- -
- 100%
- +
Глава 1
Марина.
– В Краснодарском крае усилится ветер. Порывы достигнут двадцати пяти метров в секунду. В Новороссийске ветер достигнет ураганной силы – тридцать четыре метра… – льется приторный голос ведущей, а на экране телевизора мелькает ее фигурка в коротеньком, красном платье.
– Илюш, выключи телевизор, – прошу мужа я. – Ешьте быстрее и…
Дел по горло… У Макса соревнования после обеда, а меня попросили приехать в больницу пораньше… Зойка кучу несуществующих дел выдумала. И все из-за нового начальства, прибывшего из столицы.
– Может, надо было встать пораньше? – бурчит он, не реагируя на мою просьбу. – Тогда бы ты все успела. И, вообще, Марин…
Да, наверное, он прав… Точно бы все успела. И сырники испечь вместо яичницы, и прибраться… В коридоре валяются наши с Максом грязные кроссовки, в ванной полно нестираного белья… Еще и Буся – старая мамина такса, у нас… Разве я могла отказать матери приютить любимицу на время ее болезни? Конечно, нет…
– Илюш, не ругайся. Мама выздоровеет, и Буся вернется домой. Дождь вчера так внезапно начался, что… Ну, постираю я все… С работы отпрошусь пораньше и…
– У тебя на все отговорки имеются, – взрывается он, переводя взгляд на экран телека – там продолжает расхаживать вдоль географической карты барышня в красном.
– Да, пап, ты чего такой злой? – удивленно вскидывает брови Макс, с аппетитом уминая яичницу. – На работе что-то случилось?
– У меня тоже случаются казусы на работе, – спешу сгладить углы я. – Но это ведь не повод так…
– Да какая у тебя работа, Марин? Может, ты займешься чем-то стоящим? – не успокаивается муж. Остервенело отодвигает тарелку и глотает остывший кофе.
Хватаю пульт от телека со стола, но Илья перехватывает мою руку.
– Какая муха тебя укусила? При чем здесь моя работа? И почему вдруг она не стоящая?
– Родители, не ругайтесь. У меня соревы после обеда. Пап, ты придешь? – поднимается с места Макс.
Не узнаю мужа… Что у него стряслось? Никогда ведь ничего такого не было… Да и что может случиться? Илья – владелец предприятия, инженер с физико-математическим образованием, гордость родителей и университета. Отказался от сотрудничества подрядчик? Не беда. На его место придут десять новых… В чем тогда дело?
В последнее время Илья частенько не в настроении. Бурчит, ругается или уединяется в кабинете… Молчит. Спит плохо… Думает о чем-то, не слышит ни черта… Все, что я говорю – мимо ушей…
– Да потому что, Марин, – отвечает муж. – Что в ней хорошего? Вонь одна и… низкая зарплата. У тебя ведь уйма возможностей, миллион… В спортзал сходи, смени гардероб. И работу…
– Сынок, возьми ключи от машины и спускайся, – бесцветно произношу, бросив взгляд на Макса. – Я скоро приду.
Макс треплет Бусю по голове и натягивает кроссовки – другие, почище. Грязные продолжают стоять посередине прихожей немым укором…
Когда дверь за сыном закрывается, я хватаю пульт и выключаю телевизор.
– Илья, что с тобой? Пялишься в экран, будто там блокбастер показывают. Тебя так погода интересует? От нее зависит успех твоей фирмы или…
– Не выдумывай, Марин. Просто… Извини, – сдувается он. – Три подрядчика прекратили поставки. Суворов увольняться собирается, да и…
Он замолкает, запуская пятерню в густую, русую челку. Подхожу ближе и обнимаю его за плечи… Илюха у меня высоки-ий… Широкоплечий, видный. Он вымученно вздыхает, обнимая меня в ответ. Не понимаю, зачем ему нужно выплескивать злость на меня? Обвинять, сыпать претензиями, корить за работу? Ну, не глупость ли? Чем ему моя работа помешала?
– Илюш, а я-то здесь при чем? Я виновата в твоих проблемах? Или… кроссы эти дурацкие, бардак в квартире? Я так же работаю и…
– Извини, Марин. Я перегнул. Просто… Задолбался.
– Может, сходим вечером куда-нибудь? Или в отпуск уедем? Как тебе идея?
Господи, да что с ним такое? Илья будто сквозь меня смотрит… Коротко обнимает и торопится улизнуть. Обувается, снимает с вешалки пиджак…
– Не знаю, Мариш. Буду разгребать дела. Скорее всего, домой приду поздно. И на соревнования Макса… не успею. Извини.
Третье «извини» за утро. Или пятое…
– Ладно… беги. Скажу Максу, что у тебя совещание. Или… В общем, что-нибудь придумаю.
Илья уходит, а я сгружаю грязные тарелки в раковину и переодеваюсь. Прямые джинсы, белая футболка, удобные, кожаные кеды. Илья никогда не обращал внимания на мою одежду… Да и претензий к моему внешнему виду не предъявлял… Он и себе-то ничего дельного выбрать не может. Все я покупаю – рубашки, джинсы, обувь… И всегда муж доверял моему вкусу. А сейчас что? Неужели, дело в работе?
Спускаюсь к машине, на бегу здороваясь с нашей консьержкой.
Хороший сегодня день… Солнечный, немного ветреный, пахнущий зарождающейся осенью… Сухие, осенние листья шуршат под ногами… И мои грустные мысли растворяются без следа… Все у нас будет хорошо, все наладится…
Сажусь за руль и со вздохом произношу:
– Макс, папа не сможет приехать на соревнования. Не обижайся, родной.
– Так я и знал. Ты-то приедешь?
– Я точно да. А потом в пиццерию сходим, ладно?
– Ладно, мамуль.
Глава 2
Марина.
– Зойка, привет, прости, что опоздала. Наш новый, таинственный босс не лютует? – врываюсь в кабинет УЗИ – именно там трудится моя коллега и подруга Зоя Ивановна Карпова.
– Тише ты… У меня студенты. Навязали на мою голову. Если главный не прекратит лебезить перед ректором универа, ей-богу, я в Минздрав пожалуюсь! Ты согласна побыть моделью?
– В целом да… А что смотреть будем?
Подхожу к окну, замечая припарковавшиеся возле входа машины телевизионщиков. Главный что-то такое говорил, помню… Открытие нового филиала клиники, инновации, современное оборудование, расширение штата… Нашу лабораторию тоже модернизируют. Может, у меня появится новый кабинет? Или зарплату повысят?
– Маришка, переодевайся и дуй в кабинет, ладно? Я пока своим охламонам расскажу о строении женских, половых органов.
– Ну ты даешь, Зоенька, – вспыхиваю я, набрасывая на плечи халат и собирая волосы в хвост. – Другой модели нет?
– Нет. Сонька и Алиса помогают главному с телевидением. Ты бы видела, какие там фифы приехали. Закачаешься просто… Знаешь Ладу Архипову? Ну… ведет программу о погоде? Ты телек, вообще, смотришь, Филиппова?
– Угу… Как раз сегодня видела ее.
И сейчас вижу… Красное платье, длинные, выглаженные до блеска волосы, стройные ноги… Высокая, полная, тяжело вздымающаяся от волнения, грудь… Зойка еще что-то бубнит напоследок, а потом дверь захлопывается, возвращая тишину…
И в ней – напряженной и звенящей – боль кажется еще острее… Жгучая, необычная – я никогда не чувствовала ничего подобного… Она для меня в новинку. Вцепляюсь в край подоконника и жадно пью ее… Захлебываюсь ощущениями, не веря своим глазам и… Веря им. Ну, здравствуй, боль предательства…
Я тебя не ждала, а ты приперлась… Впилась в меня, как клещ, и высосала все живое за секунду…
Возле этой… Лады мой муж. И его машина с включенным двигателем тут же… Он трогает ее плечи, гладит их, не сводя с нее взгляда… Лада кокетливо высвобождается из объятий Ильи и касается его щеки. Целует моего мужа, гладит его по волосам…
Ее пальцы ложатся на его виски, веки… Туда, где совсем недавно были мои пальцы… Выходит, никакой Илья не мой? Общий?
Тошнота накатывает внезапно… Я ей едва не захлебываюсь… Зажимаю рот ладонью, не переставая подглядывать за ними…
Вот, значит, в чем дело? И работа у меня дурацкая, и одета я неподобающе… И дом у меня далек от идеала… Никакой эстетики и модных гаджетов. Нарядов, украшений, туфель на десятисантиметровой шпильке…
Лада отлипает от Ильи, а он… Притягивает ее к груди, покрывая поцелуями ее шею, подбородок… Она качает головой, взмахивая ладонью в сторону стоящих возле торца здания машин.
Отпусти ты ее, дурачок… Ей репортаж снимать надо, а не вот это вот все… Поцелуи, ласки…
Интересно, давно они вместе? И где встречаются? Он снимает ей квартиру? А ее машина – такая же красненькая, как платье, на чьи деньги куплена?
Господи… Что мне делать теперь? Как дальше жить, если я не представляю жизни без мужа? Ощущения, будто у меня прямо сейчас отрезали ногу… Потому что за пятнадцать лет брака он стал моей… Да, ногой и рукой, сердцем, мозгом… Мной.
Надо бы отлипнуть от окна, а я не могу… Соскучилась по… особенному, наполненному страстью и жаждой, взгляду мужа… Восхищением, желанием… Прямо сейчас он так смотрит на другую женщину – не меня… А для него – триггер, источник раздражения…
И как я раньше не додумалась, что дело не в работе? Дура… Влюбленная, наивная дура…
Нервно сглатываю и несусь к раковине… Меня рвет. Умываюсь и глотаю воду из-под крана… Держись, Марина, не реви! Только не сейчас. Не из-за подлого предателя…
– Марочка, ты идешь? Мы готовы, – зовет меня Зойка. – Эй… Чего ты там?
– Не успела толком поесть, голова закружилась. Уже иду.
– Может, кофе?
– Я в порядке, Зой. Потом…
Студентов немного. Зойка иногда соглашается провести семинары с использованием методов функционального исследования. И делаем мы это на безвозмездной основе… Ну, почти… Если главный заставит, нет никакого шанса отказаться. И плевать на текучку, пациентов и отчетность.
– Здравствуйте, – прочистив горло, произношу я.
– Подходите ближе, сейчас я покажу вам, как исследуют органы малого таза. Для качественной диагностики необходимо спросить у пациентки, какой у нее день цикла? От этого напрямую зависит толщина миометрия и…
Зойка льет мне на живот гель, студенты всматриваются в черно-белый экран, а я… Я не могу выбросить из головы взгляд мужа…
Не шикарные волосы или губы блондинки, вовсе нет… И не ее ходули на каблуках… Он давно не смотрел на меня ТАК… И не целовал тоже…
Тоска разливается в душе, пропитывая горечью все… Обездвиживая, уничтожая… Если бы я была растением, наверняка засохла и рассыпалась…
– А почему ты не сказала, чт? – спрашивает Зоя.
– Что, прости? – вздрагиваю я.
– Почему ты промолчала о беременности? Срок шесть недель, Марин.
– Как? У меня же… У меня вот только двенадцатого были… Или не были? – хлопаю ресницами я. – Это ошибка какая-то, Зоя Ивановна.
– Где ошибка? Вот это?
Она разворачивает экран, а я вижу отчаянно бьющееся сердечко моего малыша… Крохотного, но уже никому, кроме меня, не нужного…
– Шесть недель? – неверяще повторяю я.
– Все с ним в порядке, Маришка. Вернее, Марина Федоровна. – Марин, ты что, правда, не знала?
– Нет… Я уже не ждала, Зоя. Ты же знаешь, что после Макса…
– Знаю. Десять лет бесплодия. Маринка, я в шоке просто… Ты рада? А Илья как обрадуется, мамочки… Вечером скажешь ему?
Даже не знаю, что говорить? О чем стоит сообщить в первую очередь? О ребенке или разводе?
Глава 3
Марина.
Зойка десять раз все перепроверила… Я беременна, сомнений нет… У меня будет малыш… И он не нужен его отцу-предателю…
Что теперь делать, господи? Я ведь так любила Илью… Так люблю… Я все для него…
– Что-то ты слишком задумчивая сегодня, Филиппова, – режет подаренный пациентом торт Зоя. – Все в порядке? Токсикоз есть или…
– Нет пока… Небольшой. Торт я, пожалуй, съем.
Так давно повелось, что чаевничаем мы в гинекологии… В лаборатории маловато свободного места, да и… Ушей здесь много, что уж говорить… В прошлом году я должна была стать заведующей, но… «Любимые» коллеги устроили бунт, потребовав у главного оставить на должности семидесятилетнюю Клару Игоревну… Грозились уволиться, писать жалобы в Министерство… С тех пор на меня косо смотрят. Не доверяют, считая выскочкой…
– Слушай, мне тут пациентка страшную историю поведала, – вручая мне блюдце с тортом, произносит Зоя. – Помнишь Люду Анисимову? Ну… Черненькая такая, с каре.
– Да, Зой. И что с ней стряслось?
– Муж, узнав о ее беременности, потребовал аборт! А дело было в другом вообще. У него была любовница и… Тоже беременная! Молодуха какая-то с его работы.
– Надеюсь, она его послала? – закатываю глаза я.
– Да. Еще как… далеко и надолго. Когда собираешься разводиться, лучше помалкивать… Мало ли… Любовницы сейчас чокнутые пошли.
Слушаю вполуха, думая о своем. Вот как говорить Илье о малыше? Не нужна я ему… И он не нужен… А жить с человеком, зная, что он ничего, кроме жалости, не испытывает, такое себе…
Может, он сам мне скажет обо всем? Ну, должен ведь он что-то предпринять? Черт, я трусиха… Сказать Зое боюсь, маму расстраивать тоже не решаюсь… Она с утра раз пять звонила, про Бусю спрашивала.
Может, уволиться? Найти новую работу, пройти специализацию? Я ведь мечтала быть хирургом, но после рождения Макса изменила решение… В лаборатории платят меньше, но и рабочий день у меня до обеда…
В полной задумчивости бреду к машине, не понимая, как реагировать? Зачем Илья приезжал в больницу? Что он хотел от этой Лады? Не терпелось потрогать ее? Примчался с утра пораньше, чтобы зарядиться энергией любимой?
Я ведь только хаос в его жизнь приношу, ведь так? Раздражаю, задеваю… Мешаю, наверное?
Запускаю двигатель, понимая, что сдохну, если не поделюсь с кем-то… Надо поговорить с мамой. Что-то решать с квартирой… Наверняка, Илья захочет привести Ладу к нам домой… Господи, мы ведь два года назад переехали… Илье, наконец, удалось выплатить кредиты и расплатиться с долгами перед рабочими…
Мы так радовались… Пять лет назад на одном из складов произошел пожар. Сгорел весь материал и готовящаяся к отгрузке продукция. Илья залез в кредиты, я устроилась подрабатывать в частную лабораторию. Мы крутились, как могли, чтобы выбраться из ужасной ситуации…
И тут такое… Спокойствие, относительная стабильность и… любовница, как вишенка на торте. Ей-богу, тогда было лучше…
– Мамуль, привет, как ты себя чувствуешь? – решаюсь позвонить матери.
– Неплохо, дочка. Вот, иду с процедур домой. Решила прогуляться, пока погода хорошая.
– А не хочешь поехать соревнования к Максу? А потом посидим где-нибудь, поболтаем?
– Давай, Маришка. Я не против. Сейчас только такси вызову и…
– Я заскочу за тобой.
Мама выходит к перекрестку, а я звоню сыну, обещая приехать к спортивному комплексу без опозданий.
– Что стряслось? Раньше ты бы ни за что меня не позвала, – плюхается на переднее сиденье мама.
– Мамуль, – тянусь, чтобы обнять ее. – Просто я…
На работе я еще держалась, а тут… Всхлипываю, качая головой и пытаясь подобрать нужные слова.
– Илья мне изменяет, мам.
– Ты уверена? – хмурится она, стирая с моих щек слезинки. Ее руки – шершавые, сухие и такие родные…
– Да. Сегодня репортаж снимали в больнице, я видела, как они целовались… Илья и Лада Архипова – ведущая в новостях.
– И ты не подошла? Не выдрала этой дряни патлы?
– Мам, ты серьезно? Они отсняли материал в кабинете главного и смылись. Мне надо было бежать вслед и требовать объяснений?
– Извини, милая. Что-то я… Я просто опешила от такой новости. Илюша и… измена. Что собираешься делать?
– Разводиться. Что же еще?
– А с ним ты поговорить не хочешь?
Паркуюсь возле входа в спорткомплекс, издали замечая машину Ильи… Ну, надо же, вспомнил о сыне? Решил поиграть напоследок в заботливого папашу? Или совесть замучила? Как он сыну собирается говорить о Ладе? А, может, они уже знакомы? Нет… Макс бы точно рассказал… Покрывать горе-папашу он не стал бы.
– О… Здравствуй, Илюша. Ты тоже решил посмотреть матч? – непринужденно произносит мама, завидев Илью.
– Да, удалось выбраться, – улыбается он. – Маришка, привет, родная. Все в порядке?
Илья тянется, чтобы коснуться меня губами, совсем недавно целующими другую… Я резко отстраняюсь. Не могу… Не могу, понимаете? Тошно и больно.
– Идем, а то опоздаем. Как у тебя на работе? – спрашиваю его сухо.
– Все так же. Потому и не стал задерживаться. Пообедаем потом? Все вместе?
Глава 4
Марина.
Не понимаю, что чувствую? Ясное дело – боль, одиночество, обиду… Наверное, любая женщина ощущает такое? Или нет? У каждой своя боль предательства? Приправленная особыми эмоциями?
– Давай же, Ма-акс! – кричит Илья, увлеченно наблюдая за игрой сына.
Сынок у нас – атакующий защитник. Талантливый, увлеченный баскетболом парень, моя гордость… С ранних лет было ясно, что Максим вырастет таким же высоким, как отец. Сильным, широкоплечим, надежным… Мне тогда так казалось…
«Вот же кому-то повезет», – мечтательно протягивала я, глядя на Макса.
«И мне повезло», – спешила добавить…
– Маришка, а ты чего такая тихая? – похлопывает меня по плечу Илья. – Все в порядке?
– Да. А ты почему, вдруг, такой громкий? Успехи на работе?
– Вон, вон, смотри, – снова отвлекается он, следя за игрой. – Макс! Давай, сын!
Смотрю на раскрасневшееся, родное лицо мужа и… боюсь… Вот, что я испытываю, кроме обиды и злости… Безумный страх остаться одной. И дело даже не в деньгах, вовсе нет… Да и беспомощной дамочкой меня сложно назвать. У меня есть работа, образование. Мама, в конце концов… Не пропаду… Просто я не представляю себя без Ильи, понимаете? И думать не могу о себе, как об отдельном, чужом человеке…
Горечь растекается внутри, как яд… Не буду я ему ничего говорить. Боюсь… Безумно, отчаянно боюсь, что он прямо сейчас вывалит на меня правду…
Так, мол, и так, Марина, я ухожу к другой… Он это, конечно, скажет, но позже… Мне отдышаться нужно, осознать, а еще… Да что я такое говорю? Я ведь врач и знаю, что очаг воспаления нужно вырезать полностью и быстро, а не по кусочкам… Нет, в таком деле нельзя медлить…
– Мариш, все в порядке? – вырывает меня из задумчивости Илья. Трется подбородком о мое плечо и чмокает в щеку… Господи, как же гадко… Ей-богу, неизвестность вот-вот приведет меня к расстройству личности. Илья остается моим мужем, отцом моего сына и родным человеком, сохраняяпри этом статус предателя.
– Да так… На работе проблемы. Я вряд ли смогу посидеть с вами в кафе, Илюш. Нужно вернуться.
– Мариша, а нельзя отпроситься? – укоризненно спрашивает мама.
– Да, Марин… Что на твоей дурацкой работе может случиться? Пробирка лопнула? Или стекло треснуло? Микроскоп сломался? Она меня бесит, понимаешь? – взрывается он.
– Илюша, что случилось? Ты бы тон сменил, здесь люди, вообще-то, – строго произносит мама. – И что за предъявы? С чего вдруг тебя стала не устраивать работа Марины?
– Денег она не зарабатывает, Татьяна Михайловна. Просиживает штаны, вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным.
– Чем, например?
– Собой, – выдыхает он.
– Илюш, а как ты думаешь, мне подойдет красное, короткое платье? – едва сдерживая слезы, спрашиваю я. И улыбочку кокетливую выдавливаю… Ну, прямо, как Лада Архипова… Разве что на десять лет старше.
– Нет, Марина. Тебе оно не подойдет. Будет смешно смотреться.
– Это почему? А если я волосы распущу и немного их осветлю? И туфли куплю на шпильке… Может, мне устроиться на…
– Хватит, Марин. Я давно пытаюсь до тебя достучаться. Ты стала… Прости, но ты неважно выглядишь. Понимаю, что нет времени на себя, но… Сколько еще мне намекать, чтобы ты поняла? Если бы работа приносила деньги и удовольствие, а то… Нет ведь! Пустая трата времени. Ты могла бы потратить его на что-то полезное – заботу о доме, себе…
– А-а… Мам, наверное, Илья о спортзале говорит, – глуповато моргаю я.
Изо всех сил пытаюсь изобразить на лице спокойствие и покорность…
– Ох… Что-то мне уже не хочется досматривать матч, – произносит мама. – Не понимаю я твоих претензий, Илья. Тебя что-то не устраивает? Хотя… Я не должна вмешиваться. Это ваша жизнь, ваша семья… Считаю, что вам стоит поговорить наедине.
Ну вот он, момент истины… Илью одно мое присутствие будоражит, раздражает… Кажется, все закончится быстрее, чем я думала…
– Нет, черт… Меня все устраивает. Просто мне жаль Марину.
Ах, ему жаль… Ему меня жалко, понимаете? Теперь я отчетливо вижу, почему мой драгоценный муж не решается поговорить откровенно? Он боится меня ранить. Считает, что я ни на что не способна… Не справлюсь без него… Если бы Илья считал меня сильной, не ходил бы вокруг да около… А признался сразу…
– А ты меня не жалей, муженек, – сипло произношу я. – Говори уже правду… Я сильная, справлюсь…
– Да какую правду, Марин? Ты о чем, вообще? Все, заканчиваем этот разговор. Я безуспешно пытаюсь вытащить тебя из рабочего рабства, но ты… Ты видишь не заботу в моих словах, а…
– Погоди, Илюш. Так ты прямо скажи, что хочешь посадить меня на шею, обеспечивать все мои нужды. Ты ведь на это намекаешь?
– Вообще-то, нет, – сухо отвечает он. – В городе полно вакансий с более высокой зарплатой и гибким графиком. Ты хотя бы попробуй… Макс давно вырос, можно уволиться из чертовой лаборатории и…
– Хорошо, я подумаю, – провоцирую его я. Давай же, милый, скажи мне правду уже…
В сумке вибрирует смартфон. На экране всплывает сообщение Зойки:
"Завтра теледива Лада Архипова придет снимать репортаж о лаборатории. Оденься красиво!"
Ах, вот, в чем дело? Илюша не хочет, чтобы жена встречалась с любовницей на одной территории?
Глава 5
Марина.
Выгляжу я неважно, Илья прав… Натуральные, русые волосы, минимум макияжа, следы усталости на лице…
Одежда обычная, из массмаркета, недорогая… Мы совсем недавно выплатили кредит за ремонт, какие уж тут наряды? Не до них мне… К тому же соревнования сына отнимают львиную долю заработков. Наверняка, Лада Архипова – девушка свободная… Тратит только на себя, да и времени у нее море. И посуду она не моет, потому что не готовит. Питается травой или блюдами из ресторана. Да и те ей привозят курьеры…
Господи, зачем я, вообще думаю о ней? С моей фантазией впору написать роман…
К моему удивлению, Илья никуда меня не отпускает. Настаивает, чтобы я отпросилась с работы и провела время с семьей. В скором времени он будет мало времени проводить с Максом. А со вторым малышом… Его он вряд ли захочет видеть.
Скорее всего, Лада родит ему наследника, ждать не станет…
– Марин, как мне тебя порадовать? Ты извини, что я прицепился с работой, просто…
– Просто другие женщины из твоего окружения к чему-то стремятся? Ты на это намекаешь?
Он краснеет, отводит взор… Легко сжимает мои плечи и выпаливает:
– Парни с работы рассказывают, как их жены развиваются. Чему-то учатся, ходят в спортзал, общаются с подругами. Какие-то курсы проходят, путешествуют. Я не со зла, поверь…
А с чего, родной? Почему я, вдруг опротивела тебе? Месяц ты ко мне не притрагиваешься, ночуешь в кабинете или отворачиваешься, буркнув пожелание спокойной ночи… Не позволяешь приласкать тебя, поцеловать… Ничем не делишься…
– Хорошо, я завтра уволюсь. И в спортзал запишусь.
– Правда?
Боже, неужели, он верит, что сможет снова полюбить меня? Пытается себя успокоить? Разве можно оживить сдохшего осла, возродить чувства?
Я прекрасно понимаю Илью… Человек он порядочный… Во всяком случае, был таким раньше. Вот и пытается переосмыслить УЖЕ принятое им решение уйти. Хватается за возможность поменять хоть что-то… Не в себе. Во мне! Думает, я уйду с работы, и он влюбится? Или запишусь в спортзал и ка-ак… стану другой?
Изменю свою жизнь и начну вести блог про уборку или готовку? А, может, эстетику дома? Заведу домашние цветы, научусь кататься на коньках? Мне хочется обнять его и отпустить с миром, но я боюсь…
Боюсь быть без него… Не могу принять решение выдрать нарыв с корнем. Потому молчу и выдумываю отговорки…
– А мы можем начать сегодня?
– Что именно? – подозрительно прищуривается Илья.
Мы сидим за столиком в ресторане, мама отошла к стойке с пирожными, Макс в туалете…
– Ну… Для начала ты бы мог купить мне новое платье? Красное. Завтра я пойду в нем на работу. Хочу уволиться красивой.