше отступать некуда, моя спина упёрлась в стог. – Что нет такой компании! Нет – и никогда не было.
– Д-д-а, т-т-ак и есть, – заикаясь проговорила я, глядя на возникший прямо перед моими глазами нос дракона. – Я просто ещё не успела официально зарегистрировать свою фирму.
– Да прекрати ты уже мне врать! – завопил дракон.
– Да хватит уже на меня орать! – ответно возмутилась я. – И будь добр, пожалуйста, отойди от меня хотя бы на шаг. Я чувствую себя некомфортно, когда нарушают моё личное пространство.
Дракон какое-то время не шевелился, но потом всё же отошёл, недобро поглядывая на меня, и потребовал:
– Я жду твоих объяснений!
– Что именно ты хочешь от меня услышать? – с тяжёлым вздохом спросила я.
– Правду!
«Ох, милый, тебе не понравится такая правда!» – мелькнула грустная мысль, но вслух я произнесла:
– А знаешь, в чём правда? – Дракон наклонил голову, чтобы лучше слышать мои откровения. – Я на самом деле собираюсь заниматься уборкой в домах, а также стиркой, штопкой и пошивом постельного белья, но это будет чуть позже, сначала надо наладить работу прачечной.
– Мне это ничего не объясняет, – снова повысил голос дракон. – Почему ты пришла именно ко мне?
– Чтобы сделать себе рекламу, я ведь тебе уже говорила об этом, – выпалила я и отвела взгляд в сторону, боясь, что чем-то выдам себя.
– Ты много чего мне говорила за это время, – чуть помедлив, со злой усмешкой сказал дракон. – Вот только, как понять, когда ты была искренней. – И столько боли прозвучало в его словах, что я встрепенулась и подняла голову.
– Дармат, я всегда была с тобой искренней, – тщательно подбирая слова, как можно уверенней заявила я, а у самой подкашивались ноги и сердце готово было выпрыгнуть из груди.
– Даже в ту ночь? – с надрывом в голосе спросил дракон, снова приближаясь ко мне.
Я знала, о чём он спрашивает. Я обидела его своими словами тогда и не знала, что сказать сейчас, но понимала: ему важно знать правду.
– В ту ночь я не лгала тебе.
Дракон отступил, на лбу образовалось несколько поперечных складок, а глаза слегка сузились и смотрели с недоверием.
Повисло неловкое молчание. Дармат ждал продолжения моих признаний, а я усиленно соображала, как отвлечь его внимание от щекотливой темы.
И тут я кое-что вспомнила:
– Ты сказал, что твои ищейки не могли найти меня пять дней. Тогда как же ты сегодня оказался возле моего дома? А главное – зачем?
Дракон встрепенулся и заговорил:
– А они буквально только что рассказали мне о странной девушке, о которой никто ничего не слышал и не знал прежде. Выяснилось, что она купила дом на Теневой улице, тот самый, который пустовал целый век. Но я сначала не придал этому значения. – В его голосе вдруг прозвучала смешливая нотка: – Но вот когда они вскользь упомянули, что туда же со всем своим скарбом и челядью переезжает городская прачка, тут уже несложно было сопоставить одно с другим. У Луты нет таких денег!
Я чуть не задохнулась от возмущения, но потом решила свести всё к шутке:
– Ты не можешь знать этого наверняка! А вдруг Лута подпольный миллионер? И всю жизнь собирала средства на покупку дома, пока, наконец, не смогла осуществить свою мечту.
Но дракон меня не поддержал.
– Соня, – начал он серьёзным тоном. – Лута не может быть хозяйкой этого дома, потому что она до сих пор остаётся несвободным человеком.
– Я не знала, – негромко проговорила я, а для себя сделала пометку обязательно при встрече расспросить Луту, какому драконьему роду она принадлежит и что нужно сделать, чтобы она стала свободным человеком. – Ладно, с этим разобрались. Так зачем ты меня искал?
– Узнать, жива ты или нет, – буркнул дракон и замолчал, однако по его «лицу» было видно, что он хотел сказать что-то ещё, но передумал.
– Ну вот, как видишь, жива и здорова, – я развела руки в стороны, опустила взгляд… И тихо выругалась!
На платье виднелась нехилая дыра – как раз в том месте, где меня в полёте держал коготь дракона. Хорошо под одежду здесь было принято надевать нижнюю рубашку из плотной, добротной ткани, которая днём служила нательным бельём, а ночью в ней спали. Я попыталась приладить оторванный кусок на место, засунув за лиф, но сразу поняла, что без иголки и нитки здесь не обойтись. Так и есть, ткань тотчас снова повисла лоскутом. Я тяжело вздохнула и обиженно проговорила:
– Посмотри, что ты наделал. Ты снова порвал на мне одежду!
– Я заплачу тебе за испорченное платье, – холодно произнёс дракон.
– Да? А кто заплатит за сломанный забор, разрушенную постройку, снесённые крыши домов? – распалилась я. – Да ты же своим приземлением всю улицу разворотил!
И тут до меня наконец окончательно дошло, что натворил дракон своим внезапным появлением.
– Да ёшкин кот, да меня же теперь распнут мои же соседи! – Я схватилась за голову и зло напустилась на Дармата: – Зачем ты это сделал? Ты ведь прекрасно знаешь, что драконам нельзя появляться в городе в зверином обличье. Почему нельзя было прийти, как обычный человек? Зачем надо было устраивать это представление?
– Затем, что я больше не могу превращаться в человека, – внезапно выпалил дракон.
– Как это – не можешь? – усомнилась я. – Ты это другим будешь рассказывать, а мне не надо! Я-то знаю, на что ты способен, – и невольно покраснела.
Дракон выглядел подавленным.
– Я не знаю, что ты со мной сделала, но без тебя это не работает.
– Разве такое возможно? – ошеломлённо прошептала я, пытаясь вспомнить всё, что довелось выведать ночью у Дамы об этой тёмной истории. Увы, но ни о чём подобном она не говорила.
Голова дракона снова оказалась перед моим лицом, а я прижала руки к груди, пытаясь унять сердцебиение.
– До твоего появления я считал, что никогда больше не смогу обратиться в человека, потому что забыл, как это делается. Но иногда мне снились сны, что я человек, что живу в своём доме, общаюсь с братьями, друзьями, встречаюсь с женщинами. Поэтому я сразу и не поверил в то, что обернулся наяву. – Дракон наклонил голову, и мне показалось, что он прислушивается к стуку моего сердца. – Скажи, как ты это сделала? В чём твоя магия?
– Я здесь не при чём! – испуганно пискнула я, пытаясь отодвинуться от дракона, но тело отказывалось повиноваться.
Дармат будто и не слышал меня, продолжал говорить:
– Я раньше смотрел на мир глазами зверя и видел там только одно светлое явление: рассвет! Впрочем, в моей жизни всё было предельно ясно и понятно. Хотел пить – пил, был голоден – ел, устал – лёг спать. А сейчас я словно пробудился от долгого сна и не узнаю этот мир. Моё сердце тревожится, болит, я больше не понимаю, что для меня правильно, чего хочу, где истина, – дракон был явно взволнован. – Это ты меня разбудила! Это ты заставила меня почувствовать вкус к жизни!
– Нет-нет, это не я! Это всё ты сам, – пробормотала я и упёрлась ладонью в челюсть дракона, пытаясь хоть немного отодвинуть от себя его голову.
– Но теперь, когда я снова не могу обернуться человеком, я снова начал думать, как зверь. Раз ты смогла меня излечить от безумия, значит, ты моё лекарство. А лекарство принято проглатывать! Кстати, драконы иногда ели принцесс-девственниц.
Я от ужаса икнула.
«Здрасти-пожалуйста! Приехали! Об этом меня Дама тоже не предупреждала».
– Не надо меня есть! – взмолилась я.
– Почему? – встрепенулся дракон, поднимая голову и глядя на меня совершенно безумным взглядом.
– Ну потому, что я не принцесса, – пролепетала я и смущённо добавила: – И теперь уже и не девственница.
Дракон недоумевающе похлопал глазами. Надо было срочно добивать его, привести такой весомый аргумент, чтобы уж наверняка отбить охоту сожрать меня.
– Это как таблетки из аптеки, у которых закончился срок годности. Мало того что не помогут, ещё и вред нанесут непоправимый.
Дракон отошёл, потряс головой, словно отгоняя наваждение, посмотрел на меня осмысленным взглядом и решительно произнёс:
– Соня, мне нужна твоя помощь!
– И в чём же?