Сестра цветов

© Андрей Левантовский, 2016

ISBN 978-5-4483-1872-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I

Солнце уже встало, и свежесть утра приятно холодила кожу и как рукой снимала сон. Везде было тихо, только легкий ветерок невидимой ладонью шевелил траву у дороги. Пахло растениями и лесной прохладой. Шмели гудели над крапивой, изредка над головой пролетали маленькие птички, кружась в воздухе в погоне друг за другом. Весело и беззаботно казалось все вокруг. Так тихо, так хорошо…

Дорога вела вниз между двух больших белых валунов, потом сворачивала по небольшому склону, поросшему травой. Эшли Гернер, молодая миссис, не помнила, как очутилась здесь, как попала в это место, забытое, но такое знакомое… Эти деревья… Они будто знали ее. Они будто ждали ее возвращения, словно помнили Эшли. Но она смутно помнила их. Что-то вело ее вперед по тропе туда, где трава начинала редеть, а деревья оставались позади. Туда, откуда встречный ветер приносил теплый запах песка…

Будто девочка, Эшли с легкостью сбежала вниз и замерла…

Здесь начиналось море.

Песчаный откос с небольшими холмиками, камешки под ногами и палочки вереска… Да, да, все это она помнила – когда-то она была здесь… Давно? Или ей кажется?

Небо сияло лазурью, и здесь, под утренним солнцем, было совсем тепло. Море лениво шелестело волнами… Пробежав песок, Эшли, скинув сандалии и подняв края юбки, ступила в прохладу морской воды. Волны шипели, шлифуя песок позади нее, а потом медленно возвращались обратно в море. И ни одного корабля на горизонте – только розовая, едва заметная полоска неба над самой кромкой темно-синей воды вдали на фоне чистой синевы…

А потом Эшли забылась… И та приятная вода чуть выше щиколотки, и та свежесть травы у деревьев – все унеслось далеко-далеко, словно всего этого никогда не существовало, и то место больше никогда не встретит девушку радушными лучами и приятной прохладой утра…

Эшли проснулась…

В комнате никого не было, только солнце пыталось проникнуть через зеленые светлые шторы. Одеяло обвивалось вокруг одной ноги, а другая совсем замерзла под приоткрытым окном. Эшли лениво потянулась, перевернувшись к тумбочке. Циферблат на ножках показывал половину десятого.

Она закрыла глаза, но минуты через три опять вернулась в реальность, услышав приближающийся снизу шум.

– Мам! – послышался вопросительный голос, и топот ног, легко взбирающихся по лестнице вверх. – Мам! Ты спишь? – Пайпер постучала, а потом заглянула в комнату и встретилась глазами с мамой.

– Нет, дорогая, я уже совсем не сплю… – ответила Эшли, глядя на дочь.

Пайпер, в отличие от мамы, была уже одета и причесана, а также бодра и весела. Так подобает четырнадцатилетней девочке, у которой совсем скоро закончатся школьные занятия и лето вот-вот вступит в свои права.

Эшли тоже была рада сегодняшнему утру.

– Мама, ты же помнишь, что сегодня за день? – Пайпер, улыбаясь, прошла в комнату и села на кровать.

– Конечно помню, – ответила Эшли. – Сегодня приезжает папа.

– А мы скоро поедем его встречать? – радостно встрепенулась Пайпер.

– Разумеется, скоро, только сначала позавтракаем и очень быстро соберемся, иначе поезд приедет без нас, и папа на нас обидится.

– Ни за что! – засмеялась Пайпер. – Мы будем глядеть во все глаза, чтобы ничего не пропустить!

– Да, да… Ну да ладно, беги вниз и скажи Майку, чтобы тоже шел к столу, сейчас я спущусь и быстренько приготовлю что-нибудь.

– Майка нет дома.

– А где же он? – Эшли удивленно поднялась на подушке. – Куда это его понесло в такой ранний час?

– Он ушел с мальчишками играть в футбол, – ответила Пайпер.

– И как давно?

– Часа два назад, не больше…

– Пайпер, так почему же ты отпустила его? Неужели ты не знала, что он тоже поедет с нами встречать папу? Или ты хотела, чтобы мы опоздали из-за Майка?

– Да нет, мама, – Пайпер поднялась с кровати, – спускайся вниз, а я сейчас сбегаю и разыщу его.

Девочка быстро выбежала из комнаты, легко спускаясь вниз по лестнице.

– Ох уж этот Майк, вечно он придумывает что-то… – с усмешкой проговорила Эшли и села на кровати.

Побыв в ванной, она вышла, запахнув халат, и проследовала на кухню, стараясь поглядывать на часы. Дэвид не любил опозданий, а она позволила себе разоспаться. Теперь нужно было шевелиться чуть быстрее. Ведь всем известно – лучше прийти раньше и подождать.

Эшли чудесно готовила. Она очень любила это делать, и именно поэтому все ее блюда получались отменно. Эшли могла приготовить что угодно, и поэтому Майк и Пайпер всегда радовались ее необыкновенному колдовству. Всем на кухне заправляла Эшли, которую всему этому научила ее мама. Но сейчас, когда время поджимало, она не могла придумать ничего лучше, кроме яичницы с жареным беконом. Эшли разбила пару яиц, затем принялась нарезать мясо и думать о чем-то своем.

И тут она вспомнила свой сон. Эшли уже забыла те времена, когда ей снились такие чудесные сны. Что это было? Почему, гуляя на берегу моря, у нее было чувство, что она когда-то была там? Или, может, она забыла то, что сейчас ей пора вспомнить?

Она, задумавшись, глядела на пучок укропа, перебирая в голове мысли о дальних местах, в которых когда-то была. Ее мысли крутились, возвращая ее в детство. В те далекие беззаботные счастливые времена, когда она много путешествовала со своей мамой. Она и правда была в лесу, и на морском побережье, но, видимо, там, где она гуляла во сне, она была давно – то место совсем забыто ею. Это, наверно, случилось один раз, и теперь, почему-то, приснилось. Казалось – мелочь, но те неповторимые чувства, испытанные во время той чудесной прогулки, теперь воскресли в голове Эшли, и те чудесные места вновь звали ее, как, может быть, когда-то давно звали еще маленькую девочку…

И Эшли вдруг осенило.

Она не сразу заметила детей, вошедших в кухню.

– Привет, мам! – сказал Майк, и Эшли тут же вернулась в реальность, – Я только немного поиграл, не волнуйся – я прекрасно помню, куда мы собираемся.

– Это очень хорошо, – кивнула Эшли. – А теперь мойте руки и скорее садитесь. Яичница получилась на славу.

– Я ужасно хочу пить, – Майк вытер руки о полотенце, висящее на дверной ручке, и сел за стол. Эшли поднесла к нему сковородку и обдала вкусным жаром и без того разгоряченное лицо.

Пайпер устроилась напротив Майка, поглядывая на брата. Она почему-то считала, что если она старше его на целый год, то все время должна следить за ним, что мама не справляется, и ей нужно помогать воспитывать брата. И именно поэтому Пайпер старалась при всяком удобном случае вместе с мамой поправить Майка, сделать ему замечание или что-то в этом роде. Она же будущая женщина, и она должна уметь заботиться о других, хотят они этого или нет.

Дети уплетали бекон с яичницей, а Эшли стоя ела сухари и запивала молоком. Теперь только осталось одеться как можно быстрее и еще быстрее проследовать на вокзал.

Эшли отвернулась, чтобы поставить пустой стакан на стол, как вдруг услышала за спиной смешок Майка. Пайпер дернула ногами, затем стукнув чашкой, выпалила:

– Ма-ам! А почему он дразнится?

– Кто дразнится? – Майк в недоумении повернулся к маме. – Я ем! Просто ем.

– Нет! Ты показываешь мне язык, это очень невоспитанно! Ты еще не прожевал бекон, это же противно!

– У тебя тоже самое во рту, – засмеялся Майк.

– Майк! – строго сказала Эшли. – Дай сестре поесть. Сейчас не лучший момент для игр. Тебе нужно будет переодеться, да и мне тоже.

Майк притих. Через пару секунд он спросил:

– Мы поедем на машине или пойдем пешком?

– Я думаю, сейчас у нас нет времени ловить машину. Будет лучше, если мы дружно добежим.

– А как же вещи? – спросила Пайпер. – У папы, наверно, будет целая куча вещей…

– Почему ты так думаешь? У него просто чемодан с одеждой, ну еще и маленькая сумочка. Майк уже взрослый – он поможет папе.

– А если он привезет что-то? – с надеждой спросила Пайпер.

– Хм… Я не думаю, что это что-то, что он, возможно, привезет, будет не под силу поднять папе и Майку.

– Только если это не целая сумка, полностью набитая платьями с глупыми бантами, – сказал Майк сестре. – Ты все уши прожужжала папе перед его отъездом, что хотела бы себе именно такие.

– Очень смешно, – Пайпер надулась, взглянув на брата.

– Это вряд ли, – сказала Эшли, – вы же знаете – папа был в Эдинбурге. Он навещал бабушку и дедушку, а потом решил кое-какие вопросы по работе. Не думаю, что он везет тебе платья, Пайпер. Скорее это будет горячий привет от мистера и миссис Гернер.

Пайпер немного потускнела, но надежда не полностью угасла в ее глазах, и она вскоре встрепенулась как ни в чем не бывало.

– Вы поели, дети? – спросила наконец Эшли.

– Да, – хором ответили Майк и Пайпер, вставая из-за стола.

– Тогда пора одеваться. Майк! Беги скорее, надень чистое белье, и спустись вниз. Вы только поглядите! – Эшли взглянула на большие настенные часы, висящие на входе в кухню. Они уже показывали пять минут одиннадцатого, и красивая секундная стрелка смело докручивала свой минутный ход.

– Пайпер, жди меня, я сейчас спущусь, – бросила Эшли, забегая вверх по ступенькам. Все как всегда получается делать в последний момент, хотя ей казалось, что она полностью контролирует ситуацию.

Раздался громкий звонок в дверь.

Пайпер обернулась, и Эшли замерла на ходу, готовая кинуться вниз, чтобы встретить гостя.

– Я открою, мам, – кивнула Пайпер.

– Если это миссис Грэтси, скажи ей, что я немного занята и зайду к ней позже, – бросила Эшли, продолжая свой путь наверх.

Но дверь открылась сама.

На появился мужчина в белом костюме, а рядом с ним стояли два чемодана. Мужчина снял шляпу, глядя то на Эшли, то на Пайпер.

– Неужели… – пролепетала Эшли. – Дэвид?!

– Папа! – взвизгнула Пайпер и бросилась на шею отцу. А он, улыбаясь, засмеялся, обрадованный встрече с дочкой.

– Папа! – закричал с лестницы Майк и, пробежав мимо Эшли, с ходу бросился за Пайпер – прямо на шею, в объятия своего отца.

– Тихо, дети, вы же так мне шею свернете! – смеясь, проговорил Дэвид, входя в прихожую и занося свои чемоданы.

Эшли спустилась к мужу, а затем молча обняла его и поцеловала в щеку. Она была удивлена и искренне рада его видеть.

Так вся утренняя суета оборвалась в один миг.

– Ну что, не ожидали? – Дэвид выпрямился, держа за руку Пайпер, которая была так рада видеть отца. – Дело в том, что мне удалось сесть совсем на другой поезд, который пришел чуть раньше. Получилось дешевле и приятнее…

– А мы так боялись упустить тебя, – сказала Пайпер.

– Ну что за глупости, ну разве я не знаю дороги домой? А как же все-таки здесь хорошо! – Дэвид, очевидно устал с дороги, да и соскучившись по своей семье, теперь тоже, казалось, готов был расхохотаться, как Пайпер, от переполнявшего его счастья.

– А мы с детьми уже бежали за тобой, – улыбнулась Эшли, обнимая Дэвида, и в ее глазах сверкнуло искреннее теплое чувство. – Ну что мы стоим? Майк! Возьми один чемодан у папы, а ты, Пайпер, помоги ему раздеться. Сейчас мы все соберемся вместе на кухне пить чай.

– О, это великолепно, – сказал Дэвид, отдавая свой новый белый пиджак дочке. – Я давно не пил твоего вкусного чаю, дорогая Эшли…

Она была уже на кухне, но даже оттуда услышала теплые слова и улыбнулась.

– Ого, что-то тяжелое… – Майк кряхтел, удерживая чемодан на колесах за ручку.

– Давай помогу, – Дэвид взялся за ручку вместе с сыном. – Это все вещи, связанные миссис Гернер. Она и слушать ничего не захотела о том, что наступает лето и они будут не нужны, и все упаковала мне сюда. Она также добавила, что теплая одежда, связанная с любовью, никогда не помешает.

– Как же я люблю миссис Гернер! – весело усмехнулась Эшли с кухни.

– И поверь, она тебя тоже – именно это она и просила передать.

Дэвид улыбался, раздеваясь с дороги, дети вертелись вокруг отца, ожидая чего-то необычного, а на кухне уже закипал чайник, и его душистый манящий аромат чувствовался по всему нижнему этажу.

И вот – после радостной утренней суеты все наконец уселись вокруг стола; все улыбались, и сладкий запах чая как будто разжигал улыбки.

Пайпер не сводила радостных глаз с отца, то и дело забывая пить чай, а Майк гордо восседал по другую руку папы, а Эшли сидела напротив и не могла налюбоваться на своего мужа и детей.

– Ну что, – выждав пару минут, пока радостный кураж остынет, Дэвид начал говорить. – Первым делом должен передать вам всем сердечный привет от мистера и миссис Гернер – вы же знаете, как они скучают по вас.

Майк победно взглянул на Пайпер, а та лишь надменно закатила глаза.

– Но это только первым делом. А так – есть у меня еще кое-что, кроме слов, что сможет порадовать. – Дэвид неожиданно поднялся из-за стола и проследовал в коридор, где стояли его чемоданы.

Пайпер тихонечко улыбнулась, готовая взвизгнуть от неожиданности. Майк тоже забыл обо всем и даже вытянул шею повыше, чтобы увидеть, что там готовит папа. Эшли не могла не улыбнуться, глядя на своих детей. Казалось, они уже такие большие, но все еще с нетерпением ждут подарков, как маленькие.

Наконец, в дверях появился Дэвид.

– Вот! – улыбаясь, выпалил он.

Все взглянули на него, и на секунду на кухне повисла тишина, но потом Пайпер вскрикнула, счастливо рассмеявшись, и бросилась на шею отцу.

На вытянутых руках он держал новое платье – такого еще не было ни у Пайпер, ни у ее более взрослых подруг. Даже Майк приоткрыл рот – такое симпатичное и хорошенькое оно было: цвета бирюзы, с красным воротничком и неглубоким вырезом, а подол был украшен мелким белым узором цветов.

– Такого точно не сыскать в Перте! – сказал Дэвид. – Вот! Пусть ты будешь красивой, как мама, и пусть в нем ты всегда будешь сиять!

Радости Пайпер не было предела. Пусть это не гора блеклых платьев, как у ее подруг, пусть это одно, но какое платье! Какой замечательный у нее папа! В этом платье она теперь превратится в самую настоящую красавицу! Ах, как же рада была Пайпер!

Майк обиженно смотрел на сестру. Как хороший брат, он был рад ее счастью, но теперь ему казалось, что папа должен был и его одарить чем-нибудь необычным.

– Э-эх, старина Майк! Полюбуйся на свою сестру! – Дэвид весело взглянул на своего сына, а тот даже привстал, готовый увидеть свой подарок.

– Сейчас папа удивит меня еще больше, – вставила Эшли. Она весело смеялась вместе с Пайпер, но теперь она была готова разделить и радость сына.

Майк еле сдерживал улыбку, а Дэвид, выскользнув из кухни, вскоре вновь появился, держа в руках небольшой сверток.

Все затаили дыхание.

– Вот. Тебе, Майк, как настоящему искателю приключений, просто необходима эта вещь…

Дэвид развернул кусок материи.

На его ладони лежал большой перочинный нож, отделанный красным стеклом по бокам. Новенькие лезвия, аккуратно сложенные со всех сторон, играли бликами, и казалось – только открой одно из них – и оно срежет любую ветку, разделит любой канат на веревки и еще сослужит долгую и хорошую службу своему новому хозяину.

Майк замер в восторге. Если минуту назад он считал Пайпер самой счастливой на свете и, жалея себя, завидовал ей, то теперь чувство радости подняло его настроение настолько, что он чуть не подпрыгнул от изумления и счастья. Уж теперь он точно знал, что этот новый прекрасный нож лучше всяких перьев с бантами! Как не хватало Майку этого сегодня!

– Пап, – Майк нерешительно протянул руку, взяв с ладони увесистый новенький нож. – Как ты… как ты узнал?

– Что тебе хотелось новый перочинный нож? – улыбнулся Дэвид, – а не думаешь ли ты, что твой отец тоже был мальчишкой, любящим игры и приключения? И он прекрасно понимает, чего тебе хочется. Тем более, что у твоего старого ножа всего одно лезвие, да и то оно уже ржавое и плохо режет. А здесь… – Дэвид взял нож у Майка. – Здесь помимо простых лезвий есть даже это.

Дэвид повернул нож и вытащил ногтем за тонкую щель лезвие-крюк. Оно заиграло бликами, как маленький серп.

Майк был сражен. Такого еще не видел ни он, ни его друзья.

– Ну что, похоже, к нам сегодня приехал не папа, а Санта, – улыбнулась Эшли. Она была рада за своих детей, что у них такой внимательный отец.

– Что ж, – Дэвид на мгновение присел, и его глаза сияли. – Я рад, что угодил.

– Да что ты, пап! – Пайпер подскочила к отцу. – Ты очень сильно угодил!

– Да! Это лучшее, что могло быть! – сказал Майк.

– Погодите, погодите – это еще не все… – Дэвид встал, засунув руку в карман брюк. Он улыбался, глядя на Эшли, и в его веселых глазах было что-то чарующее, отчего она покраснела, смутившись.

– Ах, – Пайпер обернулась на маму. Теперь был черед Эшли получить свой подарок.

– Неужели… – Эшли проговорила смущенно, – неужели и для меня что-то есть?

– Конечно есть! – Пайпер присела, не выпуская своего нового платья.

– Что там? – спросил Майк.

– Тихо, тихо – смотрите…

Наконец, Дэвид извлек из кармана маленькую синюю коробочку.

Эшли взглянула, и щеки ее порозовели, а руки начали нервно теребить край скатерти. Она улыбалась.

– Дело в том, что, может быть, кто-то и забыл, но пока я был в Эдинбурге, здесь без меня прошел день-годовщина нашей свадьбы. Меня не было рядом, но воспоминания о моей дорогой Эшли и об этом великом для меня дне побудили меня сделать это…

Дэвид присел рядом, протянув Эшли свой подарок.

– Пусть каждый день это будет напоминать тебе обо мне…

Дети обступили маму с обеих сторон, держа каждый свою драгоценность. Эшли смущенно взяла бархатную коробочку, но радостное желание как будто поторопило пальцы, и она немедленно открыла подарок.

Внутри из белой бархатной подушечки, как из снега, торчало золотое кольцо. На маленьком обруче, раскрыв лепестки, словно замер цветок. В самой середине был сапфир синего цвета – любимого цвета Эшли. Кольцо сияло новизной, завораживая взгляд…

Пайпер замерла в восторге, и в ее больших карих глазах, казалось, светились маленькие кольца. Майк тоже был очарован красотой такой небольшой, но очень ценной вещи.

– Примерь…, – сказал Дэвид, осторожно вытащив цветок из коробочки. Эшли не могла вымолвить ни слова – она не спускала глаз с изумительно красивого кольца.

Он взял руку Эшли и мягко надел кольцо на палец жены. И в этот момент такая тишина замерла на кухне, что все услышали, как кровь пульсирует по венам и как часто бьется сердце Эшли.

Это был поистине волнующий момент. Теперь маленькое кольцо заиграло на пальце Эшли, а она была вне себя от счастья.

Так приятные сюрпризы лишают дара речи и делают волшебным даже самый обычный день.

– Мне так приятно, Дэвид… – наконец Эшли смогла вымолвить жалкие слова, которыми нельзя было передать все те чувства, которые захлестнули ее.

– Кажется, сегодня очень прекрасный день, потому что все довольны! – Дэвид улыбнулся. Дарить подарки всегда приятно, даже приятней, чем их получать. Особенно когда ты видишь, что твои сюрпризы поистине удивляют и дарят радость.

– Наш папа самый лучший! – вскочила Пайпер и закружила на кухне, прижимая свое новое платье к груди.

– Да! Наш папа – лучший! – встал Майк. Он сжимал новый нож в кулаке, все время поглядывая на руку.

В радостной суматохе все забыли про чай, и только Дэвид скромно отхлебывал из своей чашки, смущенно улыбаясь и поглядывая то на детей, то на Эшли.

– Это правда, что это – лучшее утро за целый год, – сказала Эшли. Теперь она отошла от радостного шока, но ее щеки все еще горели. Все были приятно взволнованны.

– Да, я очень рад. Майк, присядь, Пайпер, ты тоже присядь. Мне нужно кое-что рассказать вам всем, – сказал Дэвид, пытаясь успокоить развеселившихся детей.

– Что, еще что-то? – удивилась Пайпер, присаживаясь.

– Да нет, просто мне нужно посоветоваться с вами. Всю дорогу в поезде я много думал…

– О чем? – спросила Эшли.

– Да вот… Видите ли, есть кое-какая возможность. Правда, возможность для меня и мамы…

Все заинтересованно посмотрели на отца.

– Дело в том, что наступает лето. Вы, наверно, уже готовитесь к нему.

– Да, – кивнул Майк. – Я буду бегать на речку каждый день, если будет погода!

– Да, да. Это все отлично…, – сказал папа.

– Что ты хочешь рассказать, Дэвид? – взглянула на него Эшли.

– Пока я был в Эдинбурге, мне удалось встретиться с Джоном… Сто лет его не видел. С тех самых пор, как мы переехали, наверно…

– Неужели? С самим Рэйлдоффом? Как поживает его жена Элизабет?

– О, да у них все прекрасно. Ты не поверишь – они ждут ребенка…

– Да? – Эшли просияла. – Я так рада за них, просто безумно счастлива!

– Оказывается, недавно они купили себе домик около Бредфорда. Теперь они перебираются туда из Манчестера. Джон был очень рад встрече, тоже спрашивал про тебя. Он приглашает нас с тобой посетить его новый дом…

– Правда? – спросила Эшли. – Но что значит посетить? До Бредфорда очень далеко отсюда, тысячи миль, и если мы уедем, то уедем надолго. Хотя мне бы очень хотелось побывать в тех местах… Говорят, там такой воздух: чудесное место, везде цветы, ухоженные сады около домиков, приятные люди…

– Да, да, – кивнул Дэвид. – Твоя подружка Элизабет все время стремилась найти себя местечко вроде этого. А теперь Джон готов на все ради будущего ребенка. Он нашел себе новое занятие и работает там же. Но сейчас он уходит в отпуск, потому что нужно обустроить дом и все лето провести около беременной Элизабет.

– Я так рада… – проговорила Эшли, и ее глаза засияли.

– Эшли, Джон ждет нашего слова в ответ на их приглашение. Он дал мне номер, по которому я могу связаться по телефону с его офисом. Мы договорились, что я дам ответ, как только приеду…

Майк сидел молча, и Пайпер тоже внимательно слушала родителей. Они не знали людей, о которых шла речь, но им было интересно послушать про них.

– Дэвид… – Эшли вдруг взглянула на своих детей.

– Вот об этом я и хотел поговорить. Если мы собираемся уезжать, то мы не сможем взять Пайпер и Майка с собой…

– Почему? – вдруг встрепенулась Пайпер.

– …Дело в том, что вы совершенно незнакомы с этими людьми, – ответил Дэвид. – И вам совершенно нечего делать в Бредфорде целое лето.

– А кто сказал целое лето? – спросила Пайпер.

– Ну… может получиться, что мы задержимся у них подольше… Миссис Рэйлдофф нужен покой, ей не нужны лишний шум и волнения. Да и если они позволят вам приехать, то вам будет тяжело найти развлечения для себя…

– А разве там нет девочек, с которыми можно было бы дружить? – спросила Пайпер, повернувшись к маме.

– Ну… наверно есть… – Эшли задумалась. – Но Пайпер, дорогая, мне кажется, что это будет не лучшая идея, если вы поедете с нами.

– Но… – Майк хотел возразить. Но ему нечего было сказать: ему было обидно, что его не хотят брать в дальнюю интересную поездку, но и ехать у него не было особого желания.

– Надо думать… – сказал Дэвид и встал из-за стола. Ему тоже хотелось поехать, но он вовсе не собирался бросать своих детей.

Пайпер сидела и думала, что вот так просто одно утро может изменить очень многое. Раньше у нее не было такого красивого платья, а сейчас уже есть. Майку тоже повезло с его ножом, ну а маме это утро принесло просто сказочный подарок. Точнее не утро, а папа. А теперь они уже решают вопрос о дальнем отъезде. Это тоже папина идея.

– Погодите… – вдруг что-то вспомнила Эшли. Она совсем закрутилась в утренней суматохе, и те, более ранние мысли, как будто отодвинулись назад. Но теперь она вспомнила все.

Теперь все глядели на маму. Дэвид стоял у входа, облокотившись на дверной косяк.

– Я совсем забыла о том, что… тоже хотела рассказать вам кое-что… – начала Эшли. – Сегодня мне приснился чудный сон…

Я гуляла по лесу, а потом выбежала на берег моря… Все это показалось мне уже знакомым и никак не выходило из моей головы. Я даже начала вспоминать, где могла увидеть подобное. Но ничего не приходило на ум, и я уже почти согласилась с мыслью, что это был просто чудесный сон, но потом я вспомнила, где видела это. Давнишние воспоминания… Они почему-то настигли меня во сне, и мне было так хорошо…

– Что это было? – спросил Дэвид.

– Это было место, в котором я была со своей мамой, когда я была еще крохой. Я бегала по полянам, вбирая в себя мягкие лучи солнца и свежесть деревьев, я бегала по песчаной кромке моря… Это место, где живет моя тетя…