Посвящается всем влюблённым…

Твой танец шимми – встряхнул мою лодку,

Выбросив меня, одинокого и влюблённого, на берег

Думаешь ли ты обо мне?

Глава 1

– Хелен, дорогая! Поторопись! – слышу сквозь сон голос Маргарет.

– Да, да… сейчас, – бормочу я и, повернувшись на правый бок, снова уношусь в сладкую дрёму.

– Хелен! – снова слышу где-то там далеко. Голос такой настойчивый, что приходится сделать над собой усилие и открыть один глаз, потом другой. Вылезать из мягкой теплой кровати совсем не хочется. «Зачем Марго так рано разбудила меня? Даже „Губка Боб“ ещё не звенел». Вглядываюсь в стрелки будильника на тумбочке… А-а-а чёрт! Я снова проспала, – мгновенно вскакиваю и бегу в душ.

Стоя под бодрящим потоком тёплой воды, окончательно просыпаюсь, и в памяти возникает вчерашняя ссора с Дэвидом. На глазах опять выступают слёзы. Боже! Последнее время мы стали так часто ссориться, что это просто становится невыносимым. Разве любящие друг друга люди будут ругаться по пустякам?

Пора разобраться. Разобраться во всём. Очень серьёзно и без шуточек. Пришло время поговорить с ним.

Вот вчера мы снова поссорились из-за ерунды. Он отказался идти в боулинг, и я назло ему просидела там до полуночи с друзьями. После работы обязательно встречусь с ним и постараюсь поставить все точки, над «і».

С этими мыслями выскакиваю из душа и бегу в комнату, хватаю, что под руки попадётся. Сегодня это белый ажурный комплект нижнего белья, синие джинсы, красный свитер, связанный для меня Маргарет, и джинсовая ветровка. В спешке натягиваю кеды на босую ногу, кидаю вещи в сумку. Одеяло небрежно падает на кровать, в изголовье приземляется подарок Дэвида – розовый медвежонок. «Сегодня целовать тебя не буду! Мистер зануда был вчера не особо вежлив со мной. Так что обойдёшься…», – сердито посмотрев, снимаю с его уха резинку, забираю волосы в хвост. Сумку в руки – выбегаю из комнаты.

Бац! Что это?! Ремень сумки зацепился за перила и моя замечательная попа жёстко встретилась с лестницей.

«Отлично утро начинается! Теперь синяк обеспечен!» – обругав себя за невнимательность, прыгаю через несколько ступенек и оказываюсь в холле. Ноги целы – уже хорошо. Сумка приземляется чётко на коврик у двери. Страйк!

«Это даже круче, чем вчерашний боулинг, рост мастерства налицо».

– Хелен, детка, ты уже опаздываешь, – глядя на часы, говорит Маргарет. – Опять сегодня плакала?

– Совсем немного, – глаза сами собой стремятся разглядеть узорчик на обоях в розовый цветочек.

– Последнее время вы с Дэвидом часто стали ссориться, или я чего-то не понимаю? – мельком бросив на меня взгляд, замечает мама и ставит на стол тарелку с яичницей, стакан с апельсиновым соком, на плиту ставит кофеварку.

– Мам, я сама разберусь с ним. Не начинай. Ладно?

– Хорошо, солнышко, не буду. Мне просто неприятно, что ты снова плакала! – Вот и Марго туда же, её жалостливый взгляд постепенно передаётся мне.

– У тебя новая прическа? – я хочу сменить тему.

– Да! Тебе нравиться? Мне очень! Теперь не надо будет каждое утро укладывать волосы. Причесалась – и порядок! И цвет мне подходит. Он такой насыщенный, называется «Сочная черешня», – Маргарет улыбается мне очаровательной улыбкой, в голубых глазах сверкают озорные искорки.

– Сочная черешня? Обалдеть! – Это что-то новенькое, но я всё равно рада за неё. Для человека в её возрасте она выглядит прекрасно, даже с цветом сочной черешни.

Быстро закинув в себя яичницу, выпиваю сок. Кофе? Ну ладно, пару глотков можно – спасибо мамочке!

Гляжу снова на часы. Боже! Я уже пятнадцать минут как должна выйти! Каждый вечер я завожу будильник на полчаса раньше, чтобы утром спокойно позавтракать, успеть собрать вещи для тренировки и не опоздать на работу. И каждое утро получается одно и то же, я просыпаю.

– До вечера, мам! – чмокаю на прощание Маргарет и в спешке отправляюсь на работу. Дорога до студии занимает много времени, но меня это не смущает, я люблю дело, которым занимаюсь. Вообще-то раньше я думала, что моё призвание – фотография. И не было студентки прилежнее, чем я, но что-то пошло не так. После института я устроилась в местную газету, но продержалась там меньше года. После репортажа с танцевального конкурса я поняла, что глубоко заблуждалась.

Танцы! Вот моё призвание! Любите ли вы танцы так, как люблю их я?!

Nikon в чулан! Даёшь стринги и колготки в сеточку! Героиня моего репортажа Эйприл – теперь моя лучшая подруга. Она предложила попробовать себя инструктором в студии танцев, которую они организовали вместе с Генри.

Я веду класс по сальсе и по стрип-дансу. Да-да! По стрип-дансу! Ничего плохого в этом нет! Послушайте! Любой танец как бы он ни назывался – это просто язык тела, образ мыслей, скрытых желаний, если хотите! Люди, владеющие этим языком, могут высказать себя и признаться в чувствах к кому-то лучше, чем словами.

Контингент у нас самый разнообразный, но страсть одна на всех. Мы танцуем, и нам это нравится! И не просто нравится, мы получаем от этого огромное удовольствие! Моя задача помочь этим тетям и дядям, белым и чёрным женщинам и мужчинам овладеть этим универсальным языком. Детям до 21 – вход закрыт. А так – мы всем рады!

Я работаю в Нью-Йорке, а живу в пригороде на севере, на бульваре Линкольна № 1324. Жизнь в нашем городке неспешная, нет такой суеты как в Нью-Йорке, мне это по душе. Да и место, где мы живём, очень тихое и очень-очень много зелени. Улицы широкие, уютные домики, приятные соседи. Мне нравится, где я живу. Уж куда лучше, чем в Нью-Йорке, это точно!

– Доброе утро, Глэдис! – здороваюсь с соседкой. С ней обязательно надо поздороваться первой, иначе потом она замучает Маргарет разговорами о моей невоспитанности.

– Доброе утро, деточка! А мне уже утреннюю почту принесли! – замечает Глэдис, – Мистер Родригес такой любезный!

Вот же стерва! Какое мне дело до почтальона Родригеса? Стараясь не показывать раздражения, улыбаясь, открываю дверь машины. Отъезжая от дома, показываю ей в спину средний палец. «Пошла ты!» – думаю про себя. Довольная собой, я включаю музыку – «FUCK» от Blood Hound Gang. Жизнь налаживается!

Эйприл не разделяет моей любви к пригороду. Удивляется, зачем я мотаюсь туда-сюда каждый день, куда проще снимать квартиру недалеко от студии, как они сделали с Генри. Я возражаю, говорю, что меня это не напрягает, да и снимать жильё в Нью-Йорке дороговато. И Маргарет одну оставлять я тоже не хочу! Тем более у меня есть Дэйв, который категорически не хочет куда-то переезжать.

Несмотря на то что я всегда опаздываю на работу, я всё равно прихожу первая, отлично! Проветриваю классы, готовлю музыку для работы, переодеваюсь в любимые колготки-сеточку, черные шортики, черную майку с логотипом АС/ДС, любимые мягкие черные туфли. Боевая раскраска много времени не занимает. Немного подкрашиваю тушью и карандашом карие глаза, крашу красной помадой маленькие пухлые губы, припудриваю миленький носик, щиплю щёки, чтобы казаться свежее. Затягиваю темно-каштановые волосы в тугой пучок. Делаю растяжку. Я готова! Добро пожаловать, любители танцев!

Вскоре подтягиваются Эйприл с Генри, Зои и Томас, мы – команда. Встречаем учеников и приступаем к занятиям. За любимым делом время пролетает незаметно.

Поскольку мы вместе работаем, то и отдыхать стараемся тоже вместе. Иногда зависаем в барах, любим проводить время в боулингах. По возможности выбираемся на концерты любимых исполнителей, иногда заваливаемся в кино. Если получается купить билеты – ходим в театр. Кстати, моя любовь к театру – это заслуга Маргарет, я очень благодарна ей за это. Дэвиду не особо нравится моя компания и моя работа. Он ревнует к ним и часто ворчит: «Друзья тебе дороже, чем я. И зачем тебе такая работа, где надо вертеть задницей? Опять ты была в баре с друзьями? Ты меня не любишь…», – ну и всякий бред. Но каждый раз, когда я зову его куда-нибудь, он находит причину отказаться, типа у него очень много работы или он должен кому-то помочь. Для него работа дороже, чем я. Вы спросите, где мы познакомились? Да просто дружим с детства. Ну, и дружба как-то незаметно переросла в отношения. Он в принципе нормальный парень, весёлый, вполне симпатичный, в общем, этакий голубоглазый ангелочек. Но его занудство меня иногда раздражает. Я, конечно, стараюсь быть стойкой и не обращать внимания, но, если честно, терпение, наверное, скоро лопнет. Он работает менеджером в автосалоне и часто проводит время в своём гараже. Это предел его мечтаний и всё, что ему интересно в этой жизни. И менять он ничего не хочет. Но так жить скучно! Как он не понимает?! Из-за этого мы часто ссоримся. Потом миримся. А спустя какое-то время всё начинается снова.

Глава 2

Сегодня понедельник. Провожу два первых занятия, музыку включаю громче, стараясь сконцентрироваться на работе и отогнать от себя плохое настроение. Но видимо это плохо получается, потому что даже миссис Кокс замечает моё кислое выражение лица. В перерыве между занятиями забегает Эйприл, прихватив коробку с пиццей и две колы.

– Привет, красотка! – она обнимает меня, смачно целует в щеку и предлагает перекусить.

– Привет! – я стараюсь говорить весело. Открыв колу, мельком бросаю на Эйприл взгляд и стараюсь скрыть лицо за маленькой баночкой. – Ого! Новый засос от Генри! Какая страсть! – замечаю по крайней мере три отметины на шее. У меня вот с Дэвидом до засосов никогда не доходило, – вздыхаю про себя.

– О, да! Мы сегодня ночью так классно оттянулись, до сих пор прийти в себя не могу, – при воспоминаниях о ночных утехах Эйприл сладко мурлычет, закрывает глазки и, покачивая бёдрами, начинает себя поглаживать. Я хихикаю, радуюсь и с восхищением смотрю на подружку. «Какая она всё-таки красивая и счастливая». Высокая, стройная, её светлые длинные волосы, всегда идеально уложены, волосок к волоску. Красивые серые глаза идеально накрашены, большие пухлые губы подведены ярко-красным карандашом и помадой в тон. Она очень весёлая, умеет нравиться мужчинам, всегда ярко одета, подтянута. Я тоже стараюсь от неё не отставать. Кстати, это она заставила меня красить губы красной помадой, я бы на это ни за что не решилась. Вот каких любят! Генри тоже у неё красавчик – смуглая кожа, черные длинные до плеч волосы, статный. Настоящий мачо. Вообще, они классно смотрятся друг с другом.

– А ты всё плачешь из-за Дэвида? – с полным ртом пиццы спрашивает она, отвлекая меня от мыслей. – Думаешь, я не заметила твои красные глаза и нос? Слушай, я тебе давно уже говорю, что он тебя не достоин! Бросай его и не трать свои лучшие годы на этого засранца, – отпивает колу и продолжает учить меня жизни. – Давай лучше сходим сегодня куда-нибудь? – загадочно округляет глаза. – Смотри, какие денёчки наступают. Весна! Время для новых впечатлений и отношений! – многозначительно подмигивает мне.

– Отличная идея. Но давай в следующий раз, хорошо? – немного поперхнувшись, я вежливо отказываюсь. – Мы с Дэвидом, вчера опять поссорились и сегодня, я хочу окончательно разобраться в наших отношениях. Я, конечно, устала от всего этого дерьма. Но нам нужен ещё один шанс!

– Ладно, Хелен, это дело твоё, решай сама, – она мотает головой и не верит, что я решусь порвать первая. – Как поживает миссис Рид? – меняет она тему.

– Хорошо, спасибо. Подстриглась и в очередной раз перекрасилась, но уже в сочную черешню, – отвечаю я.

– Что снова сменила имидж? Молодец! Я восхищаюсь Марго. Честно! Несмотря на приличный возраст, она всегда полна оптимизма и всегда заряжена новыми идеями. Бери с неё пример! – многозначительно смотрит на меня.

– Каждый день перенимаю опыт, – грустно отшучиваюсь я.

Поболтав ещё, о том о, сём, мы вновь приступаем к работе. Я немного забываюсь. Вечером, проводив последнюю пару, я переодеваюсь, бросаю вещи в сумку и, попрощавшись с ребятами, еду домой. По дороге обдумываю, с чего начать примирение и как себя вести. Заезжаю домой переодеться.

– Привет мам! – проходя мимо кухни, я улавливаю манящие ароматы.

– Добрый вечер, дорогая. Ужинать будешь? Я приготовила мясо по-французски по твоему любимому рецепту.

– Нет, мамочка, спасибо, мне сейчас срочно надо встретиться с Дэвидом, – на ходу отвечаю ей. Я, конечно, очень хочу есть и чувствую усталость, но чтобы не терять время, быстро поднимаюсь в комнату и, бросив сумку, иду в душ. Выйдя из ванной, бегу в комнату и быстро надеваю свое любимое голубое платье на корсете, оно очень воздушное, в нём я просто неотразима! Но зараза ткань, как нарочно, задерживает меня, попадая в молнию. От этого мне приходиться несколько раз расстегивать и снова застёгивать платье. Фу! Наконец-то! С третьей попытки удалось. Обуваю блестящие открытые босоножки на шпильке. Взлохмачиваю волосы. Подкрашиваю блеском губы, крашу слегка ресницы и легкий аромат любимых духов «We Love NY». Дэвид не устоит от такой красоты и мы помиримся! И всё будет хорошо! – мечтаю я.

– Хелен, может, всё-таки поужинаешь? У меня уже всё готово… Ой, какая ты красивая! – восхищённо охает Маргарет, скрещивая ладони на груди, когда я спускаюсь вниз.

– Мам, я потом, хорошо? Мне надо срочно поговорить с Дэвидом, – я целую её, на ходу накидываю свой коричневый плащик и выбегаю на улицу.

Дэвид недавно переехал от родителей и сейчас живет практически напротив нас, надо только перейти дорогу и пройти один дом, направо. Я, конечно, очень надеюсь, что мы скоро будем жить вместе, но он не торопится, да и я не хочу давить на него. Подходя к его дому, чувствую, как во мне всё больше нарастает волнение. «Только бы помирились, только бы помирились», – молю я про себя и ещё раз проговариваю все слова, которые заготовила.

Поднимаюсь, оглядываю себя ещё раз, взлохмачиваю волосы, приподнимаю корсетом грудь, чтобы выглядеть сексуальнее, делаю глубокий вдох, выдох и нажимаю на кнопку звонка. Жду. Дэвид открывать не спешит. Звоню ещё раз. Тишина. Начинаю звонить настойчивее. Подождав ещё минуту, разворачиваюсь, чтобы уйти. Понятно! Разговаривать не хочет. Ну и черт с тобой! – начинаю уже сердиться на него. Я хотела как лучше. Теперь первая точно мириться не буду!

Спустившись на пару ступенек, я слышу, как открывается дверь. Из дома выглядывает Дэвид, наспех натягивая рубаху и застегивая ширинку на джинсах.

– Хелен, привет. Извини, что так долго не открывал. Я… тут… это… я, – мямлит он что-то, приглаживая взъерошенные волосы. Краснея, опускает глаза и не знает, что ещё сказать.

Я снова поднимаюсь, чтобы войти в дом, но он преграждает мне путь, стоя в дверях. Вытаращив глаза от недоумения и не понимая, что происходит, я стою так пару минут.

– Дэвид, в чём дело? Я пришла мириться. Давай больше никогда не будем ссориться, а? Это утомляет, – я протягиваю руку, чтобы открыть дверь, и вдруг в проеме на лестнице вижу чьи-то голые ноги. Внезапный приступ гнева так сильно пронзает меня, что я с силой распахиваю дверь, отдёргивая руку Дэвида. Ворвавшись в дом, я вижу абсолютно голую рыжую девицу, с вызовом смотрящую на меня сверху.

– Дэвид! – я поворачиваюсь к нему и ору, так, что девица бросается наверх. – Какого хрена тут вообще происходит?! Ты! Дерьмо! Всё! Между нами всё кончено! Навсегда! – оттолкнув его, я выбегаю вся в слезах. У меня бешено колотится сердце, слёзы душат меня, мне не хватает воздуха, меня тошнит. Вбегая домой, я чуть не сшибаю Маргарет, но она удерживает меня.

– Хелена? Милая, успокойся! Ну, пожалуйста! Не надо так сильно плакать. Скажи, что случилось?! – допытывается она, тряся меня за плечи.

Я всё ей рассказываю. Она тянет меня на диван, обнимает, гладит мои волосы и поёт песенку, которую всегда пела мне перед сном. Я постепенно успокаиваюсь и затихаю. Мы сидим так довольно долго. Я боюсь, что мама будет снова задавать вопросы, но обсуждать сегодняшнюю историю с Дэвидом совсем не хочется.

– Давай выпьем? – вдруг предлагает она.

– С удовольствием, – сразу соглашаюсь я.

Она приносит два бокала с красным вином и мы, чокаясь, выпиваем.

– Знаешь, девочка моя, что я тебе скажу? – Марго снова притягивает меня к себе, гладя мои волосы. – У меня была подобная ситуация, с мужем. Мне было немного за сорок. Я тогда уже было отчаялась родить ребенка. Взвесив все «за» и «против», я решила, что все равно буду счастливой. И у меня появилась ты, – она поворачивает меня к себе, ласково улыбается и многозначительно смотрит.

– Мне тоже пора кого-нибудь завести? – я грустно улыбаюсь.

– Я не это имею в виду! Я просто хочу, чтобы ты не мучила себя. Поэтому говорю тебе совершенно серьёзно. Забудь как можно быстрее всю эту историю, отпусти его и продолжай путь дальше. Счастье не заставит себя долго ждать. Поверь мне, доченька! – Она с такой любовью всё это произносит, что я крепко обнимаю её. Как всё-таки это здорово, когда тебя понимает любимый, родной человек.

– Ладно, мама, я пойду спать, завтра на работу. Доброй ночи, – зеваю я, уставшая и заплаканная, плетясь в свою комнату.

– Доброй ночи, Хелена. Пусть тебе присниться красивый сон, – улыбаясь, говорит Маргарет, беря в руки книгу.

Постояв немного под душем, надеваю любимую пижаму с сердечками и плетусь в комнату. Уже лёжа в кровати под натянутым до носа одеялом прокручиваю ещё раз историю с Дэвидом. Зачем он так поступил? Разве нельзя было сразу сказать, что меня больше не любит? Что дальше наши отношения так продолжаться не могут. Надо сделать перерыв. Я бы поняла. Может, даже охотно согласилась бы с ним. Но он предпочёл нормальному разговору дешёвое предательство! Что же, Дэвид, ты сделал свой выбор. И я тоже сделала свой выбор!

Глава 3

На следующий день я встала, как ни странно, совершенно спокойная, мне было так легко и свободно, как будто я вырвалась из петли, которая меня давно душила. Теперь всё стало предельно ясно. У нас с Дэвидом вообще нет ничего общего, наши отношения были обманом. От понимания всего этого я впервые с момента наших отношений почувствовала себя счастливой. Я его простила! Дэвид перестал для меня существовать! Медвежонка я тоже выбросила в мусорный бочок поздно вечером перед сном. Извини приятель, но нашей дружбе тоже конец!

– Хелен! Поторопись, дорогая! – зовёт меня Маргарет. Это уже стало традицией.

– Да, да, уже бегу! – отвечаю ей, вытираясь полотенцем после душа. Быстро надеваю красные трусики, бюстгальтер, голубые джинсы, белый джемпер в черную полоску, ветровку и кеды. «Боже! Где же резинка?» Не найдя её, решаю, что волосы тоже имеют право быть свободными. Взлохмачиваю их и, закинув в сумку всё необходимое для занятий, выхожу из комнаты в приподнятом настроении. Перепрыгнув ступеньки, я ловким движением руки отправляю сумку к двери и весёлая забегаю в столовую.

– Ты скоро станешь чемпионкой по самому быстрому собиранию на работу! Доброе утро, дорогая! – смеётся Марго.

– Доброе утро, мамочка! – смеюсь ей в ответ и с удовольствием приступаю к завтраку.

– Как спалось? – осторожно спрашивает она.

– Прекрасно! Я выспалась. Чувствую себя просто замечательно!

– Точно? Ты в этом уверена? – недоверчиво спрашивает она, немного прищуривая глаза.

– На весь миллион процентов! – убедительно отвечаю я, расплываясь в ослепительной улыбке. – Мама! Мне стало так легко, что просто хочется петь! Я счастлива от того, что стала свободной! – поднимаю бокал с апельсиновым соком и залпом выпиваю.

– Вот и хорошо! – она довольна, что я легко перенесла измену Дэвида. – О, Боже! Мне тоже пора, а то придётся оправдываться перед мистером Коллинзом. – До вечера, дорогая! Удачи! – поцеловав меня, она поднимается в комнату, переодеться, чтобы не опоздать в школу.

– До вечера, мамочка. Тебе тоже удачи! – отвечаю ей, доедая свой завтрак. Закинув сумку на плечо, я выбегаю, спеша на работу. – Доброе утро миссис Глэдис! – улыбаюсь я. «Даже если съязвит, то отвечать не буду», – решаю про себя. Я сегодня такая счастливая, что меня ничем не расстроить.

– Доброе, доброе, – коротко отвечает она, с интересом глядя в мою сторону.

Поворачиваю голову к машине и вижу около неё Дэвида. Я решаю не обращать на него внимания, будто мы вовсе не знакомы. Открываю машину, бросаю сумку, хочу уже сесть и ехать, я же опаздываю, как он меня останавливает:

– Хелена! Подожди. Давай поговорим. Я хочу объясниться, выслушай меня! – у него такой жалостливый вид, как у побитой собаки.

– Дэвид, чего ты хочешь? По-моему, ты вчера всё сказал! Ты сделал свой выбор. Я тоже сделала. Знаешь, это даже хорошо, что ты изменил мне. Наконец-то ты избавил меня от своего постоянного занудства, за что тебе большое пребольшое, спасибо! Желаю тебе счастья, большой любви и так далее. А сейчас извини, я опаздываю, меня ждут, – я сажусь в машину и еду на работу, включив на всю мощность Pink «Raise Your Glass». Ура! Я свободна! Боже! Как это здорово, чувствовать себя независимой, знать, что тебя никто не будет осуждать, куда ты пошла и с кем пошла! Как ты одета, как накрашена, что слушаешь, что смотришь, где работаешь… Я, перевернула эту страницу жизни. Теперь у меня открыт чистый лист. Уж теперь я постараюсь, чтобы он не был пропитан слезами, а заполнился поцелуями от красных губ.

Переполняемая радостью и свободой, ощущая легкость, я довольно быстро добираюсь до работы. Надо же, теперь дорога не кажется такой долгой и утомительной. Потрясающе! Припарковав машину на платной стоянке недалеко от работы, я радостная, захожу в студию, напевая песенку. Распахнув во всех классах окна, я переодеваюсь, подбираю музыку для работы, делаю растяжку, ожидая первую группу. Во мне столько бодрости и энтузиазма, что я готова танцевать, не останавливаясь, целый день. Время до обеда пролетает незаметно. В перерыве между занятиями забегает Эйприл.

– Хелен, пойдём в «Grimaldi’s»? – спрашивает она, приглашая сходить в пиццерию за углом.

– Да! С удовольствием! Умираю от голода! – я сияю от счастья и свободы.

– Ты сегодня какая-то другая. Улыбаешься как-то странно? – Эйприл, удивленно вскидывает на меня бровь. – Помирились с Дэвидом? – предполагает она.

– Нет! Лучше! Он мне изменил! И мы расстались, навсегда! – я улыбаюсь как дурочка и, закинув руки за голову, двигаю эротично бёдрами, вкушая этот дурманящий запах свободы.

– Что? Ты не шутишь? Расстались? Боже, этого не может быть! Наконец-то! Это надо отметить и сегодня же! – она искренне радуется за меня, крепко обнимает и целует в щёчку. Мы решаем отпраздновать это событие после работы.

Наступает вечер. Проводив последние группы и закрыв студию, мы дружно всей компанией отправляемся в «Arlene’s Grocery». Чем примечателен этот клуб? Во-первых, здесь всегда играет живая музыка. Во-вторых, атмосфера очень дружелюбная. В-третьих, вход всего десять баксов, и меню нас вполне устраивает. Этот клуб один из наших любимых. К вечеру уже собралось изрядное количество самых разнообразных посетителей и завсегдатаев. Люди общаются, слушают музыку, поют, пытаясь перекричать певцов на сцене. От табачного дыма мне становится немного не по себе, но я не обращаю внимания. Мы сидим за круглым столиком, заказав пиво, коктейли и различные закуски. Зои первая произносит тост, поднимая стакан с коктейлем под названием «Sex on the beach»:

– Хелен! Желаю тебе поскорее встретить отличного парня и стать по-настоящему счастливой! За тебя! – мы все, чокаемся и отпиваем из трубочек потрясающе вкусный коктейль.

– Спасибо за такие добрые слова! – это так трогательно, «чмоки-чмоки».

– Я тоже присоединяюсь к пожеланиям Зои! И ещё желаю, чтобы засранцы, вроде Дэвида, больше не мешались у тебя под ногами, – Эйприл весело выкрикивает свой тост, искренне радуясь за меня, целует в щёчку. Мы снова чокаемся и, выпив коктейль, принимаемся за пиво, весело болтаем и слушаем классную музыку. Спустя какое-то время к тостам девочек присоединяются мальчики.

– Хелен! – Генри нежно обнимает меня за плечи. – Мы с Томасом тоже хотим пожелать тебе удачи, – мы снова делаем «чин-чин» и он целует меня в щёчку.

– Да! Хел, за тебя! – чокается со мной Томас и тоже целует меня в щёчку. Они что, сговорились зацеловать меня?

– Ты заслуживаешь быть счастливой, – Генри ещё раз чокается со мной. – Если бы у меня не было Эйприл, то я бы с удовольствием закрутил с тобой роман. Но сама понимаешь, – он скрещивает руки и, смеясь, закрывается от Эйприл, смотрящей сердито на него.

– Эй! Генри! Какого черта? – тоже смеётся она.

– Эй, ребята не ссорьтесь! – целую обоих, чтобы сгладить ситуацию. – И спасибо вам всем за поддержку, – мы снова чокаемся, и Томас рассказывает нам очередной весёлый анекдот.

Я уже немного захмелела и мне так хочется танцевать, что пятки сами собой стукают в такт мелодии и останавливаться совсем не желают. Видимо, не я одна была одержима идеей пойти танцевать. Эйприл вскакивает первая, хватает Генри за руку и тянет его, увлекая на танцпол. Зои и Томас следуют за ними. Обнявшись, они прижимаются друг к другу и танцуют медленный танец, несмотря на то что звучит быстрая музыка.