Сумерки хищников

Marc Levy

LE CRÉPUSCULE DES FAUVES

www.marclevy.info

© Illustrations de Pauline Lévêque

© Éditions Robert Laffont, S.A.S., Paris, Versilio, Paris, 2021

© Nastassia Brame, фотография автора на суперобложке

© Черезова Е., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа Азбука-Аттикус», 2021

Издательство Иностранка®

«Группа 9»

Екатерина преподает право в Университете Осло.

Матео, предприниматель в сфере компьютерных технологий, продал свой первый стартап «Френдзнету»; теперь он руководит IT-компанией в Риме.

Дженис, журналистка, работает в тель-авивской ежедневной газете «Гаарец».

Диего управляет гастрономическим рестораном в Мадриде.

Корделия работает в агентстве кибербезопасности в Лондоне.

Майя – директор парижского турагентства класса люкс.

Виталик – общий псевдоним братьев-близнецов из Киева, Вити и Алика; они увлекаются политикой и не чураются мошенничества.

Никто не знает, кто скрывается под номером 9, – даже члены «Группы».

Краткое содержание первой книги серии, «Ночь, с которой все началось»

Екатерина и Матео, Осло и Рим

Предотвратив теракт, готовившийся в Университете Осло, Екатерина и Матео продолжают преследовать Барона и прилетают вслед за ним в Рим.

Стефан Барон, человек, держащийся в тени, пытается манипулировать выборами в странах, где хищники хотят привести к власти экстремистские партии.

Матео и Екатерина обнаруживают, что он тесно связан с кругом могущественных и влиятельных персон.

Среди них – Дэвид Кич, американский миллиардер ультраконсервативных взглядов, делающий деньги на загрязняющих окружающую среду источниках энергии; Эйртон Кэш, британский миллиардер; Роберт Бердок, медиамагнат, владелец англоязычных популистских СМИ; Том Шварсон, директор «БлэкКолони», одного из крупнейших инвестиционных фондов в мире; Джарвис Борсон, премьер-министр Великобритании; Дарнел Гарбедж, продажный политик, организовавший кампанию в поддержку брекзита; и наконец, Малапарти и Торек, лидеры европейских крайне правых партий.

Диего и Корделия, Мадрид и Лондон

Со дня отъезда из Бостона Корделия ищет способ отомстить за смерть Альбы, невесты своего брата, ставшей жертвой махинаций с ценами на инсулин, которыми занимаются крупнейшие фармкомпании.

В аэропорту Хитроу Корделия похищает портфель Шелдона, финдиректора компании «Талови», и находит в нем компрометирующие бумаги.

Навестив брата в Мадриде, Корделия возвращается в свой лофт в районе Кэмден и чуть не погибает: Диего спасает ее от рук убийцы буквально в последнюю минуту.

Дженис, Тель-Авив

Дженис, журналистка, работающая в ежедневной газете «Гаарец», расследует ряд денежных переводов через JSBC, офшорный банк на острове Джерси, который, как ей известно, занимается отмыванием денег.

Дженис обнаруживает эмблему, которая наводит ее на след ПСИОПов, бывших военных, специализирующихся на манипуляциях выборами посредством деятельности в соцсетях, в частности на «Френдзнете».

Подруга Дженис, Ноа, работающая на израильскую разведку, предупреждает девушку о том, что охота на хищников – опасное занятие. Одна из ее коллег была убита, когда слишком близко к ним подобралась. Но Дженис продолжает расследование. Ноа оставляет ей драгоценное письмо и, в свою очередь, бесследно исчезает.

Майя, Париж и Стамбул

Майя – владелица турагентства; несколько лет назад французская разведка завербовала ее в курьеры.

Когда Майю приглашают в «логово», она обнаруживает там конверт с фотографией девочки и поручение спасти ее. Майя подозревает, что ее ждет ловушка.

После приезда в Стамбул Майя чувствует, что за ней шпионят. Вердье, французский атташе, предупреждает ее, что она под наблюдением у турецкой внутренней разведки. Несмотря на совет как можно скорее уехать из страны, Майя возвращается в отель вместе со своей любовницей, чтобы забрать ноутбук.

Эсэмэска Виталика предупреждает ее об опасности: она на прослушке.

Виталик, Киев

Пока Корделия и Диего готовятся к крупнейшему взлому в истории «Группы», Виталик получает зашифрованное сообщение от девятого хакера.

Священное правило «Группы» – никогда не встречаться вживую – должно быть нарушено. Всех хакеров призывают как можно скорее собраться в особняке.

Корделия и Диего уплывают из Англии на пароме. Екатерина и Матео едут в аэропорт Рима, чтобы улететь в Киев ближайшим рейсом.

Дженис получает аванс от главного редактора Эфрона и тоже летит в Киев.

В окнах киевского особняка загорается свет; пока члены «Группы 9» в пути, Виталик понимает, что Майя исчезла.

Сумерки хищников вот-вот начнутся.

Девятерым, чьи имена я не могу назвать; без них эта история не появилась бы на свет

Памяти Оливье Руаяна, прототипа моего Эфрона

Памяти Оливье Руаяна, прототипа моего Эфрона

Зал видеоконференций.

Экран мерцает, микрофон потрескивает.

Соединение по защищенному протоколу установлено в 19:00 GMT.

00:02 GMT. Начало стенограммы

– Добрый вечер, рада снова вас слышать.

–Вы в надежном месте?

– Пока что да. Давайте продолжим, ночь будет долгая, а мы давно не отдыхали.

–Мы прервали интервью из соображений, связанных с вашей безопасностью; вы закончили на том, что члены «Группы 9» отправились в Киев.

– Произошедшее в Осло было только началом, первым этапом проекта, масштабов которого мы еще не представляли. Мы столкнулись с противниками, чья решительность превосходила наши ожидания. Правила уже были нарушены, так что теперь их и вовсе не существовало, как со стороны добра, так и со стороны зла. За несколько лет наша «Группа» предала гласности очевидные коррупционные преступления и насолила достаточному количеству влиятельных персон, так что нам светило провести остаток дней за решеткой, если бы им удалось нас раскрыть. Мы были вне закона – своего рода парадокс, ведь за то, что мы сделали, нас следовало бы вознаградить, а не покарать. Несмотря на давнюю дружбу, мы не смогли бы узнать друг друга, если бы оказались в одном баре или случайно столкнулись на улице. По дороге в Киев каждый предвкушал грядущую встречу.

1

День пятый, Киев

Выйдя из аэропорта, Екатерина посмотрела на странное, молочного цвета небо. Международный терминал показался ей маленьким, меньше, чем в Осло, и теперь ей любопытно было увидеть Киев. С момента первой встречи в яхт-клубе напротив острова Малмойя они с Матео почти не расставались. Она, одиночка, не узнавала себя, ее смущало, что она так быстро приспособилась к чуждой для нее жизни. До такой степени, что минувшей ночью ей показалось, будто она потеряла себя.

После близости Екатерина всегда одевается, она готова уйти. Если ей было хорошо, она улыбается, может даже присесть на краешек кровати и переброситься парой фраз с партнером, когда рассматривает возможность повторить встречу. Но никогда она не стала бы прижиматься к нему и уж тем более нежно гладить его лицо. Она не стала бы засыпать, давая его дыханию убаюкать себя, и не радовалась бы, что утром, когда откроет глаза, он будет рядом.

Эта новая женщина должна бы раздражать Екатерину до невероятия, однако на самом деле она почти полюбила быть ею.

Матео распахнул перед ней дверь такси, не отрывая взгляда от мобильника. Когда они выходили из самолета, ему пришло сообщение с GPS-координатами и временем. Навигатор показал, что встреча назначена на площади перед Оперой.

Он забросил их вещи в багажник, а она устроилась на сиденье. Совсем недавно она и не подозревала о существовании у мужчин такого достоинства, как галантность.

Такси выехало на трассу. Екатерина смотрела на проплывающие за окном деревни – Гору, Чубинское, Пролески, – а потом на бескрайний летний лес. Матео взял ее за руку. Оба они не знали, что их ждет, но, какой бы ни была причина, заставившая их улететь из Рима, они не откажутся от своей цели. Барон получит лишь кратковременную передышку. Они будут преследовать его до конца, чего бы это им ни стоило, и положат конец его убийственной кампании по объединению ультраправых движений.

Начался пригород. Екатерина наклонилась к окну, чтобы разглядеть окрестности получше, и улыбнулась.

– Что такое? – поинтересовался Матео.

– Да ничего, просто рада, что уехала из Осло. Так здорово, что мы скоро увидим остальных.

– Не хочешь ли ты сказать, что счастлива?

Пройдя паспортный контроль не без некоторых опасений, Диего решил взять машину напрокат прямо в аэропорте. Он предпочитал иметь свободу движений, ведь они не знали ни куда едут, ни сколько пробудут в Киеве. Он ввел в приложение коды, полученные эсэмэской. Встреча была назначена на 20:00, на парковке отеля в центре города.

Пока брат вел машину, Корделия изучала на ноутбуке досье, собранные с помощью внедренного ими вируса.

– Что-то ты какая-то задумчивая, – заметил Диего.

– Пока что мы получили доступ всего к половине счетов, а итог уже пугающий. Накопления этих топ-менеджеров просто в уме не укладываются, к тому же бонусом они получают опционы на акции. Эти люди обогащаются, увеличивая доходы своих нанимателей всеми средствами. Очень печальная картина, – вздохнула она. – Даже если у нас все получится, мы их отнюдь не разорим.

– Если нам удастся выкачать у каждого по пять миллионов, они на это отреагируют, уж поверь мне. Остается узнать, сколько времени пройдет, прежде чем их банки сложат два и два и поймут, что мы сделали.

– Нужно позаботиться о том, чтобы они осознали это как можно позже.

– Исчезновение двухсот пятидесяти миллионов долларов в один день не может остаться незамеченным. Мне не терпится узнать вторую часть твоего коварного плана, – добавил Диего.

– К завтрашнему утру у нас будет полный список. Если все пойдет, как запланировано, мы возьмем их телефоны под контроль и сможем подтвердить перевод.

– Прежде чем переводить такие суммы, сотрудники наверняка позвонят клиентам, чтобы проверить, от них ли исходит запрос. И кстати, среди других проблем, которые нам нужно уладить, есть одна немаловажная: куда мы спрячем эти деньги, ведь мы же не сразу будем их переводить жертвам?

Корделия захлопнула ноутбук и убрала его в сумку.

– Мы конвертируем их в криптовалюту, чтобы их невозможно было отследить, и это самое хитрое, что я придумала, хоть я пока и не знаю как.

Диего припарковался и выключил зажигание.

– Мы на месте. Если, конечно, можно так выразиться, потому что я не думаю, что мы так и будем торчать на этой парковке.

Дженис прилетела в Киев последней. Она прошла через аэропорт с сумкой на плече и замедлила шаг, чтобы расшифровать сообщение, которое пришло на смартфон, гадая, куда ей предстоит ехать.

Выйдя из терминала, она направилась к остановке автобуса до центрального вокзала, купила билет, устроилась на заднем сиденье, и «Скай бас» тронулся.

Дженис вытянула ноги и закрыла глаза. С тех пор как ее подруга Ноа погибла, ей не удавалось проспать больше двух часов подряд: ее мучили кошмары. Она мечтала о ванне, постели и спокойной ночи, но не строила иллюзий относительно грядущего вечера.

Пятьдесят минут спустя ее телефон завибрировал. Дженис открыла глаза и увидела за окном здание Министерства обороны. Вокзал совсем рядом. В новом сообщении ей предлагалось перейти по мосту над путями, выйти на улицу Симона Петлюры, встать у входа на станцию метро «Вокзальна» и ждать.

В Киеве по городу курсируют большие желто-оранжевые машины. Маршрутки, нечто среднее между автобусом и такси, останавливаются на остановках, перечисленных на приклеенном к стеклу листке бумаги. Если пассажиры не могут добраться до водителя, они передают деньги за проезд другим – в салоне часто не протолкнуться, так что купюры и монеты переходят из рук в руки, а потом тем же путем к вам возвращается сдача.

В 20:00 Диего увидел, что на парковке отеля «Интерконтиненталь» трижды мигнули фары. Обменявшись взглядами с Корделией, он вышел из машины. Водитель маршрутки открыл боковую дверь и спросил, как их зовут, – по-английски он говорил с едва заметным украинским акцентом. Он предложил им забрать вещи и запереть машину. Корделия и Диего сели, и мини-вэн выехал с парковки. Пятнадцать минут спустя он остановился перед зданием Национальной оперы Украины. Двое, ждавшие у ступеней, зашли в салон.

Как только мини-вэн тронулся, Корделия повернулась к вошедшим – они сели сзади. Она неуверенно представилась, нарушив повисшее молчание. Екатерина поднялась с места с ошарашенным видом и протянула ей руку. Диего и Матео буквально упали друг другу в объятия. Четверо соратников не могли поверить, что наконец встретились.

– Вы были знакомы до прилета в Киев? – спросила Екатерина у Диего и Корделии.

– Она моя сестра, – ответил Диего.

– Это он мой брат, – вмешалась Корделия. – А вы?

– Мы впервые встретились несколько дней назад, в Осло, – объяснила Екатерина.

– А где остальные? – поинтересовался Матео.

Маршрутка затормозила перед входом в метро. Дженис запрыгнула в салон и, когда все представились, ее охватило странное ощущение – как будто она попала на праздник, начавшийся еще до ее прихода.

– Еще четверых не хватает, сколько остановок нам еще предстоит, как думаете? – спросила Екатерина.

Водитель взглянул на нее в зеркало заднего вида.

– Нисколько, – сказал он. – До полного состава не хватает только троих, всем добрый вечер.

– Виталик?! – воскликнула Дженис.

– Алик… Его половина. Вы все поймете, когда мы приедем. Добро пожаловать в Украину!

Маршрутка покатила к западной окраине Киева.

Город остался позади. Когда за окнами потянулись поля, маршрутка свернула с магистрали на грунтовую проселочную дорогу, уходившую в лес. На лобовое стекло летела грязь; машину мотало в колее, пассажиры цеплялись за сиденья. Когда они въехали на какой-то мосточек через реку, Екатерина ухватилась за руку Матео, чтобы не врезаться в стекло. Корделия скорчила красноречивую гримасу, но Диего взглядом дал ей понять, что лучше бы ей не высовываться.

– Почти приехали, – объявил Алик к большому облегчению Дженис, которую уже укачало.

Лес закончился, они выехали на большую поляну, грунтовая дорога сменилась гравийной, и свет из окон особняка, возвышавшегося в глубине сада, разогнал мрак. Монументальный силуэт озаряла луна.

На сланцевой крыше каменного трехэтажного здания топорщились шесть каминных труб. Все окна на первом и втором этажах горели.

Маршрутка остановилась у крыльца. Алик заглушил двигатель.

На вершине лестницы две каменные вазы, все в пятнах лишайника, обрамляли тяжелую высокую дверь.

Войдя, Екатерина залюбовалась шахматным узором пола. Плитки отражали свет люстры, висящей в центре парадной лестницы. Дженис обратила внимание на подъемный механизм по одной из стен.

– Следуйте за мной, – сказал Алик.

– Кто ты? – спросила Дженис, не решаясь двинуться с места.

– Друг, к которому ты вчера обращалась за помощью.

– Виталик не так хорошо говорит по-английски, – возразила она.

В соседней комнате скрипнул паркет, дверь, ведущая в холл, отворилась, и на сцене появился второй хозяин дома – точная копия первого. Он энергично крутил колеса своей инвалидной коляски.

– А вот и она, моя драгоценнейшая Метелик! – воскликнул Витя, подъезжая к Дженис.

– Как ты догадался? – удивилась она. Лицо ее сияло.

– Ты похожа на наши речи. Ну а ты, – продолжал он, указав на Екатерину, – я догадал, кто ты, по твоему нордическому виду. А он, – Витя повернулся к Диего, – у него гордый и строгий взгляд испанца, значит, красавица рядом с ним – Корделия?

– Спасибо за комплимент, но я могла бы быть и Майей, – заметила та.

– Ну нет, это уж я бы узнал, и твой акцент тебя бы предал. Значит, остается только Матео. Метод исключения – я тебя совсем не так воображал.

– Представь себе, я тоже! – парировал Матео.

Повисло краткое молчание. Витя разразился хохотом.

– Признайтесь, никто из вас не догадал подлог. Виталик, человек «два в одном». Один на ногах, второй на колесах… Такова жизнь.

Все разглядывали братьев. Различить их можно было только по манере выражаться.

Дженис наклонилась к Вите и крепко его обняла.

– Перестань, моя Метелик, ты породишь страшную ревность. Виталик – это мы оба, – он указал на брата. – Я заточен тут, прикован к компьютеру из-за несчастного случая, а он все время в разъездах.

В другом конце холла строгая и прямая женщина в старом синем фартуке не сводила с них глаз, но никто не решался ответить на ее тяжелый взгляд.

– Ужин подан, – радостно объявил Витя.

В столовой был накрыт длинный стол из красного дерева; на нем горели шесть свечей. Матео насчитал восемь стульев и свободное место для инвалидной коляски одного из хозяев.

– Майи еще нет, – прошептал он на ухо Екатерине.

– Кто девятый? – шепнула она в ответ.

Алик предложил гостям рассаживаться, как им удобно. Вновь появившаяся гувернантка принесла закуски. Холодец, голубцы, пирожки… Прелюдия праздничной трапезы.

Застольные беседы текли оживленно. Екатерина тут же прониклась симпатией к Диего, она рассказала ему об Осло, а потом изложила внимательным слушателям обстоятельства предотвращенного теракта, по ходу дела восхищенно отозвавшись об отваге, которую проявил Матео. Тот немедленно возразил, утверждая, что это как раз она проявила впечатляющую выдержку. Обмен любезностями не остался незамеченным Корделией.

Дженис встревожило отсутствие Майи. Витя успокоил ее: она приедет завтра или послезавтра, Майя вечно отвечает с запозданием.

Гувернантка собрала тарелки и вернулась с вишневой наливкой и пирогом.

Витя предложил выпить за Илгу, приготовившую этот чудесный ужин, Корделия наполнила рюмку для нее, но гувернантка отказалась от выпивки и удалилась.

Вечер близился к завершению. Диего поднялся с места, попросив сестру последовать его примеру; его торжественный вид удивил ее. Он поблагодарил друзей за быстрый ответ на их призыв, переданный хозяевами дома. Алик хотел было вмешаться, но Витя незаметным жестом попросил его помолчать.

Диего предложил отложить детальное рассмотрение разработанного им с Корделией плана до утра – всем присутствующим необходимо выспаться. Но пообещал, что это будет величайшая кибератака «Группы 9», и вдобавок одна из самых изобретательных.

2

День шестой, особняк

Летом особняк принимает идиллический вид. Его стены мягко сияют в теплом утреннем свете под первыми лучами солнца, заливающего фасад. За домом расстилаются поля, густо заросшие диким ячменем, одуванчиками и медвежьим ухом, а горизонт тонет в безмятежных водах Днепра. Но осенью, когда смолкает песнь жаворонков, небеса и камень окрашиваются в серый. Ветер врывается в дом сквозь рассохшиеся оконные рамы и завывает в комнатах, пламени каминов с трудом удается прогреть их до сносной температуры. С наступлением зимы голые ветви яблонь сгибаются под тяжестью снега, и особняк кажется затерянным где-то на краю света.

Из окна спальни Екатерина глядела на неподвижные вязы в саду. Время как будто замерло. Она пошла в ванную: даже ванна на ножках принадлежала другой эпохе. При свете дня особняк показался норвежке менее роскошным: он походил на обнищавшего старого дворянина, которого прожитые годы лишили блеска. Зеркало над раковиной было таким мутным, что она с трудом находила в нем свое отражение. На лестнице раздался скрип; взвизгнула дверь, до нее долетели обрывки разговора. Должно быть, Корделия с Диего. Екатерина вернулась в комнату, чтобы разбудить Матео: тот еще крепко спал. Она уселась на край кровати и легонько похлопала его по плечу.

Он открыл глаза и посмотрел на нее.

– Ты как будто не до конца проснулся, – сказала она. – Мы в Киеве, в старинном особняке. Признаю, это звучит невероятно, но история остановилась на этом. Остальные уже спустились, они не знают, что мы спим вместе, так что давай будем вести себя тихо.

Матео выпрямился, обнял ее за талию и спросил, как ей спалось.

Этот невинный вопрос звучал отнюдь не невинно для женщины, привыкшей к одиночеству.

– Ты бы лучше вставал, – сдержанно ответила она.

Он потянул Екатерину к себе, но та не далась, и под ее долгим взглядом Матео подумал, что еще не встречал человека, настолько озабоченного тем, чтобы никогда не сдаваться.

– Сколько женщин побывало в твоей постели? – спросила она.

Он не ответил.

– Десять? Двадцать?

Матео молча и внимательно смотрел на нее.

– Тридцать?

Он закатил глаза.

– Ладно, знаешь что, давай остановимся на этом, и так ясно, что их было слишком много, – сказала она, вырывая у него свою руку.

Она встала и направилась к двери.

– Ответ на твой вопрос ничего не значит, потому что для меня это впервые, – сказал ей Матео.

Екатерина обернулась и прикусила губу:

– Как впервые?

– Впервые с женщиной, которую я люблю.

Екатерина ответила ему взглядом женщины, стоящей на краю пропасти.

– Одевайся, – прошептала она и вышла.

У подножия лестницы Алик вывел Екатерину из раздумий, пригласив в соседнюю комнату. Снаружи было уже тепло, но окна в малой гостиной оставались закрыты – пунктик Вити. Здесь явно успела побывать Илга: на консольном столике стояли горячие напитки и корзинка со свежей выпечкой. Заспанная Дженис держалась в сторонке с чашкой кофе в руке; при виде Вити ее взгляд ожил. Тот разместил свою коляску между диваном и глубокими креслами.

– Как ночь? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– У меня вопрос, – заговорил только что присоединившийся к «Группе» Матео. – Какими техническими возможностями мы располагаем в этом старом здании? Раз уж нам предстоит «взлом века».

Витя развернулся к нему:

– Узнаете, когда мы поднимемся в донжон.

– Донжон? В особняке XIX века? – изумилась Екатерина.

– Так мы назвали компьютерный зал под самой крышей, – объяснил Алик. – Там нет окон, а стены с изоляцией. Можно не бояться вмешательства извне.

– Но там не так уютно, – подхватил Витя, – так что подготовкой лучше заниматься здесь. Давайте сначала определяемся с действиями, а потом мы вас разместим за клавиатуры.

Первым делом Корделия поблагодарила друзей за то, что они нарушили правила и собрались здесь, чтобы им помочь. Их план – не только отомстить за невесту ее брата, но и наказать преступников в назидание другим. Альба погибла из-за людей, обогащавшихся на раздувании цен на лекарственные препараты. Доказательства, добытые Корделией, неопровержимы – ее пытались прикончить, чтобы вернуть эти документы. Пенни Роуз, ее подругу, убил, приняв за нее, бандит, нанятый руководителем компании «Талови».

Диего в подробностях изложил их план, рассказав, что им с сестрой уже удалось сделать – они взломали данные участников фармацевтического конгресса, начавшегося позавчера.

Дженис поздравила их с успешной операцией, проведенной в столь сжатые сроки; Витя и Алик слушали с величайшим вниманием.

– Сколько преступников в белых воротничках вам удалось выявить? – поинтересовалась Екатерина.

– Пятьдесят, – ответил Диего.

– И в скольких банках они держат счета?

– Пока что в нашем списке пять.

Алик встал с места и прошелся по гостиной.

– Эти люди знакомы друг с другом, они ходят в одни и те же клубы, переписываются… Если вы хотите их обчистить, чтобы возместить ущерб их жертвам, нужно метить выше и взломать еще и их банкиров.

– Одно дело – проникнуть в хранилище, совсем другое – выбраться с добычей непойманными, – заметила Дженис.

Витя крутанул колеса своего кресла назад.

– Наш отец говаривал: «Успех предприятия сводится к трем буквам: “АБВ”!» – воскликнул он. – Чтобы совершить что-то выдающееся, нужны авантюризм, блеск и выдержка.

– Очень поучительно, но это не решает нашу проблему, – возразил Матео.